Страх при этом вовсе не означает какого-то угнетения ребенка, но означает подлинное понимание ребенком того, что наказание за проступок неотвратимо. 6 страница



“Характер проявляется в системе отношений человека к окружающей действительности; в отношении к другим людям (общительность или замкнутость,... правдивость или лживость, тактичность или грубость и т.д.); в отношении к делу (ответственность или недобросовестность, трудолюбие или леность и т.д.); в отношении к себе (скромность или самовлюбленность, самокритичность или самоуверенность, гордость или приниженность); в отношении к собственности (щедрость или жадность, бережливость или расточительность, аккуратность или неряшливость)” (там же, стр. 334-335).

Таким образом, характер, по мнению авторов статьи, проявляется, во-первых, в “системе отношений к окружающей действительности”. Это не совсем понятно.

Если под этим подразумевается отношение к религии, то тогда авторы не учитывают того обстоятельства, что человек как высшее по уровню перерабатываемой внешней и внутренней информации существо, независимо от наличия или отсутствия веры в Бога, всегда все-таки остается религиозным человеком.

Весь вопрос лишь в том, кто занимает место Бога в душе этого человека. Человек может и обычно осуществляет в определенной степени подмену Всевышнего на своих собственных богов - тех, кому, в частности, хочется подражать, или тех, за кем готов “в огонь и воду” (политические деятели, друзья и так далее).

Поэтому выделенное свойство характера, заключающееся в “системе отношений к окружающей действительности”, характеризует, скорее, политическую оценку личности, чем психологическую черту. Дело в том, что в этой же статье есть и такой пассаж: “Так, честность, принципиальность, гуманность органически связаны с коммунистическими убеждениями, с которыми несовместимы лицемерие, беспринципность, бездушие” (стр. 385).

Комментарии к этому “выверту” излишни.

Приведенные грани характера не только неполны, но ряд из них, как мы увидели, и некорректен.

Так самоуверенность почему-то противопоставляется самокритичности, а не совмещается с гордостью. По своей сути самоуверенность (уверенность в себе, в своих силах) - это необходимая черта характера, поскольку именно это свойство позволяет человеку преодолевать фрустрационные барьеры при решении сложных проблем, находить новые высокоинтеллектуальные или творческие решения. Без самоуверенности такое мышление просто невозможно, если, конечно, самоуверенность не основывается на упрямстве, не подкрепленном достаточно развитой функцией отражения.

Кроме того, в большом числе случаев и упрямство не может быть названо каким-то отрицательным свойством характера, поскольку, так или иначе, отражает его волевой компонент. Более того, в определенном смысле самоуверенность может выступать и как наивысшая форма самокритичности, что вообще не позволяет противопоставлять эти свойства. Скорее всего, подобное выделение самоуверенности, как некоторого негативного свойства, связано с существовавшей в советский период практикой общего усреднения, причесывания всех под одну гребенку.

На этом прекратим анализ принятого определения понятия “характер” для того, чтобы попытаться самостоятельно разобраться в этом свойстве личности.

Итак, пока лишь ясно, что характер, несомненно, проявляется как “совокупность устойчивых индивидуальных особенностей личности, складывающаяся и проявляющаяся в деятельности и общении”, что позволяет приступить к анализу именно с этой позиции. Здесь далее сделана попытка анализа содержания понятия “характер” с позиций информационно-отражательной модели.

Сначала посмотрим, какие психические свойства системного характера обнаруживаются у человека в процессе того или иного вида деятельности.

Деятельностью у человека являются деятельность любого вида:

- исследовательская деятельность;

- духовная деятельность для общества (искусство, литература);

- общественно-политическая деятельность;

- религиозная деятельность;

- спорт.

Здесь следует заметить, что лишь спорт может быть видом деятельности. Физкультура всегда выступает как одна из разновидностей духовной деятельности индивидуального назначения.

Любой вид человеческой деятельности является той или иной формой проверки степени совершенства функции отражения индивида для достижения определенного результата. В том, как человек воспринимает итоги своей деятельности, проявляются такие свойства человека, как способность к самооценке, к самоанализу, самокритичность. В этом, в частности, отражается Я-концепция.

То, как относится индивид к процессу достижения результата, отражает в определенной степени его целевые установки. Эти установки могут быть нацелены на самосовершенствование, т.е. на достижение какой-либо духовной (“внутренней”) вершины, либо на свое совершенствование по отношению к окружению, т.е. на достижение какой-либо “внешней” вершины, которую другие из твоего окружения не могут достичь. Это и является основной системной характеристикой отношения человека к деятельности и, следовательно, основной системной характеристикой характера.

Если индивид стремится утвердиться в общественном мнении и показать, что он может дать больше, чем кто-либо другой, то в этом случае так или иначе его Я-концепция противостоит либо чьей-то конкретной Я-концепции или противостоит тому, что принято обозначать как “общественное мнение”, хотя это и неточное определение.

Следовательно, индивид совершенно явственно выступает как некоторый “психологический спортсмен”, т.е. человек, для которого важна именно победа над другими людьми. В этом случае, можно полагать, за счет состязательности индивида с другими людьми его Я-концепция развивается с некоторыми искажениями и создает комплекс “полноценности”, или определенного превосходства над другими, что нарушает в конечном итоге полноценность души, т.е. это эквивалентно некоторой форме психической депривации.

В этом случае “спортсмена” “общественное мнение” будет первоначально испытывать “медными трубами”, поскольку очевидно, что Я-концепция индивида будет сильно влиять на это самое “общественное мнение”. Однако мне представляется важным понимание, что любой подъем (в “гору” знаний, успеха, признания и т.п.) когда-нибудь заканчивается.

После этого начинается неизбежный спуск, где и скажется влияние сформировавшегося комплекса “полноценности”, который, в крайнем случае, может обратиться в комплекс неполноценности, поскольку уже никто не будет обращать внимания на бывшую “звезду”. Неизбежный “спуск” с достигнутой “вершины” должен быть совершен с достоинством.

Если же индивид стремиться доказать самому себе, что он может достичь большего сегодня, чем вчера, то в этом случае “общественное мнение” для него не имеет существенного значения. Это будет означать, что этот человек “хвалу и клевету приемлет равнодушно”. Очевидно, в этом случае индивид выступает совершенно определенно как некоторый “психологический физкультурник”, для которого важна победа не над кем-нибудь, а конкретно над самим собой. В этом случае неизбежный спуск, ожидающий вообще всякого, для “физкультурника” не будет трагедией, поскольку ему можно по-прежнему не обращать внимания на “общественное мнение”.

Тем не менее, между “психологическим спортсменом” и “психологическим физкультурником” имеется принципиальная разница. “Спортсмен” всегда стремится “одолеть” своих оппонентов, для чего необходим определенный кураж, некоторая злость. “Физкультурник” стремится “одолеть” самого себя, превзойти свои прежние достижения или, во всяком случае, не дать себе “расслабиться” психологически.

Если рассмотреть психологии “спортсмена” и “физкультурника” с точки зрения религиозных уложений, то мы увидим, что именно “спортсмен” – это тот, кто нарушает одну из заповедей Христа – о смирении. По-видимому, следует сказать обобщенно, что большинство видов спорта реально является богопротивным занятием.

Именно в этом смысле я и рассматриваю “психологическую спортивность” и “психологическую физкультурность” как элемент характера.

Преодоление самого себя у “психологического физкультурника” позволяет укреплять устойчивость к житейским невзгодам, к неудачам. Однако при этом вовсе не происходит возрастание гордыни. Для “психологического спортсмена” достижение превосходства над кем-либо может привести к психологическому срыву в случае неудачи.

Следовательно, одно свойство укрепляет характер, а другое может создавать в нем некоторый надлом. Именно поэтому в любом виде деятельности человек выступает либо как “спортсмен”, либо как “физкультурник”.

Основную системную характеристику характера можно выразить и так. Если человек стремится доказать кому-либо свое совершенство, то в этом случае он пытается в определенном смысле стать богом. Если же человек ставит себе задачу внутреннего совершенствования, то в этом случае своего обожествления он не осуществляет.

Не вдаваясь в подробности, можно априорно сказать, что чем шире сфера приложения индивидом своих интеллектуальных (и творческих) возможностей, тем ценнее личность для общества и для Бога. Это значит, что чем более широк круг и формы деятельности человека, тем более развита у него функция отражения и тем больше информации создает разум этого человека.

Следовательно, то, что ранее мы не смогли раскрыть при рассмотрении “общих способностей” имеет прямое выражение в круге приложения духовных сил индивида, в его интересах, реализующихся в различных формах деятельности. С этой позиции становится возможным дать более четкое и конкретное содержание этому понятию.

Общие способности - есть те формы деятельности, в которых индивид не столько проявляет данные к достижению каких-либо результатов, сколько такие формы деятельности, к которым он проявляет интерес выше уровня простого любопытства, характеризующего уровень потребностей второго порядка, проявляет любознательность.

Это обуславливается действием потребности в информации третьего или высшего, четвертого, уровня. Такой человек способен тратить достаточное время для “погашения” имеющейся потребности в информации каким-либо образом, т.е. либо путем самостоятельного изучения вопроса, либо с привлечением каких-нибудь источников информации (литература, консультанты и так далее). При этом уровень интеллектуальности его тем выше, чем лучших результатов он добивается при таком самостоятельном освоении этого вида деятельности.

Этим самым мне хотелось бы, в определенной степени, реабилитировать то, что называется “дилетантизм”, поскольку, как уже было сказано выше, знания, получаемые при обучении, всегда создают определенные шоры у индивида. Это означает, что очень большое количество ученых, находясь в рамках усвоенных научных доктрин, являются все-таки профессионалами. Это было, в частности, показано в книге “Триединство Природы”. Однако такие люди, в том числе - ученые не способны выйти за рамки привычного знания.

“Дилетанты”, т.е. в данном случае - люди, самостоятельно добывающие знания и получающие таким образом собственное, сугубо индивидуальное образование, созидающие свою собственную и неповторимую информацию, не могут иметь таких “занавесей” на своих знаниях и могут выйти за рамки привычного или общепринятого. Именно “дилетанты” и выступают как подлинные “психологические физкультурники”.

Другим, не менее наглядным примером тому, но обратного, или инверсного характера, иллюстрирующим действие определенных шор от сложившейся системы знаний, является привычное использование “естественного” материализма при объяснении психических функций. Это было, надеюсь, наглядно показано в данной работе при анализе устоявшихся воззрений. Именно сложившиеся стереотипы не позволяли “увидеть” совершенно иные пути, например, в теоретической физике, в исследовании психических функций. Это породило совершенно искаженное представление о многом в этом мире вообще.

Особенно это явственно сказалось как раз в самом принципиальных вопросе - в вопросе о происхождении (возникновении) речи у человека, где неучет наличия души и действия механизма психической депривации приводил к построению различных и во многом химеричных вариантов объяснения этого феномена человека. Но именно на этом же анализе механизма возникновения речи (см. книгу “Психологические законы происхождения человека”) действительно показано, что материалистическое мировоззрение не может считаться единственным и абсолютно верным. Во-вторых, этим наглядно показано, что в основании современной психологической науки положены неверные исходные посылки, использование которых никогда не позволит завершить строительство “здания психологии”.

Теперь можно проанализировать иные грани характера.

Кроме “любознательности/любопытства” отношение к конкретному виду деятельности может быть охарактеризовано такими привычными категориями, как “эгоизм/альтруизм” (это включает и ценностные ориентации при реализации данного вида деятельности), “мужество/трусость”, “наблюдательность/поверхностность”, “работоспособность/леность”.

Если “эгоизм/альтруизм” - это в определенной степени характеристика соотношения экстравертности/интровертности, о чем говорилось ранее, то “мужество/трусость” - это характеристика, описываемая набором сформированных или, напротив - несформированных фрустрационных зон индивида, т.е. уже рассмотренная характеристика, что является итогом воспитания.

Естественно, что в одном виде деятельности индивид может быть вполне мужественен, поскольку его функция отражения достаточно развита, а также имеется определенный опыт формирования сильного интеллектуального компонента. В другом виде деятельности, напротив, индивиду может не хватать мужественности, так как его функция отражения не развита или индивиду недостаточно тех ресурсов, которые имеются в его распоряжении. Иначе говоря, не бывает абсолютно мужественных или абсолютно трусливых людей.

“Наблюдательность/поверхностность” характеризует уровень семантической слепоты или глухоты, т.е. во многом зависит от подготовленности функции отражения и способности выявлять дифференциальный компонент в получаемых знаниях. Это свойство также является итогом воспитания, результатом сформированности потребности в информации высших уровней, т.е. может быть развито у ребенка при систематической работе, когда формируется определенная потребность “избегания авторитетов”, в чем бы она ни выражалась.

В этой связи мне хочется привести в качестве примера рассказ Айзека Азимова “День профессии”, в котором, в конечном итоге, проводится очень простая мысль: гениев нельзя обучать на общих принципах, они должны получать знания самостоятельно. Это как раз созвучно провозглашаемой здесь идее о необходимости формирования у детей потребности в информации высших уровней и недопустимости формирования “комплекса авторитета”. Это соответствует провозглашаемым здесь принципом “психологической физкультурности”, направленном на самосовершенствование, а также идее принципиального отличия результативности процессов образования и обучения.

Последняя из выделенных характеристик, отражающая отношение индивида к выбранной форме деятельности – “работоспособность/леность” - косвенно отражает два других показателя – “эгоизм/альтруизм” и “наблюдательность/поверхностность”.

В чем я вижу взаимопроникновение этих характеристик? Первая из них отражает направленность и характер притязаний, т.е. является мотивационным показателем, отражающим условия активизации потребности в информации. Вторая - отражает условия погашения потребности в информации. Если в итоге деятельности индивид достигает чего-либо принципиально нового, что и является условием “погашения” потребности в информации, то это будет означать, что ради этого “погашения” он готов тратить значительные ресурсы организма, т.е. трудиться с большой отдачей.

В противном случае данный вид деятельности не будет вызывать определенного энтузиазма, что и будет выливаться в лености. Понятие “работоспособность” отражает еще одну сторону, или свойство личности, заключающееся в готовности индивида выполнять большой объем той работы, которая может быть обозначена как “черновая”. “Черновой” работой является такая, которая сопровождает нас всю жизнь, отнимая все основное время, затрачиваемое ради одного единственного мига - мига победы, когда и погашается актуализированная потребность в информации высшего порядка.

Но, как только что было сказано, все это - итог формы и методов воспитания. Естественно, психическая депривация в этом случае выступает как некоторая изощренная форма искажения свойств личности, уловить которую достаточно сложно. Можно лишь сказать, что главнейшим условием избегания условий психической депривации по многим свойствам личности является развитие (всестороннее) потребности в информации. Именно в ходе удовлетворения такой потребности актуализируются многие “положительные” потребности - исследовательская, потребность преодоления (воля) и так далее, т.е. все потребности в информации порядка выше второго.

Все, что касается свойств характера, проявляющихся в условиях общения с другими людьми, так или иначе, приводит нас к сопоставлению некоторой коллективной функции отражения с функцией отражения индивида. При общении данного человека с другими людьми всегда проявляются такие его свойства, как понимание справедливости (соотношение “добро/зло”), жесткость или, напротив, мягкость в общении (в том числе, “дружелюбие/враждебность”, “открытость/замкнутость”), притязания на власть, уровень состязательности (“спортивность”), уровень активности, юмор.

Все эти показатели являются как раз проявлением взаимодействия           Я-концепции с тем, что я назвал – коллективная функция отражения. Данное свойство человеческого общества мне хочется рассмотреть отдельно.

На данном этапе я только обозначу существо проблемы - проявление характера есть функция взаимодействия Я-концепции с коллективной функцией отражения. Это взаимодействие возникает в человеческом обществе с уровня взаимодействия двух людей, но имеет свойство усложняться и развиваться при расширении круга социального взаимодействия.

Итак, в основном анализ понятия “характер” завершен.

Теперь может возникнуть вопрос: зачем было проведено такое, в чем-то принципиально отличное от прежних исследование? Ответ прост и однозначен: предложенный здесь метод анализа понятия “характер” позволяет конкретно и целенаправленно формировать это свойство у подрастающего поколения, если к этому поколению отношение будет как к индивидуальным личностям, как к потенциальным гениям.

Имеется еще одно свойство человеческой личности, проявляющееся только в человеческом обществе, которое, как представляется, до сих пор не учитывалось именно как свойство личности. Это то, что и сделало человека разумным. Следовательно, в данном случае имеется в виду такое свойство человеческой личности, которое ранее было обозначено как религиозность. На данном этапе я лишь ограничусь заявлением, что это свойство существует. И это, несомненно, свойство личности, проявляющейся различным образом в зависимости от типа воспитания.

Итак, исследуя только психологические аспекты понятия “личность”, мы пришли к выводу, что в жизни человеческого общества необходимо переосмысливать многие основания государственного устройства, системы воспитания и образования. Все это позволяет сделать заключение о том, что психология действительно является не столько наукой о психике живых организмов, сколько наукой об общих принципах отношений в мире живой природы. Ни одно историческое исследование не может быть полноценным, если в его основания не положены определенные психологические принципы. Ни одно экологическое исследование также по этим причинам не будет полноценным, если не базируется на определенных психологических законах. Ни один государственный закон не будет работать, если в демократические основания общества не будут заложены определенные фундаментальные психологические принципы, о которых мы будем говорить при исследовании коллективной функции отражения. Наконец, сама психология будет бессильной помочь человеческому обществу, если в ее основания не будет положен информационно-отражательный механизм.


Дата добавления: 2018-02-28; просмотров: 123; Мы поможем в написании вашей работы!






Мы поможем в написании ваших работ!