Вопрос о происхождении Пятикнижия, его история и современное состояние. Теория Графа-Велльгаузена



Все древние иудейские и христианские толкователи были абсолютно уверены, что автором Пятикнижия является Моисей. Эта уверенность базировалась на следующих основаниях:

1) в тексте самого Пятикнижия неоднократно говорится о том, что Моисей во время своей жизни записывал исторические события, законы и гимны (Исх. 17:14; 24:4; 34:27; Чис. 33:2; Втор. 31:22, 24);

2) в Ветхом Завете писателем Торы считался Моисей: уже во время Иисуса Навина существовала книга Закона, написанная Моисеем (Нав. 1:8); в книгах послепленного периода Закон также называется книгой Моисеевой (2 Пар. 25:4; 1 Езд. 6:18; Неем. 13:1);

3) в новозаветный период Тора связывалась с именем Моисея (Мф. 19:7; 22:24; Мк. 7:10; 12:26; Ин. 1:17; 5:46; 7:23).

Отцы Церкви не сомневались в авторстве Моисея, а в иудейской традиции эта мысль была засвидетельствована в Талмуде, где в трактате «Бава батра» было сказано, что все Пятикнижие написал Моисей, за исключением последних 8-ми стихов Второзакония, которые записаны Иисусом Навином.

Из христианских писателей только блаженный Иероним, признавая авторство Моисея, не отвергал возможности, что Пятикнижие могло быть отредактировано Ездрой. Такая позиция связана с тем, что Иероним, следуя 3 Езд. 14, считал Ездру восстановителем священных ветхозаветных книг.

В древности только еретики (некоторые гностики, иудеохристиане) отрицали авторство Моисея и на этом основании отвергали достоинство Пятикнижия. Однако доводы еретиков не получили развития и широкого признания из-за их крайней субъективности. Впервые авторитетное сомнение в авторстве Моисея в скрытой форме высказал в XII веке иудейский толкователь Авраам ибн Эзра.

Авраам ибн Эзра и Спиноза. В комментарии на книгу Второзаконие Авраам ибн Эзра оставил такое изречение: «За Иорданом и проч., лишь только уразумеешь тайну двенадцати – и Моисей написал также закон. И ханаанеин тогда был на земле; на горе Божией будет открыто; потому также вот постель его – постель железная; тогда узнаешь истину». Эта на первый взгляд непонятная фраза включает в себя те выражения Пятикнижия, которые могли быть записаны после Моисея. В XVII веке иудей Спиноза, впоследствии разорвавший с иудаизмом, предложил толкование этой фразы.

За Иорданом. Второзаконие начинается словами, что Моисей говорил «всем израильтянам за Иорданом». Имеется в виду восточный берег Иордана, так как Моисей не переходил Иордана, а умер на его восточном берегу. Но если написано, что Моисей говорил «за Иорданом», значит, писатель этой фразы находился по эту сторону Иордана, на западном его берегу.

Тайна двенадцати. Возможно, здесь ибн Эзра имел в виду, что вся книга Моисея была написана только по окружности одного жертвенника (Втор. 27:1-8; Нав. 8:32), который, по иудейскому преданию, состоял только из двенадцати камней; из этого следует, что книга Моисея была гораздо меньшего объема, нежели Пятикнижие. Или, может быть, он имел в виду последнюю главу Второзакония, которая состоит из двенадцати стихов и где говорится о смерти Моисея.

И Моисей написал также закон. Эта фраза употребляется во Втор. 31:9. Спиноза полагал, что она принадлежит другому писателю, рассказывающему о делах и писаниях Моисея, тем более что во Второзаконии Моисей неоднократно рассказывает о своих деяниях в первом лице (2:1, 17).

И ханаанеин тогда был на земле. Эта фраза находится в Быт. 12:6. Если сказано, что тогда в Палестине жили хананеи, значит, имеется в виду, что теперь они там не живут. А хананеи были изгнаны из своей страны евреями после смерти Моисея. Следовательно, рассуждает Спиноза, эти слова написаны после смерти Моисея.

На горе Божией будет открыто. Это цитата из Быт. 22:14. Гора Мориа называется горою Божьей, название же это она получила только после построения храма при Соломоне; а выбор горы был сделан во время Давида. Однако здесь возможен другой перевод библейского текста: не «на горе Господней», а «на горе Господь является» (такой вариант в переводе LXX).

Вот постель его – постель железная. В 3-й главе Второзакония после рассказа о победе Израиля над Огом, царем Васанским, сообщается о его одре, который находится в Равве (3:11). Спиноза полагает, что так можно говорить только о событиях, происходивших давно. Найти одр царя Ога евреи могли в Равве только после завоевания этого города. Значит, ссылка Второзакония на то, что одр находится в Равве, может относиться не ко временам Моисея, а ко временам царя Давида. Кроме того, как указывают другие, железный одр в принципе мог появиться лишь после Моисея, так как железо было принесено в Ханаан филистимлянами.

После толкования фразы Авраама ибн Эзры Спиноза от своего лица приводит еще некоторые цитаты из Пятикнижия, которые трудно согласуются с признанием авторства Моисея. Так, он указывает, что Моисей не мог назвать себя «кротчайшим из всех людей на земле» (Чис. 12:3) или «человеком Божиим» (Втор. 33:1). Наконец, по мнению Спинозы, только историку, жившему много веков после Моисея, могло принадлежать утверждение: «И не было более у Израиля пророка такого, как Моисей, которого Господь знал лицем к лицу» (Втор. 34:10).

Спиноза делает такой вывод: «из всего этого яснее дневного света видно, что Пятикнижие было написано не Моисеем, но другим, кто жил много веков спустя после него». Однако данный вывод слишком радикальный и тенденциозный; при объективном рассмотрении вопроса можно заключить, что приведенные Спинозой аргументы, в крайнем случае, могут говорить лишь о том, что некоторые стихи Пятикнижия могли быть добавлены в текст после Моисея.

История и сущность документальной гипотезы. В середине XVIII века французский врач Жан Астрюк, занимавшийся исследованием библейского текста, обратил внимание на чередование в книге Бытие двух различных имен Бога: Яхве и Элохим. Так, в Быт. 1:1 – 2:3 Бог называется только Элохим, в 2:4 – 4:26 (кроме 3:1-5) Он именуется Яхве или двойным именем Яхве-Элохим, затем в главе 5 снова Элохим и т.д. Астрюк сделал вывод, что это указывает на существование двух основных источников книги Бытие: Яхвиста и Элогиста. Астрюк не отвергал авторства Моисея, но предположил, что Моисей пользовался этими источниками.

В конце XVIII века немецкий богослов Иоганн Готфрид Эйхгорн, которого называют «отцом критики Ветхого Завета», подробно изучив особенности содержания и стиля Яхвиста и Элогиста, стал утверждать, что эти источники были объединены не Моисеем, а другим неизвестным редактором. Тем самым Эйхгорн положил начало целому течению в научном исследовании Пятикнижия, которое привело к созданию документальной гипотезы.

В начале XIX века немецкий исследователь Вильгельм де Ветте высказал другое предположение, которое впоследствии стало одним из краеугольных камней документальной гипотезы. В 4 Царств 22–23 говорится о том, что в 18-й год правления царя Иосии первосвященник Хелкия нашел в храме книгу Закона и царь Иосия на основании требований этой книги уничтожил все высоты и все жертвенники, находившиеся вне иерусалимского храма, и повелел, чтобы богослужение совершалось только в Иерусалиме. А так как именно книга Второзаконие требует совершать богослужение на одном месте и истребить все другие жертвенники (Втор. 12), то де Ветте сделал на основании этого вывод, что книга Второзаконие и была той книгой Закона, которую первосвященник Хелкия принес царю Иосии. Далее де Ветте предположил, что никакой находки не было и что храмовые служители под руководством первосвященника сами написали эту книгу. Таким способом он «установил» дату написания книги Второзаконие – 622 год до Р.Х..

Взгляды Эйхгорна и де Ветте восприняла и развила большая группа немецких библеистов XIX в.: Фатке, Рейсс, Карл Граф и др., но наиболее четкое и завершенное выражение они нашли в книге Юлиуса Велльгаузена «Введение в историю Израиля», изданной в 1878 году. Сама документальная гипотеза в ее классическом виде называется «теорией Графа-Велльгаузена», так как была разработана Карлом Графом, а окончательно сформулирована и популярно изложена Юлиусом Велльгаузеном. Велльгаузен использовал выводы своих предшественников, и лишь немногие его идеи были оригинальны, но ему удалось столь мастерски, красноречиво и доступно изложить их, что его документальная теория была принята многими критиками.

Применяя принцип эволюции, Велльгаузен нарисовал следующую картину рели­гиозного развития Израиля. На раннем этапе, утверждал он, израильская религия не была строго регламентированной. Люди совершали жертвоприношения на любом возвышенном месте и в любое удобное время. Не существовало различия между священниками и левитами: все потомки Левия имели право совершать богослужение и приносить жертвы. При этом меньшая часть левитов (представители рода Садока) совершали богослужение в Иерусалимском храме, тогда как большая часть левитов – на высотах. По мнению Велль­гаузена, такое положение отражено в кни­гах Царств. В конце периода монархии царь Иосия изменил это положение, уничтожил высоты и оставил Иерусалимский храм единственным законным местом для богослужения. Право совершать богослужение стало исключительной прерогативой сынов Аарона, а остальные потомки Левия были поставлены в подчиненное положение. По­лучив такую власть, священники в период вавилонского плена разработали всевоз­можные правила, касающиеся деталей бо­гослужения, статуса священников, своего права на десятину и часть жертвы и т. д.

Затем Велльгаузен приступил к объяс­нению связи между данной картиной ре­лигиозной эволюции Израиля и источни­ками Пятикнижия. Он выявил четыре глав­ных источника: Яхвист, Элогист, Девтерономист и Священнический кодекс. Яхвист и Элогист описывают практику богослужения в период царств, Второзаконие совпадает с целями реформ Иосии по централизации культа, тогда как Священнический кодекс сосредото­чен на мелких деталях богослужения и отражает главенство священни­ческого сословия, которое имело место в послепленный период.

Яхвист (обозначается буквой J) – самый древний источник, в этом источнике используется божественное имя Яхве («Господь»). Он начинается с Быт. 2:4, охватывает пример­но половину книги Бытие и небольшие части книг Исход и Числа. Написан в середине IX века в Иудейском царстве.

Элогист (Е) – особенность этого источника в том, что здесь в книге Бытие (т.е. до призвания Моисея) используется только родовое имя «Бог» (Элохим). Он начинается с заключения Завета Бога с Авраамом (Быт. 15), охватывает примерно треть книги Бытие и небольшие части книг Исход и Числа, написан в середине VIII века в Северном царстве.

Девтерономист (D – лат. Deuteronomium) – вся книга Второзаконие. Ее датировку Велльгаузен заимствовал у де Ветте (т.е. 622 год).

Священнический кодекс (Р – нем. Priestercodex) начинается рассказом о творении мира (Быт. 1:1–2:4а), охватывает пример­но шестую часть книги Бытие (в том числе все генеалогии), большую часть Исх. 25–40, всю книгу Левит и большую часть книги Числа. Здесь, как и в Е, используется родовое понятие «Бог». Это самая большая часть Пятикнижия, она была записана в период плена в Месопотамии. Священник Ездра (V век до Р. Х.) присоединил кодекс P к другим источникам, отредактировал текст Торы, в результате чего и возникло современное Пятикнижие.

Такова документальная гипотеза в своем классическом виде. Критики Библии на основании выводов Велльгаузена стали отрицать исторический характер содержания Пятикнижия, так как все указанные источники появились гораздо позднее описываемых событий и каждый источник отражает интересы того времени, когда он был созда­н. Такая позиция вызвала весьма враждебную реакцию среди православных, католических и иудейских экзегетов, которым потребова­лось значительное время для того, чтобы отказаться от резкого неприятия документальной гипотезы.

Частичному признанию документальной гипотезы среди христианских ученых немало способствовал С. Драйвер, который в своей книге, изданной в 1891 году, показал, что идеи Графа-Велльгаузена могут быть совместимы с верой в богодухновенность Библии. Но главная заслуга в принятии христианскими учеными критического подхода к проблеме происхождения Пятикнижия принадлежит представителям формально-кри­тической школы (Гункель, Альт, Нот). Эти исследователи в первой половине XX века привели немало аругментов в пользу того, что в основе сравнительно поздних источников (J, E, D, Р) лежат древ­ние предания, причем некоторые из них уходят корнями в эпоху патриархов или Моисея. Также определенный вклад внес археолог Олбрайт, который дока­зал, что имена патриархов – это типич­ные имена начала второго тысячелетия, что миграции и полукочевой образ жизни патриархов соответствуют этому периоду и что многие ритуалы и родовые обычаи, упомянутые в книге Бытие (напр., выдача при­даного), засвидетельствованы и в древних небиблейских текстах. Все это свидетельствует о принципиальной исторической досто­верности книг Пятикнижия, потому даже поздняя датировка источников не умаляет историческую ценность Пятикнижия, которое содержит запись очень древнего подлинного Предания.

Наконец, что особенно подчеркивают православные библеисты, принятие документальной гипотезы не противоречит признанию авторства Моисея, которое поддерживается библейскими свидетельствами и отцами Церкви. Только в этом случае само авторство Моисея понимается в духовном смысле: «непосредственно пророку принадлежит только часть текста Пятикнижия, остальное же – Моисеево Предание, изложенное письменно другими боговдохновенными мудрецами»[37]. Таким образом, Пятикнижие называется «законом Моисеевым» потому, что основы ветхозаветного Закона и учения восходят к Моисею. Моисей – автор законодательной основы Пятикнижия и обширной устной традиции, которая долгое время хранилась и передавалась в форме устного Предания, но была записана позднее. Косвенно обоснованность такой точки зрения подтверждается местом устной традиции в древних культурах и отношением древних евреев к вопросу авторства. Во многих древних культурах наличие в устной традиции длинных повествований со сложной структурой было обычным явлением. Так, религиозные тексты Персии, Индии, мифы Угарита многие сотни лет передавались в устной форме, прежде чем были записаны. Также нужно учитывать, что иудеи, как и представители других народов Востока, были лишены личной гордости авторства, самого понятия об авторском праве для них не существовало. Потому нет ничего удивительного в том, что более поздний автор, передавая учение Моисея, не указал своего имени, но, напротив, попытался как можно точнее воспроизвести слова великого основателя ветхозаветной религии.

Ревизия документальной гипотезы в XX веке. В XX веке многие библеисты, оставаясь на платформе документальной гипотезы, подвергли ее ревизии и пересмотрели некоторые выводы Ю. Велльгаузена. Во-первых, некоторые критики XX века пошли по пути дальнейшей «атомизации», т.е. дробления текста Пятикнижия путем выявления все большего количества «документов» в его основе. В таких исследованиях текст Пятикнижия в значительной степени утрачивает всякое подобие цельности и превращается в конгломерат маленьких, не связанных между собой отрывков.

Во-вторых, пересмотрена датировка источников в более раннюю сторону. Так, Яхвист стали относить к середине X века до Р.Х., а Элогист и Второзаконие датировать IX – VIII вв. Особую важность представляет вопрос о датировке кодекса Р. Как мы уже указывали, Ю. Велльгаузен отнес опубликование Священнического кодекса ко времени Ездры, и потому последняя редакция Пятикнижия, по его мнению, имела место не ранее V века. Однако во второй половине XX века появилось множество исследований, авторы которых приводили различные аргументы в пользу допленного происхождения Р.

Пальма первенства в этом вопросе принадлежит еврейскому ученому Й. Кауфманну, который в середине XX века привел серьезные возражения против отнесения Священнического кодекса к послепленному периоду, указав на древность и несомненное допленное происхождение многих законов, изложенных в Р. В частности, он обратил внимание, что в эпоху Второго Храма левитов было слишком мало (1Езд. 8:15-19), гораздо меньше, чем священников. Но невозможно, чтобы меньшинство получало десятину (и лишь десятую часть от нее отделяло священникам) и имело отдельные города (как предусмотрено в Р); следовательно, соответствующие законы о левитах возникли до плена, когда левитов было много. Также Кауфман отметил, что ссылки на законы ритуальной чистоты, которые содержатся в Р, встречаются в исторических книгах (1 Цар. 21:6; 2 Цар. 11:4; 4 Цар. 7:3), т.е. сами законы были известны в период монархии. Аналогичные законы были у других народов древнего Ближнего Востока.

Почин Кауфмана подхватили другие исследователи, которые обратили внимание на то, что язык кодекса Р более архаичен, чем язык пророка Иезекииля. Также характер богослужения, утварь, используемая при богослужении, и обязанности священников, описанные в книгах Исход и Левит, во многом сходны с тем, что известно о богослужении в других странах древнего Ближнего Востока во II тыс. до н.э.. Кроме того, косвенно в пользу допленного происхождения Р свидетельствуют имеющиеся в книгах пророков VIII в. до Р.Х. (Амоса и Осии) ссылки на постановления, содержащиеся в Р (Ам. 2:11-12 = Чис. 6:1-21; Ос. 12: 9 = Лев. 23:42).

И наконец, самый веский довод в пользу возникновения всего Пятикнижия в допленную эпоху приводит И. Ш. Шифман. Этот исследователь обращает внимание на то, что самаряне восприняли у иудеев Пятикнижие в полном его объеме. Когда это могло произойти? На раннем этапе своей истории (конец VIII–VII вв. до Р.Х.) самаряне были синкретистами, в их религиозной жизни почитание Яхве мирно уживалось с языческими культами, о чем свидетельствует 4 Цар. 17:25-41. Потому трудно допустить, что Пятикнижие, являющееся «манифестом монотеизма», стало у самарян священной книгой вскоре после падения Северного Царства. С другой стороны, также маловероятно, что самаряне могли воспринять Пятикнижие в послепленный период, так как сразу после возвращения в Иудею первой группы переселенцев возник конфликт между иудеями и самарянами, который разрастался и обострялся в течение всего послепленного периода. После исключения двух указанных периодов остается только один хронологический отрезок, когда могло произойти данное историческое событие. Это – период религиозной реформы иудейского царя Иосии (640 – 609). Последний, пользуясь ослаблением Ассирии, захватил после 622 г. до Р.Х. области, населенные самарянами, и распространил на них свою реформу. Осуществление реформы в среде самарян, бесспорно, сопровождалось проповедью Книги Закона. Эти события – единственная общественно-политическая ситуация, когда самаряне реально могли воспринять у иудеев Пятикнижие. Из этого следует, что именно Пятикнижие было той самой книгой, которую первосвященник Хелкия передал царю Иосии в 622 г. до Р.Х..[38]

В настоящее время признается, что теория Графа-Велльгаузена в ее классическом виде имеет множество существенных недостатков и многие ее принципиальные положения (эволюционный взгляд на историю и религию Израиля, постулат о том, что во времена Моисея у евреев не было письменности, и др.) считаются ошибочными. В связи с этим современное научное исследование Пятикнижия представляет собой пеструю мозаику различных, нередко взаимоисключающих взглядов и мнений. Одни продолжают держаться документальной теории, предлагая относиться к ней как к рабочей гипотезе, «от которой можно с готовностью отказаться, как только будет найдена более удовлетворительная теория».[39] Другие вносят существенные изменения в документальную гипотезу, пересматривая датировку и состав ее источников, но в принципе придерживаясь подхода и методов документалистов. Третьи вовсе пытаются предложить свои концепции по вопросу происхождения Пятикнижия, которые кардинально отличаются от документальной гипотезы. Наряду с этим имеет место и консервативная тенденция: некоторые исследователи настойчиво проводят мысль, что автором можно считать только Моисея, указывая при этом на существенные расхождения среди критиков и пытаясь опровергнуть аргументы против буквального понимания авторства Моисея.


[1] Интересно, что в некоторых кумранских рукописях, где используется квадратный алфавит, имена Божии (особенно имя Яхве) написаны древнееврейскими буквами.

[2] Тов. Э.Текстология Ветхого Завета. М.: ББИ, 2001, С. 208

[3] В еврейской системе огласовки различаются долгие, краткие и сверхкраткие звуки. И если в масоретской Библии «вав» может обозначать только ô (так в общепринятой транскрипции обозначается долгое «о» в полном написании вместе с «вав»), то в кумранских рукописях «вав» нередко используется также для обозначения долгого ō (которое в масоретском тексте обозначается точкой вверху без «вав»), краткого «o» и сверхкраткого ǒ.

[4] Т.е. перед началом «открытого» раздела часть предыдущей строки должна быть чистой. Если же предыдущий текст заканчивался в конце строки, то следующая строка оставлялась пустой.

[5] Можно рекомендовать подробное исследование этого вопроса: Олесницкий А. Тенденциозные корректуры иудейских книжников (соферимов) в чтении Ветхого Завета. // Труды Киевской Духовной Академии, 1879, II, Сс. 3-54 (находится в свободном доступе на сайте МДА: http://www.bible-mda.ru/e-books/e-books.html).

[6] Современные текстологи такой подход считают неверным вследствие того, что рукописи, составляющие большинство, могли быть скопированы с одного оригинала, содержавшего ошибки. Потому чтения, встречающиеся чаще, не обязательно имеют преимущество над чтениями, употребляемыми редко, т.е. действует правило, которое на латинском языке формулируется следующим образом: manuscripta ponderantur, non numerantur («рукописи следует оценивать по достоинству, а не их количеству»).

[7] Тов. Э.Текстология Ветхого Завета. М.: ББИ, 2001, С. 8

[8] Точнее говоря, текст 1-го и 2-го издания Biblia Hebraica восходит ко Второй Раввинской Библии и лишь начиная с 3-го издания (1937 г.) в основу положен Ленинградский кодекс.

[9] Кроме того, реконструкция еврейской основы Септуагинты в любом случае будет гипотетической, потому в тех случаях, где Септуагинта существенно расходится с масоретским текстом, необходимы веские основания, чтобы отдать предпочтение предположительному варианту, полученному путем «обратного» перевода греческого текста на древнееврейский язык.

[10] Хотя справедливости ради скажем, что любой перевод в той или иной степени является толкованием. И тем более толкованием является любой перевод Ветхого Завета, учитывая краткость речи и небольшой словарный объем древнееврейского языка, где каждому слову в других языках соответствует несколько аналогов. Отдавая предпочтение одному из возможных вариантов, переводчик своим выбором осуществляет толкование текста.

[11] Отдавая должное авторитету святителя Филарета, следует заметить, что в соответствии с современными научными данными Септуагинта не является в полной мере «зеркалом еврейского текста», но воспроизводит лишь одну из многих текстуальных традиций, существовавших в период Второго Храма.

[12] Наименование «Кайге-Феодотион» связано с тем, что одной из характерных особенностей этой версии является передача еврейского слова «гам» («также») греческим καίγε.

[13] Термин «агада» происходит от глагола «хагад» (возвещать, рассказывать) и означает «изъяснение смысла с помощью введения в текст исторических сказаний, взятых отчасти из устного народного предания, отчасти из тайного иудейского учения» (Корсунский И. Иудейское толкование Ветхого Завета. М, 1882, С. 110).

[14] Блаж. Иероним сообщает, что перевод книги Товита он осуществил за «один день», а книги Иудифь – за «одну ночь». Это позволяет думать, что он, скорее всего, не переводил эти книги заново, а отредактировал их древнелатинскую версию.

[15] Встречается другой вариант произношения этого термина – «Пешитта».

[16] В русских библейских исследованиях и богословских трудах часто используется выражение «книга Бытия», однако нам оно кажется стилистически неверным. Так как «Бытие» – название книги, то согласно правилам русской речи после слова «книга» ее название должно употребляться в именительном падеже, т.е. «книга Бытие». Это замечание относится к обозначению всех книг Пятикнижия (т.е. лучше говорить «книга Числа», «книга Второзаконие»). Кстати, те авторы, которые используют выражение «книга Бытия», сами себе невольно противоречат, когда 2-ю и 3-ю книги Библии называют «книга Исход» и «книга Левит» (такое словоупотребление, например, имеет место в конспекте прот. В. Иванова).

[17] Кассиан (Безобразов), еп. Принципы православного толкования Слова Божия. // Православие и Библия сегодня. Сборник статей. Киев: Центр православной книги, 2006, Сс. 212-213

[18] Хотя до обрезания Авраам носил имя Аврам и именно это имя используется в тексте книги Бытие до главы 17, мы сразу будем использовать более привычное и известное имя Авраам. В пользу такого решения укажем на то, что в Евр. 11:8 также используется имя «Авраам», хотя речь идет о его призвании, т.е. о том времени, когда он был еще Аврамом.

[19] В древнем Израиле, как и во всем древнем мире, верили, что душа человека, не погребенного надлежащим образом, не знает покоя в загробной жизни, и потому особое значение придавалось надлежащему погребению, причем во гроб клали как необходимые предметы быта, так и драгоценности, которые должны были играть роль амулетов, отгоняя злых духов.

[20] Эхнатон также традиционное, но неправильное произношение имени. Условное египто­логическое произношение – «Их-не-Итен».

[21] Словарь библейского богословия. Под ред. К. Л. Дюфура. Киев – Москва, 1998, C. 1286

[22] Причем иудейская традиция говорит, что даже в этих случаях имя Божие священники должны были произносить тихим голосом.

[23] В тех случаях, когда в священном тексте тетраграмма используется вместе с именем Адонаи, в масоретском тексте ставятся гласные слова «Элохим», а в переводах такое сочетание передается «Господь Бог».

[24] Термин «Иегова» появляется уже в трудах западных богословов XIII – XIV вв., а в XVI веке становится общеупотребительным.

[25] Святоотеческая интерпретация Синайского мрака рассматривается в работе В. Н. Лосского «“Мрак” и “свет” в познании Бога».

[26] Все параметры мы приводим в привычной для нас единице измерения – метрах, исходя из того, что локоть составлял около ½ метра..

[27] Однако в Евр. 9:4 говорится о том, что сосуд с манной и жезл Аарона находились «в ковчеге», а не перед ним. Возможно, впоследствии эти священные предметы были помещены непосредственно в ковчег Завета.

[28] Единственным исключением было разрешение приносить животное, у которого одна конечность была длиннее другой (Лев. 22:23). Однако это позволение касалось только мирной жертвы, более того, лишь одного из видов мирной жертвы – жертвы «от усердия», если же человек приносил мирную жертву в случае исполнения обета, то такое послабление не допускалось.

[29] Можно привести такую условную аналогию из современной практики: ежедневная жертва всесожжения играла роль постоянного богослужения (как в Православной Церкви службы суточного круга), в то время как остальные воды жертв имели характер требных богослужений.

[30] В случае принесения жертвы от лица всего народа заклание животного и все последующие действия совершали священники и левиты (напр. 2 Пар. 29:34).

[31] Ввиду того что в библейском тексте не указывается сторона груди, можно предположить, что тушу разделяли не вдоль, а поперек, так что грудь оставалась цельной частью, которую отдавали священникам.

[32] В Ветхом Завете чаще всего мясо варили, исключением было только приготовление пасхального агнца, которого следовало запекать.

[33] В Чис. 8:24 говорится, что левиты должны уже в возрасте 25 лет «вступать в службу для работ при скинии собрания». Видимо, с 25 до 30 лет молодые левиты были помощниками старших соплеменников, в некотором смысле их учениками, тогда как с 30 лет становились уже полноправными служителями.

[34] Видимо, в Исх. 29:23 перечисляются виды хлеба, приготовленного одним из трех способов, описанных в Лев. 2:4-8. При этом «круглый хлеб» – хлеб, выпеченный в глиняном горшке, «лепешка на елее» была приготовлена на сковороде, а опреснок испечен в печи. Все эти виды хлеба были одобрены в качестве жертвы во время хлебного приношения.

[35] Подробнее о даманах можно прочитать: Значков Б. Израильские родственники африканских слонов. // Вокруг света, 2008, №5, Сс. 113-120

[36] Подробно о том, какие на основании законов Пятикнижия в иудейской традиции сформулированы правила «кашрута» («пригодности» пищи) см. Эрлихман. В. Правильная пища. // Вокруг света, 2008, №5, Сс. 183-190

[37] Мень А., прот. Исагогика. Ветхий Завет. М. 2000

[38] Шифман И. Ш. Ветхий Завет и его мир. М., 1987, Сс. 91-95.

[39] Rowley H. H. The Growth of the Old Testament. London, 1950, P. 46.


Дата добавления: 2018-02-28; просмотров: 1170; Мы поможем в написании вашей работы!






Мы поможем в написании ваших работ!