Годы. Обзор войн навахо через краткие биографии их вождей. 9 страница



А между тем - где же эти враги навахо? Они беспрепятственно возвратились в их страну со всем их грабежом, и были недосягаемы для отряда пугал губернатора Маргалиса».

15 марта - священник из Томе совершил церковное погребение троих взрослых мужчин из Лос Энламес, севернее Сокорро. Они были убиты во время налета навахо.

8 марта - Джек Фаулер, траппер, сообщил в своем дневнике, что мексиканская экспедиция из 700 человек выступила из пуэбло Таос в кампании против навахо. Когда мексиканцы «поднялись в гору, индейцы сверху сбросили скалы на их преследователей, которые вынуждены были отступить, удовлетворившись лишь захватом одного старого индейца и двух или трех лошадей, которые были настолько истощены, что набехо (навахо) не смогли их перегнать в горы». Экспедиция возвратилась 1 мая 1822 года.

19 марта - католическими священниками из Сокорро и Сан-Фелипе были совершены церковные погребения пяти гражданских (горожан), убитых навахо в последней атаке. Еще один умер от ран на следующий день.

17 апреля - Хосеф Антонио, трехлетний мальчик навахо, выкупленный мексиканцем Доминго Гальего у апачей, был крещен в Абикью. Еще два ребенка навахо, один из них принадлежащий Сальвадору Грионде, были крещены в Белен. Пятнадцатидневная девочка навахо была крещена в миссии Лагуна и получила имя Мария Рита.

18 апреля - священник из Томе совершил церковное погребение шестерых гражданских и одного «индио койоте» - все взрослые мужчины. Они были убиты во время последней атаки навахо на поселения вдоль Рио-Гранде. Еще двое горожан были убиты навахо на следующий день. 22-го числа навахо убили Хосе Мигеля из мисси Лагуна.

24 апреля - губернатор Мелгарес отдал распоряжение первому алькальду Санта-Фе провести подготовку защитных мер перед лицом расширяющихся военных действий навахо, которые «могут попытаться кроваво отомстить жителям провинции». Он приказал каждому алькальду «собрать, как можно скорее, по 50 вооруженных человек, и остальных жителей провинции готовить к обороне».

5 мая - священник совершил церковное погребение троих взрослых жителей Лос Энламес, убитых навахо.

6 мая - губернатор Мелгарес разослал уведомления всем алькальдам, согласно которым, их войска должны были собраться в Себольета для проведения кампании против навахо.

15 июня - мирная делегация из 13 навахо вероломно вырезана мексиканцами в пуэбло Хемес. Навахо пришли «просить мир у мексиканцев». Алекс Гарсия Конде из Дуранго писал: «Посмотрите, какое неблагодарное языческое племя навахо. Я уверенно утверждаю, что это неблагодарное племя из-за их многократных доказательств неверности в отношении нас, и, следовательно, они по-прежнему недостойны доброты и снисходительности, - чего они настойчиво просят у нашего правительства». Через несколько лет Грэгг и Джеймс дали описание этого случая. Первый писал: «Однажды, партия, состоявшая из нескольких вождей и воинов навахо, прибыла в пуэбло Кочити по приглашению правительства праздновать мирный договор. Тогда новомексиканцы, разозленные, несомненно, воспоминаниями о прежних безобразиях, неожиданно их атаковали и всех убили». Джеймс датирует этот случай февралем 1822 года, и помещает его в пуэбло Хемес: «Шестнадцать вождей навахо пришли в город Святого Джеймса (Хемес), находящийся в 60 милях ниже Санта-Фе на Дель-Норте (Рио-Гранде), и попросили командира форта позволить им посетить губернатора в Санта-Фе и сказать ему, что они хотят заключить мир. Командир пригласил их в форт, покурил с ними и выказал различные знаки дружбы. Он поставил по бокам каждого индейца по испанцу, когда они сидели и дымили в круге, и затем, после условленного сигнала, каждый вождь был схвачен его двумя испанскими компаньонами. Они их удерживали за руки, а другие в это время погружали свои ножи прямо им в сердца. Испанец, участвовавший в этой бойне, показал мне свой нож и похвастался, что он убил им восемь индейцев. Их трупы были выброшены за стену форта и присыпаны землей в овраге. Через несколько дней появились еще пятеро из того же племени и спросили о своих земляках. Испанцы им ответили, что они поехали дальше в Санта-Фе, пригласили их пересечь реку и войти в форт, уверяя, при этом, что никакого вреда им не причинят. Они убили их таким же образом, как и предыдущих. Вскоре на противоположном берегу реки появились другие три индейца, с тем же вопросом о их вождях. Их также впустили в город под личиной дружбы, и также хладнокровно умертвили. Через несколько дней на том берегу появились еще два навахо, но они что-то заподозрили и отказались переправляться через реку. Тогда испанцы выехали из форта и попытались их схватить, но индейцы сбежали. Больше мирных делегаций не было».

23 июня - священник из Сокорро совершил погребение двух гражданских жителей Белена. В тот же день священник из Мора отпел гражданского из Пикурис. Все трое были убиты навахо во время последних налетов.

30 июня - Мануэль Армихо из Альбукерка описал губернатору Мелгаресу последнее нападения навахо на поселение Атриско, во время которого «они убили ребенка и других, и ранили женщину». Армихо, во главе партии преследователей, шел за ними до Ри-Пуэрко.  

19 июля - Хосе Антонио, индеец из Сан-Фелипе, был убит навахо и погребен священником этого пуэбло.

3 августа - Педро Чавес, солдат из роты Санта-Фе, был ранен навахо, но сумел спастись бегством. Позже он скончался от ран. Католическия священник из миссии Лагуна совершил над ним погребальный обряд.

Отец Франциско Мадариага, священник из Томе, отпел Висенте Балехона и Рафаэля Маркеса, оба убитые навахо во время налета. Через три дня тот же священник из Томе совершил ту же процедуру в отношение Антонио Хосе Гарча, жителя Валенсии, также убитого навахо.

21 сентября - губернатор Мелгарес дал рекомендация всем алькальдам провести с навахо мирные переговоры. Антонио Чавес из Белен, сообщил, что навахо повсеместно в его области совершают ограбления. Их преследовали до Пуэрто-де-Лос-Охос-де-Торибио, и там безрезультатная погоня была остановлена.

29 октября - в пуэбло Зиа заключен мирный договор с навахо, которых представляли их главный вождь и два старейшины, От Мексики договор подписал губернатор Мелгарес. Условия были таковы: «Обе стороны забывают навсегда об ущербе, который они понесли от войны; навахо свободно передвигаются и торгуют по всей провинции; производится взаимообмен пленными; и если навахо желают иметь «Генерала», им будет назначен вождь Сегундо».

12 февраля - в этот день в Пагуате был обсужден договор между республикой Мексика и Нацией Навахо. Условия были выработаны через неделю в Лагуна, и включали: освобождение всех испанских и мексиканских пленников; возвращение всей украденной мексиканской собственности; мексиканцы, со своей стороны, возвращают всех пленных навахо; и навахо, желающие принять христианство, могут приехать в какое-либо пуэбло, где будет произведен обряд крещения..

От навахо договор подписал «генерал» Хоакин. В случае не выполнения навахо их условий договора, в действие вводился бы военный план, обговоренный всеми алькальдами, и согласно которому, в страну навахо выступила бы кампания из 1000 вооруженных человек с целью наказания индейцев. Двести мужчин, в этом случае, выделялись для охраны поселений. Добыча, захваченная у навахо, должна была делиться среди участников кампании. Кроме того, если любой навахо пойман на воровсте или грабеже после заключения договора, он должен быть немедленно умерщвлен или заключен под стражу, но только в том случае, если он не сдался добровольно и не оказывал никакого сопротивления.

20 апреля- пленная девочка навахо , приблизительно трехлетнего возраста, была крещена в Альбукерке. В том же году были захвачены 35 других навахо, впоследствии покрещенные и переданные в услужение в мексиканские семьи: пять в Альбукерке; десять в Санта-Фе; пять в Сан-Хуан; четыре в Томе; семь в Белен; и по одному в Пена-Бланка, Сан-Фелипе, Абикьюи и Лагуна.

29 апреля - Отец Мануэль Мартинес, католический священник в Сокорро, провел похоронный обряд в отношение шестерых гражданских, все взрослые мужчины из Сокорро и Лас-Уэртас, которые были убиты навахо во время налета в этой области. Спустя четыре дня, священник из Томе отпел двоих жителей Белен и Саусал, также убитых навахо.

31 мая - Отец Хуан Кабальеро, священник в Белен, совершил отпевание восьми гражданских: шесть мужчин и две женщины, - все убитые во время недавнего вторжения навахо. Они были жителями Сабинал и Лос-Корралес.  

18 июня - губернатор Хосе Антонио Вискарра выступил из Санта-Фе, во главе 1500 человек, в двух с половиной месячную кампанию против навахо. 6 июля полковник дон Мануэль Армихо и еще 150 заболевших мужчин остались в пуэбло Хемес. Оттуда экспедиция повернула в Меса Азул (Меса Чакра) и к пуэбло Пинтадо. Возле каньона Чако отделение солдат было послано на поиски вождя навахо Антонио Эль Пинто, но безуспешно. Пройдя дальше на запад мексиканцы заметили нескольких навахо, поднимавшихся вверх по склону одного из пиков гор Тунича. 8 июля, капитан Армихо, сопроводив заболевших в Хемес, возвратился в основной лагерь у озера Красное (Ред-Лейк), где узнал, в горах Тунича произошел бой с навахо, в результате которого 14 индейцев обоих полов были убиты, кроме того, были захвачены одна девочка, пять лошадей и другая добыча. 10 июля отделение капитана дона Хуана Кристабаля Гарча возвратилось с разведки в горах Карризо. Трое из его людей были ранены. Экспедиция тронулась в путь дальше на запад, и во время разведки в каньоне де Челли мексиканцы ранили одного навахо, убили другого и забрали его лошадь. По пути к Охо-де-Ла-Бака войска атаковали двоих навахо, убивая одного, а второй  бежал. В Охо-де-Ла-Бака были встречены другие навахо и семь из них были убиты, включая четырех воинов, восемь рабов захвачены. В нескольких лигах южнее был убит еще один навахо. Далее экспедиция направилась к первой месе хопи, так как было сообщение, что некоторые навахо и их скот находятся там. Не обнаружив их, Вискарра вызвал военного капитана хопи, чтобы спросить у него о том, «где навахо располагают их лагерь и скот. Они ответили, что навахо находятся в Чельикито, возле месы, куда можно подняться только по одной тропе, которой они пользуются только во время проблем. В стороне от Орайби были замечены три навахо, но они не были догнаны». 21 июля «лейтенант дон Хуан Андрес Арчалета, идя по следам, прибыл к ранчерии навахо и атаковал ее, убивая пять женщин и захватывая девять рабов обоих полов, 12 лошадей и мулов, и 70 овец и коз. Капитан дон Мигель Монтойя, находясь на марше, атаковал навахо и убил двух женщин, захватив восемь рабов обоих полов. 24 июля лейтенант-полковник (подполковник) было сообщение от дона Антонио Сандоваля, которое гласило следующее: «Навахо по имени Франциско и четыре солдата попросили разрешения собрать дикий лук, и я позволил им это сделать. По пути они встретили двоих навахо, убили одного, другого захватили». На следующий день отделение дона Хулиана Армихо возвратилось  к пуэбло Хопи, чтобы собрать скот, принадлежащий вождю навахо Сегундо, о чем рассказал пленный навахо. Животные были обнаружены среди скота хопи, и капитан поручил навахо отделить их». Позже они возвратилмись с 317 головами овец и коз, и с тремя хопи, которые утверждали, что 39 голов принадлежат им. Вискарра выговорил этим хопи за то, что они раньше обманули его, сказав, что среди их стада нет животных, принадлежащих навахо, и задержал двоих из них, чтобы они служили в дальнейшем проводниками». Затем дон Антонио Сандоваль выступил в сторону пуэбло Орайби, так как получил сообщение, что навахо находятся там. 26 июля капитан дон Хосе Франциско Ортис промаршировал к Хопи, чтобы «отделить их домашний скот от скота навахо, еще там остававшегося, дабы не делать им подарок, и вернулся с 48 головами овец и коз». 28 июля Вискарра сообщил: «Я подготовил партию из 500 мужчин к маршу в место, где собрались навахо, но по информации, полученной от переводчика Мигеля Гарча, указывавшей на нехватку воды вдоль маршрута, экспедиция была отложена. 31 июля возле Орайби Уош впереди показались два навахо  с тремя мулами. Я направил в их сторону 10 человек, но как только индейцы их увидели, они бросили мулов и бежали. Через час были замечены еще трое навахо, на этот раз верхом на лошадях. Я направил еще 10 человек в точку, откуда они могли бы стрелять, ранить или убить их. Индейцы их увидели. Стрельба по ним прошла впустую, и они убежали. Я немедленно собрал в большой табун их лошадей, которые были брошены на пастбище. Следующее сообщение от дона Энсигна Диего Лукено: «Один из индейцев вождя Эль Сегундо, якобы искал меня для разговора, но это невозможно было проверить. 1 августа были обнаружены следы одиночного босого человек, он был нагнан по пути и это оказался навахо. Он был убит, а его колчан и лук забраны». 8 августа, на пути к Ред-Лейк и Элефант-Фит, хорошо известный ориентир на местности, Вискарра атаковал ранчерию пайютов, ошибочно приняв их за навахо. От одного из пайютов, привлеченного в качестве проводника, Вискарра узнал, что у арройо (ручей) и каньона под названием Лос Пиларес, так же, как и в Чельикито должен находиться навахо предводителя Хуанико. Пройдя дальше, испанцы заметили следы лошадиного табуна и скота людей Хуанико. Далее дословно из сообщения Вискарры: «Я шел по следам навахо до семи вечера. На следующий день, 9 августа, я продолжил марш по следу табуна лошадей и стада овец и коз, которые теперь передвигались вместе. В полдень навахо показались во время подъема на месу (Скелетная Меса), и среди них был Хуанико, который крикнул сверха, что он хочет поговорить со мной. Тогда я предупредил его, что начинаю сражение. При первых залпах они начали отступать с их позиции, постоянно стреляя по нам, чтобы дать время на перегон домашнего скота. Как только мы достигли верха, то увидели бегущий скот и небольшие кучки овец и коз. Я их всех собрал, оставил двадцать человек охраны и продолжил идти по следу. Вскоре показалась пыль, поднятая бегущими впереди животными. Я отправил вперед десять верховых мужчин, чтобы они собрали овец и коз, которые были уже видны. Сами навахо бежали на самых лучших их лошадях. Лейтенант дон Мануэль Санчес получил приказ собрать в стадо рассеяный скот. Через 200 шагов от меня, он был атакован около 10 навахо, и  я ускорился, чтобы защитить его. Индейцы убежали, удовлетворившись захватом пяти лошадей и ружья, вырванного из рук лейтенанта Санчеса. Никто из врагов не был убит, но Санчес успел выстрелить один раз, и свалил замертво одну из их лошадей. Я собрал раненых и домашний скот, и пошел к моим людям, охранявшим коров. Индейцы убежали далеко». На следующий день, 10 августа, в его лагере у ручья Ольхаито, Вискарра посчитал овец, коз и крупнорогатый скот, взятых у навахо, которых «оказалось 87 голов скота и, после того, как мы поели некоторых, 405 овец и коз». 12 августа полковник дон Франциско Салазар, командовавший разведкой верховий ручья Лагуна, написал: «Я обнаружил следы овец, коз и лошадей, перемещавшихся быстро в направление места под названием Лос-Орехос. Я остановился на верхушке месы». На следующий день он продолжил идти по следам, но не смог догнать стадо. Через два дня, 15 августа, он наткнулся на ранчерию навахо… «догнав двух девочек и мальчика. Восемь воинов в столкновении с моими людьми, ранили одного из них, но дальше преследование было закончено, поскольку они бежали в труднопроходимую местность».

31 августа, во второй половине дня, экспедиция возратилась в Санта-Фе. За 74 дня войска убили 50 навахо, захватили 36 других, в основном женщин и детей, а также более 900 голов скота. Их потери составили 9 убитых и 12 раненых солдат, плюс 13 лошадей потерянных.

Альберт Пайк, сопровождавший кампанию Вискарры, через несколько лет написал о нападении навахо на Таос и о его опыте с Вискаррой: «Одна фраза может рассказать обо всем, - лос мальдитос и пикарос ке сон лос набайос,- проклятые жулики навахо. Навахо постоянно их (мексиканцев) грабят и забирают все их стада и табуны, и это служит причиной такого возгласа. Они (навахо) выращивают кукурузу, имеют обширные стада овец и большие табуны лошадей; они ткут одеяла, так много, что их хватает на продажу испанцам. Их главные мужчины имеют множество слуг, и их управление, вероятно, патриархальное. В какой-то момент они избирают капитана всего племени, но повинуются ему по желанию. Они живут в трех днях пути на запад от Таоса, и их численность составляет около 10000 душ». Он описал набег на Таос военного отряда навахо в количестве сотни воинов, пятнадцать из которых остались лежать мертвые. После набега (на Таос), « я спустился в Санта-Фе, где подполковник Вискарра поднял группу мужчин против набайо, чтобы покарать их за это и другие ограбления, и он очень просил меня сопроводить их, так сильно просил, что я пообещал выступить вместе с ним, согласившись подчиняться ему. Войска были созваны отовсюду, через четыре месяца экспедиция была готова к выходу, и мы  отправились в кампанию против навахо. Уже стояла засушливая часть лета, когда мы покинули Санта-Фе, и начали марш по направлению к стране набайо. Мы миновали Хемес, а затем переправились через Рио-Пуэрко и вступили в страну набайо. Мы нашли их и сразились с ними, и они побежали перед нами, управляя скотом и овцами в широкой песчаной пустыне. И мы, теперь без провизии, вынуждены были догонять их или обречь самих себя на голодную смерть. Два  дня мы шли без единой капли воды, и, в результате, все животные обессилили. На третий день, Вискарра, пятнадцать солдат и я, пошли впереди всей армии (которая, я забыл сказать, насчитывала 1300 человек). Вискарра и его люди ехали верхом на лошадях. Я передвигался пешком, имея из одежды лишь полоску ткани вокруг моих бедер, а из оружия пику в одной руке и винтовку в другой. В этот день, как мне кажется, я прошел 75 миль босиком по раскаленному песку». Вот такой была эта экспедиция.

14 июля - Хосе Лоренцо Санчес, житель Ла-Хойя, был убит навахо и отпет в церкви Сан-Мигель-дель-Сокорро.   

15 августа - Мануэль Рохо, взрослый мужчина из Сан-Фернандо, убит навахо и удостоился погребального обряда в церкви в Томе. На следующий день двое взрослых мужчин из Лос-Энламес и Томе были убиты навахо и тоже получили внимание священника из последнего поселения. 17 числа, Антонио Хосе Гутеррьес, житель Лас-Уэртас, убитый навахо в последнем налете, был отпет Отцом Мануэлем Мартинесом.

23 сентября - В церкви Сан-Мигель-дель-Сокорро, отпет священником житель Сокорро по имени Хосе Мануэль Ройбаль, также убитый навахо.

20 декабря - Сантьяго Монтойя сообщил Бартоломе Бака, что семьи навахо прибыли в столицу, и что их число возрастает ежедневно. Их старейшины - Эль Кальетано (Кайентано) и Эль Чато сказали, что в их стране находятся 45 или 46 американцев , и что «англо дали им много полезных вещей, которые для нас (мексиканцев) очень опасные - ружья, боеприпасы и другие вещи».

Год.

 Итогом декабрьского собрания в пуэбло Ислета, стали 14 пунктов мирного соглашения, подписанного Вискаррой, Бартоломе Бака и вождем племени навахо Антонио Эль Пинто, кто возможно являлся сыном вождя Антонио Эль Пинто, убитого в 1793 году.

9 февраля - в этот день было сообщение, что группа навахо из Рито-Квемада украла табун лошадей у некоего Хуана Мария Бака. Двенадцать вооруженных людей были посланы вдогонку, которые по прибытию в Себольета,  сказали навахо по имени Чино, что он должен попытаться вернуть похищенных животных мексиканцам. Чино установил, что воры пришли из Рито Квемада, и на тот момент они вредили повсеместно.

27 февраля - Хуан Круз Бака, судья из Белен, сообщил Бартоломе Бака, что некий Торибио Трухильо предстал перед ним с тремя навахо, которые нарушили границу его ранчо в Ломита-дель-Берендо.  

 3 апреля - “Missouri Intelligencer” опубликовала описание навахо, составленное Натаниэлем Паттеном, кто позже стал редактором этой газеты. Он так написал в частности: «Страна племени навахо находится между испанскими поселениями в Новой Мексике и Тихим океаном. Их умение в уходе за скотом и их высочайшее мастерство в декоративно-прикладном искусстве показывают бесспорное превосходство их гениальности над всеми другими племенами западной части континента, даже над теми, чье соприкосновение с цивилизацией дает  им преимущество в обучении и упражнениях. Есть большая догадка в отношение того, что изначально навахо были иной нацией, чье искусство и образ жизни не были испорчены близким соприкосновением с цивилизованным обществом. Их сила и храбрость вошли в пословицу среди испанцев, которые претерпели от них больше приставаний и вреда, чем от всех других индейцев в окрестностях. Как-то они отправили в Санта-Фе большое количество серебряных слитков, которые испанцы вероломно пустили на собственные нужды. Также испанцы запрещали культивирование табака среди них, чтобы продавать им свой табак по завышенным ценам. Все это, вместе с другими досадными причинами, наслаивавшимися друг на друга в течение многих лет, привели к открытию военных действий между ними, в которых навахо обычно одерживали верх над малодушными испанцами, и очень прирастили свою собственность в овцах и мулах. Однажды один молодой джентльмен, сейчас находящийся в Санта-Фе, сопровождал крупную военную экспедицию против навахо, которая вынудила их просить о мире. Испанцы убили вождя, носившего туфли, изысканные шерстяные чулки, короткое платье,   застегнутое по бокам маленькими серебряными пуговицами вместо шва, охотничью рубашку и ярко-красную кепку, складки которой также были снабжены серебряными пуговицами. Этот народ отвергает обычный индейский образ жизни в деревнях, являясь племенем благоустроенных независимых фермеров. Они владеют стадами прекрасных овец, излишком мулов и стадами скота высшего качества. Они выращивают кукурузу, табак и хлопок, который пускают на ткань. У них имеются сады, в которых они выращивают плоды, имеющие сходство с нашими абрикосами. Несколько пунктов их шерстяных изделий равны по качеству нашим подобным товарам. Мы видели покрывало, сделанное ими, плотность ткани которой была превосходной, рисунки изобретательными, и окраска несмываемая и блестящая. Испанцы могут лишь имитировать эти пункты, и их имитация далека от подлинника. Они производят корзины и небольшие блюда из ив, которые держат воду без малейшей утечки. Прутья, прежде чем пускаются в работу, окрашиваются в разные оттенки, и настолько умело скомпонованы, что готовая посуда представляет собой разные фигуры. Их уздечки изготовлены из выдубленной кожи и  зачастую украшены серебряными орнаментами. Они почти полностью одеваются в ткани собственного изготовления. Мужчины носят короткие одеяния, иногда изготовленные из оленьей кожи, выдубленной и красиво окрашенной. Женская одежда  представляет собой свободную черную мантию, внизу орнаментированную красной каймой, которая иногда кружевная, а когда женщина не занята чем-либо, она носит большую черную шаль того же цвета, и сделанную из того же материала. Их различные типы причесок указывают на то, является женщина одинокой, замужней или матроной (мать семейства). Оружие этого интересного племени - пика, лук и стрелы, которые они используют с завидной ловкостью. Такое превосходство и совершенствование среди нецивилизованных народов, - если можно так выразиться, - несомненно, удивит многих, но личности тех, кто давал нам эту информацию, до сих пор не вызывали никаких подозрений, поэтому мы ощущаем совсем немного сомнений в том, чтобы поручиться за правдивость каждого изложенного факта.


Дата добавления: 2018-02-15; просмотров: 236;