ПРАВО- И ЛЕВОРУКОСТЬ И ТЕОРИЯ ВЕДУЩЕГО (ДОМИНАНТНОГО) ПОЛУШАРИЯ



Из этой главы читатель узнает о том, как потерпела неудачу су­ществовавшая долгие десятилетия теория о том, что у правшей все функции лучше развиты справа, а у левшей — наоборот. Он, может быть, удивится, узнав, что у прав­шей и левшей ведущими являются обе ноги и что у левшей центры речи находятся не в правом полушарии, а в левом, как и у правшей. Читатель узнает также, что ведущий глаз означает не что иное, как глаз, которым прицеливаются, и что, по сути, этот феномен не относится к сенсорным асимметриям.

ВОЗНИКНОВЕНИЕ ТЕОРИИ

ДОМИНАНТНОГО ПОЛУШАРИЯ

С давних пор явление право- и леворукости рассматривалось как частное проявление право- или левосторонности (right-leftsidedness), под которым понимается преобладание одной стороны тела по всем функциям. Начало такому представлению положили Г. Хемфри (G. Humphrey, 1861), Дж. Ле Конте (J. Le Conte, 1884), впервые употребивший этот термин, Дж. Бирфлит (J. Bierfliet, 1897), Е. Стир (Е. Stier, 1911).

Г. Хемфри первый указал на случаи совпадения ведущей руки с ведущей ногой и ведущим глазом. Дж. Бирфлит пошел еще дальше: он стал доказывать, что имеет ме­сто не просто совпадение функций по одной стороне тела, но и степень асимметрии одинаковая для этих функций. Изучив силу рук, кожную и мышечную чувствитель­ность, остроту зрения и слуха, он нашел, что у правшей на правой стороне они лучше развиты на одну девятую часть. Несмотря на многие данные, полученные в последую­щие годы и противоречившие этой точке зрения, она оказалась очень популярной и живучей в науке (К. Дарт [С. Dart, 1934]; К. Чандлер [С. Chandler, 1934), особенно среди тех ученых, которые рассматривают функциональную асимметрию абстракт­но, с общебиологических позиций. Например, Б. В. Огнев и Г. Д. Новинский в не столь отдаленные времена писали, что «...и биохимические реакции правой и левой сторон у человека и животных должны быть различными» (1962, с. 36). Теории доминант­ности полушарий придерживался и Б. Г. Ананьев (1961; 1963).


Поскольку сторонники центрально-нервной теории происхождения праворуко-сти связывают асимметрию периферических органов с функцией больших полуша­рий, начали говорить о доминантном полушарии или о «право- или левомозговости», подразумевая превосходство ведущего полушария по всем функциям. Праворукость же стали рассматривать как частное проявление «левомозговости».

В свое время эта идея сыграла положительную роль, так как способствовала экс­периментальному изучению выраженности асимметрии других парных органов и исполняемых ими функций. Однако, ослепленные общей идеей, многие исследовате­ли не хотели видеть реальные факты, противоречившие их установке. Такое в науке бывает довольно часто. Сначала после первых робких шагов новая точка зрения на­чинает распространяться на как можно больше явлений, что способствует более быс­трому и всестороннему рассмотрению проблемы. Но с другой стороны, появляется много спекулятивных заявлений, неоправданных ожиданий, заводящих в конце кон­цов проблему в тупик. По этому поводу академик А. А. Ухтомский писал: «Очень ча­сто в истории науки можно видеть, что привлечь наскоро для объяснения явлений ближайшую подходящую схему значит, в сущности, загородиться этой схемой от ре­альности и успокоиться раньше времени, не уловив, в конце концов, подлинной при­роды явления» (1950, с. 216). Нечто подобное произошло и с теорией доминантного полушария.

Уже в 1920-1930-е годы эта теория подверглась критике. Многие авторы (Р. Эн-геланд [R. Engeland, 1922]; X. Бюргер [Н. Burger, 1929]; С. Кирк [S. Kirk, 1934] и др.) полагали, что понятие «общая доминантность» не действенно и что праворукость выявляется только в специфических тестах. Т. By и К. Пирсон (Т. Woo, С. Pierson, 1927; Т. Woo, 1928), применив статистические методы, показали на большом контин­генте, что нет полного совпадения не только между асимметрией рук и зрения, но и между различными показателями для рук и различными показателями для зрения. По данным Т. By, две трети людей выпадают из теории односторонности.

В ходе этой критики проявилась и другая крайность. Стали говорить, что домини­рование различных парных органов не зависит от доминантности больших полуша­рий головного мозга, что нет никакой связи между асимметрией рук и ног, что асим­метрия полушарий у человека относится только к речевым функциям и к праксии рук и ног (последняя мысль принадлежит Г. Беквину [G. Bakwin, 1950).

Один из авторов писал даже, что раз не существует доминантного полушария, зна­чит, праворукость не является врожденной, а есть результат тренировки или бессо­знательной имитации.

В целом, критика теории доминантного полушария оказалась правильной, что бу­дет видно из изложенного ниже.

13.2.   ФУНКЦИОНАЛЬНАЯ АСИММЕТРИЯ НОГ

Авторы, исходившие из перекрестной иннервации верхних и ниж­них конечностей при локомоции, отстаивали точку зрения, что наряду с праворуко- стью существует левоногость (А. И. Масюк, 1939; А. А. Поцелуев, 1960). При этом считали, что предпочтение одной из ног, как и праворукость, является врожденным феноменом.


Для выявления ведущей ноги было предложено несколько проб: прыжки (веду­щая нога — толчковая), удар по мячу (ведущая нога — маховая), копание лопатой (ведущая нога — стоящая на лопате), работа на швейной машине (ведущая нога — нажимающая на педаль), натирание полов, скольжение по льду (ведущая — передняя нога), надевание брюк (ведущая — вдеваемая первой), накладывание ноги на ногу (ведущая — сверху), стояние (ведущая нога — опорная), шаг назад (какая нога сде­лает движение).

Однако при использовании этих проб сразу стали выявляться противоречивые результаты. При прыжках в качестве толчковой у 93-96 % обследованных ведущей была левая нога, а при ударе по мячу — у 90-98 % обследованных — правая нога (Т. Комаи и Г. Фукуока [Т. Komai, G. Fukuoka, 1934]; Э. X. Амбаров, 1963).

Следовательно, будет нога «ведущей» или нет, зависит от того, какую функцию она выполняет в предлагаемых испытуемым пробах: опорную (толчковую) или махо­вую. Но и в случае выполнения опорной или толчковой функции многое зависит от особенностей действия.

Мною (Е. П. Ильин, 1963) проведено наблюдение за детьми старшей ясельной группы (от 2 лет до 2 лет 10 месяцев). На уроке музыки были выбраны движения, где участвовали ноги: пляска «Юрочка» — сидя на стуле, дети топают одной ногой; «рус­ская пляска» — топание одной ногой, но уже стоя. Учитывалось, какой ногой дети притоптывали постоянно. Воспитатель показывал движение, один раз притоптывая правой ногой, а другой раз — левой ногой. Оказалось, что при первом танце около 72 % детей обнаружили большую или меньшую склонность к использованию при притоптывании правой ноги, 13,5 % использовали левую ногу, около 15 % — ту и дру­гую ноги. Во втором танце число притоптывавших правой ногой было примерно тем же (68 %). Таким образом, из этих данных можно сделать вывод, что уже в возрасте 2 лет опорной у большинства детей является левая нога, а маховой — правая.

В этой же работе изучалось использование той или иной ноги в качестве толчко­вой или маховой школьниками и спортсменами (в том числе и сильнейшими легко­атлетами нашей страны). Учащиеся старших классов во время соревнований по прыж­кам в длину в половине случаев отталкивались правой ногой, а в половине — левой. Такое же соотношение найдено у взрослых спортсменов — прыгунов в длину, а так­же у бегунов-барьеристов на дистанцию 110 м (в этих видах легкой атлетики движе­ние спортсмены производят по прямой). У прыгунов в высоту в большинстве случаев толчковой была левая нога (что подтверждается и данными Э. X. Амбарова, 1963; Н. Волянского [N. Wolanski, 1957]; В. Старосты, 1963). У большинства сильнейших спринтеров страны при принятии ими низкого старта отталкивающейся сзади ногой тоже была левая. У бегунов-барьеристов на 200 и 400 м, которым нужно преодоле­вать барьеры и на вираже, т. е. совершать на нем небольшое вращение влево, в абсо­лютном большинстве случаев толчковой была уже правая нога, а маховой — левая. Это давало им возможность при преодолении барьера располагаться ближе к бровке, как бы «облизывать» ее, т. е. сокращать проделываемый путь.

У барьеристок, специализировавшихся в беге на 80 м, в большинстве случаев тол­чковой была левая нога. Это молено объяснить тем, что они, как правило, занимались еще и многоборьем, в которое входят прыжки в высоту. Отсюда легче, очевидно, ког­да во всех упражнениях толчковая нога одна и та же. Это подтверждают данные об­следования многоборцев: совпадение толчковой ноги в прыжках в длину, высоту и с шестом и в барьерном беге наблюдалось у них в 85 % случаев.


С этими данными во многом совпадают результаты, полученные А. А. Саидовым (1982). Большинство детей в возрасте от 6 до 16 лет при ударе по мячу использовали правую ногу (в 90-96 % случаев), при прыжке с преодолением препятствия у 65-78 % детей толчковой была левая нога, а маховой — правая, при поддержании равнове­сия у 55-70 % опорной была левая нога; в остальных пробах (подскоки на одной ноге, прыжок в длину) предпочтение правой или левой ноги было примерное равным.

Таким образом, говорить о «ведущей» ноге некорректно, так как в каждом двига­тельном действии обе ноги ведущие, но выполняют они разные функции. При враща­тельных движениях тела влево (метания, удар ногой по предмету) левая нога.у прав­шей в большинстве случаев является опорной, а правая — маховой. Это свидетель­ствует о зависимости распределения функций между ногами от праворукости, а точнее — от координации движений тела с учетом использования в действиях пра­вой руки (у левшей, по данным многих авторов, все обстоит наоборот). При прямоли­нейных движениях толчковой может быть как правая нога, так и левая, причем при­мерно в равном числе случаев. И здесь возникает вопрос: чем обусловлен выбор тол­чковой ноги в этих случаях, зависит ли этот выбор от неодинаковой силы ног?

Сравнение силы ног проводилось многими авторами, но результаты получены до­вольно противоречивые. В. А. Шохрин(1934) — у взрослых, а Э. X. Амбаров (1963) и В. Г. Куневич (1950) — у детей разного возраста нашли большую силу правой ноги (заметим, что измерялась сила мышц бедра, а это значит, что сила этих мышц была больше на маховой ноге; весьма примечательно, что антропологами и анатомами на правой ноге была найдена и большая окружность бедра, в то время как на голени най­дена либо левосторонняя асимметрия по окружности мышц, либо симметрия). Име­ются, однако, и другие данные. Например, И. Тинтера, В. Гливицки и С. Шпринарова (J. Tintera, V. Glivicky, S. Sprinarova, 1960) вообще не выявили различий в силе ног.

Мною(Е. П. Ильин, 1963) асимметрия силы ног выявлялась путем измерения даль­ности прыжка в длину при отталкивании одной ногой. Были обследованы 790 школь­ников разного возраста. Из них были выделены две группы: не имеющих толчковой ноги (т. е. не знающих, какая нога у них толчковая) и имеющих толчковую ногу. У первых, в отдельных возрастных группах, дальность прыжка была "больше то при отталкивании правой, то левой ногой. У вторых совпадение сильнейшей и толчковой ноги было меньше чем в половине случаев.

С возрастом количество школьников, отмечающих у себя наличие толчковой ноги, как по моим данным, так и по данным А. А. Поцелуева, увеличивается (см. рис. 13.1). При этом мальчиками толчковая нога обозначается чаще, чем девочками.

В одном из обследованных классов у большинства школьников толчковой ногой при прыжках в длину оказалась левая (обычно правая и левая ноги в этом упражне­нии используются одинаково часто). Выяснилось, что почти все они играют в баскет­бол, где при бросках мяча в корзину правой рукой толчковой ногой является левая.

С увеличением стажа занятий прыжками в длину и высоту возрастает разница в силе в пользу толчковой ноги. При этом значительно увеличивается и процент совпа­дения толчковой и сильнейшей ноги (до 70 %).

Таким образом, вряд ли можно считать, что толчковая нога становится таковой потому, что она более сильная. Очевидно, что в происхождении асимметрии ног не­обходимо факторы силы и координации (в связи с право-леворукостью) рассматри­вать отдельно. Так, Н. Волянски (N. Wolanski, 1957), использовав пробу написания буквы Д, нашел, что правая нога была более координированной у 76 % обследован­ных. По

Рис. 13.1.Называемая школьниками разного возраста толчковая нога.

По горизонтали— возраст, годы; по вертикали— число случаев, %. Сплошная линия— толчковая пра­вая нога, пунктирная линия— толчковая левая нога.

данным Д. П. Букреевой (1959), частота движений в голеностопном и тазобедренном суставах во всех возрастных группах школьников больше на правой ноге. В то же время В. Староста (1963) и И. Г. Беляев (1959) не обнаружили асимметрии ног по точности воспроизведения силовых и пространственных параметров движе­ний и по определению веса.

Следует учитывать, что большинство авторов, нашедших асимметрию ног по пси­хомоторным качествам, обследовали людей со спецификой спортивной и профессио­нальной деятельности, которая могла привести к функциональным различиям меж­ду ногами (М. К. Гуревич, 1933, — полотеров и футболистов, Э. X. Амбаров, 1963, — прыгунов; у занимающихся спортивной ходьбой и бегом на длинные дистанции, по его данным, асимметрия либо отсутствовала, либо была незначительной).

Итак, приведенные факты показывают, что праворукость и функциональная асим­метрия ног — явления не равнозначные и механизм появления того и другого раз­ный. Если считать праворукость врожденной есть много оснований, то делать анало­гичный вывод в отношении асимметрии ног оснований мало. Скорее надо признать, что асимметрия ног формируется прижизненно.

В жизни человека вращательные движения влево, при которых опорную функ­цию берет на себя левая нога, не так уж редки. А. А. Поцелуев, наблюдая за школьни­ками, нашел, что не менее 90 % их предпочитают повороты в левую сторону при сле­дующих действиях: поворот кругом во время ходьбы и бега, поворот на лыжах, пово­рот в висе на кольцах, опорные прыжки, согнув ноги — в гимнастике. При метании молота 100 % правшей вращаются в левую сторону, а фигуристы предпочитают враще­ния влево в 77-83 % случаев. Чем больший при выполнении действий вращающий момент, тем чаще в качестве опорной выбирается левая нога. Так, по данным В. Старое-


ты, из 149 обследованных фигуристов при прыжках в длину левая нога была толчко­вой — у 82 (поворот влево минимален), при прыжках в высоту — у 97 (вращательный момент выражен уже больше), а при прыжках на льду — у 115 (вращение выражено максимально). Более частое использование левой ноги в качестве опорной или толч­ковой приводит к тому, что эта нога становится длиннее правой у большинства лю­дей — в 55-60 % случаев. Дело в том, что физическая нагрузка задерживает синосто-зирование эпифизов и диафизов трубчатых костей и тем самым продлевает рост кос­тей в длину (К. И. Машкара, 1962). Показано, что опорная функция ноги, с которой связано распространяющееся по оси конечности продольное давление силы тяжести тела, является важнейшим стимулом роста костей в длину.

Асимметрия ходьбы.Уже давно известен факт, что если человек теряет способ­ность ориентироваться в пространстве, он начинает кружить и возвращается на преж­нее место. Это связывают с асимметрией ног, одни исследователи — с морфологиче­ской, другие — с функциональной.

Первые считают, что причина асимметрии ходьбы — в более длинной правой или левой ноге. Например, Ф. Лунд (F. Lund, 1930) установил, что у отклоняющихся впра­во в 78 % случаев длиннее левая нога, у отклоняющихся влево — в 63 % длиннее пра­вая нога. У шедших прямо в 65 % длина ног была одинаковой. Е. В. Хохрякова (1959) предположила другую причину — разницу в углах разворота стоп. Она нашла, что угол разворота стопы для правой ноги больше, чем для левой. Но при этом чаще от­клонялись вправо только старшие школьники и взрослые. У дошкольников количе­ство отклонений вправо и влево было примерно равным.

В качестве причины асимметричной ходьбы некоторые ученые рассматривают смещение центра тяжести тела. Однако Е. В. Хохрякова показала, что изменение цен­тра тяжести тела в ту или другую сторону путем искусственного утяжеления одной из сторон (груз в одной руке) не привело к изменению асимметрии в ходьбе. Она показала несостоятельность и предположений, что на асимметрию влияют повороты головы (шейные и вестибулярные рефлексы).

Можно было предполагать также, что одним из существенных факторов, обуслов­ливающих асимметрию ходьбы, может быть разница в силе ног. Однако продолжи­тельность отталкивания правой или левой ногой, по данным А. С. Янковской и В. Н. Князевой (1962), одинаковая, поэтому вряд ли фактор силы может оказать за­метное влияние на асимметрию ходьбы.

Таким образом, и асимметрия ходьбы не подтверждает точку зрения о правосто-ронности двигательной асимметрии человека и доминантности левого полушария у правшей по всем двигательным функциям. Становится очевидным, что правору-кость — явление уникальное среди различных видов асимметрий человека.

13.3.   АСИММЕТРИЯ ЗРЕНИЯ, СЛУХА И ВЕСТИБУЛЯРНОГО АППАРАТА

Асимметрия зрения.Как и в отношении двигательной функции, при рассмотрении асимметрии зрительной функции выделяют предпочтение одного глаза в качестве прицельного и уровень функционирования того или иного глаза, т. е. собственно асимметрию по остроте зрения, величине поля зрения и т. д.


Прицеливание одним глазом — это фиксация предмета на сетчатке одного глаза (такое расположение головы, при котором ось от предмета идет перпендикулярно к центру сетчатки глаза, которым прицеливаются).

Для определения ведущего (прицельного) глаза используется очень простая про­ба, которая, кстати, заново «открывалась» три раза. Сначала ее описал португаль­ский монах Ла Порта в 1593 году, затем в 1928 году ее снова «открыл» один из амери­канцев, а в 1963 году это же сделал один наш соотечественник.

Проба состоит в следующем. На сгибе сложенного пополам листочка нужно выре­зать полукруг диаметром около 3 см и, распрямив получившийся кружочек, поло­жить его перед собой на стол на расстоянии 30-40 см. Сидя за столом, взять листок с прорезью и подержать его перед глазами так, чтобы через отверстие в листке был ви­ден вырезанный кружочек. Ведущим будет тот глаз, при закрывании которого кру­жочек будет другим глазом не виден.

По этой пробе выявлено, что для фиксации предмета чаще всего используется пра­вый глаз (табл. 13.1), однако процент случаев его предпочтения не так высок, как предпочтение правой руки (соответственно 65 % и 95 %). Таким образом, по крайней мере, у 30 % людей предпочтение левого глаза не обусловлено праворукостью и до­минантностью левого полушария. На самом же деле, и в оставшихся 65 % случаев нет никакой уверенности, что ведущий глаз «подстраивается» под ведущую руку и доми­нантное полушарие.

Другой факт, не совпадающий с теорией доминантного полушария, состоит в том, что нет совпадения между предпочтением одного глаза для прицеливания и асиммет­рией по остроте зрения. Многочисленные измерения остроты зрения не выявили до­минирования какого-либо глаза у большинства обследованных, а если таковое име­лось, то оно распределялось приблизительно в равных процентах в пользу того или другого глаза (табл. 13.2). Это несовпадение отчетливо видно из усредненных дан­ных, представленных на рис. 13.2.

Доминирование одного глаза отсутствует по величине поля зрения, по величине аккомодации, рефракции и другим функциональным показателям.

Таблица 13.1

Выбор прицельного глаза (% случаев) по данным разных авторов

 

Автор Кол-во обследованных Ведущий правый глаз Ведущий левый глаз Ведущий глаз отсутствует
Л. Майллс (1925) 1000 77,7 22,3
Дж. Довней (1927) 1002 68,6 24,8 9,7
Г. А. Литинский (1929) 500 62,6 30,0 7,4
К. Квинан (1931) 1000 74,0 22,5 3,5
Ф. Лунд (1932) 526 69,8 25,5 4,6
М. Шиллер (1932) 502 77,2 22,8
Парсонс (1933) 877 69,3 29,3 1,4
Н. И. Гурова (1949) 805 62,3 17Д 20,6

Таблица 13.2

Асимметрия глаз по остроте зрения (% случаев) по данным разных авторов

 

 

 

Автор

Количество обследованных

 

Больше на правом глазу острота зрения Больше на левом глазу Одинаковая
П. Калачников (1904) 373 5,0 5,0 95,0
Т. By и К. Пирсон (1927) 4948 22,8 22,4 54,8
Л.Гахаган (1933) 100 32,0 28,0 40,0
А. Гейтс и Г. Бонд (1936) 128 11,7 14,9 73,4
Г, А. Литинский (1936) 50 8,0 10,0 82,0
Е. М. Горячева (1953) 30 4,8 19,0 76,2

Асимметрия слуха.Предпочтение в использовании одного уха при слушании, прислушивании является твердо установленным фактом. Уже у новорожденного на­блюдается предпочтение правого уха при восприятии слов и дискриминации фонем, что свидетельствует о том, что в левом полушарии имеется генетически запрограм­мированный нервный субстрат, приспособленный для восприятия дискретных еди­ниц, которые составляют основу языка (X. Хекаен [Н. Несаеп, 1976). Еще раньше Р. Пирс (R. Pears, 1953) определял ведущее ухо по тому, каким ухом человек поворачи­вается к источнику звука, когда тот плохо слышен. По его данным, правое ухо было предпочитаемым в 65,8 % случаев, а левое — в 34,2 %. Большинство людей (13 из 18), по данным Д. Бродбент и М. Грегори (1964) распознавали речевые сигналы точнее правым ухом.

Однако В. Д. Еремеевой (1989) выявлено несовпадение предпочтения руки и уха у половины детей 7 лет. Да и по сведениям других авторов, в том числе и приведен­ных выше, несовпадение ведущей руки и ведущего уха встречается у взрослых при­близительно водной трети случаев.

По остроте слуха различия между правым и левым ухом вообще не выявляются (И. И. Славина, А. И. Качевская, 1959).

Асимметрия в функционировании вестибулярного аппарата.К. Л. Хилов (1952) приводит данные о продолжительности нистагма при вращении вправо (преимуще­ственное раздражение левого лабиринта) и при вращении влево (преимущественное раздражение правого лабиринта). Явного превалирования одного из симметричных вестибулярных органов не выявлено: асимметрия часто менялась по знаку и распре­делялась справа ислева примерно поровну.

Однако под влиянием тренировки может появляться устойчивая односторонняя асимметрия. Так, В. Староста (1963) наблюдал, что фигуристы, имеющие «свою»


привычную сторону вращения, неодинаково реагировали на вращение в «свою» и «чужую» сторону — в первом случае вестибулярная устойчивость повышалась (от­клонения при ходьбе по прямой становились меньше, чем до вращения), а во втором случае — снижалась (отклонения при ходьбе увеличивались).

Сходные результаты выявлены при обследовании летчиков, которые в большин­стве случаев разворачивают самолет (до 80 %) влево. В лабораторных условиях воз­будимость вестибуло-соматических реакций при вращении влево у летчиков была меньшей, чем при вращении вправо (В. Г. Стрелец, 1962).


Дата добавления: 2018-02-15; просмотров: 987;