ОБ «ОБЩИХ» И «СПЕЦИАЛЬНЫХ» СПОСОБНОСТЯХ И ОДАРЕННОСТИ



В психологии и педагогике распространенным является представ­ление о наличии общих и специальных способностей и одаренности. К первом относят такие, которые отвечают требованиям сразу многих видов деятельности (например, интеллектуальные способности). Специальные способности отвечают требованиям только узкой конкретной деятельности (например, художественные способности, наличие певческого голоса). Правда, имеются мнения, что четкую грань между ними провести трудно и это деление довольно условно (К. К. Платонов).

С. Л. Рубинштейн (1946) выделяет общую и специальную одаренность. Первая соотносится с более общими условиями ведущих форм человеческой деятельности, вторая — с требованиями специальных видов деятельности. При этом общая одарен­ность существует не сама по себе, а проявляется через специальные способности (прав­да, неясно как это происходит конкретно).

Отсутствие четкости в представлениях С. Л. Рубинштейна о соотношении общей и специальной одаренности заставило Б. М. Теплова уточнить ряд моментов. «Было бы более точным, — пишет он, — говорить не об общей и специальной одаренности, а об общих и специальных моментах в одаренности или, еще точней, о более общих и более специальных моментах... Решительно во всякой одаренности есть и общее, и особенное. Поскольку в очень различных формах деятельности имеются общие мо­менты, постольку можно говорить и об "общей одаренности" в широком смысле, как об одаренности к весьма широкому кругу деятельностей. Но нет никакого научного смысла в таком понятии одаренности, которое включает в себя только общие призна­ки... Метафизический разрыв между понятием общей и специальной одаренности проявляется не только в том, что общая одаренность рассматривается до предела аб­страктно, как "общее без особенного", но и в том, что из понятия "специальная одарен­ность" в свою очередь тщательно изгоняются все общие признаки» (1985, с. 33-34).

Эти критические замечания следует отнести и к пониманию «общих» и «специ­альных» способностей. Конечно, думать надо в любой деятельности, но это не зна­чит, что различные интеллектуальные способности имеют у каждого человека одина­ковое развитие и одинаковое использование в различных видах интеллектуальной деятельности. Ум математика отличается от ума шахматиста, так же как и ум поли­тика — от ума ученого, хотя нечто общее, конечно, имеется. Различают практический и теоретический ум, так как один «силен» в житейских делах, но не очень преуспева­ет в умственной деятельности на работе, другой, наоборот, успешен как ученый, но «глуп» в делах житейских.

То же касается и двигательных способностей. Например, спортивные специали­сты делят выносливость на общую и специальную. Казалось бы, наличие «общей» выносливости должно означать, что человек будет проявлять большую выносливость при осуществлении любой работы. Однако практика и эксперименты этого не под­тверждают. Во-первых, по данным М. Н. Ильиной (1974), между разными видами


выносливости имелись довольно слабые корреляции, а то и вовсе отсутствовали. Во-вторых, даваемое «общей» выносливости определение: это выносливость человека при работе умеренной интенсивности, само уже свидетельствует о том, что это вы­носливость только к работе определенного типа. В-третьих, биохимические исследо­вания показывают, что между аэробными биохимическими процессами (являющи­мися основой «общей» выносливости) и анаэробными процессами (являющимися основой кратковременной интенсивной работы) существуют антагонистические от­ношения, поэтому, развивая выносливость в беге на длинные дистанции, не разовьешь скоростную выносливость, а развивая последнюю — не разовьешь первую.

Принято также говорить о проприорецептивной чувствительности («темном мы­шечном чувстве», по И. М. Сеченову) как о единой способности. Однако исследова­ния (Е. П. Ильин, 1976) показали, что это отнюдь не так (кроме того, и само понятие «проприорецептивная чувствительность» используется совершенно неадекватно). Опыт изучения этой «чувствительности» показывает, что необходимо рассматривать как самостоятельные простые способности следующие проприорецептивные функ­ции (табл. 2.1).

Корреляции между проприорецептивными показателями, характеризующими пространственную и силовую точность движений по перечисленным функциям, встре­чались очень редко (в 12-20 % ).

Аналогичные данные выявлены и в отношении скоростных параметров. Так, В. М. Зациорский (1966) не обнаружил корреляции между быстротой движений, ча­стотой движений и временем реакции.

В связи с этим надо признать правомерность мнения В. С. Фарфеля о том, что каж­дая двигательная способность специфична, конкретна в своем проявлении. Но раз специфичны все способности, то пропадает необходимость использовать понятия «общие» и «специальные» способности или качества.

Еще в большей мере проявляется специфичность в одаренности. При этом ода­ренность у разных людей отличается не только уровнем, но и качеством (индивиду­альностью).

Таблица 2.1 Перечень и классификация проприорецептивных функций

 

 

Функция

Параметры движений и порядковые номера функции

Пространственные Силовые Временные
Оценка 1 2 3
Отмеривание 4 5 6
Воспроизведение 7 8 9
Дифференцирование: возрастающего параметра убывающего параметра 10 13 11 14 12 15
Абсолютная чувствительность 16 - -

Несмотря на правомерность дифференцированного подхода к способностям и ода­ренности, важно не впасть в другую крайность. Стратегия поиска только частного, специфичного без попытки установить то общее, что может заключаться в различных способностях, будет ошибочной как в теоретическом, так и в практическом плане.

Экспериментальные исследования в области спорта показывают, что в проявле­нии двигательных способностей и качеств имеются более общие и более частные ком­поненты. Например, Ф. Генри и соавт. (F. Henry, W. Lotter, L. Smith, 1962) с помо­щью факторного анализа установили наличие общего «фактора скорости» для раз­личных видов времени реакции. Для всех видов выносливости общим компонентом, как показано М. Н. Ильиной, является способность поддерживать волевое усилие на фоне наступившего утомления (терпеливость). Менее общим, но тоже проявляющим­ся в нескольких видах выносливости будет компонент, связанный с медленными мышечными волокнами; МПК (максимальное потребление кислорода) тоже будет менее общим компонентом, связанным с выносливостью при длительной работе уме­ренной и малой интенсивности.

Исходя из сказанного, принципиальная схема вертикальной структуры двигатель­ной способности (и качества) может выглядеть как иерархическая совокупность об-

 

Рис. 2.2. Теоретическая модель вертикальной структуры способностей


щих, менее общих и частных компонентов (рис. 2.2). В конечном итоге каждая спо­собность, имея в чем-то сходство с другими, все же неповторима по своей структуре (за счет частных компонентов), т. е. специфична.

Признание наличия как общих, так и специфичных компонентов каждой способ­ности и одаренности не может служить основанием для наблюдающейся тенденции обозначать способности по виду деятельности, которую они «обслуживают». Напри­мер, говорят о научных способностях, педагогических способностях, летных способ­ностях, спортивных способностях и т. д. (К. К. Платонов, 1972; Н. В. Кузьмина, 1985; В. А. Крутецкий, 1968). Это является отголоском мнения, что способности формиру­ются только в конкретной деятельности. Но ведь очевидно, что имеющиеся у летчика способности пригодились бы и диспетчерам, шоферам, спортсменам и вообще в тех видах деятельности, где требуются распределение и переключение внимания, опера­тивное мышление и проч. Поэтому совершенно справедливо Б. М. Теплов и В. Д. Шад-риков подчеркивают полифункциональность способностей, т. е. включенность их в различные виды деятельности.

 


Дата добавления: 2018-02-15; просмотров: 335;