С моей стороны не может быть отрицания чего бы то ни было, может быть только трансформация.



Второй вопрос:  

Ошо,

Что такое эго? Оставаясь непросветленными, всегда ли мы функционируем через эго, или бывают мгновения, когда мы от него свободны?

У человека нет центра, отдельного от центра Целого. У Существования есть лишь один центр; древние называли его Дао, дхаммой , Богом. Теперь эти слова устарели; вы можете называть его истиной. У Существования есть только один центр. Не существует многих центров, иначе вселенная, универсум, на самом деле была бы не универсумом, а превратилась бы в «мультиверсум». Это единство, и поэтому она называется универсумом; у нее только один центр.

Однако над этим следует немного помедитировать. Этот единственный центр является моим центром, вашим центром, центром каждого человека. Но единый центр не означает, что вы лишены центра; единственность этого центра просто означает, что у вас нет отдельного центра. Давайте выразим это по‑другому. Вы можете нарисовать много концентрических кругов с общим центром, множество кругов. Вы можете бросить камушек в спокойное озеро: от падения камня возникает единственный центр, а затем образуется много концентрических кругов, которые продолжают распространяться до самого дальнего берега – миллионы концентрических кругов, но у них всех единый центр.

Каждый может заявить, что этот центр – его собственный. И в каком‑то смысле это его центр, но не только его одного. Эго возникает вместе с этим заявлением: «Центр принадлежит мне, он отдельный. Это не ваш центр, это мой центр; это я». Представление об отдельном центре – вот корень эго.

Когда рождается ребенок, он приходит в мир без собственного центра. В течение девяти месяцев в материнской утробе он функционирует, используя центр матери в качестве своего собственного; он не отделен. Затем ребенок рождается. И тогда с практической точки зрения становится полезным считать себя имеющим отдельный центр, иначе жизнь станет очень трудной, почти невозможной. Чтобы выжить и бороться за выживание в жизненной битве, каждый нуждается в определенном представлении о том, кто он есть. И ни у кого нет никакого представления. На самом деле, ни у кого и не может быть никакого представления, потому что в своей глубочайшей сердцевине вы – тайна. У вас не может быть никакого представления о ней. В своей глубочайшей сердцевине вы не отдельны, вы всеобщи.

Именно поэтому, если вы спросите Будду: «Кто ты?» – тот промолчит, не ответит. Он не может ответить, поскольку он больше не отделен. Он – Целое. Но в обыденной жизни даже Будде приходится использовать слово «Я». Если он чувствует жажду, ему приходится говорить: «Я хочу пить. Ананда, принеси мне немного воды, я хочу пить».

Чтобы быть совершенно точным, ему следует сказать: «Ананда, принеси воды. Центр вселенной хочет пить». Но это будет выглядеть немного странно. Кроме того, нет никакой необходимости повторять это снова и снова: временами центр вселенной голоден, временами центру вселенной становится немного холодно, а иногда центр вселенной устает… Поэтому Будда продолжает использовать прежнее значимое слово «Я». Оно очень значимое; даже несмотря на то, что оно является фикцией, оно наполнено смыслом. Многие фикции наполнены смыслом.

Например, у вас есть имя. Это фикция. Вы пришли в мир без имени, вы не принесли его с собой, имя было вам дано. Затем, в результате постоянного повторения, вы начинаете с ним отождествляться. Вы знаете, что ваше имя Рама, Рахим или Кришна. Оно проникает так глубоко, что если все три тысячи саньясинов, которые здесь находятся, заснут, а кто‑то войдет и позовет: «Рама, где ты?» – то никто, кроме Рамы, не услышит этого человека. Рама скажет: «Кто там мешает мне спать?» Даже во сне он знает свое имя; оно проникло в подсознание, оно просочилось насквозь. Но оно – фикция.

Но когда я говорю, что имя – это фикция, я не имею в виду, что оно не нужно. Это необходимая фикция, оно полезно; иначе как вы будете обращаться к людям? Если вы хотите написать кому‑то письмо, кому вы будете писать?

Однажды маленький мальчик написал письмо Богу. Его отец умер, а мать была больна, и у них не было денег; поэтому он попросил у Бога пятьдесят рупий.

Когда письмо попало в почтовое отделение, персонал был в растерянности – что с ним делать? Куда его отправить? Оно было адресовано просто Богу. Тогда они его вскрыли. Работникам почты стало очень жаль мальчика, и они решили собрать немного денег и послать их ему. Они собрали деньги; мальчик просил пятьдесят рупий, но они смогли собрать только сорок.

Пришло следующее письмо, снова адресованное Богу. Мальчик написал: «Дорогой сэр, пожалуйста, в следующий раз, когда будете посылать деньги, посылайте их прямо мне, не посылайте их через почтовое отделение. Они вычли свою комиссию – десять рупий!»

Если ни у кого не будет имени, возникнут трудности. Несмотря на то, что в действительности имени нет ни у кого, имя, тем не менее, – это прекрасная и полезная фикция. И никто не знает об этом лучше меня, поскольку, наверное, никто во всей истории человечества не давал столько имен, сколько дал я. Можете на меня положиться!

Имена нужны другим людям, чтобы называть вас; «Я» нужно вам, чтобы называть себя, однако это всего лишь фикция. Если вы погрузитесь глубоко в себя, то обнаружите, что имя исчезло, идея «Я» исчезла; осталось одна чистая «есть‑ность», существование, бытие.

И это бытие не отдельно, оно не ваше и не мое; это бытие – бытие всего. Камни, реки, горы, деревья – включено все. Оно включает в себя все; ничто не исключается. Все прошлое, все будущее, эта огромная вселенная – все включено в это бытие. Чем глубже вы погружаетесь в себя, тем больше и больше вы понимаете, что личности не существуют, что индивидуальности не существуют. Существует лишь чистая всеобщность, универсальность. На периферии у нас есть имена, эго, отождествления. Когда же мы совершаем прыжок с периферии в центр, все эти отождествления исчезают.


Дата добавления: 2018-02-15; просмотров: 258;