Университет внутренней алхимии



Первый вопрос:  

Ошо,

Да и нет!

Человек – это дилемма, он одновременно и «да», и «нет». Тут нет ничего ненормального, это нормальное состояние человечества. Человек – это наполовину земля, наполовину небо; отчасти материя, отчасти сознание; отчасти прах, отчасти божество. Человек – это напряжение. По словам Фридриха Ницше, это «веревка, натянутая между двумя бесконечностями».

Прошлое – это прошлое животного, а будущее – это будущее Бога. И между ними находится человек – наполовину животное, наполовину ангел. «Нет» происходит из прошлого, «да» – это возможность будущего. Сомнение происходит из темноты, а доверие – это побочный продукт света. Высшее «Я» внутри тебя всегда доверяет, а низшее хитрит и всегда сомневается. И ты, такой, каков ты сейчас есть, это и то, и другое.

Человек по своей природе шизофреничен. Шизофрения – это не болезнь, не патология, это состояние нормальных человеческих существ. Она начинает выглядеть как патология лишь тогда, когда доходит до крайности, когда «да» и «нет» разделены настолько, что нет даже «и», которое могло бы их соединить. Когда они становятся несоединимы, это превращается в патологию. В остальных случаях человек всегда пребывает в определенной двойственности, в состоянии «или‑или». Никакое другое животное не находится в таком состоянии. Собаки – это просто собаки, львы – это львы, деревья – это деревья, а скалы – это скалы. У них нет никакой двойственности, нет разделения.

Человек двойственен, раздвоен, разделен. В этом его несчастье, но в этом и возможность его блаженства. В этом его страдание, но из этого страдания может родиться экстаз. Ни одно животное, за исключением человека, не может быть экстатичным. Вы когда‑нибудь видели экстатичных животных – в таком состоянии экстаза, как Будда, Рамакришна? Невозможно найти животное, которое было бы настолько экстатичным. Даже розовый куст со множеством прекрасных цветов не бывает экстатичным в том же смысле, что Иисус. Розовый куст – это просто розовый куст; нет ни избытка, ни переполнения, ни ликования. Это просто реальная действительность – не то, что происходит нечто невероятное, не то, что снизошло нечто свыше, не то, что случилось постижение Бога, не то, что возник свет, проникнувший в глубочайшую сердцевину вашего существа, и вы наполнились им и стали просветленным.

Летящая птица свободна, но она ничего не знает о свободе. Только человек, даже если он заключен в тюрьму, знает, что такое свобода. Отсюда, с одной стороны – страдание и рабство, а с другой – мечта о свободе. Реальность, уродливая реальность, и возможность, сияющая невообразимо ярким светом.

Человек может страдать так, как не может страдать ни одно животное. Вы когда‑нибудь видели животное, которое горько рыдает, проливает слезы, совершает самоубийство? Вы когда‑нибудь видели животное, которое смеется, смеется глубоким смехом, исходящим из живота, сотрясающим самые его основы? Нет, все это возможно лишь для человека. Отсюда величие человека, отсюда его достоинство, и отсюда также его беспокойство.

Это беспокойство по поводу того, совершите вы что‑то или нет, случится это на этот раз или нет. Это беспокойство – естественное следствие двух диаметрально противоположных возможностей: вы можете провалиться в ад или же вознестись на небеса.

Человек всего лишь лестница, и вы движетесь по этой лестнице, как мячик на резинке. В какое‑то мгновение вы на небесах, а в следующее мгновение – в аду. В какое‑то мгновение неожиданно возникает залитая солнцем вершина, а в следующее мгновение – самая темная долина из всех, какие когда‑либо вам встречались. В какое‑то мгновение – любовь и щедрость; а в следующее мгновение – гнев и скаредность. В какое‑то мгновение сердце расширяется настолько, что может заключить в себя весь мир, а в следующее мгновение вы становитесь таким подлым, что не могли даже предположить, что способны на такую низость. Человек, как маятник, непрерывно движется между этими бесконечностями.

Твой вопрос важен, поскольку касается каждого. Это даже не вопрос, а нечто гораздо более существенное. Это проблема, и ответ здесь не поможет; должно быть найдено какое‑то решение.

А возможных решений два. Одно – отступить назад и довольствоваться своей животной природой. Быть удовлетворенным – именно так пытаются делать миллионы: пить, есть, спать и забыть о более высоких вызовах, бросаемых жизнью. Ешьте, пейте и веселитесь, поскольку завтра нас уже не будет, – так рассуждает материалист.

Материалист принял низшее «Я»; он отрицает высшее «Я» просто в качестве самозащиты. Он отрицает его не потому, что знает, что высшего я не существует; нет, он вообще ничего о нем не знает. Он отрицает его, потому что, если не будет отрицать, он снова окажется в ситуации «или‑или». Снова у него будут проблемы, снова нужно будет что‑то делать, снова он лишится покоя. И снова его ждут странствия, скитания, дискомфорт, неудобства и опасности путешествия.

Лучше заявить, что высшего не существует, что Бога нет, что никакого Бога никогда и не было, что души нет, что нет ничего внутреннего, что у человека нет внутреннего мира, что человек лишь то, что он есть снаружи, что человек – это его поведение, и внутри у него нет никакой души.

Именно этому учили так называемые ученые‑психологи, бихевиористы, от Павлова до Б. Ф. Скиннера, – тому, что человек – всего лишь поведение. Внутри никого нет, точно так же, как никого нет внутри машины. Машина – это функциональное образование, в ней нет органического образования, нет души. Вы можете ее разобрать, а затем снова собрать.

Именно на это надеются ученые: что рано или поздно они научатся разбирать человека и собирать его заново. По крайней мере, теоретически это кажется им возможным. Но это невозможно. Человека нельзя разобрать и собрать заново, потому что в нем есть кое‑что немеханическое. И эта немеханическая часть – его красота и великолепие. Однако лучше ее отрицать; это делает жизнь более простой, менее беспокойной, менее проблематичной. Вы можете по‑прежнему жить поверхностной повседневной жизнью, полной так называемых удовольствий, – есть, пить и веселиться.

Те, кто принимают такое решение, отвергают возможность, о которой говорит Атиша. Они отвергают возможность стать богами. Они соглашаются на что‑то очень низкое, очень дешевое; они упускают нечто очень существенное. Да, со своим низшим «Я» вы можете чувствовать себя спокойно, вы можете договориться с сомневающимся «Я». Но тогда не будет роста. И не будет экстаза, потому что внутри вас никогда не родится будда. Вы никогда ничего не узнаете о сознании Христа. Вы останетесь в темноте – конечно, вам будет удобно, но что толку от этого удобства?


Дата добавления: 2018-02-15; просмотров: 197; ЗАКАЗАТЬ РАБОТУ