За эту книгу, «Гитанджали», Рабиндранат получил Нобелевскую премию.



Не все поэты всегда поэты, не все стихотворения являются стихотворениями. Поэтому вы, возможно, не понимаете того, что я пытаюсь до вас донести, но всякий раз, когда поэт является поэтом, он пребывает в безбрачии. Сексуальность просто исчезает, улетучивается. И всякий раз, когда у поэта рождается стихотворение, он – часть Бога, творец. В такой момент невозможно придать желанию какой‑либо объект. Секс придает вашему желанию объект. Секс не является чистым, не может быть таковым, поскольку всегда присутствует объект.

Как только секс становится чистым, он превращается в самадхи.

Как ум, так и тело являются сексуальными. Тело появилось в результате секса, а ум всегда страстно стремится к объектам и потому сексуален. Но и тот, и другой могут быть очищены посредством творчества.

Мое послание, мой ключ, мой золотой ключ к трансформации ваших энергий – это творчество. Становитесь все более и более творческими, и постепенно, постепенно вы обнаружите, что трансформация происходит сама собой. Ваш ум исчезнет, у вас в теле появятся совершенно другие ощущения, и вы все время будете осознавать, что вы отделены, что вы чистый свидетель.

Этот чистый свидетель и есть чистое желание и ничто иное.

Я не против желания. Я всецело за желание, но я не за желания с объектами. Пусть объекты исчезнут, и тогда ваше желание станет бездымным пламенем. Это приносит великое освобождение.

Второй вопрос:  

Ошо,

Я понимаю все, что ты говоришь, но почему же моя жизнь по‑прежнему остается неизменной?

Одно дело – понимать что‑то интеллектуально; но интеллектуальное понимание не изменит твою жизнь. Ты останешься тем же самым. Понимать что‑то интеллектуально на самом деле означает обманывать себя. Ты не понял, ум лишь притворился, что он понял. Это уловка, поскольку если ты действительно понял, то изменения неизбежно произойдут. А ум не хочет никаких изменений.

Ум очень традиционный, шаблонный, конформистский, ортодоксальный. Ум никогда не бывает революционным; он противится любым изменениям. А изменение, о котором говорю я, – это тотальное изменение.

Ты утверждаешь: «Я понимаю все, что ты говоришь…»

Тебе только кажется , что ты понимаешь. Конечно, ты понимаешь слова. Мои слова просты, я знаю не так уж много слов. На самом деле, если ты подсчитаешь, я использую, наверное, не больше четырехсот слов. Но посмотри на публику! Я не человек языка. В том, что касается слов, ты понимаешь все, что я говорю, – но постигаешь ли ты это? Вот в чем вопрос, вот в чем суть дела. Постигаешь ли ты то, что тебе передается?

Должно быть, у тебя очень философский склад ума. Помедитируй над этим анекдотом…

В начале терапии пациент, известный философ тридцати с небольшим лет, горячо откликается на каждую интерпретацию, предлагаемую психоаналитиком, словами:

– Слышу вас, слышу.

– Простите, – говорит врач. – Я не знал, что вы немного глуховаты.

– Да нет же. Я вас слышу . Это означает, что я понимаю, – отвечает философ.

– Ну и что же вы понимаете?

Философ задумался.

– Боже мой, – в конце концов, признается он. – Я не знаю.

Дело не в понимании, а в постижении. Понимание идет от головы, постижение же – это нечто более глубокое; оно идет от сердца. А если постижение действительно полное, то оно еще глубже; тогда оно идет от существа.

Когда ты что‑то понимаешь, ты должен с этим что‑то делать. Когда ты что‑то постигаешь, тебе не нужно ничего с этим делать, самого постижения достаточно, чтобы тебя изменить. Если ты что‑то постиг, это уже тебя изменило, нет необходимости что‑либо делать с твоим постижением.

Пожалуйста, не пытайся понять меня интеллектуально. Я не интеллектуал; на самом деле, я анти‑интеллектуал. Я не философ. Я очень анти‑философичен. Постарайся меня постичь.

А как люди пытаются постичь? Или, прежде всего, как люди пытаются понять? Понимать означает слушать головой, непрерывно интерпретируя, оценивая, вынося суждения: «Это правильно, это неправильно. Да, это правда, я читал об этом. Это без сомнения правильно, поскольку Иисус тоже говорил об этом теми же словами. И это также написано в Гите и в Ведах».

Все это продолжается и продолжается – эта непрерывная внутренняя болтовня, которую ты называешь пониманием. А затем из всего этого винегрета ты создашь гипотезу и думаешь, что именно это я рассказывал. Постижение не может прийти таким образом; так ему можно только помешать.

Слушай безмолвно, без внутренней болтовни, без внутреннего разговора, без оценки. Я не призываю тебя верить тому, что я говорю, и не призываю принимать то, что я говорю. Я говорю, что не нужно спешить принимать или отвергать. Сначала, по крайней мере, послушай – зачем так торопиться? Глядя на цветок розы, ты принимаешь его или отвергаешь? Глядя на прекрасный закат, ты принимаешь его или отвергаешь? Ты просто на него смотришь, и в самом этом смотрении происходит встреча.

Не позволяй своему уму блуждать. Слушай безмолвно, сонастроенно, и тогда что‑то шевельнется в твоем сердце. Истина обладает таким качеством: она затрагивает сердце. Истина обладает качеством очевидности, она не нуждается в доказательствах.

Если в том, что я говорю, есть нечто от истины, это будет понято твоим сердцем. Но ум должен отойти в сторону. И тогда тебе не нужно будет менять свою жизнь в соответствии с услышанным; она изменится сама собой.

Третий вопрос:  

Ошо,

Что? Что?? Что???

Ты напомнил мне одну историю. Человек много лет страдал от боли в руке. Он побывал у многих врачей, но так и не смог выяснить причину проблемы. В конце концов, друг убедил его посетить одного доктора, который славился своим умением диагностировать болезни. Доктор был очень дорогим, и тому человеку пришлось долго ждать, чтобы записаться к нему на прием. Но вот, наконец, он оказался в приемной. Доктор вошел, вручил ему банку и попросил вернуть ее завтра, наполнив первой утренней мочой, после чего тут же ушел.

Пациент был в ярости! «Он даже не взглянул на меня, – думал он. – И как он по моче может сказать, что не так с моей рукой?»

На следующее утро пациент, все еще сердитый, помочился в банку. Затем он попросил помочиться в нее свою жену, а потом еще и дочь. Выйдя на улицу, он увидел собаку, писающую на дерево, и набрал также немного ее мочи. Он вручил банку доктору и уселся в приемной, втихомолку посмеиваясь.

Почти сразу же доктор вернулся в приемную и воскликнул: «Ради Бога, сэр, это вовсе не смешно! Ваша жена вам изменяет, ваша дочь беременна, у собаки глисты. А если вы не прекратите онанировать, то ваша рука никогда не заживет!»


Дата добавления: 2018-02-15; просмотров: 239;