Будьте поэтами жизни, певцами, музыкантами, танцорами, влюбленными, и вы познаете подлинную философию жизни.



И если вы знаете, как жить… а это очень простое искусство. Деревья живут, хотя никто их этому не учит. На самом деле, они, должно быть, смеются, что вы задаете такие вопросы. Они, наверное, вообще смеются, что вы задали такой вопрос. Хихикают – а вы, может, и не слышите.

Все Существование нефилософично. Если вы философичны, то между вами и Существованием возникает разрыв. Существование просто есть , без какой‑либо цели. И человеку, который действительно хочет жить, придется избавиться от этой идеи цели. Если вы начнете жить без всякой цели, с интенсивностью, полнотой, любовью и доверием, то когда придет смерть, вы будете знать, как умирать, – потому что смерть не конец жизни, а всего лишь ее эпизод.

Если вы познали все остальное, если вы прожили все остальное, вы сможете прожить и смерть. По‑настоящему понимающий человек проживает свою смерть в той же степени, что и жизнь, – с такой же интенсивностью, с таким же радостным волнением.

Когда Сократу должны были дать яд, тот был в таком радостном нетерпении. Яд готовили во дворе. Собрались ученики Сократа, а сам он лежал на кровати, приготовившись, поскольку назначенное время близилось. В шесть часов, точно в момент заката солнца, ему должны были дать яд. Люди едва могли дышать: время постепенно приближалось к шести часам, и тогда этот прекрасный человек должен был навсегда исчезнуть. А он не совершил никакого проступка. Единственный его проступок состоял в том, что он говорил людям правду, был учителем истины, не шел на компромисс, не склонялся перед глупыми политиками. Таково было его единственное преступление; он не причинил никому никакого вреда. И Афинам суждено было вечно жить с этой утратой.

Собственно говоря, со смертью Сократа умерли и Афины. С тех пор к ним никогда не возвращалась их прежняя слава, никогда. Убийство Сократа было таким огромным преступлением, что Афины тем самым совершили самоубийство. С тех пор греческая культура никогда больше не достигала прежних высот. В течение нескольких лет что‑то еще продолжалось – лишь как отзвук Сократа, поскольку Платон был его учеником, лишь отзвуком. А Аристотель был учеником Платона, отзвуком отзвука. Постепенно, постепенно, по мере того как затихли отзвуки Сократа, греческая культура исчезла из мира. Она знавала славные дни, но совершила самоубийство, убив Сократа.

Ученики были очень сильно обеспокоены, однако сам Сократ дрожал в предвкушении, совсем как ребенок, которого взяли на выставку и который сгорает от любопытства – ведь все кажется ему таким невероятно интересным. Он снова и снова вставал с постели, подходил к окну и спрашивал человека, готовившего яд:

– Почему ты медлишь? Уже шесть часов!

Тот ответил:

– Сократ, ты что, с ума сошел? Я медлю лишь для того, чтобы такой прекрасный человек как ты мог прожить чуть дольше. Я не могу тянуть вечно, но могу промедлить хотя бы столько. Чуть дольше, задержись чуть дольше! Почему ты так спешишь умереть?

Сократ сказал:

– Я познал жизнь, я прожил жизнь, я знаю вкус жизни. Теперь мне интересна смерть! Вот почему я так тороплюсь. Во мне пульсирует огромная радость – сама мысль, что сейчас я умру и смогу увидеть, что такое смерть. Я хочу узнать вкус смерти. Я испробовал все остальное – лишь одно остается неизвестным. Я прожил жизнь и познал все, что она может дать. Это последний дар жизни, и я очень заинтригован.

Человек, который жил, действительно жил, будет знать, как умирать.

Искусства смерти не существует. Искусство жизни – это и есть искусство смерти, поскольку смерть не есть нечто отдельное от жизни. Смерть – это высочайшая вершина жизни, Эверест, покрытый девственными снегами и залитый солнечным светом. Это прекраснейший момент в Существовании.

Однако познать красоту смерти можно лишь, познав красоту жизни. Жизнь подготавливает вас к смерти.

Но люди вообще не живут; им всеми возможными способами мешают жить. Поэтому они не знают, что такое жизнь, и, соответственно, не знают, что такое смерть.

Смерть – это ложь. С нею вы не заканчиваетесь, вы лишь совершаете поворот. Вы движетесь по другой дороге; вы исчезаете с этой дороги и появляетесь на другой. Если вы еще не пробужденный, еще не просветленный, то здесь вы умираете, а там – рождаетесь. Вы исчезаете из одного тела и немедленно появляетесь в чьей‑то утробе, поскольку повсюду в мире совокупляются миллионы глупцов – они только вас и ждут! И на самом деле их так много, что это даже хорошо, что вы умираете бессознательными и выбираете новую утробу бессознательно. Если бы это был сознательный выбор, вы сошли бы с ума. Как выбрать? Кого выбрать?


Дата добавления: 2018-02-15; просмотров: 294;