Глава 5. ПРОБЛЕМЫ КОНСТИТУЦИОННОГО НАЛОГОВОГО ПРАВОСУДИЯ 2 страница
Но Конституционный Суд РФ так сформулировал обоснование Определения N 225-О, что большинство правоприменителей (включая Высший Арбитражный Суд РФ) истолковали его наоборот.
С точки зрения А.В. Зимина, критерий правовой определенности означает, что правовая позиция Суда сформулирована настолько однозначно, что не позволяет законодателю и правоприменителям придерживаться иных подходов в правотворческой или юрисдикционной деятельности <1>.
--------------------------------
<1> См.: Зимин А.В. Пределы обязательности правовых позиций Конституционного Суда РФ в налоговых спорах // Налоговые споры: теория и практика. 2006. N 10. С. 17.
В приведенном примере критерий правовой определенности не соблюден, поскольку позиция Конституционного Суда РФ сформулирована настолько неоднозначно, что дает основания для ее диаметрально противоположного понимания в правоприменительной практике.
В этой ситуации стоит согласиться с мнением А.В. Зимина о том, что правовая неопределенность правовой позиции Конституционного Суда РФ - признак ее порочности <1>.
--------------------------------
<1> Там же.
2. Об уклонении Конституционного Суда РФ от
выработки правовой позиции по предмету запроса
Как указывал судья Конституционного Суда РФ В.А. Туманов, на неопределенность как основание обращения в Конституционный Суд РФ указывают практически все заявители. Без этого не обходится ни один запрос. В действительности, как считал В.А. Туманов, неопределенности в вопросе о том, соответствует ли Конституции РФ норма закона или иного нормативного акта, должен констатировать не заявитель, а Суд в процессе принятия дела к рассмотрению <1>.
--------------------------------
<1> См.: Туманов В.А. Пять лет конституционной юстиции: уроки, проблемы, перспективы // Вестник Конституционного Суда РФ. 1996. N 6. С. 13.
2.1. Неопределенность правовой нормы как
основание обращения в Конституционный Суд РФ
Статистика свидетельствует, что в Конституционный Суд РФ ежегодно поступает до 10 тыс. обращений граждан. Однако абсолютное большинство из них не принимается к рассмотрению по причине несоответствия установленных законом формы и содержания <1>. В основном ошибка заявителей проявляется в их заблуждении, что Конституционный Суд РФ - надзорная инстанция и способен отменить ошибочное, с точки зрения заявителей, судебное решение по делу. В практике зарубежных стран такие заблуждения также широко распространены. Например, Конституционный суд Германии большинство жалоб граждан также оставляет без рассмотрения по причине неподведомственности <2>.
--------------------------------
<1> См.: Лучин В.О., Мойсеенко М.Т. Конституционный Суд Российской Федерации: обзор практики 1995 - 1998 гг. // Закон и право. 1999. N 7. С. 4.
<2> См.: Джобс Т. Некоторые аспекты немецкого налогового права // Налоговое право в решениях Конституционного Суда Российской Федерации 2003 года. М., 2004. С. 110.
Другое основание отказа в рассмотрении обращения в Конституционный Суд РФ - его недопустимость. Критерии допустимости установлены в каждой главе Закона, посвященной особенностям производства по отдельным категориям дел (ст. ст. 85, 89, 93, 97, 102 и 108 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации"). Однако Конституционный Суд РФ применяет и основания для отказа в рассмотрении обращения, не предусмотренные Законом: Суд не принимает обращения к рассмотрению на основании того, что у него нет неопределенности в том, что обжалуемая норма закона соответствует Конституции РФ <1>.
--------------------------------
<1> См., например, Определение Конституционного Суда РФ от 13 ноября 2001 г. N 225-О.
Часть 2 ст. 36 Закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" устанавливает, что основанием для рассмотрения дела служит обнаружившаяся неопределенность, соответствует ли Конституции РФ закон или иной нормативный акт. Отсутствие четких указаний в законе, у кого именно такая неопределенность должна возникнуть (у заявителя или у Суда), позволяет Суду поступать указанным образом.
Однако, по нашему мнению, законодатель изначально предполагал, что эта неопределенность обнаружена все-таки заявителем. В его процессуальные обязанности входит эту неопределенность мотивировать. Немотивированное обращение Суд вправе оставить без рассмотрения. Тогда, с одной стороны, это ограждает Суд от рассмотрения немотивированных запросов (ходатайств, жалоб), с другой - Суд лишается права априори, до судебного разбирательства, до рассмотрения доводов заявителя в судебном заседании (предполагающего очное участие заявителя, экспертов, специалистов, других участников судебного процесса) решить, имеется та неопределенность, которая указывается в запросе (ходатайстве, жалобе), или нет. В противном случае отказ Суда в рассмотрении подведомственной жалобы (заявления) - фактически судебная отписка, отказ в правосудии и прямое нарушение права на судебную защиту, предусмотренного ч. 1 ст. 46 Конституции РФ.
Ни у какого судебного органа до рассмотрения иска (жалобы, заявления и т.п.) по существу нет неопределенности, что права истца (подателя жалобы) нарушены и что примененная по отношению к нему норма права другим лицом (в том числе государственным органом) соответствует закону и Конституции РФ. Более того, Конституционный Суд РФ презюмирует конституционность закона, обоснованно полагая, что законодатель, легитимно избранный народом, выполняет свои функции добросовестно и реализует волю избирателей в пределах своих полномочий. Оценка конкретной нормы закона на ее соответствие Конституции РФ возможна только с учетом сложившейся правоприменительной практики, на что указывает ст. 74 Закона "О Конституционном Суде Российской Федерации".
Понятно, что Суд или отдельный судья, принимая к рассмотрению жалобу, не может знать всю практику применения оспариваемой нормы закона. Положенный в основание жалобы судебный прецедент может быть и нехарактерным для применения спорной нормы. Кроме того, Суду или судье на этом этапе судопроизводства неизвестна официальная позиция законодателя и органов исполнительной власти по предмету спора.
2.2. Об обязанности рассмотрения Судом допустимых жалоб
До рассмотрения жалобы по существу объективной правовой позиции у Суда быть не может. В связи с этим Е.В. Махортова отмечает: "Конституционность или неконституционность оспариваемого акта, как и нарушение им конституционных прав, не могут решаться на стадии предварительного рассмотрения. Даже если на стадии предварительного рассмотрения будет подвергнута сомнению конституционность оспариваемого закона, Суд не вправе формировать такие выводы на предварительной стадии... Не исключено, что при более детальном изучении дела может обнаружиться неточность первоначального вывода" <1>. "Есть существенное отличие между толкованием спорного закона в постановлениях и определениях Конституционного суда РФ об отказе в принятии жалобы к рассмотрению. Толкование спорного закона в определениях об отказе в принятии жалобы не входит в компетенцию Конституционного Суда РФ. Если данное обстоятельство не учитывать при оценке правового значения определения и допустить его нормативную обязательность, то это равносильно признанию обязательными позиций, не входящих в компетенцию Конституционного Суда РФ" <2>.
--------------------------------
<1> Махортова Е.В. Суд над судами и законами // Налоговед. 2005. N 3. С. 9.
<2> Там же. С. 7.
Этот вывод подтверждает позиция судьи Конституционного Суда РФ В.О. Лучина, высказанная им в особом мнении от 27 июня 2000 г. по Определению Конституционного Суда РФ по запросу группы депутатов Государственной Думы о проверке соответствия Конституции РФ отдельных положений конституций Республики Адыгея, Республики Башкортостан, Республики Ингушетия, Республики Коми, Республики Северная Осетия - Алания и Республики Татарстан <1>:
--------------------------------
<1> См.: Вестник Конституционного Суда РФ. 2000. N 5. С. 10 - 12.
- в отличие от постановлений Конституционного Суда его определения относятся к "иным" решениям и не являются итоговыми решениями; особенности юридической природы определений как преимущественно процессуальных актов указывают на то, что ими не могут реализоваться предусмотренные ст. 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" полномочия Конституционного Суда;
- приняв рассматриваемое "развернутое определение с позитивным содержанием", Конституционный Суд существенно отступил от этих требований;
- решение вопросов по существу должно производиться не определением, а постановлением Конституционного Суда (ч. 2 ст. 71 Закона);
- увеличение числа таких определений умаляет демократизм конституционного судопроизводства, так как они принимаются без заслушивания сторон и их представителей, показаний экспертов и свидетелей, оглашения имеющихся документов, что не позволяет сторонам отстаивать свою позицию в заседаниях Конституционного Суда РФ и нарушает закрепленные названным Законом (ст. ст. 5, 32, 35) принципы состязательности сторон и устности разбирательств;
- Закон обязывает Конституционный Суд неукоснительно соблюдать любые его требования. Если Суд считает, что действующая редакция Закона препятствует совершенствованию конституционного судопроизводства, то для его изменения он может воспользоваться правом законодательной инициативы. До внесения соответствующих изменений в Закон Конституционный Суд РФ не вправе игнорировать различия между итоговыми или иными своими решениями (постановлениями и определениями);
- подмена постановлений определениями недопустима.
Право граждан на судебную защиту своих прав и свобод закреплено в Конституции РФ (ч. 1 ст. 46). Согласно ч. 4 ст. 125 Конституции РФ Конституционный Суд РФ по жалобам на нарушение конституционных прав и свобод граждан и по запросам судов проверяет конституционность закона, примененного или подлежащего применению в конкретном деле, в порядке, установленном федеральным законом. Глава 12 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" регламентирует процедуру рассмотрения Судом таких жалоб. При этом критериями допустимости жалобы согласно ст. 97 Закона признаны ситуации, когда:
- закон затрагивает конституционные права и свободы граждан;
- закон применен или подлежит применению в конкретном деле, рассмотрение которого завершено или начато в суде или ином органе, применяющем закон.
Конституционный Суд РФ не вправе уклониться от рассмотрения жалоб, если они обладают критериями допустимости, и обязан оценить спорную норму закона по существу, т.е. сформулировать свою правовую позицию по поставленному для разрешения вопросу в итоговом судебном акте.
2.3. О неконституционности ст. 169 ГК РФ
Согласно ст. 169 ГК РФ сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка и нравственности, ничтожна. Объективная сторона изложенного противоправного деяния описана в норме лишь в общих чертах. Даже комментаторы Кодекса не приводят примеров сделок, совершенных с целью, противной основам правопорядка и нравственности <1>. Более того, ряд ученых прямо признают, что основы правопорядка закреплены только в Конституции РФ, а требования нравственности вовсе отсутствуют в системе писаных норм <2>. Это обстоятельство предоставляет широкие возможности для произвольного применения такой нормы. Учитывая, что равенство граждан перед законом и судом - конституционный принцип (ч. 1 ст. 19 Конституции РФ), указанная неопределенность приобретает конституционно значимый аспект.
--------------------------------
<1> См.: Комментарий к Гражданскому кодексу РФ / Под ред. М.Ю. Тихомирова. М., 1995. С. 214 - 215.
<2> См.: Садиков О.Н. Комментарий к Гражданскому кодексу РФ, части первой (постатейный). М., 1997. С. 362.
Например, диспозиция ст. 273 прежнего Таможенного кодекса РФ стала предметом жалобы в Конституционный Суд РФ по причине ее неопределенности. В особом мнении судьи А.Л. Кононова на Постановление Конституционного Суда РФ от 27 апреля 2001 г. N 7-П отмечается, что положения этой статьи не только не содержат точного, определенного и законченного перечня нарушений, влекущих применение установленных санкций, не только оставляют этот перечень открытым в виде отсылки к иным ограничениям, требованиям и условиям таможенного режима, но даже не содержат минимально необходимого по правилам законодательной техники - хотя бы отсылки к каким-либо конкретным актам, которые закрепляют такие требования. Подобная неопределенность нормы, особенно нормы, устанавливающей юридическую ответственность, абсолютно недопустима как с точки зрения ч. 3 ст. 55 Конституции РФ, так и с учетом того, что она влечет высокую вероятность произвольного применения. То есть налицо противоречие таких норм ч. 1 ст. 19 Конституции РФ, недопустимость которого неоднократно признавалась Конституционным Судом РФ. Изложенное в полной мере относится и к ст. 169 ГК РФ.
По замечанию В.В. Стрельникова, санкция ст. 169 ГК РФ явно публичная и фактически предусматривает конфискацию как меру публично-правовой ответственности, выходящей за рамки компенсационных начал, свойственных гражданско-правовому принуждению. Парадоксально, что конфискация, исключенная из УК РФ как уголовное наказание, неожиданно появилась в недрах гражданско-правового института сделок уже как особая мера уголовно-правового характера <1>. С.Г. Пепеляев и В.М. Зарипов приводят многочисленные убедительные доказательства неконституционности ст. 169 ГК РФ <2>.
--------------------------------
<1> См.: Стрельников В.В. Налоговая ответственность: Учеб. пособие. С. 20.
<2> См.: Пепеляев С.Г. По-большевистски... // Налоговед. 2007. N 7. С. 2 - 3; Зарипов В.М. Статья 169 НК РФ как орудие налогового террора // Налоговед. 2007. N 10. С. 5 - 14.
Примечательно, что санкция ст. 169 ГК РФ вступает в противоречие даже с общей нормой - ст. 167 "Общие положения о последствиях недействительности сделки" ГК РФ. Эта норма не содержит каких-либо правовых последствий для сторон недействительной сделки (помимо двусторонней реституции). Она не предполагает исключений. Это еще раз подтверждает, что ст. 169 ГК РФ не только конфликтует с другими законодательными актами, но и выпадает из системы норм ГК РФ.
Казалось бы, очевидна необходимость оценки ст. 169 ГК РФ Конституционным Судом РФ на соответствие Конституции РФ. Однако в июне 2004 г. Конституционный Суд РФ отказался рассматривать жалобу налогоплательщика - юридического лица на ст. 169 ГК РФ, примененную в его отношении налоговым органом. В Определении от 8 июня 2004 г. N 226-О <1> Конституционный Суд РФ обосновал свой отказ ссылкой на п. п. 1 и 2 ч. 1 ст. 43 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации". Нормы этих пунктов позволяют Суду отказать в принятии обращений в случае, если разрешение вопроса, поставленного в обращении, ему неподведомственно или если обращение в соответствии с требованиями указанного Закона не относится к допустимым.
--------------------------------
<1> Определение Конституционного Суда РФ от 8 июня 2004 г. N 226-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы ОАО "Уфимский НПЗ" на нарушение конституционных прав и свобод статьей 169 Гражданского кодекса Российской Федерации..." // СПС "КонсультантПлюс".
В соответствии с ч. 4 ст. 125 Конституции РФ и гл. 12 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" подобные жалобы как раз подведомственны Конституционному Суду РФ. Что касается допустимости такого запроса (ст. 97 указанного Закона), то и это условие было соблюдено: закон явно затрагивал конституционные права и свободы граждан и был применен в деле заявителя.
Выводы Конституционного Суда РФ, сформулированные им в отказном определении во внесудебной процедуре (без рассмотрения жалобы по существу и заслушивания сторон, свидетелей, экспертов, специалистов), не выдерживают критики.
Конституционный Суд РФ признал допустимым, что объективная сторона административного правонарушения может наполняться содержанием самими правоприменителями (участниками гражданского оборота, органами исполнительной и судебной власти) по своему усмотрению. Однако такой подход противоречит ряду конституционных принципов: ограничения прав и свобод только законом (ч. 3 ст. 55 Конституции РФ), равенства перед законом (ч. 1 ст. 19 Конституции РФ), разделения властей на законодательную, исполнительную и судебную (ст. 10 Конституции РФ).
Конституционный Суд РФ пренебрег тем, что такое явно противоправное деяние (заключение сделки с заведомой целью уклонения от уплаты налогов) до сих пор не описано в административном законодательстве РФ. Суд вывел новую разновидность ничтожных сделок - "антисоциальные сделки", не дав им хотя бы приблизительного определения.
По замечанию К.И. Скловского, сделка порождает (прекращает, изменяет) только гражданские права и обязанности. Налоговые обязательства не являются гражданскими. Следовательно, их изменение или прекращение не может быть ни результатом, ни целью сделки. Поэтому суждение, что цель сделки - неуплата налогов, само по себе юридически невозможно <1>.
--------------------------------
<1> См.: Скловский К.И. О пределах действия нормы ст. 169 ГК РФ // Вестник гражданского права. 2007. N 3. С. 136.
С.В. Савсерис отмечает: "Вместо того, чтобы признать эту норму (ст. 169 ГК РФ. - Примеч. авт.) неконституционной, Конституционный Суд РФ отдал ее применение на усмотрение судов. Видимо, Конституционный Суд РФ исходил из того, что применение такой конфискационной меры может быть допущено в исключительных случаях. Но ошибочность такого подхода состоит в том, что по существу "мертвая" норма может получить вторую жизнь в качестве инструмента экспроприации собственности" <1>.
--------------------------------
<1> Савсерис С.В. Категория "недобросовестность" в налоговом праве. М., 2007. С. 160.
Нетрудно заметить, что размер санкции по ст. 169 ГК РФ значительно превосходит размер всех возможных налоговых последствий по сделке (налог, штраф, пени). Фактически на основании ст. 169 ГК РФ в доход государства обращается вся налогооблагаемая база, а не налоговая недоимка. В такой ситуации неизбежно встает конституционно значимый вопрос об определенности, соразмерности и справедливости юридической ответственности. Но именно в связи с нарушением критериев определенности и соразмерности налоговой ответственности Конституционный Суд РФ уже признал неконституционной налоговую санкцию, предусмотренную ранее ст. 13 Закона РФ "Об основах налоговой системы в Российской Федерации" <1>.
--------------------------------
<1> См. Постановление Конституционного Суда РФ от 15 июля 1999 г. N 11-П.
Очевидно, что сохранить юридическую силу данной статьи (признать ее соответствующей Конституции РФ) в итоговом решении по делу без изменения своих ранее высказанных правовых позиций Конституционному Суду РФ было бы невозможно.
Дата добавления: 2019-02-12; просмотров: 151; Мы поможем в написании вашей работы! |
Мы поможем в написании ваших работ!