Жизнь Иакова у Лавана (Быт. 29–31)



Иаков у колодца встречает Рахиль, дочь Лавана и свою будущую жену. В стихе 17 говорится, что у Лавана была старшая дочь Лия, но она была «слаба глазами». Это важный недостаток, так как в древности глаза считались главным элементом женской красоты. В то же время подчеркивается, что Рахиль была красива во всех отношениях.

Иаков полюбил Рахиль и попросил ее руки у Лавана, но за невесту необходимо было заплатить выкуп. Согласно архивам Нузи, он составлял от 30 до 40 сиклей серебра. Иаков не имел денег и потому вынужден был работать на Лавана, чтобы трудом выкупить невесту. Годовой заработок пастуха, по архивам Нузи, составлял 10 сиклей, так что 7 лет работы – это почти вдвое большая сумма, чем полагалось для выкупа. Но у Иакова не было выбора.

На брачном пире Лаван обманывает Иакова и вместо Рахили выдает за него Лию. Причина ошибки Иакова (29:25) кроется в том, что невесту во время свадьбы выводили к жениху с покрывалом на лице. Можно с уверенностью говорить, что Господь попустил Иакову быть обманутым Лаваном как возмездие за обман Иаковом своего отца. Когда обман открылся, Лаван в качестве оправдания ссылается на обычай не выдавать младшей дочери прежде старшей. Такая последовательность исключала возможные насмешки младших дочерей над старшей, а также помогала избежать превращения старшей дочери в старую деву. Последний факт, кроме того что он был недопустим сам по себе, также означал, что семье придется самой содержать ее. Несмотря на реальность такой традиции, обман Лавана не может быть оправдан, так как он договаривался с Иаковом о Рахили. Чтобы разрешить конфликт, Лаван предлагает Иакову еще 7 лет работы в качестве выкупа за Рахиль. Несчастный Иаков, не имея выбора, принимает это предложение.

В эпоху патриархов еще допускалось многоженство, поэтому Писание не осуждает Иакова, взявшего двух жен. «Сам Иаков, – говорит блаж. Августин, – как видно из Писания, не желает более одной жены... Приходил он взять одну; но когда ему подставлена была вместо одной другая, – он не бросил и эту» (О Граде Божием, ХVI, 38). Благословение, почившее на нелюбимой Лие, показывает, что Бог – защитник обиженных.

Вскоре настало время для Иакова покинуть Месопотамию. Как Аврааму, ему было сказано: «Выйди из земли сей» (31:13). Но если «исход» Авраама был бескорыстным послушанием призыву Божию, то побуждения Иакова обрисованы в Бытии как двойственные: немалую роль играет желание освободиться из-под власти Лавана. Жены Иакова поддерживают его намерение, так как были недовольны Лаваном. По закону отец невесты должен был откладывать часть выкупа, чтобы в случае смерти мужа или развода обеспечить своих дочерей. Видимо, Лаван этого не сделал (31:14-15).

Интересен поступок Рахили, похитившей «терафимов» («идолов») Лавана (31:19, 34-35). Согласно текстам Нузи, такие фигурки богов домашнего очага давали их владельцу право на наследство. Также люди верили, что боги приносят роду успех и преуспеяние. Оттенок пренебрежения к ним, заметный в рассказе (Рахиль спрятала их под седло), отражает взгляд священного автора на идолов. Впоследствии Иаков, поселившись у Сихема (после примирения с братом), приказывает «бросить богов чужих» (35:2-4) и закапывает терафимов Лавана в землю.

 

Таинственная борьба с Богом, перемена имени. (Быт. 32:24-32).

Возвращаясь на родину после многолетнего пребывания у Лавана, Иаков на берегу потока Иавок в уединении вознес молитву Богу о спасении от предстоящих опасностей. Здесь ночью ему явился Некто, боровшийся с ним до зари (ст. 24). Видя как бы невозможность побороть Иакова, он повредил бедро патриарха. Иаков не хотел отпускать таинственного Соперника, пока тот не даст ему благословения (стт. 25-26).

Тогда таинственный борец дает патриарху новое имя и объясняет значение этого имени (стт. 27-28). Затем отказывается назвать патриарху свое имя, после чего благословляет Иакова (ст. 29). Для самого Иакова памятником таинственной борьбы осталась его хромота, а потомки патриарха в память об этом хранили обычай не есть жилы животного при бедре (стт. 31-32).

По ясному указанию Писания с Иаковом боролся Сам Бог. В пользу этого говорит, во-первых, имя, данное патриарху – Израиль, которое буквально означает «Бог борется», однако на основании Быт. 32:28 его также можно истолковать «боровшийся с Богом». Во-вторых, сам Иаков дает месту таинственной борьбы наименование «Пенуэл» («вид Божий», «лицо Божие»), указывая этим на то, что он находился в особенном близком общении с Богом и остался жив: «я видел Бога лицом к лицу, и сохранилась душа моя» (ст. 30). Значение же таинственной борьбы для самого Иакова заключается в словах: «ты боролся с Богом, и человеков одолевать будешь». Эти слова должны были избавить Иакова от беспокойства и боязни брата, придать ему уверенность в заступничестве Бога и своих силах.

Но в процессе борьбы Господь повреждает сустав бедра патриарха. Это нужно было для уверения Иакова в том, что борьба с Богом была действительным событием. В то же время эта травма указывала, что Иаков не должен превозноситься и приписывать себе победу. Словами «отпусти Меня» Господь выражает ту мысль, что Иаков достаточно укреплен для перенесения предстоящих ему испытаний, так как он своею верою, молитвою и упованием на милосердие Бога как бы победил гнев Божий.

Благословляя Иакова, Господь дает ему новое имя «Израиль». Сам факт наречения другого имени говорит о новом духовном рождении человека, коренном изменении его миссии и судьбы. Кроме того, своим значением («боровшийся с Богом») новое имя в ближайшем смысле указывало на ту борьбу, которую патриарх вынес. Вместе с этим имя «Израиль» должно было укрепить его в последующей духовно-нравственной борьбе с искушениями, внушить твердое осознание того, что Господь дает человеку неограниченные благодатные силы для спасения.

Вопрос Иакова об имени таинственного борца нельзя понимать в том смысле, что патриарх совершенно не представлял, с кем он имеет дело, так как сам Иаков называет таинственного борца Богом и месту борьбы дает наименование Пенуэл – Лицо Божие. Слова патриарха выражают прежде всего желание иметь большее знание о Боге. Также не исключено, что Иаков хотел использовать имя Божие в магических целях, ибо в древнем мире было распространено убеждение, что через имя можно воздействовать на Бога. Своими словами: «на что ты спрашиваешь о имени Моем? (оно чудно)» (ст. 29) Господь внушает Иакову, что он должен довольствоваться тем, что открыто ему, не проникая в то, что человеку знать еще невозможно.

О благословении, которое Господь преподал Иакову, Писание говорит слишком кратко: «и благословил его там». Скорее всего, Господь повторил те обетования, которые Он прежде давал Аврааму, Исааку и самому Иакову.

Эта таинственная борьба с Богом уничтожила в Иакове все, что было в нем недостойного: тягу к богатству, недостатки характера. Отныне он идет по стопам отцов, и сознание своего призвания проявляется в каждом его поступке. Иаков выходит из этой схватки обновленным и духовно укрепленным, способным стать родоначаль­ником избранного народа.

По мнению святых отцов и учителей Церкви, борьба Иакова с Богом имела таинственное значение, была прообразом великого таинства искупления человечества, предвозвестив, что настанет некогда время, когда божественное правосудие преклонится на милость к падшему человеку и человечество примирится с Богом через Христа Спасителя.

 


Дата добавления: 2018-02-28; просмотров: 302; Мы поможем в написании вашей работы!






Мы поможем в написании ваших работ!