Воспоминания игуменьи Варвары, настоятельницы Пюхтенского женского монастыря в честь Успения Пресвятой Богородицы в Эстонии



 

…Шёл 1947 год. Наша семья только вернулась из эвакуации, и мы с родителями жили в Луге. Много было у нас в Луге разговоров о великом старце, сильном молитвеннике отце Серафиме Вырицком. И мне так хотелось съездить к нему! При первой же возможности я отправилась в путь. Стояли первые июньские дни, только распустились листочки на деревьях. Мне ещё не было 17 лет. Доехала я до Петербурга, оттуда – до станции Вырица. Куда идти – не знаю. Спросила у людей:

- Где у вас тут батюшка Серафим живёт?

- Идите, увидите церковь Казанскую, там недалеко и домик, - говорят.

И я пошла. Смотрю – церковь деревянная стоит, могилочки у храма. Подхожу к домику. Веранда большая. Стучусь. Захожу, а там много-много народу. Спрашиваю:

- Здесь живёт батюшка серафим?

- Тут, да он не принимает – читайте.

На двери объявление: «Батюшка болеет, просьба не беспокоить и не стучать». Это было за два года до батюшкиной кончины. Стою и думаю: «Неужели придётся уехать? Так и не увижу батюшку…» Стою: и не ухожу, и беспокоить не решаюсь.

- Доченька, мы-то тут с утра сидим; иногда нам записочками отвечают, но мы то здешние, - говорят бабушки.

А явсё стою в нерешительности: «Матерь Божия, помоги, устрой… Никто как Матерь Божия…»

Вдруг открывается дверь. Выходит монахиня и говори:

- А кто здесь из Луги?

Думаю: «Кто здесь из Луги?» Растерялась. А все на меня смотрят.

- Я из Луги, - говорю.

- Батюшка сказал: пропустите девушку из Луги. Деточка, проходите, пойдёмте, батюшка просит вас, - ласково позвала монахиня и повела.

Впоследствии эта монахиня стала схимницей Пюхтинского монастыря Серафимой, которую я хоронила в 1974 году, будучи настоятельницей монастыря. Часто мы с ней с любовью вспоминали батюшку и эту нашу встречу.

…Идём по коридору. Угловая комната – батюшкина келия в окнами в сад. Справа – большой святой угол. А слева, в самом уголочке, кроватка. Батюшка на подушечках. У кроватки ковер.

- Подойдите, встаньте на коленочки на коврик, чтобы батюшка слышал вас, - говорит монахиня.

Подошла, встала на колени, смотрю на батюшку.

Такой светлый, впалые щёчки, проницательные серые глаза, а лицо… Это не лицо, а лик! Шапочка схимническая с крестиком, схима надета, наперсный крест. Я открыла рот – и не могу, вымолвит ни слова. Смотрю, смотрю… И он на меня проницательно смотрит. Батюшка нарушил молчание:

- Деточка, а что вы хотите, с чем вы ко мне приехали?

Сердце моё сжалось от волнения, и я тихо промолвила:

- Батюшка, дорогой, мне ничего не надо. Мне только нужно ваше благословение и ваши святые молитвы.

И всё смотрю, смотрю на него. Он, улыбаясь, смотрит и говорит:

- Мать Анна, принесите мне две просфоры: одну большую, другую поменьше.

Матушка принесла большую, такую, как игуменская, просфору.

- Это – вам, - даёт мне отец Серафим, - а эту передайте вашей маме. Пусть мама разделит на 60 частичек и 60 дней принимает со святой водой.

Мама всё исполнила в точности, как сказал батюшка. И всё хотела потом съездить в Вырицу и говорила:

- Доченька, так хочется к батюшке Серафиму съездить!

Но, как у всех у нас, всё не хватало времени. Так и осталось загадкой, почему батюшка благословил разделить просфору на 60 частичек…

- А когда будете уходить от меня, - продолжал батюшка, - напишите записочки о здравии всех своих родных и за упокой. И я по силе всегда буду молиться.

Смотрит на меня и всё улыбается, улыбается. А я ничего о своих родных не говорила. Стою я на коленочках, смотрю на батюшку. А он вдруг спрашивает:

- Деточка, а как ты поедешь в Лугу?

Я растерялась:

- Поездом в Ленинград, а оттуда в Лугу.

- А ты вот что сделай. Выйдешь от меня, зайди в церковь, приложись к Казанской иконе Божией Матери, а потом могилкам поклонись. Там моя матушка лежит – схимонахиня Серафима. Близенько – большая дорога. Выйдешь на неё, пойдёт грузовая машина. Ты не бойся, подними руку. Она остановиться, и довезёт тебя до железной дороги. (Оказывается, в пяти километрах от Вырицы – станция Сиверская, а от неё до Луги совсем недалеко.) А там сядешь на поезд и через час будешь в Луге своей.

У меня и в мыслях не было, чтобы старцу такой вопрос задавать! Меня это так удивило. Смотрю на него: такой светлый, святой человек, словно житель горнего Божьего мира, и вдруг говорит мне о таких практических вещах… А сейчас часто его вспоминаю. Находясь в такой святыне, в Пюхтице, я постоянно должна решать жизненные, практические вопросы. Какой батюшка был дальновидный, какой простой, сколько было у него любви! Какой пример был всем нам, какая забота о людях – до какой мелочи1..

Стою на коленях, скрестив руки на груди, и всё смотрю, смотрю на него. Никогда я такого лика не видела. Весь день так бы и стояла! Вошла мать Анна. Я говорю:

- Батюшка, простите, я вас наверное, так задержала.

А сама не знаю, сколько времени прошло, сколько пробыла у батюшки. А он:

- Ничего, деточка, подойди, благословлю тебя, и родителей ваших, и всю родню вашу, - и перекрестил меня. Я поклонилась. Стала уходить. Не решаясь повернуться к батюшке спиной, на носочках вышла.

Зашла в церковь, приложилась к Казанской иконы Божьей Матери. Помолилась на могилках. Теперь, думаю, надо на дорогу выйти. Смотрю: большая дорога рядом, и машина идёт. Бабушки сидят в ней, берёзки лежат. Робко поднимаю руку:

- Молодой человек, не подвезёте до станции Сиверской?

А мы туда и едем.

Довезли меня до переезда. Я вышла, поблагодарила. Слышу – поезд сзади подходит. Успела только к вагону подойти и поехала домой. Оказалось, скорый, проходящий поезд был. От радости даже не помню, как доехала. Казалось, только вошла в вагон – и уже дома.

Вот такая встреча произошла у меня с отцом Серафимом 50 лет тому назад. Милостию Божией сподобилась видеть светлого старца, принять его благословение и просфору. Всегда, когда мне потом приносили игуменскую просфору, я почему-то невольно вспоминала батюшку и этот день. Было это за 20 лет до моего настоятельства…

 

Невесты Христовы

 

В Ленинграде две сестры, Валентина и Лидия, воспитывались в доме своей тётушки Матроны, ставшей им второй мамой. Матрона взяла девочек из детского дома, куда они попали после смерти их матери. Валентина с детских лет обрела веру, полюбила церковные службы, посещала храмы. Её постоянной спутницей была двоюродная сестра Нина, также сирота. Сёстры хотели поступить в монастырь, но Матрона не благословляла. Тогда решили спросить совета у отца Серафима. Для этого тётушка отправилась в Вырицу и сказала старцу:

- У меня растут две сироты. Одна из них хочет в монастырь поступать. И подружка, двоюродная сестричка, - тоже.

- Так что же ты ломаешь их путь? – спросил батюшка:

Скоро подруги стояли перед домом, где жил отец Серафим. Только перетупили порог кельи, как батюшка произнёс:

- Невесты Христовы ко мне пожаловали!

- Батюшка, - сказала Валентина, - у меня ведь ещё есть тётя и сестрёнка младшая.

- А ты не о чём не думай. В монастырь идут только избранные. Вас Сама Матерь Божия избрала, Она и близких твоих не оставит. А со временем и сестрёнка твоя будет монахиней.

В день святой мученицы Татианы обе сестры, Валентина и Нина, поступила в Успенский Пюхтицкий монастырь в Эстонии. Не только Валентина и Нина, но и многие из сестёр обители приняли постриг по благословению отца Серафима. Он очень любил Пюхтицкий монастырь и до последних дней своей жизни материально поддерживал обитель. После войны игумения даже хотела, чтобы батюшка переселился к ним, и приготовила для этого дом.

 

Александра

 

Жила в Вырице женщина по имени Александра с тремя детьми. В Бога не верила. После войны муж вернулся с фронта, и ей посоветовали:

- В посёлке живёт старый монах, который предсказывает. Спроси у него, может быть, скажет, что с мужем.

Пошла она к старцу вместе с глухой дочерью восьми лет. Ждать пришлось довольно долго. Александра стала уже нервничать, порываясь уйти. Наконец зашла в келью к батюшке, постояла – и ничего не спросила. Старец махнул ей рукой:

- Иди.

А девочка захотела поближе подойти к дедушке, тем более что старец что-то говорил, обращаясь к ней. Она показывала знаками, что не слышит и не понимает. Неожиданно старец заплакал и долго смотрел куда-то вверх. Девочке стало, его жаль, и она подошла поближе. Тогда старец взял со стола конфету (или яблоко), подал ей, и девочка громко сказала:

- Спасибо!

Батюшка обратился к ней:

- Иди, скажи: извините, что я задержала девушку.

Девочка вышла из кельи и произнесла эти слова. Александра рассказывала впоследствии:

«Боже мой! Я как услышала свою дочь говорящей (а она ведь родилась глухой), прибежала в келью старца и упала на колени:

- Батюшка! Простите!

Он сказал строго:

- Ты в Бога не веришь, пришла ко мне, как к гадалке. Я не гадаю, а молюсь. Вот, Господь дал, чтобы твоя дочь исцелилась. Так не забывай об этом. Я скоро отойду, приходи ко мне на могилку. Только не забывай, приходи! Ты хотела узнать о своём муже – он жив и вернётся, но не в радость будет его возвращение. Сначала поживёт с тобой, а после уйдёт к другой женщине».

Действительно, муж скоро вернулся домой, но жизнь у них не сложилась. Он изменял жене и в конце концов ушёл из дома. Ни в церковь, ни к старцу на могилу Александра не ходила, пока не заболела – у неё начали отниматься ноги. «Тогда, - рассказывает Александра, - я вспомнила, что батюшка говорил, и вот стала я плакать. Муж бросил, двое старших детей учились в институте, жили в общежитии, младшая дочь в интернате. Особенно тяжко ночью – никого в доме нет, а я плачу одна и говорю:

= Сейчас бы, батюшка, пошла к тебе на могилку, да ног нет.

И вдруг явился отец Серафим передо мной – не знаю во сне или наяву, но дал он мне кусок хлеба:

- Вот, на, подкрепись.

Я начала этот хлеб есть, а когда остался маленький кусочек, старец сказал:

- А завтра встань, никого не проси, обмотай ноги одеялом и ползи на могилку, только сама! Раз приползёшь – домой на коленях вернёшься, а второй раз на коленях приползёшь – уйдёшь на ногах.

Не знаю, во сне или наяву было ведение, но маленький кусочек хлеба остался у меня в руках».

Наутро Александра не могла встать с постели, а просто упала на пол, обвязала ноги одеялом, уцепилась руками за табуретку и, толкая её перед собой, выползла на улицу. До могилы старца она ползла несколько часов и на коленях домой добралась. А после следующего посещения ноги стали здоровыми.

 

Из воспоминаний семинаристов

 

Как-то весной собрался я в Вырицу. Неожиданный насморк – настоящая капель из носа, только платки успеваю менять. Думаю: «Ну, куда я такой к батюшке?»

И всё-таки поехал. Попал в его келейку, встал, как у нас водилось, на коленочки, глянул в сияющее радостью лицо – и забыл обо всём. Слушаю знакомый, родной голос:

- Ну-ну, как дела, Ваня, как с питанием7

Я был семинаристом послевоенной поры. Выплакал все свои скорби (папа тогда находился в далёкой сталинской ссылке). Еду назад – будто гору с плеч скинул. Уже в поезде вспомнил: где же мой насморк? Батюшка исцелил!

 

Батюшка серафим был человек необыкновенный. На первую беседы пришли семинаристы Вася Ермаков и Толя Малинин, ныне известные настоятели церквей св. Серафима на Серафимовском кладбище в Петербурге и Софийского собора в Новгороде. Они пришли, и я с ними, ждём. Выходит матушка Серафима.

- Семинаристы, пройдите, батюшка ждёт.

Но я тогда ещё не учился в семинарии и поэтому решил остаться. А матушка мне говорит:

- И ты иди, батюшка и тебя зовёт.

Семинаристы вышли быстро, а я задержался. Батюшка меня спрашивает:

- Ну, что ты плачешь? Чего надо-то, в семинарию?

- Да батюшка, только документов не хватает, в войну пропали.

А он мне говорит:

- Собирай, собирай документы. Поступишь!

Так и случилось. Позже я несколько раз к старцу ездил. Скорбь какая посетит – я к батюшке. Он всегда помогал. Стоило только войти в его келью, как слёзы сами начинали омывать не только глаза, но и душу. Вот, думалось, как он страдает, двигаться не может, всё болеет, а как молится!

Людям полезно видеть тех, чью молитву Господь приемлет. Тех, чьими молитвами держится мир. При встрече со старцем человек начинает видеть себя таким, какой он есть на самом деле. Вся шелуха спадает. Всё внешнее – положение в обществе, мнение окружающих, светское красноречие, успехи – все исчезает. Остаётся только душа и её страсти, её болезни, которые требуют исцеления. НЕ надо относиться к старцу как к гадалке. Нужно подготовиться к встрече со святостью…

 

«Шесть дней работай, а седьмой день – Господу Богу»

 

Александра, своего духовного сына, батюшка благословил строить «гостиницу» - дом для приёма приезжающих к старцу в Вырицу. Александр построил дом, купил корову, завёл хозяйство. Однажды с большим трудом удалось ему заказать машину на воскресенье, чтобы поехать за сеном. Ехать надо было утром, значит и службу в храме придётся пропустить, а день-то воскресный. Пошёл Александр к старцу за благословением.

Входит к нему в келью, а батюшка, ещё ничего не спросив и не услышав просьбы, говорит:

- Александр, шесть дней все дела свои делай, а седьмой день Господу Богу твоему.

Вернулся он домой и сказал жене:

- Не благословил старец.

Она его снова послала к батюшке, чтобы он объяснил: машину дают только в воскресенье. Пошёл - и услышал те же слова. Когда вернулся домой, жена начала уговаривать:

- Сходи ещё раз и как следует объясни.

Снова отправился к старцу, пытался объяснить, что в другой день нельзя достать машину, но батюшка в третий раз повторил:

- Александр, шесть дней все дела свои делай, а седьмой день – Господу Богу твоему.

Объявил жене, что нет благословения, но она все, же уговорила мужа поехать.

Когда машину нагрузили, Александр сел в кузове прямо на сено. Шофёр нечаянно дёрнул так, что Александр свалился и сломал позвоночник в трёх местах. Когда супруга прибежала к старцу, чтобы сообщить о беде, он сказал:

- Я слышал, как у него хрустнул позвоночник. Будем молиться Божией Матери и преподобному Серафиму. Александр встанет, и будет ходить.

Батюшка велел туго запеленать больного и стал молиться о нём. Через несколько месяцев Александр мог уже самостоятельно передвигаться, хотя ходил с палочкой. Когда врачи поликлиники сделали снимок, то обнаружили, что позвоночник был сломан в трёх местах. По всем законам медицины он не должен был двигаться, но по молитвам старца продолжал трудиться и даже возил бидоны с молоком в Ленинград: сам разносил их по квартирам – и это при сломанном позвоночнике!

Однажды отец сказал:

- Александр, ты будешь один из тех, кто упокоит меня в последнем земном пристанище.

Когда отец Серафим отошёл ко Господу, Александр вместе с другими духовными чадами опускал гроб с телом старца в землю. После этого он до конца жизни каждый день ходил на кладбище, зажигая лампадку на могиле своего духовного отца.

 

Екатерина

 

 

Духовная дочь старца, Екатерина, в тридцать пять лет опасно заболела. Врачи скрывали от неё диагноз, считая положение безнадёжным, и посоветовали куда-нибудь определить двоих ёё детей, так как предстоит длительное лечение. Для начала предложили отправиться в санаторий, выписали лекарства. Перед тем как устроить детей и уехать в санаторий, Екатерина поехала к старцу Серафиму за благословением. Он дал ей святой воды, просфору и сказал:

- Приедешь домой, просфору раздроби на мелкие кусочки и принимай натощак каждое утро по кусочку, запивая водичкой. Лекарств, что тебе выписали врачи, не принимай, никуда не езди.

Так она и сделала.

Через несколько недель Екатерина явилась на осмотр к врачам – и те были очень удивлены и спросили, чем она лечилась. Она не открыла правды, не желая подвести батюшку, и сказала лишь, что принимала те лекарства, которые ей выписали. Тогда лечащий врач признался:

- Сейчас вы совершенно здоровы, и теперь я могу открыть, что у вас была болезнь лёгких, от которой остаётся в живых один больной из сотни.

С того времени Екатерина не лечилась у врачей, а только молилась Господу и ездила к своему духовному отцу.

 

«Вам надо повенчаться!»

 

 

Однажды к батюшке пришли пожилые супруги со своими проблемами. Жена сетовала на то, что она уже много лет тяжело больна и здоровье с каждым годом ухудшается, просила батюшкиных молитв. Старец сказал:

- Вам необходимо повенчаться.

Супруги стали возражать, что они не имеют плотского общения, что у них уже взрослые дети и даже внуки.

- Закон принять никогда не поздно, - сказал батюшка.

Они повенчались по слову старца, и Господь после этого послал жене исцеление от болезни. Супруги прожили долгую и счастливую жизнь.

 

Бывали у приходящих к батюшке очень трудные ситуации в личной жизни – и здесь старец прозревал, что пойдёт на пользу человеку и как верно поступить.

…Одна девушка много лет переписывалась и встречалась с военным лётчиком. Казалось, что всё идёт к свадьбе. Но вдруг выяснилось, что он нашёл другую женщину и женился на ней. По совету подруги поехала девушка к отцу Серафиму поделиться своим горем и спросить совета об устройстве личной жизни. Когда она пришла к батюшке, он неожиданно для неё сказал:

- Развод будет стоить две тысячи. И обязательно повенчаться!

Затем благословил и отпустил. Впоследствии случилось так, что она полюбила женатого сослуживца. Семейная жизнь у него разладилась, последовал развод. Тогда она стала с ним встречаться, и вскоре по взаимному согласию обвенчались. Так что всё сбылось по слову старца.

 

…А вот другой пример, когда супруги не исполнили благословение старца.

Одной из пришедших к нему отец Серафим сказал:

- А с мужем ты обязательно повенчайся. Он человек хороший. Если же не повенчаетесь, враг разлучит вас.

Супруги не исполнили благословения старца. У них не было детей, и брак распался. Каялись оба после развода, но соединить свои судьбы уже не смогли.

Когда можно было спасти семью от разрушения, батюшка призывал не спешить расставаться, а молиться, и сам молился о вразумлении и исправлении заблудших.

Вспоминает Татьяна Т.:

«Сразу после войны муж стал ходить к другой. Бедность несусветная, ребёнка кормить нечем – дочке только исполнился годик. Изо дня в день варила пустую похлёбку из щавеля, а муж зарплату относит в другой дом. У батюшке в келье залилась горючими слезами. А он подаёт мне конфетки.

- Даю тебе две подушечки для дочки.

И, помолчав:

- Мужа от миски не отгоняй. Не ругайся, а молись Богу.

И уж совсем неожиданное:

- Вы хороший дом построите (а мы жили чуть не в сараюшке).

Верная его наставлению, стала молиться и за мужа, и за разлучившую нас женщину. Чары разрушились, семья восстановилась, а потом мы выстроили дом (лесоматериалы и участок под застройку чудесным образом достались почти за бесценок). В этом доме молитвами отца Серафима живу и до сих пор».

 

Венчанные браки батюшка призывал хранить, как бы ни было трудно в семейной жизни. В 1946 году пришла к старцу женщина со своим горем: муж начал пить, и она хотела подавать на развод.

 - Куда же вам разводиться? Вы же перед Богом повенчаны. Подожди немного, скоро он хороший будет.

Слова старца стали понятны ей в 1951 году, когда супруг её скончался. Отошёл он мирно, обратившись к родным с такими словами:

- Будьте добры и милосердны ко всем.

 

И ещё одно воспоминание о том, как старец благословил союз любящих сердец.

«В Никольском соборе я познакомилась с молодым человеком Серёжей. Подружились. Февраль, мороз, яркое солнце. Зову его погулять в Вырицу:

- Я тебя познакомлю с чудесным старцем.

Приехали. В доме полно народа. В маленькой прихожей монахиня поит чаем озябших старушек. Мы пробрались в уголок. Неожиданно монахиня сообщает:

- Батюшка чувствует себя плохо, принимать не будет, пишите записки.

Мы в смятении: что писать? Вдруг келейница опять выходит:

- Батюшка просит к себе молодых.

Все зашушукались, стали поглядывать по сторонам и … увидели нас. Растерянные спускаемся – две ступеньки вниз – в его келейку. Старец полулежал на кровати, слабо улыбается.

- Ну, благословляю вас, живите мирно, уступайте друг другу.

Принимал нас любовно, ласково. Рассказывал, как сам был купцом, торговал мехами. Напоследок обронил Серёже:

- В Америку станут приглашать – не отказывайтесь. И денег у вас будут полные карманы.

Какая Америка? И при чём тут деньги? Мы – нищие студенты. Заулыбались, стали прощаться.

- Батюшка, скоро ещё приедем.

- нет, не увидимся.

И действительно, вскоре дорогого батюшки не стало. Слова его исполнились в точности. Мы с Серёжей поженились. Он побывал в Америке (а это было событием в советское время), откуда привёз свой первый крупный заработок, после чего мы вскоре купили дом неподалёку от батюшкиной могилки. Вся семья – а у нас трое детей – любит и чтит старца. Благослови, дорогой батюшка».

 

Исцеление отрока

 

 

В 1946 году принесли к старцу отрока пятнадцати лет с больной ногой, начавшей уже гнить. Врачи требовали немедленной ампутации. Старец дал святой воды и велел смачивать ногу. Через год больной пришёл сам за благословением к старцу. После призыва в армию юношу взяли в десантные войска, и он совершил двадцать прыжков с парашютом. Никаких следов болезни не осталось.

 

«Хирург»

 

Один вырицкий житель сломал позвоночник во время катания на лыжах. Родственники сразу побежали к отцу Серафиму, прося помолиться об исцелении. Старец успокоил их, сказав, что всё будет в порядке. Приехавшие по вызову врачи очень удивились: как это больной может ходить при переломе позвоночника! Им ответили, что старец Серафим помог. Тогда врачи сказали:

- Это такой хирург, который и без нас обойдётся.

 

Исцелённая больничная палата

 

У одной девушки мать умирала от рака. Лежала она в больничной палате обритая наголо, ожидая операции. Оттуда мало кто выходил живым. Вместе с подружкой девушка отправилась к старцу со своим горем, но на дверях его дома в Вырице висел листок с надписью: «Батюшка не принимает». Девушка заплакала, не зная, что делать дальше. И вдруг вышла келейница:

- Батюшка послал, у вас горе. Пишите записку.

Имя болящей старец записал в свой синодик, а её дочери передал наказ:

- Молись. Мама вернётся.

Келейница вручила девушке просфору с напутствием старца разделить её на всех больных в палате.

После того как благословение старца исполнили, произошло вот что. Больным сделали повторные анализы, и результаты не подтвердили наличие раковых клеток. Это было истинное чудо. Все вкусившие «хлеб жизни», поданный рукой батюшки, отправились домой в здравии.

Мать этой девушки прожила долгую жизнь, скончавшись в возрасте восьмидесяти трёх лет.

 

Из воспоминаний Нины Н.

 

Врач-гомеопат (верующая) пробыла несколько лет в ссылке за то, что продолжала лечить людей, несмотря на запрещение властей. Возвратившись, она перестала принимать больных, так как боялась новой ссылки. Но как только перестала лечить, сама ослепла. Далее приводим её рассказ:

«Услышал я, что живёт в Вырице старец, который может помочь в беде. Попросила мужа, чтобы он отвёз меня к нему. Я не знала тогда, что мы уже были у этого старца много лет назад, когда он ещё не был в схиме и жил под другим именем. Тогда муж начал выпивать, и мы вместе ходили к старцу, который исцелил мужа от этого страшного недуга.

Когда муж привёл меня к старцу, я, конечно, не могла его узнать, а он всё помнил и знал о нас. Прошу его:

- Батюшка, помолись, слепая уже два года.

- А зачем тебе глаза?

- Ну как же зачем глаза – ведь не вижу ничего.

- А откуда ты знаешь, что я могу помочь?

- Я слышала от других. Вы помолитесь обо мне, помогите.

- Я не помогаю, Бог помогает. А зачем я тебя буду лечить? Ты же убежала, побоялась, чтобы тебя не посадили. Побоялась и никого не принимаешь. Вот поэтому Господь и послал тебе слепоту, раз ты не хочешь видеть горя других людей и не хочешь помогать.

- Ой, батюшка, я обещаю, что, если вернётся зрение, пусть сошлют куда угодно, буду лечить людей, пока жива.

- Смотри, - говорит старец и, обращаясь к мужу: - А ты помнишь, как давал слово, что не будешь пить, курить? Зачем снова начал? А сейчас жену привёз для исцеления? Ты такой же виновник её болезни. Ты ослепил её тоже. Она слепа глазами, а ты слепой духом.

Долго вразумлял нас старец, и мы вспомнили, как уже приходили к нему раньше, каялись и просили прощения. После этого батюшка сказал:

- Принесите масло.

Когда масло принесли, он велел:

- Помажь глаза.

Я помазала. Через час или два батюшка сказал:

 - А теперь несите святой воды. Я промыла ею глаза по указанию старца – и прозрела! Увидела лежащего на постели отца Серафима. Радости моей не было предела. Батюшка сказал:

- Молчи и никому не говори где исцелилась!

После этого никогда и никому из больных я не отказывала в помощи».

 

Божия милость

 

Галина В. Вспоминает: «Моя мама молилась перед образом Спаса в церкви Смоленской иконы Божией Матери и обращалась к Господу за советом. Время послевоенное, к священнику запросто подойти было нельзя: вот и выговаривала иконе всё, что на сердце. И мало того, по выражению глаз Спасителя неизъяснимым, сокровенным образом получала ответ. Однако постоянно сомневалась: правильно ли поступает, не прелесть ли это?

Однажды улучшила момент и поведала настоятелю храма о свих «беседах» с иконой. Тот замахал руками:

- Это бесовское, молитесь!

Чуть не плача, читая «Да воскреснет Бог», мама пошла к иконе. Любимый лик был грозен, и, казалось, метал молнии.

Мучаясь и сокрушаясь, мама отправилась в Вырицу. Отец Серафим уже никого не принимал, и люди посылали записочки через келейницу. Вопросы в основном были бесхитростными: покупать ли козу, выходить замуж или нет, строить дом или подождать.

 - А что у вас? – обратилась келейница к маме.

- Я не знаю, что писать…

Через некоторое время келейница вернулась с ответами и объявила:

- Женщину, которая не написала записку, батюшка просит пройти к нему.

Мама волнуясь рассказывала батюшке своё необычное дело. Отец Серафим помолчал, погрузившись в себя, потом произнёс:

- Большая милость Божия на вас, но не возгордитесь. А я буду молиться о ваших скорбях».

Нечестные родственники

 

 

Духовная дочь старца рассказывает: «Голод был сильный после войны. Однажды ушла по делам, а продукты, какие в доме были, заперла в кладовке. Пока отсутствовала, пришли сын с тёщей, взломали замок и всё унесли. Вернулась домой, расплакалась – как дальше жить? Пришла к старцу, всё рассказала. Он ответил:

- Никуда не заявляй и ничего им не говори. Только молись, и они никогда не смогут даже подойти к калитке твоей, а не то чтобы в дом войти.

Так и было, по словам старца».

 

Защита от бандитов

Многие рассказывают о случаях помощи отца Серафима во время нападения хулиганов или во время искушений от тёмной силы.

После войны по окраинам Вырицы ходить было опасно – грабили, избивали. Одна женщина возвращалась поздно вечером с электрички, и у моста на неё напали двое мужчин. Она взмолилась:

- Батюшка Серафим, помоги! – и оба бандита чего-то испугались, в ужасе прижались к забору, закрывая лица руками. Так её оградила молитва отца Серафима.

Помощь офицеру

 

 

Одна женщина была у батюшки в доме на Пильном проспекте. Когда она уходила, отец Серафим сказал:

- Выйдешь на Коммунальный проспект, пройдёшь мост над оврагом и встретишься с военным. Он в очень большой беде, передай ему этот пакет.

В пакете была порядочная сумма денег. Действительно, за мостом она встретила офицера. Сначала она застеснялась предложить деньги, но из послушания старцу подошла и сказала, что отец Серафим велел передать деньги ему эти деньги. Офицер, взял деньги, заплакал и поведал женщине, что у него недавно сгорел до со всем имуществом. Спросил, где живёт этот святой старец, чтобы тотчас зайти и поблагодарить его.

 

Спасения от самоубийства

 

 

Как-то принесли батюшке тысячу рублей. Только это была очень большая сумма. Отец Серафим деньги не взял, а благословил принесших обязательно отдать их первому встречному по дороги к станции. Этим встречным оказался пьяный мужчина – ему и вручили деньги, несмотря на некоторые сомнения в правильности того, что они делают. Мужчина, которому вручили деньги, мгновенно протрезвел:

- Миленькие! Вы же меня от смерти спасли!

Оказалось, что он работал в торговле, и у него обнаружилась недостача, ровно на такую сумму. Денег в доме не было, и ему грозила тюрьма. Он отчаялся и уже хотел наложить на себя руки, а для храбрости выпил.

Пришла к старцу женщина с девочкой восьми лет. Он угостил их конфетами и апельсином, благословил. Перед уходом сказал:

- Если вам по пути попадётся злая собака, то прочитайте «Богородицу» и «Отце Наш» - и она убежит.

Когда подходили к дому, на них действительно стала набрасываться собака. Девочка сказала матери:

- Не бойся! Помнишь, нам батюшка велел читать молитвы?

Прочитали вместе – и собака убежала. Это был урок девочке на всю жизнь, чтобы в рудные минуты отгонять врага и уничтожать злобу его этими молитвами.

Та же девочка пришла однажды к старцу, и он подарил ей веточку с розами, сказав:

- эта веточка с розами от Божией Матери – храни её.

Ветка благоухала. По дороги они зашли в один дом, где был больной мальчик. Мать его попросила лепесток розы – благословение старца во исцеление сына. Приложили лепесток к больному уху – и на следующий день мальчик выздоровел. Благоухание от этой веточки сохранялось много лет.

Эта же девочка в девятилетнем возрасте пришла к старцу. В тот день батюшка только отвечал на записки, так как неважно себя чувствовал. И вот девочка написала сама, без чьей-либо подсказки, записочку батюшке, высказав детскую тайну. В записке стоял вопрос: «Батюшка, буду ли я монахиней?» Вопрос этот возник потому, что в доме часто бывали монахини, подарили девочки чётки, иконочки, да и беседы об этом часто велись. Когда подошла очередь, девочка передала свою записку схимонахине Серафиме. Через некоторое время вышла улыбающаяся матушка со словами:

- Батюшка сказал, что ты будешь монахиней.

Слова отца Серафима сбылись. Девочка, написавшая тогда записочку, приняла впоследствии постриг с именем Таисия.

 

Помощь в учёбе

 

Приходил к батюшке мальчик, который постоянно бывал в церкви, молился богу. Старец всегда встречал его словами:

- Вот молитвенничек мой пришёл, - клал руку на голову и благословлял. Мальчику плохо давалось математика, и однажды он пошёл с бабушкой к отцу Серафиму с просьбой о помощи. Батюшка дал ему вместе с благословением конфетку, сказав, чтобы каждое утро съедал натощак по кусочку, и дела с учёбой пойдут хорошо. И действительно, пошли хорошие оценки.

 

Из воспоминаний Ларисы Р.

 

В 1945 году я вернулась из эвакуации в город Валдай. Закончив десятилетку, не знала, куда пойти учиться, потому что на моих руках были больные мама и бабушка. Я поехала в Ленинград к родственникам, которые направили меня за советом в Вырицу, к батюшке Серафиму. Келейница старца пропустила меня без очереди. Когда она открыла дверь в келью, батюшка сказал:

- Ларисонька пришла!

Я удивилась, откуда он знает меня, и говорю:

- Да, батюшка, я пришла.

- Чего же ты хочешь?

- Батюшка, не знаю, куда поступить учиться после десятого класса. Окончила с одной четвёркой, остальные все пятёрки.

- Учителем, только учителем математики, как дядя.

«Откуда он знает и про дядю, пропавшего без вести на фронте?» - промелькнуло у меня в голове. Я ему сказала ещё:

- Батюшка, я так люблю рисовать, - на что он ответил:

- И это, миленькая приложится.

Так он меня благословил и передал через келейницу гостинец – пакетик сахара, печенье и драгоценный листок с его стихотворением:

Ангел мой,

Хранитель мой святой,

Будь со мной,

Молю тебя, храни меня

От зол земных, грехов моих.

Прошу тебя, умоли Христа

Простить грехи мои.

Во святом пути храни,

Храни, храни меня.

По завету старца я закончила физико-математический факультет педагогического института заочно, преподавала математику в школе. Позднее в школе не хватало учителя рисования и черчения, и мне предложили вести эти предметы.

В 1952 году я вышла замуж за военного. На семейном совете решили: венчаться обязательно!

После венчания муж уехал к месту службы, а меня вызвали на педсовет. Меня обвиняли как не советского учителя и приняли такое решение: за венчание уволить с соответствующей записью в трудовой книжке. Отправилась к областному начальству в Новгород за трудовой книжке. А в кабинетах почему-то мне улыбаются и участливо спрашивают:

- Вы теперь куда поедете?

- Не знаю…

Очень хотелось выпалить: на все четыре стороны, ведь вы меня выгнали из школы, но, к счастью, сдержалась. На улице раскрыла свою трудовую книжку и, не веря глазам своим, прочла чётко выведенные строки: «Уволена по собственному желанию в связи с переездом к мужу-военнслужащему». Слава Тебе, Господи, благодарю тебя, дивный батюшка, за молитвы твои!

 Слова старца о занятиях рисованием исполнились. Я поступила в Художественно-графический институт. Сейчас, Слава Богу, благодаря совету и благословению отца Серафима Вырицкого меня пригласили реставрировать иконы в нашем храме святой великомученицы Екатерины, который находится в Красной Славянке.

 

Вспоминает Полина М.

 

«Моя дочь Люда болела воспалением лёгких, лежала дома Пока я доила корову, ребёнок исчез. Кинулась на улицу и встретила дочку:

- Где была?

- У милого дедушки, его тут все знают. Я к нему пришла и сказала: «Не хочу помирать». Он мне дал святой воды и просфору.

Дочка исцелилась, и с тех пор наша семья стала навещать старца. Училась Люда из рук вон плохо. Истукан, да и только. Скажут ей – «два», она же повторит «три». А батюшка утешил:

- Будет людям большую пользу приносить.

И точно, Люда начала хорошо учиться. Сначала стала медсестрой, потом поступила на исторический факультет университета. Сейчас преподаёт в школе».

 

Ещё одно воспоминание о помощи старца в учёбе: «Мне было семнадцать лет, когда наша семья вернулась в Вырицу из оккупации. Позади концлагерь, скитания. В школе учёба не ладиться, время-то упущено. По совету соседки пошла к отцу Серафиму. Лежит батюшка – весь «восковый», чистенький, беленький, светится теплом, как свечка, - словами не передать.

- Батюшка, мы приехали из Франции.

- Знаю-знаю.

- Благословите экзамен сдать.

Сдашь, только молись.

И сдала, и молюсь ему всю жизнь».

 

Духовный сын старца вспоминает, как в 1945 году по нерадению провалил вступительные экзамены в медицинский институт и чуть было не впал в уныние. Поехал к старцу Серафиму, и тот встретил его словами:

- Не расстраивайся, всё хорошо будет. На будущий год поступишь и ещё профессором будешь.

На следующий год он без труда поступил в институт и учился по молитвам батюшки легко и с интересом. Впоследствии он действительно стал профессором.

 

В 1947 году шестнадцатилетняя девушка решила поступать в технику, но боялась, что не сдаст экзамены. Поехала за благословением к старцу Серафиму. Жили тогда бедно, и она мечтала иметь туфельки на каблучке, но никак не решалась попросить об этом маму. Только присела она возле батюшки, не успев ничего сказать, как он промолвил:

- А как ты думаешь, хороший у тебя характер? Конечно, хороший! Поступишь, поступишь в техникум, а мама тебе туфельки купит…. Ты ещё и институт закончишь

В ту пору она и не думала о высшем образовании, но слова старца исполнились в точности. Ей удалось окончить техникум, а через двадцать лет защитить институтский диплом.


Дата добавления: 2018-02-28; просмотров: 164;