Тайные общества, ордена н секты. (их называют также эрами) отстоит па 2160 лет, и прецессия завершает полный крут через 25920 лет И данный цикл



 

(их называют также эрами) отстоит па 2160 лет, и прецессия завершает полный крут через 25920 лет И данный цикл, который назывался также Большим годом (правда, у индейцев Южной Америки), тоже вполне подходит под понятие -круглого стола», за которым вместо мифических рыцарей — созвездия. И Солнце, конечно, тоже! А еще — греческие боги-олимпийцы, и это всем известно, -выросли» из египетских богов (они тоже соответствовали планетам), а следовательно — вот еще один -круглый стол» Солнечной системы.

Как видите, все это можно вычленить из одного только мифа об Артут»е. Еще учтите, что авторы, писавшие рыцарские романы о короле Артуре, были очень просвещенные и даже посвященные люди, и только на первый взгляд может показаться, что они не имели отношения ни ктамплиерам, ни к Приорату Сиона, ни к розенкрейцерству. Какому-то из орденов они непременно служили.

Из упоминаний Нострадамуса, без которого В. Смирнов, да и прежние авторы, никак не могли обойтись, мы вычленяем не только информацию о боевом кличе тамплиеров (-Нотр-Дам!»), но и, в другом месте книги, удивительно важное для нас сообщение В. Смирнова: оказывается, дед Мишеля Нострадамуса, еврейский астролог, каб-балист и лекарь Жан де Сеп-Рсми находился при дворе не менее великого эзотериста (внесшего громадный вклад в европейскую эзотерическую традицию) Рсне д'Анжу, друга и сподвижника Жанны д'Арк, рыцаря и поэта. Вспомним, что герцоги Анжуйские имеют непосредственное отношение к царствовавшей в Иерусалиме династии, начавшейся с Бодуэна Бульонского (Балдуина I) в 1099 г. Где-то рядом и таинственный Приорат Сиона... Не в лице ли Жана де Сен-Реми?

 

Труверы, авторы «Короля Артура»

 

Для информирования читателя немного поговорим об упоми емых В. Смирновым рыцарских романах, имеющих вовсе не исто ческое. а такое же сакральное значение, как история с Жанной д'Арк. однако служивших и кому-то, может быть, служащих до сей по просто увлекательным чтивом, насыщенным приключенческими таинственными событиями. Однако информация, содержащаяся этих романах в книге -Чаша Господня...» В. Смирнива. сейчас нам подойдет, поскольку эти тексты насыщены и даже пересыщены н

____ РЮИРЕЙОТ - РЫЦАРИ РОЗЫ Н КРЕПА___________ Щ

тразимыми доводами автора об эзотерических связях тамплиеров с церковью Иакова, с которыми мы уже с его помощью разобрались. Попробуем процитировать па эту тему другого автора - известную вам француженку М. Мельвиль.

«Один из магистроп ордена Храма — Робер де Сабле, друг Ричарда Львиное Сердце — до того, как стать тамплиером, был поэтом, по всяком случае, слагал стихи. По правде, его жалоба "Ныне воспеть..." пестрит общими местами, которые изобильно перетасовывали труверы, но пторая строфа действительно хороша:

 

Увы, сказал я в своем безрассудстве.

Мне вполне ведомо сие великое разочарование.

Но сердце мое охватила страсть

Быть легким и летучим.

Ах, Дама! Я раскаиваюсь,

Но истекает время, чтобы взывать о милосердии. Тому, кто ждал, сколько мог. Потому и заслужил я смерть15.

 

Жан Ренар14 цитирует Сабле в своем "Романе о Розе", произведении, текст которого пересыпан песнями, их Жан примешивает к своему рассказу, то называя авторов, то лишь приводя несколько строк неизвестного поэта, поистине незабываемых:

 

Рено и его подруга скачут рядом. Скачут всю ночь до светлого дня, А мне уже не испытать радость любви к вам.

 

Гио дс Провен, другой трубадур, ставший монахом — на сей раз в Клтони, — немалую часть своего труда "Библия" посвящает Ордену Храма, который он знал довольно близко. Из сто поэмы — длинной проповеди в стихах, рассказывающей о нравах клириков того времени, — становится ясно, что автор присутствовал при помазании на Царство 1ёприха. сына императора Фридриха Барбароссы, в Майн-Це в П81 г. Потом Гио в течение четырех месяцев был монахом в Клерво. затем сменил орден и обосновался в Клюнн. Он сообщает, что совершил паломничество в Иерусалим и кое-что смыслит в на-ВИ1"ацнт1, описывает, как пользоваться компасом. "Библия" Гио де

Нровспа начинается с довольно нелепого перечисления древних философов.

 

Таковы их главные имена:

Те рад [Теофраст) был там. и Платон,

И Сенека, и Аристотель,

Вергилий к ним принадлежал, и Огон,

Древний Клио, и Сократ.

И Лукан, и Диоген, и т.д.

 

Не чем иным они занимались, как тем, что говорили благое и исправляли дурные пороки: те. кто памятует их наставления, никогда не попадут впросак.

Потом Гио переходит к похвале умершим сеньорам:

 

<..-> Слишком презрен и подл [этот] век. Истинно, хотелось бы мне умереть. Как вспомню баронов, С их деяниями и их именами. Которые все уже мертвы.

 

Следует длинный перечень имей, "какой снег выпал недавно", — подводящий автора к главному его предмету — порицанию нынешних времен, начиная с Папы.

 

<...> Рим. Рим,

Много еще перебьешь ты людей!

 

Не помилованы и архиепископы, епископы, каноники белые и черные — Те. кто приводит мир в отчаянье". Гио жалуется затем па "черных монахов" (бенедиктинцев) и их аббатов, хотя сам был братом в Клюни.

 

Минуло более двенадцати лет.

Как был я облачен в черные одежды.

По поводу четырех месяцев у цистерцианцев в Клерпо: Это вовсе не бьыо слишком чрезмерным злом. Я уехал оттуда совершенно свободно, —

хотя, по его словам, ни один орден не был ни "менее братским", ни более склонен к "лицемерию и нашептываниям". Он находил, что цистерцианцы слишком увлечены хозяйством, вплоть до того, что строили свинарники на своих кладбищах и держали ослиц в монашеских покоях.

Монахи Шартрсзы11 не заслужили большего. Они выказали себя слишком суропыми. "Я не люблю орден, которому недостает милосердия", — пишет Гио де Провен, хотя и не приписывает при этом ничего скандального последователям св. Бруно.

Орден Великой 1оры"' ему нравится, за исключением того, что монахи много едят и слитком заняты собой.

 

КреПКИе СОуСЫ ИПерЧСПОС Жаркое

Они любили всегда.

Ночью, когда они должны спать.

Они умываются и укладывают волосы,

И расчесывают свои бороды,

И, (разделив) па три части, перевязывают',

Чтобы они были красивыми и блестящими <...>

 

Затем Гио казнит "белых каноников"".

 

Их безрассудство слишком дает знать о себе. К ним не приходит большое состояние <-.->

 

Но к монахам св. Августина и к регулярным каноникам он менее жесток. Возвращаясь к клюнийцам. моралист одобряет суровость их устава:

 

Не солтав, они пообещали мне.

Что, когда я захочу спать.

Мне надлежит бодрствовать.

А когда я захочу есть.

Они заставят меня поститься <...>

 

Гио де Провен посетил Иерусалим, где встретил рыцарей св. Иоанна, "подвигами и здравомыслием" которых он восхищался, но Нс У*идел у них ни милосердия, ни былого гостеприимства.

 


Дата добавления: 2018-02-15; просмотров: 288;