Элнфас Левн о магах и колдунах



 

До иллюминатов мы в свое время непременно доберемся. Здесь же видим, что 1сириха Кунрата (1560—1605) Э. Леви считает розенкрейцером (адептом!). То есть не исключается, что Братство Розы и Креста Христиана Розенкрейца мат- Луи Констан признает Но посмотрим далее (курсив мой):

■Тем. кто изучает оккультные науки, Купрат практически неизвестен, однако он является учителем, и учителем высшего ранга.

суверенный князь Розы и Креста, заслуживающий такого звания во всех отношениях. Его нантакли блестящи, как свет книги "Зогар", "ни изучаются как паптакли Трнтема и Пифагора, входя в сокровищницу Великого делания, как книги Авраама и Фламеля.

Кунрат, который был химиком и врачом, родился в 1560 году и уже в двадцать два года удостоился трансцендентной теософской инициации. "Амфитеатр Вечной Мудрости", наиболее замечательный из его трудов, был опубликован в 1597 году, с разрешения императора Рудольфа, данного 1 июня этого года. Исповедуя радикальный протестантизм, автор настойчиво претендовал на титулы католика и ортодокса. Он заверял, что владеет, но держит в секрете, ключ к Апокалипсису. Ключ этот един и тройственен, как универсальная наука. Его произведение делится на семь частей, которые посвящены семи степеням инициации в трансцендентальную философию. Текст представляет собой мистический комментарий к предсказаниям Соломона и заканчивается серией синоптических таблиц, котор-являются синтезом магии и оккультной Каббалы. Они представляют собой величественные пантакли, тщательно изображенные и выгравированные. Всего их девять: (1) Догма Гермеса; (2) Магическая реализация; (3) Путь мудрости и инициальная процедура; (4) Врата Святилища, освещенные семью мистическими лучами; (5) Роза Света, в центре которой человеческая фигура простирает руки в форме креста; (6) Магическая лаборатория Кунрата, демонстрирующая необходимый союз молитвы и труда; (7) Абсолютный синтез науки; (В) Универсальное равновесие; (9) Итог персональной докгриш Кунрата, воплощающий протест против всех клеветников, - это мстический пантакль, окруженный живыми и изобретательными рикагурами. Враги философа изображены как насекомые, шуты, быки и ослы, все это украшепо латинскими легендами и большими немецкими эпиграммами. Купрат показан справа в одежде мирянина, а слева — в студенческом одеянии. Как горожанин, он вооружен мечом и попирает хвост змеи, как студент, он держит клеши и сокрушает ими змешгую голову.

Книга в целом содержит все таинства высшей инициации. Как лено на титульном листе, она христо-каббалистична. божеств* магична. физико-химичиа. тройственна и универсальна. Это настоящий учебник трансцендентальной магии и герметической филосо-фии. Более полную и совершенную инициацию не найти нигде, кроме книг "Сефер Иецира" и "Зогар". В четырех выводах, которые следуют за объяснением третьей фигуры. Купрат устанавливает: плата за завершение Великого делания (исключая содержание оператора и личные расходы) не должна превосходить тридцати талеров-Он добавляет: "Я говорил со специалистами, учившимися у одного лица, обладавшего знанием, — те, кто истратил больше, обманулись и потеряли деньги". Отсюда следует, что то ли сам Кунрат не полу* чил Философский Камень, то ли не хотел показать этого, боясь дований. Он предлагал вменить в обязанность адепта не уделять более десятой части своего здоровья собственному благу, посвящая остальное славе Божией и трудам милосердия. Наконец, он утверждал, что таинства христианства и Природы интерпретируют и освещают друг друга, и что будущее царство Мессии будет основано на дуальном фундаменте науки и веры. Пророчества Евангелия /гудут, таким образом, подтверждены книгой Природы. Иудаизм и магометанство будут убеждены в истинности христианства с помощью науки и разума. Так что. милостью Божьей, они преобразуются в религию единства. Заключает он изречением: "Печать Науки и Искусства — это простота".

Современником Кунрата был другой инициированный ученый, герметический философ и последователь Парацельса; это был Освальд Кроллий, автор "Книги Сигнатур, или Истинной и Жизненной Анатомии Большего и Меньшего Мира". Предисловие к этой работе представляет собой очерк герметической философии, написанный исключительно хорошо. Кроллий пытался продемонстрировать, что Бог и Природа, так сказать, подписывают все свои труды; что каждый продукт естественной силы носит печать этой силы, запечатленную неизгладимо, так что тот. кто посвящен в оккультные писания, может читать как в открытой книге о симпатиях и антипатиях вещей, свойствах субстанций и всех тайнах творения. Символы различных писаний были заимствованы первично из естественных сигнатур, существующих в цветах и звездах, горах и мельчайших камешках. Форма кристаллов, признаки минералов передают впечатления о мысли, осенявшей Создателя при их формировании. Эта идея весьма поэтична, она великолепна, но мы не знакомы с грамматикой этого таинственного языка миров и словаря его простой и абсолютной речи. Это было доверено лишь царю Соломону, но книги его утеряны. Кроллий намеревался не восстановить их, а попытаться открыть фундаментальные принципы универсального языка созидающего Слова.

Было установлено, что оригинальная иероглифика, основанная на первичных элементах геометрии, соответствует конституционным законам форм, определяемых переменными или комбинированными Движениями, которые, в свою очередь, определяются уравновешивающими притяжениями. Простое отличается от сложного своими внешними формами; благодаря соответствию между фигурами и числами становится возможным установить математическую клас-с»фикацию всех субстанций, выражаемых линиями их поверхносгей, В корне этих попыток, которые являются реминисценцией науки Эдема, находится целый мир открытий, ожидаемых пауками. Их предугадывал Парацельс, на них указывал Кроллий. Их последователи реализовывали демонстрацию того, что к этому относится. Что казалось ложным вчера, будет гениальным завтра, и прогресс будет приветствовать искателей, которые перпыми заглянули в этот затерянный мир. в эту Атлантиду человеческого знания*.

Как видите. Э. Леви представил нам не только Генриха Кунрата, но и Освальда Кроллия. При этом он упомянул одно важнейшее обстоятельство: царь Соломон обладал ключами к тайным знаниям. Это так называемые «Ключики Соломона», которыми стараются пользоваться и современные маги, впрочем, не факт, что успешно. Вообще одна из основных загадок «Ключей Соломона» состоит не в том, что они открывают самые тайные тайны, а в том. что всезаявля-ют, что они навсегда утеряны, по все ими пользуются.

Размножение тайных орденов и течений XVII—XIX вв. (и еще раньше — с XVI в.) привело к тому, что помимо истинньгх магических символов и ключей в обиход «магистов» попали ложные символы и ключи, а убежденность посвященных в том. что именно они-то и посвящены в истинное знание и владеют истинными секретами, приводит к тому, что ошибки продолжают множиться, а трансцендентальная наука топчется на месте. Вероятно, как раз это могло заставить Орден розенкрейцеров в начале XVII в. выйти из подполья и осуществить легализацию. Однако, как мы знаем, это не привело к желаемым результатам. Те же самые разнородные ордена и течения стали объявлять себя теперь исключительно розепкрейцеровскими и запутали и без того нелегкую ситуацию. Центрами розенкрейцерства одновременно объявлялись то Вюрцбург. то Париж, то Голландия. Думается, в стороне ие остались и другие регионы и города, где жили маги: от Лондона до Праги.

Названные Элнфасом Леви ученые маги не афишировали своей связи с розенкрейцерством. Это лишь потому, что все (или многие) самые громкие имена, принадлежавшие к этому Ордену, втом числе Парацельс. прожили свои жизни (да еще. вероятно, не первые не последние) до легализации розенкрейцерства, а следовател должны были хранить тайну.

Впрочем, легализация, предпринятая И.В. Андреа н его сора ками. оказалась крайне неудачной, сумбурной и местами просто н лепой. -Классиками* их называют вовсе не за то. что именно они стали классиками розенкрейцерства, а за то, что на их период приходятся высшие достижения магии и алхимии как науки, а не шарлатанства. Пользуясь многими из этих достижений, возобновившиеся в XVIII в. розенкрейцеры (в 1664 г. «классики- прекратили свою деятельность в Европе) утеряли нить Великого делания и прозывались розенкрейцерами, за редким исключением, незаслуженно. Те же. кто не оставил личной деятельности (вероятно, Сен-Жермен, Калиостро), продолжали ее вне рамок прежнего розенкрейцерства, то есть «работали» не на Ьратство, а на себя. Впрочем, прошу не думать, что сказанное только что — истинно. Это такая же отсебятина, только уже моя собственная, которая, не дай Бог. когда-нибудь тоже может лечь в основу хоть и косвенных, но «документальных- Свидетельств о розенкрейцерах.

 


Дата добавления: 2018-02-15; просмотров: 178; ЗАКАЗАТЬ РАБОТУ