Глава 12. Чем-то приходится жертвовать.



«Даже тот, кто далеко, стоит рядом, если он в твоем сердце; даже тот, кто стоит рядом, далек, если твои мысли далеки от него».

Вишну Пурана

- Привет, рыжик, - поздоровалась я с Джесс, вспомнив ее давно забытое прозвище.

- О ЧУДО! Боги услышали меня! – взвопила она так, что мой телефон чуть ли было не выскользнул из руки. – Игнорщица объявилась!

- Джесс, - начала я, опять ища оправдания, - я даже не знаю, как загладить свою вину. Простите меня с Сарой, я просто…

- Что «просто»?

Я замолчала, не найдя подходящего ответа. Ну что мне ей говорить? Поверить в то, во  что я сама с трудом поверила, она не сможет; тем более, говорить, что я маг и у меня появились проблемы, я не могу. Во-первых, Лео и другие не одобрят этого, во-вторых, весь мой рассказ будет выглядеть странно и, в-третьих, мои подруги просто не поверят во все и отправят меня в психушку с диагнозом, что я окончательно свихнулась.

- Я уезжаю, возможно, навсегда, - наврала я.

Услышав молчание в трубке и короткий громкий вдох, я поняла, что сболтнула не то сочетание слов. Ну что я могла сказать? Это то, что мне первое пришло в голову.

- Что? – удивленно спросила она.

- Джесс, я уезжаю отсюда во Францию, для того, чтобы доучиться и получить дополнительное образование. – Я сглотнула подступивший к горлу комок. – Отец уже отправил мои данные в университет: меня приняли. Прости, что не сказала этого раньше, просто… не хотела, чтобы вы зацикливались на этом.

- Но ты могла хотя бы предупредить нас! – запротестовала подруга. – Почему ты раньше не сказала? Как ты могла? Я тебе всегда рассказываю все, а ты… мы с Сарой будто чужие для тебя.

- Я знаю, я ужасная подруга, прости меня! Я бы сказала это раньше, но не хотела, чтобы вы суетились по этому поводу. – Я опустила голову к кружке с горячим шоколадом, которая стояла на столе и обвела ее свободной рукой. – Вы с Сарой для меня дороги, вы часть моей семьи и часть меня; я вам доверяю и люблю вас. Джесс, я правда не хотела говорить, что уезжаю; Об одной этой мысли, у меня просто все исчезало перед глазами: я понимала, что больше не смогу вас увидеть, понимала, что не выдержу расставания и поэтому молчала об этом.

- Дуреха! – На конце провода я услышала, как Джесс громко всхлипнула и замолчала: она плакала.

- Джессика Браун, держи себя в руках, - официально сказала я, хотя у самой тоже полились слезы.

Я отпила немного горячего напитка и, поставив кружку на место, встала со стула. Мое лицо покраснело как помидор, слезы стекали по нему и капали на пол, оставляя свое присутствие на половицах. Я не знала, что говорить: придумывать опять что-то не хотелось. Мне пришлось сказать этот бред своей подруге, потому что мы все равно не будем видеться из-за моей «новой» жизни. Целый год без передышки меня будут тренировать хранители и у меня просто не будет шанса и времени погулять с друзьями, насладиться жизнью и почувствовать ее вкус. Даже после обращения в хранители, я не буду видеться с подругами… Возможно, это последний раз, когда я говорю с Джесс.

- Когда ты уезжаешь? – прошептала она, шмыгая носом.

Я прокрутила ее вопрос в голове, ища подходящие варианты для ответа. 

- Завтра. Уже завтра… - Я, конечно, знала, что никуда не еду, но мне все же было обидно и паршиво, что я вот так вот поступила. Мне ничего не оставалась делать, как врать.

Я услышала, как подруга закатилась в слезах.

- Джесс, мы будем видеться, но… не так часто, как хотелось бы, - утешала ее я. – Я буду звонить тебе и Саре, когда у меня будет свободное время. Я не буду пропадать! – Я вытерла очередную скатившуюся слезу и приложила телефон к другому уху. – Обещайте с Сарой, что не будите злиться на меня…

Джесс молчала. Она просто шмыгала носом и не хотела что-либо отвечать. Конечно, для нее это шок: она просто не может поверить моим словам, не может осознать, что все это реальность. Я тоже хороша: сказала ей все так быстро и легко, будто хотела поскорее избавиться от проблем, переживаний и тоски. Хотя, кого я обманываю, все эти чувства будут преследовать меня постоянно и я никогда не смогу уснуть с мыслью, что обманула самых близких мне людей; обманула и просто стала жить другой жизнью… не своей.

- Прошу, не молчи, - умоляла я ее, теребя от волнения локон светлых волос. – ДЖЕСС!

Послышался всхлип, затем раздался еле живой голос:

- Я… мы не сможем без тебя… Прошу, не уезжай, Эви! Я ты и Сара, – мы дружим с самого детства, и ты не можешь нас просто так бросить. - Эти искренние слова заставили мою грудь сжаться и прикрыть рот ладошкой.

- Прости… но мне придется. Обещаю, - Я закрыла глаза, пытаясь удержать бурю эмоций, - я буду вам звонить, приезжать на каникулах. Джесс, мы все также будем лучшими друзьями, поверь: расстояние между нами не сможет изменить нашего отношения друг к другу. – Я набрала в легкие больше воздуха: - Прости меня… за то, что я такая плохая подруга, что не сказала этого раньше. Я просто не хотела, чтобы вы каждую секунду думали об этом, зацикливались на том, что я уеду.

Моя подруга так ничего и, не ответив, отключилась.

- ДЖЕСС! – закричала в трубку я. Мои глаза опять покраснели: слезы так и не прекращались. – Джесс…

Она разозлилась на меня или обиделась, как я поняла. Ну, Боже, что же я еще могла придумать? Джесс все расскажет Саре, и они никогда не смогут меня простить… никогда. Я пыталась объяснить своей подруге ситуацию, которую придумала, - но не смогла. Я поступила ужасно, знаю, но все же, рано ли поздно я должна была сказать, точнее, придумать что-то подобное этому…

Как же сложно осознать, что все происходящее – реальность; причем жестокая реальность. Я не смогу себя простить, за все те слова, которые только что сказала дорогому мне человеку и не смогу простить себя, если скажу, кто я на самом деле и какая у меня судьба. Уж если я не пройду испытания и не стану хранителем, то буду жить обычной жизнью, которой жила. Конечно, мне этого очень хочется, но просто так плюнуть на испытания, забыть о всех проблемах, связанных с хранителями – мне нельзя. Наше предназначение – защищать людей от нечисти, вносить в мир порядок и не давать ему погрузиться в хаос и неразбериху, все из-за каких-то кланов, жаждущих своего правления и своих законов.

Я набрала номер Джесс и, вытирая слезы, снова приложила телефон к уху.

Не отвечает!

***

Мое лицо было уткнуто в подушку. Хотелось кричать, плакать, психовать, но вместо этого я тупо лежала на кровати и вслушивалась в тишину, которая заставляла меня думать о подругах. Комнатные часы, висевшие на стене, ритмично тикали, чем делали мне еще хуже, отвлекая от мыслей. Джесс и Сара не отвечали на звонки; я чувствовала себя так паршиво, что казалось, будто от меня отвернулись все, забыв о моем существовании.

Легкий вечерний ветерок щекотал мои растрепанные волосы и укутывал все тело своим прохладным плащом. В воздухе витал запах озона и чего-то жаренного. Наверное, мама опять готовит свое коронное мясное блюдо с открытым настежь окном, впрочем, как всегда. Она пару раз заходила ко мне и расспрашивала, как я провела день и все такое, но так как я говорить не очень хотела, отвечала короткими, скучными фразами, что-то типо «прекрасно» или «хорошо».

Я перевернулась на бок и с дикой неуклюжестью встала с постели, затем просеменила к зеркалу, чтобы привести себя хоть немного в порядок, ведь сейчас должен прийти, точнее, залезть в окно Эйдан, чтобы начать свою тренировку. Боже, я так устала от всего. Мне просто хочется спокойно поспать, пострадать от безделья, но думаю, такого никогда не будет.

Подойдя к косметическому столику, на котором красовалась деревянная расческа и резной сундучок с украшениями, я приземлилась на рядом стоящий пуфик и немного наклонилась к зеркалу. Перед собою я видела уставшую от жизни девушку, которой нужен был отдых: мои волосы цвета тусклой пшеницы были потрепаны в кое-каких местах; глаза, опухшие красные, приобрели слегка желтый оттенок, который напоминал окраску осенних листьев. По болезненно-белому лицу растекалась расстроенная ухмылка, свидетельствующая о моем настроении. Черт, да я вообще себя запустила! Как я могла ходить целый день лохматой?

Взяв расческу с мелким цветочным рисунком на ручке, я принялась расчесывать свою гриву, при этом раздумывая, какую прическу проще всего будет заплести. Конечно, мой выбор остановился на конском хвосте, после чего я его и сделала, обвязав волосы тугой резинкой. Лицо пришлось покрыть пудрой, так как оно выглядело каким-то замученным и безжизненным. С помощью косметического средства, я закрыла огромные пятна под глазами и придала коже некий естественный блеск.

- Клево выглядишь, - послышался возле окна голос.

Я подорвалась с места и автоматически схватилась за первый попавшийся предмет, чтобы в случае чего им защищаться и, конечно же, этим предметом оказалась моя расческа. Увидев перед собою Эйдана с каким-то озадаченным видом, я с облегчением выдохнула и положила на столик расческу. Парень ухмыльнулся такой реакции. Естественно, я не ожидала, что он явится вот так вот тихо.

- Не понимаю: у тебя аллергия на розы, - Он посмотрел на свою правую ладошку и скривился, - а вы все продолжаете их выращивать. – Эйдан широко улыбнулся и показал мне свою руку, которая была усеяна мелкими колючками от цветов. – Теперь я тоже ненавижу розы.

- Мама их обожает, а я, подавив желание насладиться запахом, стараюсь обходить цветы стороной. - Я двинулась с места и, подойдя к хранителю, взглянула на его ладонь. - Ты что, в кусты упал?

Эйдан немного вздрогнул и дернул рукой, когда я дотронулась до нее.

- Можно и так сказать. – Его губы расползлись в широкой улыбке. – Знаешь, подпрыгнуть с помощью магии до второго этажа не так то и просто.

Я засмеялась и жестом руки указала, чтобы он присел на кровать.

- Тебя кто-нибудь видел?

В ответ Эйдан отрицательно помотал головой и приземлился на указанное мною место. На его бледной коже виднелись земляные пятна, как и на серой кофте, в которую он был одет; джинсы темного цвета выглядели немного пыльными, отчего казалось, что парень падал несколько раз. Хотя, если это так, то почему тогда я не слышала посторонних звуков или криков?

- Я принесу аптечку, - смотря на его ладонь, сказала я.

- Нет! – резко ответил хранитель. – Лучше подойди сюда: кое-что хочу показать.

Я приподняла бровь и, приблизившись к кровати, опустилась на нее. Странных мыслей по поводу слов Эйдана было много, но я старалась думать правильно.

- Видишь мою ладонь и эти колючки? - вытянул он руку вперед, чтобы мне было ее видно.

- Угу, - стараясь не обращать внимания на капли крови, которые стекали к его пальцам, ответила я.

- Теперь смотри внимательно. – Парень, вытянув другую руку напротив раненной ладони, напряг растопыренный пальцы и, медленно вбирая в грудь воздух, принялся отставлять левую руку. Черные колючки, которые были впиты в кожу, немного задрожали и, подчиняясь движению кисти, медленно покинули ладонь, направляясь вверх. Струйка крови, охватившая пальцы парня, распалась в несколько мелких капель и последовала за колючками.

Я улыбнулась, наблюдая за происходящим. Капли алой жидкости вместе с колючками застыли над нами в воздухе и затем, по движению руки парня испарились, оставляя после себя еле заметную серую дымку.

- Это нереально! – восхитилась я и, подпрыгнув с места, начала всматриваться в исчезающий дым.

Эйдан ухмыльнулся и, поднявшись, потер свою исцарапанную ладонь.

- Самые мелкие предметы, не превышающие размеры яблока, можно телепортировать в любое место, которое захочешь. Конечно, не стоит злоупотреблять телепортацией, потому что она отнимает больше сил, чем любое другое магическое действие. – Он посмотрел в мои глаза. - Возьми это себе на заметку.

Я улыбнулась и направилась к косметическому столику. Открыв нижний шкафчик с золотистой ручкой, я пробежалась глазами по содержимому: резинки, прочий хлам, к которому я практически не прикасалась и маленький сундучок с самыми необходимыми медикаментами, которые включали в себя пластырь, вату, мазь от синяков и зеленку. Его я запихала в шкаф совсем недавно, после случившегося в «Красном перекрестке».

- Что ты ищешь? – поинтересовался парень, подходя ближе и все также массируя ладонь.

Я выудила деревянный сундучок с ветвеобразным рисунком и положила его на стол. Эйдан засмеялся.

- Эви, у меня не рана, а маленькие царапины, - объяснил он, - можно и не обрабатывать.

Я вскинула бровь и посмотрела на ладонь приятеля, чтобы убедиться его словам. Кровь, грязь, мелкие царапинки. Если закрыть глаза на пыль, которая покрывала его одежду, то можно предположить, что парень просто упал, споткнулся, но уж если смотреть на все в целом, то… Черт, Эйдан, сколько раз ты падал?

- Ну, уж нет, - открыла я крышку сундучка и достала оттуда ватку. – Нужно хотя бы вытереть кровь и промыть царапины от грязи.

Парень повернулся ко мне спиной и молча прошествовал к кровати, будто согласившись с моими словами. Он сел на край постели и сказал:

- Знаешь, а ты не первый раз это делаешь…

- Что именно? – недопоняла я.

- Обрабатываешь мне раны, хотя я этого не прошу.

- Проявляю заботу, - пожала плечами я и, схватив ватку, направилась в свою ванну, чтобы набрать воды.

- Ну, тогда спасибо, - услышала я благодарность, когда уже оказалась возле раковины.

Повернув кран с холодной водой, я устремилась взять стакан, в котором лежала моя «бедная» зубная щетка, промыла его и, наконец, наполнила, подставив под шипящую струю. Направляясь к Эйдану, я пару раз проливала воду на свои штаны, все из-за того, что стакан был заполнен до краев. Поставив его возле кровати, я селя рядом со своим приятелем, и, окунув ватку в холодную жидкость, схватила ладонь Эйдана.

- Твоя мама нас не услышит? – спросил он, когда я промывала его царапины.

Я ухмыльнулась.

- Если не будешь орать – то нет.

***

Нам пришлось сесть на пол, потому что «кое-кто» запачкал всю кровать песком и свежей землей. За несколько прошедших секунд, я уже успела пару раз обозвать Эйдана свиньей и вытряхнуть повторно накидку, которой «когда-то» застилала свою постель. Мелкие царапины парня я промыла, но не стала заклеивать пластырем, потому что они были незначительными.

Я примостилась возле косметического столика, а Эйдан сел напротив меня, подобрав под себя ноги.

- Как твоя спина? – спросил он, смотря на меня своими голубыми глазами.

Я и совсем забыла, что боль в области лопаток у меня прошла. Странно, но я даже и не помнила, когда ее симптомы перестали проявляться.

- Не жалуюсь, - кинула я и, согнув ноги в коленях, обвела их руками.

Хранитель откинул взгляд на серую стену, где висели мои рисунки, которые я создавала еще на уроках в школе. Боже, кого я только не изображала: и пони, на котором сидела девочка с растрепанными волосами, и бешенного кролика, жадно поедающего морковь, даже маму с папой, представленных в виде лесных жителей… Конечно, больше всего я любила рисовать что-то необычное: что-то такое, чего нет в нашем скучном мире. И вот, теперь все мои стены извешаны этими самыми произведениями искусства, которые я уже лет так семь со стен не снимаю.

- Да у тебя талант, - ухмыльнулся брюнет и переключил взгляд на меня. Наверное, его забавляли мои каракули.

- Да у меня просто фантазия богатая, - подметила я и сразу же переменяла тему: - Как я смогла поджечь вампира в «Красном перекрестке»?

Мой собеседник сохмурил брови, будто размышляя над этим вопросом.

- Вот этого я не знаю. Ты без тренировок смогла такое сделать, а что будет, когда ты всему научишься? – помотал головой, будто представляя меня всемогущей. – Ты раньше ничего странного в себе не замечала?

- Что именно?

- Ну… исчезновение предметов, странные ощущения в области рук. М?

Я задумалась: раньше я замечала подобное, но не обращала на это никакого внимания. Например, когда я училась в школе, моя кофта, которую я не могла терпеть, часто терялась, и я ее находила то в старых коробках, то в чулане. Также нередко жаловалась на боль в области рук и странные покалывания на кончиках пальцев. Я не придавала этому никакого значения, потому что еще тогда посещала кружок по игре на гитаре и, конечно же, все спирала на него, а вот насчет кофты я думала, что это мама ее убирала, так как вещь была уже старой. Год назад я обнаружила в себе что-то странное: когда я злилась или просто нервничала, психовала, мои руки тяжелели отчего-то и, казалось, что я просто взорвусь или сгорю.

- Да, было пару раз... а с чего ты это спрашиваешь?

- Просто у черных магов – у нас способности могут проявиться в любом возрасте. – Он потер подбородок большим пальцем. – Как давно ты заметила в себе что-то странное?

Я пожала плечами:

- Где-то год назад. Это плохо, да?

Эйдан покачал головой и сел поудобнее, согнув ноги в коленях и обведя их сильными руками. Я заметила, что он часто отводил взгляд, будто размышляя о чем-то.

- Даже и сказать не могу. Смотря, каково твое восприятие к магии. Извини, но я думаю, испытания тебе придется проходить без нее, так как вряд ли за год я смогу тебя научить тому, чему учился с семи лет.

В меня будто кинули что-то тяжелое, отчего я пошатнулась, и чуть было не ударилась головой о столик.

«Эйдан, ты псих? Как можно пройти испытания без магии?» - не унимались эти два вопроса в моей голове. Что будет, если у меня ничего не получится и я стану человеком, обычным человеком? Наверное, я опозорю хранителей своей слабостью и неумением что-либо делать вообще. Ведь, рассуждая, я опять ищу виноватых среди невиновных и натыкаюсь все на те же грабли. Я дура. Проблемы и непреодолимую планку ставлю себе сама я, а ни Эйдан, ни Лео с Сэм, даже не Кевин. Мама тоже не виновата: она хотела уберечь меня, сохранить мне жизнь и скрыть всю правду, но как видно, эта же правда сплыла наружу… Хоть и мне не осталось другого выбора, я буду стараться пройти испытания и стать хранителем, не смотря на другие проблемы, которые меня окружают. Пусть, даже если у меня ничего не получится, не выйдет, я все также буду пытаться, пока не стану тем, кем мне суждено быть. Моя судьба – мое проклятье.

- Нет, ты меня научишь, - уверенно сказала я, при этом даже не думая, насколько мой голос прозвучал твердо. – Эйдан, мне надоело, что за эти дни, что я с вами знакома, вы твердите, что не сможете меня ничему научить, что я слаба и беспомощна. А вы не пробовали рассказать моей матери, что я знаю о хранителях, и этим самым облегчить мне задачу? А?

Мой собеседник непонимающе поднял брови, когда я подвелась и схватилась за голову.

- Знаю, я много ною и надоедаю. Думай, что я истеричка или шизанутая, но пойми меня правильно: за эти несколько дней я испытала столько приключений, сколько не испытывала за всю свою никчемную жизнь и узнала много новой информации, от которой моя голова может просто лопнуть в любую секунду! – Я рассмеялась, находясь немного в ином состоянии. – Сначала каким-то образом время поворачивается вспять, затем меня целует вампир, который избивал Сэм, а после, мы с тобой мчимся на всех скоростях к дому Лео, чтобы узнать очередную непонятную историю! Думаешь это нормально? Возле университета меня поцеловал Кевин, в баре я подожгла вампира, воспользовавшись магией, о которой я вообще не знала…

Я услышала, как Эйдан откашлялся и встал.

- … а сейчас, - продолжила я, - я стою тут и выношу тебе мозг.

- Ты целовалась с Кевином?

Моя сердце упало в пятки, когда я поняла, что рассказала то, о чем нельзя было вообще заводить разговор! Как мне объяснить Эйдану ситуацию, которая произошла между мной и блондином? Боже, я попала в тупик…

Я сделала недопонимающее лицо и забегала глазами по комнате.

- Что?

Он нелепо ухмыльнулся, будто хотел показать, насколько ему противно.

- Не притворяйся, что не слышала моего вопроса.

Я замотала головой, когда увидела, что Эйдан стал подходить ближе, смотря на меня тяжелым взглядом. Я потихоньку стала отходить назад, наблюдая за каждым его шагом. Шаг он – шаг я. Что он хочет от меня добиться? Чтобы я рассказала ему все подробности?

- Этот светловолосый болван уже успел и тебя охмурить? – Парень набрал в легкие больше воздуха и, сложив руки в боки, остановился на расстоянии одного метра напротив меня. – Он что, думает, что если продержался без «отношений» полтора года, то может клеиться и целовать каждую глупую девчонку, которая поведется на его плутовскую улыбку?!

- Он меня не охмурял, это… подожди, ты назвал меня глупой девчонкой? – Я перестала отходить назад и впилась ногами в пол.

- Да, назвал.

-Я его и не хотела целовать: это вышло случайно! Хотя, что это я должна оправдываться перед тобой?

- Да ты просто не знаешь Кевина, - кинул он. – Он подонок!

- Ты так думаешь, потому что он предал вас, да? Или у тебя к нему другая неприязнь?

- Его предательства я никогда не прощу. Кевин каким и был, таким и остался, так что он уже не сможет измениться в лучшую сторону!

- Да откуда тебе знать, что Паркер не изменился? Ты что ли наблюдал за его поведением и действиями каждый божий день, раз можешь выносить такие выводы? – мой голос поднялся на тон выше.

- Нет. Кевина я знаю давно и его поведение, характер мне очень знакомы. Я могу делать такие выводы, опираясь на все, что я знаю о нем, а ты не можешь! – Эйдан говорил грубо, даже очень. Мне даже показалось, что он просто убить готов Кевина, а затем и меня, всего лишь за какой-то жалкий поцелуй. Хотя, может быть, он ревнует? Странно, но кажется, да. Я ему наговорила столько слов, а он из всех них выделил лишь три: «Я поцеловала Кевина». Как бы мой приятель не относился бы к блондину плохо, но это не означает, что он должен настраивать и меня против него. Эйдан хочет, чтобы я думала о блондине плохо, чтобы не доверяла ему и все такое, но он не учел тот факт, что Кевин, возможно, изменился: стал другим человеком, ну или хотя бы пытается им быть. Я, конечно, не пытаюсь быть на стороне Паркера или на стороне Эйдана, потому что я пока что не знаю кто прав, а кто не прав.

- Эви, - донесся приглушенный голос мамы с первого этажа, - ты с кем это разговариваешь? – Я услышала, как она начала подниматься по скрипящей лестнице, направляясь в мою комнату. Все, мне конец! Что если она увидит Эйдана?

Он затих, округлил глаза и начал бегать взглядом по спальне, ища, куда можно спрятаться. Я, последовав его примеру, стала быстро соображать, куда же его можно запихнуть. Конечно, моя комната не предназначена для того чтобы прятать в ней парней, которые забираются ко мне перед сном через окно, но что-то сейчас ведь надо сделать, а ни то я не смогу объяснить ситуацию своей маме.

- Под кровать, быстро! – прошипела я, толкая Эйдана в спину. Тот, сделав недопонимающее лицо, лег на пол и с неуклюжестью закатился под кровать, бормоча что-то под нос. Боже, хоть бы он не заметил мусор и пыль, ведь я не пылесосила комнату уже три дня.

Дверь задергалась, после чего и открылась, и в комнату прокрался запах жаренного мяса. В небольшой проем просунулась светлая лохматая голова с настороженным и любопытным взглядом. Мама.

- Мне либо послышался мужской голос, либо ты с кем-то разговаривала…

Я стояла возле своей постели с каким-то побледневшим видом, потому что только сейчас заметила, что Эйдан под нее залез не полностью. Торчали его кроссовки. Черт!

- Я просто слушала музыку, - уверила ее я.

Дверь открылась шире:

- Можно я войду?

Я качнула головой в знак согласия, хотя не хотела этого и, незаметно, пнув ноги Эйдана, встала, как ни в чем не бывало. Он издал тихий писк, похожий на мышиный, и каким-то образом подобрал свои конечности под кровать, так, что их вообще не было видно. Я понимала, как Эйдану сейчас тесно лежать, скорчившись непонятным образом, но ничего другого я не могла сделать, чтобы облегчить ему задачу.

Мама прошествовала ко мне, вытирая руки от чего-то жирного об свой розовый фартук в цветочек и, подозрительно осмотрев комнату, произнесла:

- Я приготовила мясо и сделала фруктовый пунш. Ты ничего не ела сегодня, как я заметила.

Я немного суетилась, потому что боялась, что мама заметит Эйдана. Мои ноги стали ватными, а в голове начала пульсировать кровь. Что если она все-таки его увидит? Что будет? Хотя, я знаю, что будет: она меня по стенке размажет, после того, как это сделает с моим приятелем.

- Я не голодна, спасибо, - сложив руки на груди, проговорила я, заметно косясь на кровать.

- Слушай, солнце, меня несколько дней мучает один и тот же вопрос. Я хотела с тобой поговорить на эту тему.

- Какой?

- Просто, - опустила она взгляд, - когда ты за столько лет увиделась с дядей, ты не задала мне даже никаких вопросов, не спросила меня о нем ничего. Ну… почти. Скажи, ты уже знаешь, кто ты? Ведь знаешь? Он тебе наверняка рассказал…

Сердце бешено стало колотиться после слов мамы. В голове у меня толпилось множество ответов, но не один из них я не могла озвучить. Я не знала, говорить ли ей про хранителей, про все, что произошло; Говорить ли ей, что подготовка к испытаниям уже началась? Может быть, все лучше оставить в тайне? Тем более завтра мама обещала мне что-то рассказать и это что-то наверняка связанно с хранителями, потому что до моего двадцатилетия остался почти год и хотя бы начать испытания мне надо, если я не хочу нелепой смерти от проклятья. Пройду ли я их или нет – определит моя судьба.

- Ты про что? – Ответ как всегда я выбрала после того, как проанализировала все версии.

- Видимо, ты еще не в курсе. Не похоже, чтобы Лео ничего тебе не рассказал, - сохмурив брови, произнесла она.

- Мам, за чашкой чая Лео был немногословен и лишь рассказал только о своем детстве, а потом показал какой-то альбом, - наврала я. – Я не стала у тебя про него ничего спрашивать, потому что подумала, что ты о нем даже и слышать ничего не хочешь, а рассказывать так тем более. А что ты тогда имеешь ввиду?

Последовал тяжелый вдох.

- Значит, ты не знаешь. Придется завтра раскрыть тебе тайну о нашем большом секрете; я ведь обещала, совету, что все тебе расскажу.

- Кому? – попыталась сделать недопонимающее лицо я.

Мама улыбнулась.

- Это ты узнаешь. У меня завтра как раз будет то, что я хочу тебе показать.


Дата добавления: 2018-02-15; просмотров: 174;