Типология отклоняющегося поведения



Отклоняющееся поведение - это система поступков или отдельные по­ступки, противоречащие принятым в обществе правовым или нравствен­ным нормам (263). Отклоняющееся поведение проявляется не только в практических действиях (реальное нарушение поведения), но и в высказываниях, суждениях (вербальное нарушение поведения).

А.А-Александров (7), классифицируя нарушения поведения под­ростков, разделил их на три группы: 1) реактивно обусловленные ситуа­цией (побеги, суициды); 2) вызванные низким морально-этическим уров­нем личности (употребление наркотиков, алкоголизация, правонаруше­ния); 3) обусловленные биологической патологией влечений (садизм, дромомания и т.п.).

В.Н.Кудрявцев ,В.С.Нересянц, Ю.В.Кудрявцев (146) разделили все виды отклоняющегося поведения по критерию направленности на сле­дующие группы: 1) отклонения корыстной ориентации; 2) отклонения аг­рессивной ориентации, вызванные мотивами мести, неприязни, вражды, неуважения к человеку; 3) отклонения социально-пассивного типа, свя­занные с психологией отчуждения от интересов общества и коллектива.

Более обобщенной выглядит классификация А.Е.Личко (167), ко­торый классифицирует нарушения поведения (дисморесии) по двум осно­ваниям: по форме проявления нарушений и по причинам их обуславли­вающим. По форме проявления выделяются: делинквентное (противоправное) поведение, побеги и бродяжничество, ранняя алкоголи­зация, сексуальные девиации, суицидальное поведение. Причины откло­няющегося поведения делятся на биологические (генетические факторы, нарушения головного мозга, акселерация и инфантилизм) и социо-психологические (социальная среда и психологические особенности).

Из приведенного очевидно, что дифференциальная психология в свой предмет включает практически все формы отклоняющегося поведе­ния. Вне поля рассмотрения лишь следует оставить ту область девиантного поведения, то есть отклоняющегося поведения здорового человека, которое полностью определяется ситуационными обстоятельствами, а также нарушения поведения лиц больных психозами.

Исторически первую достаточно известную попытку связать пси­хические особенности людей с преступным поведением осуществил Ч.Ломброзо. Им были выделены: 1) прирожденные преступники; 2) ду­шевнобольные преступники; 3) преступники по страсти; 4) случайные пре­ступники. Основываясь на антропологических, анатомических, психофи­зиологических, клинических исследованиях, Ч.Ломброзо определил "прирожденного преступника как скрытого эпилептика" (позже -"психопата"), который отличается от непреступного человека своими ана­томическими и физиологическими признаками, а такие патологическими личностными особенностями: отсутствием раскаяния и угрызения совести, цинизмом, склонностью к предательству, тщеславием, мстительностью, жестокостью, леностью, любовью к оргиям и азартным играм (18).

В.Шелдон, сопоставив типы физической конституции человека, темпераменты и виды преступного поведения, установил преобладание среди преступников лиц мезоморфного соматотипа и определил три типа преступника: дионисивый (с преимущественным нарушением моральных устоев), параноидный, гебефренический (18,352).

Е.К-Краснушкин (141), взяв за основу типологию Э.Кречмера, ус­тановил некоторые корреляции между физическим типом и характером криминального поведения: бандиты в большинстве своем атлетически сложены, воры недоразвиты, дегенеративны, евнухоидного сложения.

Американские исследователи, сравнивая фотографии преступни­ков, нашли, что уродов среди них больше, чем в среднем среди населе­ния. Вероятно, это объясняется компенсаторным поведением уродов, по­рой принимающего формы криминала (18).

Не получили клинического подтверждения теории о связи пре­ступного поведения с эндокринными нарушениями, в соответствии с ко­торыми у воров и "преступников по страсти" часто встречается гипершитовидный тип, у насильников и убийц - гипернадпочечный, а у половых преступников - гиперполовой.

В настоящее время в нашей стране проводится значительное ко­личество исследований по выявлению связи между делинквентным пове­дением и психическими отклонениями. По данным разных исследовате­лей, доля лиц с психическими нарушениями среди совершивших преступ­ления и прошедших судебно-психиатрическую экспертизу составляет от 30 до 68,8%. Ю.М.Антонян и В.В.Гульдан считают: "К какой бы теорети­ческой школе ни принадлежали исследователи, относят ли они психиче­ские нарушения к основным детерминантам поведения или отводят им роль условий, способствующих реализации преступных действий, при­держиваются ли "социологической", "экономической", "клинической" мо­дели преступности, никто не отрицает факта: доля лиц с психическими нарушениями среди преступников выше, чем в общей популяции" (18,с.4). Если говорить шире об отклоняющемся поведении вообще, то, например, среди подростков с нарушениями поведения доля лиц с нервно-психическими расстройствами колеблется в среднем в пределах 25-55% (134).

Понятно, что не существует фатальной предрасположенности лиц с психическими аномалиями к совершению преступления. Скорее "психические аномалии выступают в качестве катализирующего фактора взаимодействия в механизме преступного поведения при ведущем факто­ре - нравственней невоспитанности" (198,с.495). Тем не менее психиче­ские аномалии существенно влияют на направленность конкретных дейст­вий преступников.

Основными типами патопсихологических симптомокомплексов, наиболее часто встречающихся в практике судебно-психолого-психиатри-ческой экспертизы являются следующие (147,308): шизофренический, органический (проявляется прежде всего в общем снижении интеллекту­альных способностей при относительной сохранности мотивационно-личностной сферы), психопатический, олигофренический, психогенной дезорганизации психической деятельности. Основную массу преступников с психическими аномалиями в большинстве своем составляют психопаты, лица с остаточными явлениями травм черепа и органическими заболеваниями нервной системы, олигофрены в степени дебильности.

Наиболее часто обращается внимание на связь криминального поведения с психопатическими аномалиями личности. Само возникнове­ние понятия "психопатия" многие связывают с практикой судебно-медицинской экспертизы. Некоторые исследователи даже предложили идентифицировать понятия психопат - социопат - прирожденный преступ­ник.

По результатам обследования психопатов из числа преступников самую большую группу составили возбудимые психопаты (45,6%). Среди совершенных ими противоправных действий 42% были направлены про­тив личности (убийства, нанесение телесных повреждений, изнасилова­ния), 35% - корыстные и корыстно-насильственные преступления; престу­пления против общественного порядка, включая хулиганские действия -21%, иные-2%.

У истерических психопатов (18,7%) около 58% преступных дей­ствий составили преступления против государственного и личного имуще­ства граждан, среди которых большой процент составили мошенничества;

28% - против личности, включая сексуальные; 8% - против порядка, 6% - иные.

В группе неустойчивых психопатов (16,4%) преобладали корыст­ные преступления (71%), преступления против общественного порядка составили 12%, три четверти из которых - бродяжничество, тунеядство, нарушения паспортного режима; преступления против личности - 8%, иные - 9%.

Среди психопатов тормозимого круга (15%) примерно 35% пре­ступлений были направлены против общественного порядка, половину из которых составили различные "уходы" - нарушения паспортных правил, дезертирство и т.п. ; 30% - преступлений против личности, которые отли­чались особой тихостью в сравнении с другими, а сексуальные преступ­ления носили извращенный характер; 29% - преступлений против собст­венности; 6% - иные.

Противоправные действия паранойяльных психопатов (2,5%) в 64% случаев были направлены против общественного порядка, в 27% -против личности и носили тяжкий насильственный характер; в 9% случаев совершались иные преступления.

Остальные 1,5% преступников составили лица с разнородными психопатическими проявлениями. Важной дополнительной особенностью явилось то, что 52% психопатических личностей совершили преступление в состоянии опьянения, особенно это характерно (66%) для возбудимых психопатов (18).

Среди преступников процент лиц, больных олигофренией, примерно со­ответствует их распространению среди населения. Интересно, что боль­ные с тяжелыми степенями олигофрении (идиотией и имбецильностью) гораздо реже попадаются среди преступников, чем дебилы. Из числа на­сильственных преступлений ими чаще всего совершаются изнасилования и хулиганские действия, а корыстных - мелкие кражи. Значительная часть преступлений больных олигофренией носит ситуаци­онный, неспланированный характер. Показательно в этом отношении, что мотивы преступных действий, связанные с повышенной внушаемостью, делающие поведение объективно необоснованным, оторванным от реаль­ных потребностей субъекта, установлены у 40,5% олигофренов в степени дебильности и только у 7% психопатических личностей (77, 318).

Такие данные еще раз подтверждают правомерность отнесения психопатических личностей к установочно-функциональному психологиче­скому типу, а олигофренов - к функциональному. Еще раз можно заме­тить, что принятие решения олигофреном отличается от принятия реше­ния психопатом: "В первом случае оно основывается на недостаточном осмыслении всех аспектов ситуации, неспособности к оперированию от­влеченными понятиями, нарушении прогноза отдельных и ближайших по­следствий своих действий. Во втором - на стремлении к немедленному удовлетворению возникшей потребности. .."(18,с.55-56).

Как указывалось, в контексте индивидуально-типологического подхода лица с акцентуацией характера относятся к функционально-установочному психологическому типу. Несмотря на трудности разграни­чения психопатии с акцентуацией характера, существует мнение о мень­шем количестве правонарушителей среди последних. Тем не менее, по данным А.А.Вдовиченко (47), у 66% подростков с делинквентным пове­дением отмечаются акцентуации характера. В.Г.Кузнецов выявил акцен­туации у 91% подростков-нарушителей, тогда как в контрольной группе их было около 50% (134).

В меньшей степени, чем у психопатов, оказывается возможность однозначного соотнесения вида акцентуации с направленностью откло­няющегося поведения. Однако, обобщив многочисленные исследования, В.Т.Кондрашенко сделал вывод о том, что пьянство у подростков в более чем 50% случаев сочетается с эксплозивной и неустойчивой акцентуацией характера и практически не сочетается с шизоидной, сенситивной, асте­нической; правонарушения сочетаются с эпилептоидной, эксплозивной, неустойчивой акцентуацией и не сочетаются с психастенической, сенси­тивной, астенической; бродяжничество сочетается с эпилептоидной, ги-пертимной и не сочетается с психастенической, сенситивной, астениче­ской, эмоционально-лабильной акцентуациями; сек суальные отклонения сочетаются с эпилептоидной акцентуацией и не сочетаются с психастени­ческой, сенситивной, астенической; суицидальные намерения сочетаются с истероидной и не сочетаются с шизоидной, психастенической, гипер-тимной акцентуациями; суицидальные демонстрации сочетаются с истеро­идной и эксплозивной и не сочетаются с шизоидной, эпилептоидной, пси­хастенической, сенситивной и гепертимной акцентуациями; суицидальные попытки, суициды сочетается с шизоидной, сенситивной и не сочетаются с астенической, гипертимной, неустойчивой, истероидной акцентуациями (134).

Из перечисленного можно сделать вывод, что в наименьшей мере отклоняющемуся поведению подвержены подростки с психастенической и астенической акцентуациями, а в наибольшей - с эпилептоидной.

Отдельного рассмотрения заслуживает вопрос о характере пси­хологических особенностей при самоубийствах и пьянстве.

Одни исследователи считают, что завершенный суицид в основ­ном имеет место у душевнобольных (до 95%), другие выявляют психозы лишь у 30-50% изученных суицидентов. Существуют данные, что только треть суицидентов подлежало лечению у психиатров. Среди них преобладали больные шизофренией и хроническим алкоголизмом. Остальные две трети обследованного контингента проявляли пограничные нервно-психические расстройства (в 24% психопатии) и непатологические ситуационные реакции практически здоровых лиц (147).            При исследовании суицидальных действий подростков оказалось, что в 26% случаев их причиной стали болезненные состояния (психозы -10%, пограничные состояния - 15%, соматические заболевания - 1%), в 18% - сложная романтическая ситуация, в 15% - нездоровые отношения со сверстниками, в 12% - трудная семейная ситуация, в 8% - нездоровые отношения со взрослыми, в 7% - боязнь ответственности и стыд за со­вершенные правонарушения, в 5% - пьянство и употребление наркотиков, в 9% - другие причины (134).

Обращаясь к проблеме пьянства, можно сказать, что в целом признается особенно быстрое формирование патологической зависимости от алкоголя у психопатов, у лиц с отдельными последствиями органиче­ского поражения головного мозга, страдающих некоторыми формами невроза. При обследовании подростков, для которых характерно бытовое пьянство, было выявлено 35,2% психопатов, хотя у взрослых эта катего­рия составляет 17,2% (80). По данным В.Т.Кондрашенко (134), среди об­следованных подростков с признаками пьянства 24,8% составили психо­паты, 12,4% - лица с отдельными последствиями поражения головного мозга и психопатизацией личности, 10% - олигофрены в стадии дебиль­ности, 9% - лица с прочими психическими нарушениями и 43,8% - прак­тически здоровые. Сопоставление некоторых типологических особенно­стей личности со сроками развития алкоголизма показало, что наркома-нический синдром формируется позже у лиц с ригидностью нервных про­цессов; основные симптомы алкоголизма возникают раньше и более вы­ражены у неуравновешенных; у интровертированных личностей позже появляются такие симптомы, как утрата контроля, абстиненция, амнезия периодов опьянения, изменения картины опьянения и формы потребления алкоголя.

Существуют данные о связи отдельных психологических свойств с делин­квентным поведением. Так, у воров и убийц оказались повышенные пока­затели тревожности. Причем у воров тревожность носит ровный характер , а у убийц - скачкообразный, актуализируясь в определенных, обычно травмирующих ситуациях. Обследование преступников с помощью мето­дики С.Розенцвейга выявило преобладание у них "экстрапунитивных" и "эгозащитных" реакций, свидетельствующих о проявлениях агрессивности. Ригидность, импульсивность, отчужден­ность, как показало специальное обследование с использованием мето­дики ММР1, относятся к числу самых характерных черт личности пре­ступника, наиболее часто они встречаются у лиц, совершающих грабежи, разбои, изнасилования, убийства и наносящих тяжкие телесные повреж­дения (18).

Заключая, следует указать, что индивидуально-психологические особенности в значительной мере определяют отклоняющееся поведение у лиц установочного психологического типа. Для лиц функционального психологического типа значительно большее значение имеют ситуативные факторы.

Для преступников установочного психологического типа более характерны насильственные преступления, чем для лиц функционального типа, которые чаще совершают корыстные ненасильственные правонару­шения (но это не касается дебилов). Такой вывод подтверждают Ю.М.Антонян и В.В.Гульдан, которые доказывают, что для преступников с психическими отклонениями более характерно совершение насильст­венных преступлений, несколько реже - дезадаптивных (в первую очередь систематическое занятие бродяжничеством). Первые представляют собой активно-разрушительные реакции на среду, вторые - пассивные, но все они своим личностным смыслом чаще всего имеют ее неприятие и отвер-гание, хотя и в разных, диаметрально противоположных формах. Но пре­ступники с психическими аномалиями обычно не встречаются среди рас­хитителей и взяточников, деятельность которых почти всегда теснейшим образом связана с окружающими (18). Кроме того, следует напомнить, что среди преступников с психическими аномалиями чаще всего встреча­ются психопаты - лица установочного психологического типа.

В применении к проблеме отклоняющегося поведения сохраняют­ся попытки разработки специальных психологических типологий. В част­ности выделяют следующие стили жизни человека: гедонистический (стремление к наиболее полной реализации своих потребностей); аскети­ческий) стремление к снижению интенсивности своих потребностей); со­зерцательный (стремление к упрощению своих отношении с внешним ми­ром, ориентация на внешние впечатления); деятельный (стремление к са­мосовершенствованию и всестороннему развитию). Приводя эту типоло­гию, В.Т.Кодрашенко сообщает, что есть данные о большей встречаемо­сти аскетического стиля у убийц, а созерцательного - у воров, и делает характерное замечание: "Мотивообразующая функция индивидуального стиля жизни - перспективный, но еще малоизученный аспект криминаль­ной психологии" (134,с.90).


Дата добавления: 2018-02-15; просмотров: 341;