Что бы ни случилось – одно или другое, будь терпелив.



Запомните: независимо от того, получается у вас сохранять осознанность или нет, будьте терпеливы. Не будьте нетерпеливы, поскольку нетерпение вам не поможет. Просто терпеливо наблюдайте и с огромным доверием надейтесь, что раз удалось это, то возможно и большее. Завтра родится еще один листок, раскроется еще один цветок.

И помните, что это тело – не единственное ваше тело. У вас уже было прежде множество тел, и еще много будет в будущем. Нет необходимости спешить. Будьте терпеливы, поскольку спешка может лишь все испортить. Спешка не поможет, а помешает.

Соблюдай два предписания, даже с риском для жизни.

Эти два предписания – осознанность и сострадание – настолько ценны, что если даже в какие‑то моменты вам придется пожертвовать ради них жизнью, это того стоит. Жизнь – это не что иное, как возможность достичь осознанности и сострадания. Если вы не достигнете осознанности и сострадания, какой смысл продолжать жить? Это бессмысленно.

Просто помедитируйте над этим. Если человек стремится к осознанности и состраданию с такой готовностью, с такой убежденностью и решимостью, что готов пожертвовать жизнью, долго ли он будет оставаться неосознающим? Конечно, нет! Если присутствует такая интенсивность, из этой интенсивности в то же мгновение возникнет осознанность. Такая интенсивность ярко вспыхнет внутренним светом, а из этого света засияет сострадание.

Сама по себе жизнь бессмысленна. Она наполняется смыслом лишь в том случае, если вы можете петь песню вечности, если вы можете источать аромат божественного, богоподобного, если вы можете стать цветком лотоса – бессмертным, вечным. Жизнь имеет значение лишь тогда, когда вы можете стать чистой любовью, когда вы можете стать украшением Существования, освятить его – иначе жизнь бесцельна. Она подобна пустому холсту: вы можете тащить его на себе всю жизнь и умереть под его тяжестью, но какой в этом смысл? Нарисуйте на нем что‑нибудь!

Смысл в жизни должен быть создан; этот смысл не задан заранее. Вам дана свобода, вам дано творчество, вам дана жизнь. Дано все, что нужно для того, чтобы создать смысл. Даны все необходимые ингредиенты смысла, однако сам смысл вам не дали, смысл должен быть создан вами. Вы должны стать творцом, у вас есть на это право.

И когда вы по праву становитесь творцом, вы разделяете творчество с Богом, вы становитесь частью Бога.

Познай три трудности.

В процессе достижения осознанности есть три трудности. Для каждого искателя очень важно их понять. На самом деле, осознавать начинает любой человек – но лишь после того, как действие завершилось. Вы рассердились – ударили жену или швырнули подушку в мужа. Позже, когда гнев остыл, момент прошел, вы начали осознавать. Однако теперь это бессмысленно, теперь ничего уже не поделаешь. Сделанного не воротишь; слишком поздно.

По словам Атиши, следует помнить о трех вещах. Первое: начните осознавать в тот момент, когда действие происходит. Это первая трудность для человека, который хочет стать осознающим, – начать осознавать в процессе самого действия.

Гнев внутри вас подобен дыму. Начать осознавать в самой его гуще – это первая трудность, но в этом нет ничего невозможного. Лишь небольшое усилие, и у вас получится. Поначалу вы будете видеть, осознавать лишь тогда, когда гнев стихнет и все успокоится. Вы начнете осознавать пятнадцать минут спустя. Постарайтесь – и вы начнете осознавать через пять минут. Постарайтесь еще немного – и вы начнете осознавать через минуту. Постарайтесь еще немного – и вы начнете осознавать сразу же, как только гнев начнет улетучиваться. Постарайтесь еще немного – и вы начнете осознавать в самом его разгаре. И это первый шаг: осознавать в процессе действия.

Затем следует второй шаг, который еще труднее, поскольку теперь вы выходите на глубину. Второй шаг, или вторая трудность, как называет это Атиша, заключается в том, чтобы вспомнить до начала действия: когда действие еще не произошло, а присутствует только в виде мысли; когда оно еще не совершено, но уже стало мыслью у вас в уме. Оно существует – потенциально, как семя; в любое мгновение мысль может стать действием.

Теперь вам понадобится чуть более тонкая осознанность. Действие грубо – вы бьете женщину. Вы можете начать осознавать в момент удара, однако мысль об ударе гораздо менее уловима. Через ум постоянно проходят тысячи мыслей – кто обращает на них внимание? Они все идут и идут; движение продолжается. Большинство этих мыслей никогда не становятся действиями.

В этом различие между грехом и преступлением. Преступление – это когда что‑то становится действием. Ни один суд не может вас наказать за мысль. Вы можете думать о том, чтобы кого‑нибудь убить, но ни один суд не может вас за это наказать. Вы можете наслаждаться, можете мечтать об этом, но вы неподсудны, пока вы не начнете действовать, пока вы что‑нибудь не сделаете и мысль не воплотится в реальность – тогда это станет преступлением.

Однако религия идет глубже. Она говорит, что, когда вы об этом думаете, это уже грех. Неважно, воплотите вы это в реальность или нет, – вы уже совершили это в своем внутреннем мире, и это оказало на вас воздействие, загрязнило, запятнало вас.

Вторая трудность, по словам Атиши, заключается в том, чтобы поймать момент, когда у вас внутри возникает мысль. Это можно сделать, но лишь после того, как вы преодолели первую преграду, поскольку мысль не настолько осязаема. Тем не менее, она достаточно осязаема, чтобы ее можно было заметить; вам нужно лишь немного потренироваться. Сядьте в молчании и просто наблюдайте свои мысли. Постарайтесь рассмотреть все нюансы мысли – как она возникает, как приобретает форму, как сохраняется, длится и как затем вас покидает. Она становится гостем, постояльцем, а затем, когда наступает время, покидает вас. Множество мыслей приходят и уходят; вы – хозяин гостиницы, куда приходят и откуда уходят множество мыслей. Просто понаблюдайте.

Не пытайтесь с самого начала проделывать это со сложными мыслями; попробуйте начать с простых мыслей. Так будет проще, поскольку процесс один и тот же. Просто сядьте в саду, закройте глаза и наблюдайте все проходящие перед вами мысли – а они проходят всегда. Где‑то по соседству начинает лаять собака, и немедленно внутри вас начинается процесс мышления. Вы вдруг вспоминаете собаку, которая была у вас в детстве, и как вы любили ее, и как потом собака умерла, и как вы страдали.

Затем приходит мысль о смерти, и вот собака забыта, и вы вспоминаете смерть своей матери. А вместе с мыслью о матери вы вдруг вспоминаете об отце. И все это продолжается и продолжается. И весь этот процесс был запущен глупым псом, который даже понятия не имел, что вы сидите у себя в саду, который просто лаял, поскольку не знал, чем бы еще себя занять. Его лай – не что иное, как политиканство, его политика, политика силы.

Именно поэтому собаки так ненавидят униформу. Полицейский, почтальон, саньясин – и собаки начинают свирепеть. Они не терпят униформу. Как вы смеете разгуливать в униформе и пытаться над ними господствовать? Они злятся на полицейских и на подобных им людей.

Этот пес не знал о вашем присутствии, он не лаял специально для вас, но цепь размышлений была запущена. Понаблюдайте за этими простыми цепочками, а затем постепенно, постепенно попытайтесь отследить их там, где вы больше вовлечены эмоционально. Вы сердитесь, вы жадничаете, вы ревнуете – просто поймайте себя на этой мысли. Это вторая трудность.

А третья трудность заключается в том, чтобы отследить этот процесс, который, в конце концов, завершается действием еще до того, как он станет мыслью. Это самое трудное; пока еще вы не в состоянии даже вообразить себе такое. Прежде, чем что‑либо становится мыслью, оно появляется как чувство. Вот эти три: сначала возникает чувство, за ним следует мысль и потом действие. Возможно, вы совершенно не осознаете, что каждая мысль производится определенным чувством. Если чувства нет, мысль не приходит. Чувство реализуется в мысли, мысль реализуется в действии.

Теперь вы должны сделать почти невозможное – отслеживать отдельные чувства. Бывает у вас когда‑нибудь такое, что вы ощущаете какое‑то неопределенное легкое беспокойство; нет никакой мысли, которую можно было бы выделить в качестве причины, но вы, тем не менее, беспокоитесь, чувствуете беспокойство. Внутри вас что‑то готовится, какое‑то чувство набирает силу. Иногда вы грустите. Нет никакой причины грустить, и нет никакой мысли, которая вызывала бы грусть; и все же грусть присутствует – как общее чувство. Это означает, что некое чувство пытается выйти на поверхность, семя этого чувства выпускает свои ростки из почвы.


Дата добавления: 2018-02-15; просмотров: 153; ЗАКАЗАТЬ РАБОТУ