Revolution: The Russian Colony in Zuerich (1870-1873); a Contribution to the Study of Russian Populism. Assen, 1955. P. 208-212. 25 страница



 

«Продажная пресса» едва ли могла состязаться с этими уси­ лиями Белинского свалить в одну кучу Анфантена и Санд и упо­ добить их обоих жителям Содома и Гоморры.

 

Однако в течение года Белинский вновь вернулся к прежним взглядам. «И какая человечность дышит в каждой строке, в каж­ дом слове этой гениальной женщины», - говорил он о Жорж Санд в 1841 г. Он восхищался «ее негодованием к грубой лжи, оправдываемой невежеством, ее живой симпатией к угнетенной предрассудками истине». «Жорж Занд есть адвокат женщины, как Шиллер был адвокат человечества». Отныне для Белинско­ го, Жорж Санд, бывшая куртизанка, стала обвинителем и сове­ стью французского общества. Белинский даже стал добавлять к своим пророчествам, разбросанным по всем его произведениям, идеи сенсимонизма: «Когда люди станут более человечными и христианскими, когда общество, наконец, сделает возможным со­ вершенное развитие, тогда больше не будет никаких браков. До­ лой эти ужасные оковы. Дайте нам жизнь, свободу». До тех пор, по его мнению, брачные союзы должны основываться на взаим­ ном уважении и равенстве, что означает наделение женщин

 

Белинский В.Г. Полное собрание сочинений: В 13 т. М., 1953-1959. Т. 3. С. 398.Однако в другой рецензии, относящейся к этому же году, Белинский по-прежне­ му придерживался мнения о том, что женщины предназначены для того, чтобы бьпъ женами и матерями, и выступал против равенства полов (Там же. С. 493-494).


47


такой же сексуальной свободой, которой обладают мужчины. Бе­ линский прямо заявлял о том, что любящие друг друга мужчина

 

� женщина не могут жить врозь, и что женщина заслуживает больших прав, чем те, которые она имеет в спальне и на кухне. Однако более подробно об этих правах и их достижении у Белин­ ского ничего не сказано1.

Незаконнорожденный Герцен более глубоко и пространно, чем Белинский, размышлял о любви и взаимоотношениях между полами. Он был одним из первых в России, кто вразумительно высказался об идее реабилитации плоти у Анфантена. «Эти ве­ ликие слова, - писал он, - содержат в себе целый мир новых от­ ношений между людьми - мир здоровый, мир духа и красоты, мир, который нравственен по своей природе и поэтому нравст­ венно чист. Было высказано много насмешливого о свободных женщинах, о признании их чувственных требований - насмешки, которые только загрязняют значения этих слов; наше ханжеское воображение боится женской плоти и самих женщин». Однако поведение сенсимонистов в Менильмонтане вызывало у Герцена неприязнь, и поэтому в 30-х годах XIX в. он погружается в иде­ альный мир немецких романтиков, в особенности в «прекрасно­ душие» Шиллера с его возвеличиванием женщин. В результате этого возникла необычная, в духе шиллеровского романтизма, эмоциональная связь между Герценом и Огаревым. После того, как она прервалась, Герцен, разочаровавшись в немецком идеа­ лизме, открывает для себя Жорж Санд и, по меткому выражению М.Малиа, «любовный реализм»2.

Основным литературным результатом этого знакомства был роман Герцена «Кто виноват?» (1846), сюжет которого частично был заимствован из романов Ж.Санд «Орас» (1842) и «Жак» (1843). Речь в нем опять шла о возникшем в провинциальной России любовном треугольнике, в котором «романтический» лю­ бовник умирает, а муж с женой продолжают жить в тоске и печа­ ли. Критика супружества, которая читается между строк романа, дополняется и дневниковой записью Герцена от 30 июня 1843 г.: «Брак не есть истинный результат любви, а христианский ре­


Дата добавления: 2019-09-02; просмотров: 134; Мы поможем в написании вашей работы!






Мы поможем в написании ваших работ!