Отправление правосудия по уголовным делам



Возбуждение и предварительное расследование уголовных дел

 

Уголовное преследование лиц, совершивших преступления, возбуждается Короной от имени всего общества. Поэтому в суде с обвинением в совершении преступления выступает Корона. Ес­ли же говорить конкретно, то решение вопросов о выдвижении обвинений в совершении преступлений возлагается на Главного атторнея, директора Службы публичных обвинений, а также на отдельные учреждения и органы, которые в Англии также могут быть наделены соответствующими полномочиями.

Например, к числу таких учреждений относится почта. В ее компетенции — дела о нарушениях правил пользования телевизи­онными приемниками. Таможенная и акцизная служба Ее Коро­левского Величества полномочна принимать решения по делам о нарушениях законодательства о налоге на добавленную стоимость.

Не исключается, что по некоторым преступлениям с обвине­ниями в совершении преступления могут выступать и частные ли­ца. В таких случаях говорят о возбуждении уголовного преследо­вания по обвинению частных лиц. Например, по делам о мага­зинных кражах с обвинениями, как правило, выступают торговые фирмы или хозяева магазинов.

Предварительное расследование уголовных дел отнесено к ве­дению полиции. В тех случаях, когда обвинение не связано с со­вершением тяжкого и опасного преступления и нет оснований по­лагать, что обвиняемый скроется от следствия и суда, он остается на свободе и получает повестку, в которой указываются место, время и дата суда. Если речь идет о более серьезных преступлени­ях или есть основания полагать, что обвиняемый скроется от след­ствия и суда, то выдается ордер на его заключение под стражу.

Судопроизводство по делам о преступлениях, преследуемых без обвинительного акта, в порядке суммарного производства

 

Как уже отмечалось, суммарное производство предполагает упрощенную судебную процедуру. Такие дела рассматриваются магистратским судом без присяжных заседателей.

До 1957 г. существовало правило, согласно которому обвиняе­мый должен был лично предстать перед магистратским судом. За­коном о магистратских судах 1957 г. предусматривается, что обви­няемый может признать себя виновным, уведомив суд почтовым сообщением. Эта процедура широко применяется, особенно по делам, связанным с автотранспортными правонарушениями.

Судопроизводство по делам о преступлениях, преследуемых по обвинительному акту

 

Это дела о более серьезных преступлениях, чем те, которые подлежат рассмотрению в магистратском суде. Такие преступле­ния подсудны Суду Короны, и дела о них рассматриваются с уча­стием присяжных заседателей. Законом об уголовной юстиции и общественном порядке 1994 г. предусматривается обязательное направление таких дел в Суд Короны из магистратского суда. Од­нако если защита обращается с письменным заявлением о несог­ласии с передачей дела в Суд Короны, то магистрат обязан про­вести заседание и рассмотреть вопрос о передаче дела. Если ма­гистратский суд приходит к выводу о том, что дело должно рас­сматриваться в Суде Короны, то он также должен решить вопрос о мере пресечения подсудимому: оставить его под стражей или освободить под залог. Принимая это решение, магистратский суд учитывает характер и опасность совершенного деяния, а также личность подсудимого.

Вопрос о предании суду решается магистратскими судьями. При этом они не входят в обсуждение вины подсудимого и долж­ны разобраться в том, достаточно ли собрано по делу доказа­тельств, чтобы можно было сделать первоначальный вывод о том, что именно данный подсудимый совершил преступление, пресле­дуемое по обвинительному акту. Все ли доказательства являются допустимыми, т.е. не получены ли они с нарушением норм пра­ва.

Заседание в Суде Короны, т. е. судебная процедура, начинает­ся с того, что секретарь суда оглашает формулу обвинения и спра­шивает подсудимого, согласен ли он признать свою вину. Подсу­димый может согласиться с обвинительным актом и признать свою вину. В таком случае суд назначает ему наказание и процесс завершается.

Если подсудимый заявляет о своей невиновности или если он вообще ничего не отвечает, суд переходит к формированию ска­мьи присяжных. Затем в дело вступает обвинитель. Он представ­ляет суду те доказательства, которыми располагает обвинение. За­тем защита может также обратиться к суду и представить те дока­зательства в пользу обвиняемого, которыми располагает она. И свидетели защиты, и свидетели обвинения могут быть подвергну­ты перекрестному допросу, как это происходит и в гражданском процессе. Если требуется, обвинение может предъявлять и другие доказательства или выставлять других свидетелей, чтобы париро­вать доводы защиты. Защите также предоставляется ответная по­пытка оспорить доводы и аргументы обвинения. При этом обви­нению также предоставляется ответное слово. После этого маги­страты выносят свое решение.

Магистратским судом подсудимый может быть признан винов­ным и приговорен к наказанию в виде штрафа или лишения сво­боды до шести месяцев, осужден с освобождением от наказания или осужден условно либо оправдан. Если подсудимый признан виновным, то, определяя наказание, магистраты могут принять во внимание его прежние судимости или положительную характери­стику личности осужденного. Если судьи придут к выводу, что со­вершенное осужденным преступление заслуживает более строгого наказания, чем они могут назначить, то дело может быть переда­но в Суд Короны для определения более строгого наказания.

В Суде Короны председательствует профессиональный судья. В прошлом это были только барристеры. На профессионального судью возлагается решение юридических вопросов, связанных с вынесением приговора и назначением наказания. Исследование фактов, представленных в доказательствах, возложено на присяж­ных заседателей. Они должны оценивать доказательства и в кон­це дать ответ на главный вопрос: виновен подсудимый или нет? В ответе на этот вопрос состоит их вердикт.

Обвинение в процессе представлено барристером. Обвиняе­мый может защищать себя сам, но обычно ему рекомендуется защитник — также барристер. Практика солиситоров в Суде Коро­ны чрезвычайно ограниченна.

В уголовном процессе, как и при разбирательстве гражданских дел, действует общее правило: бремя доказывания возложено на того, кто заявляет о совершенном преступлении. Однако в праве есть несколько изъятий из этого правила.

Так, в уголовном процессе подсудимый в силу действия прин­ципа презумпции невиновности считается невиновным, если су­ду не будет доказано обратное. Для этого обвинение должно до­казать событие преступления и вину подсудимого в его соверше­нии так, чтобы в этом не было никаких разумных сомнений.

Кроме того, в английском праве признается существование так называемой судейской осведомленности. По гражданским и уголов­ным делам суд может признать существование тех или иных фак­тов, не требуя доказательств. Действие этого правила распростра­няется на самоочевидные факты, доказывать которые не имеет никакого смысла.

Примером действия правила судейской осведомленности мо­жет служить дело Braiant v. Foot (1868). В этом деле истец — при­ходский пастор отстаивал свое решение, что за церемонию брако­сочетания в приходской церкви надо платить 13 шиллингов (65 пенсов). Свои исковые требования приходский священник обос­новывал тем, что это норма обычного права и за бракосочетание в церкви платили 13 шиллингов с незапамятных времен. Вместе с тем, чтобы убедить суд в существовании данного обычая как юри­дически значимого в настоящее время, согласно требованиям ан­глийского общего права, необходимо доказать две вещи: во-пер­вых, что данный обычай существует "с незапамятных времен ", т. е. до 1189 г.; во-вторых, что следование этому обычаю в настоящее время так же разумно, как это было разумно в то время, т. е. что и тогда за церемонию бракосочетания платили столько же. С точ­ки зрения настоящего обычай не может быть признан разумным, если очевидно, что это было бы неразумно и с точки зрения про­шлого, т. е. до 1189 г.

Суд, рассматривая дело, применил правила судейской осведо­мленности применительно к тому, что стоимость денег с 1189 г. снизилась. С тех пор деньги не стали дороже, и этот факт не тре­бует доказательства в суде. На этом основании не требует доказа­тельства, что стоимость 13 шиллингов (65 пенсов) в 1189 г. ока­зывается несопоставимой со стоимостью 13 шиллингов в 1868 г. На этом основании суд решил, что такого обычая — платить 13 шиллингов за церемонию бракосочетания в приходской церкви — не существует, так как стоимость, на которой настаивал приход­ский священник, была бы признана неразумной и до 1189 г.


Дата добавления: 2018-04-04; просмотров: 565;