СЛИШКОМ РАНО, СЛИШКОМ ПОЗДНО, СЛИШКОМ ХОРОШО, ЧТОБЫ БЫТЬ ПРАВДОЙ 6 страница
деньги (в местной валюте, разумеется) в храмовую сокровищницу. Зная, что на празднование Пасхи стекается великое
множество людей из других стран, меновщики располагались на территории храма со своими столиками, предлагая
обменять денежные знаки других государств на храмовые шекели — за скромное комиссионное вознаграждение, разумеется.
Нетрудно понять, что так рассердило Иисуса. Паломники шли долгие дни, чтобы увидеть Бога, чтобы узреть Его
святость и поклониться Его величию. Но прежде, чем они могли оказаться в Его присутствии, они оказывались в руках
бессовестных людей, стремившихся вытрясти из них побольше денег. На поверку все оказывалось не таким, каким должно
было быть.
Хотите разгневать Бога? Попробуйте встать на пути у тех, кто ищет Его. Хотите испытать на себе Его ярость? Начните
наживаться на людях, прикрываясь Божьим именем. Торговцы религией играют с огнем Божьего гнева.
«Я не могу более выносить этого», — было написано на лице Мессии. Он ворвался внутрь храма, как вихрь, бушующий
среди разлетающихся и хлопающих крыльями голубей, опрокидывая и разбрасывая столы торговцев и менял. Возникла
суматоха, в которой торговцы поспешили скрыться.
Причиной случившегося была не показная эмоциональность и не приступ гнева. То, что Христос сделал, Он сделал
обдуманно. Его поступок был вполне осмысленным. Иисус видел меновщиков днем раньше. Когда Он ложился спать, у него
перед глазами стоял этот торговый ряд, а в ушах звучали крики продавцов. На следующее утро Иисус проснулся и — зная, что жизнь Его близится к завершению, — решил заявить со всей определенностью: «Вы наживаетесь на Моем народе — и
вам придется ответить за это». Те, кто набивает свой карман, вымогая деньги у желающих поклоняться Богу, никогда не
смогут оправдаться перед Ним.
Несколько лет назад я должен был встретить друга в аэропорту Майами. В зале ожидания мое внимание привлекла
девушка, в облике которой все свидетельствовало о принадлежности к какому-то восточному культу: четки, сандалии, застывшая улыбка, набитый книгами рюкзак.
— Сэр, — обратилась она ко мне (надо было просто пройти мимо).
— Сэр, подождите минуточку… — Что ж, самолет все равно опаздывал, так что пара минут у меня была (надо было
просто пройти мимо).
Я остановился, и она начала свою заученную речь. Девушка сказала, что она учитель и ее школа сейчас отмечает
юбилей. В ознаменование этой даты они раздают книги, объясняющие суть их философии. Она вложила мне в руку толстую
книгу в твердой обложке, на которой был изображен какой-то гуруподобный человек, сидевший в позе лотоса.
Я поблагодарил ее за книгу и пошел дальше
— Сэр? — Я остановился. Я знал, что этого следовало ожидать.
— Не хотели бы вы внести пожертвование в фонд нашей школы?
— Нет, — ответил я, — но я благодарен вам за книгу.
Я пошел дальше — она не отставала и, наконец, похлопала меня по плечу.
— Сэр, но обычно все, кто получает от нас в подарок книгу, стремятся отблагодарить за это, внося пожертвования.
— Что ж, прекрасно, — ответил я, — но я не хочу этого делать. И еще раз: спасибо за книгу.
— Сэр, — произнесла она, открывая и показывая сумочку, в которой лежали купюры и монеты, собранные ею, — если
бы ваша благодарность была искренней, вы обязательно внесли бы свое пожертвование.
Это было низко, подло, оскорбительно. Обычно язвительность мне чужда, но тут я просто не мог сдержаться:
— Возможно и так, но если бы вы были искренни, то не стали бы дарить мне подарок, а потом просить за него плату.
Она протянула было руку за книгой, чтобы взять ее обратно, но я крепко зажал подарок под мышкой и зашагал прочь.
Маленькая победа над громадным монстром вымогательства.
К сожалению, вымогатели чаще побеждают, чем проигрывают. И, что еще более досадно, — христианами они
прикидываются не реже, чем последователями восточных учений.
Вам, несомненно, доводилось их встречать. Их речи сладки, риторика убедительна, и ничто не может заставить вас
усомниться в их искренности. Они обращаются к вам с телеэкранов, их голоса звучат из вашего радиоприемника. А
возможно, они обращаются к вам с церковной кафедры.
Позвольте говорить с вами откровенно — настало время проявить нетерпимость по отношению к вымогателям, прикрывающимся духовными лозунгами. Эти сребролюбивые люди порочат доброе имя христианства. Они оскверняют
алтари и разбивают витражи в окнах. Они помыкают доверчивыми людьми. Ими владеет не желание служить Богу, а
собственная алчность. Ведет их не Дух Святой, а непомерная гордость. Сладкоголосые шарлатаны, они не способны
всерьез задуматься о сущности христианства. Ради денег они готовы извратить здравое учение и наполнить своими
искаженными доктринами умы людей. Наш Господь вывел их на чистую воду — так же следует поступать и нам с вами.
Как мы можем сделать это? Достаточно быть способным узнать их. Для них особенно характерны две черты.
Во-первых, собственные интересы для них важнее Христа. На Крите, в тамошней церкви, были люди, которые жили за
счет доверчивых верующих. Павел высказался о них резко и прямо: «они развращают целые дома, уча, чему не должно, из
постыдной корысти»4.
Прислушайтесь к словам телевизионного благовестника. Задумайтесь о словах проповедника, выступающего по
радио. Обратите внимание — о чем они говорят? Что их заботит? Ваше спасение или их собственное финансовое
положение? Следите за их словами. Как часто они говорят о деньгах? Если вам обещают
здоровье и благополучие за ваши
пожертвования и грозят муками ада в случае отказа — просто выключите радио или телевизор и не слушайте их.
Во-вторых, они озабочены созиданием заборов и перегородок больше, чем назиданием в вере.
Такое случается в медицине — некоторые медики не любят, когда их пациенты консультируются у других врачей или
спрашивают о прописанных им лекарствах. Религиозные вымогатели выставляют себя первооткрывателями, отвергнутыми
«традиционной», «официальной» церковью за свою смелость и бескомпромиссность. В действительности они —
волки-одиночки, вышедшие на промысел.
Войдя в доверие, они хотят закрепиться на пригретом месте. «Уникальность» собственной веры — их главный козырь.
Только они смогут дать вам то, в чем вы нуждаетесь. Только их учение решит все ваши проблемы. Так же, как продавцы
голубей терпеть не могли птиц, которых приносили с собой паломники, эти вымогатели нетерпимы к вере, которой учит
кто-то другой, а не они сами.
Они стремятся создать себе надежную клиентуру из верных жертвователей.
«...Остерегайтесь производящих разделения и соблазны, вопреки учению, которому вы научились, и уклоняйтесь от
них; ибо такие люди служат не Господу нашему Иисусу Христу, а своему чреву, и ласкательством и красноречием
обольщают сердца простодушных»5.
Христос в тот понедельник был охвачен негодованием. Потому-то я без зазрения совести советую вам выводить таких
людей на чистую воду. Бог многие столетия заграждал рты болтунов, сооружающих башни себе во славу. Так же должны
поступать и мы.
Если мы не сделаем этого, история может повториться снова.
Когда это случилось впервые, никто не ожидал ничего подобного. Тем более, что речь шла о церкви. Это была, если
можно так выразиться, образцовая церковь. Комфортный плавательный бассейн предназначался для купания детей из
бедных семей. Для городских детей устраивали катания на лошадях. Церковь материально поддерживала студентов и
содержала дома престарелых. Кроме того, существовал церковный приют для бездомных животных, небольшая
поликлиника и центр реабилитации наркозависимых.
Уолтер Мондэйл написал, что пример пастора этой церкви «воодушевлял верующих».
Даже министр
здравоохранения, образования и социального развития отметил выдающуюся роль этого пастора: «...он умеет давать
людям надежду. Он всей душой болеет за нуждающихся, он печется о душах
заключенных и малолетних
правонарушителей. Он организовал бюро по трудоустройству, центры реабилитации и дома престарелых, открыл клинику, курсы профессиональной переподготовки, бесплатную юридическую консультацию, культурный центр. Он проповедовал о
Боге. О нем даже говорили, что он изгоняет бесов, творит чудеса и исцеляет больных»6.
Громкие слова. Пространный панегирик могучему духовному лидеру и его церкви. Где же сейчас эти верующие? Что
сейчас с этой церковью?
Церковь эта мертва, причем... мертва буквально.
В тот день пастор созвал членов своей церкви в зал собраний. Они услышали его завораживающий голос, льющийся из
громкоговорителей. Он сидел в своем огромном кресле и говорил в микрофон о том, как прекрасна смерть и как
прекрасно то, что они обязательно встретятся снова—уже после смерти.
Людей обступили вооруженные охранники. В зал внесли емкость, наполненную отравляющим напитком. Большинство
из последователей культа выпили яд, не оказывая ни малейшего сопротивления. Тех же, кто сопротивлялся, принудили
силой.
 |
Сначала яд дали детям и грудным младенцам, которых было около восьмидесяти. После этого настал черед взрослых
— женщин и мужчин, руководителей и просто последователей, и, наконец, самого пастора.
В зале на короткое время воцарилась тишина. А затем начались судороги, и в небо над Гайаной понеслись вопли, людей охватила паника. Несколько минут спустя все было кончено. Все члены «Христианской церкви храма народов» были
мертвы. Все семьсот восемьдесят человек. Как и их предводитель — Джим Джонс.
Запомните это, и будьте начеку: в доме Божьем есть нечистые на руку люди. Не заблуждайтесь, глядя на их
внешность. Не обманывайтесь, слушая их слова. Будьте внимательны. Помните, почему Христос очистил храм. Те, кто стоял
ближе всех к храму, на деле, возможно, были от него дальше всех.
Глава 9
СМЕЛОСТЬ МЕЧТАТЬ
...Если будете иметь веру и не усомнитесь... если и горе сей скажете:
«поднимись и ввергнись в море; — будет…
Мф. 21:21
Ханс Беблингер из немецкого города Ульм грезил полетами. Он хотел преодолеть земное притяжение и парить, как
птица. Но вот проблема: он жил в XVI столетии. Еще не было ни самолетов, ни вертолетов, ни вообще каких бы то ни было
летательных аппаратов. Он был мечтателем, родившимся несколько преждевременно.
То, чего он хотел, было невозможным.
Однако делом своей жизни Ханс Беблингер избрал помощь другим в преодолении невозможного. Он изготавливал
протезы. В те времена ампутация конечностей была очень распространенным способом лечения травм, так что недостатка
в работе у него не было. Он помогал изувеченным людям выйти победителями из сложившихся обстоятельств. Того же он
хотел добиться и сам. Со временем он смог, используя приобретенные знания и умения, сконструировать крылья. И вскоре
настал день, когда он смог испробовать их у подножия Баварских Альп. Он сделал правильный, удачный выбор — в тех
местах сильны восходящие потоки воздуха. В тот памятный солнечный день он спрыгнул с насыпи на глазах у друзей и
благополучно спланировал на землю.
Его сердце дико колотилось. Друзья аплодировали. Бог радовался.
Откуда мне известно, что Он радовался? Потому что Бог всегда радуется, когда мы дерзаем мечтать. Вообще-то, когда мы мечтаем, мы очень похожи на Бога. Христа приводит в восторг все новое. Он наслаждается, обновляя
устаревшее. Он даже написал книгу о том, как невозможное становится возможным. Вам нужны примеры? Полистайте Книгу.
Восьмидесятилетние пастухи обычно не диктуют условия фараонам... Но не рассказывайте об этом Моисею.
Пастухи-подростки, как правило, не сражаются с великанами... Но не рассказывайте об этом Давиду.
Пастухи, ночью охраняющие овец на поле, обычно не слышат ангельского пения и не видят Бога, лежащего в
кормушке для скота... Но не пытайтесь убедить в этом пастухов из Вифлеема.
И уж вовсе бессмысленно пытаться убедить в этом Бога. На протяжении вечности Он только тем и занимается, что
дает крылья тем, кто рожден ползать по земле. И когда Он видит, как эти крылья подрезают и калечат, Он гневается. Об
этом и рассказывается в истории, повествующей о бесплодной смоковнице и переместившейся в море горе.
Христос и Его ученики отправились в Иерусалим в понедельник утром, переночевав в Вифании. Христос проголодался
и увидал смоковницу, стоящую у обочины. Когда Он приблизился, то заметил, что, несмотря на обилие листвы, на дереве
нет плодов. Что-то в этом бесплодном дереве напомнило Ему о том, что Он видел
накануне в храме, и о том, что Он чуть
позже намеревался совершить в Иерусалиме1.
Итак, Он проклял смоковницу: «Да не будет же впредь от тебя плода вовек». Дерево тут же засохло.
На следующий день, во вторник, ученики увидели, что произошло со смоковницей, и были изумлены. Сутки назад это
было крепкое, покрытое листвой дерево, теперь же листья облетели, и смоковница стояла высохшая.
— Как могло случиться, что смоковница так быстро засохла? — спросили они.
Христос ответил им: «истинно говорю вам, если будете иметь веру и не усомнитесь, не только сделаете то, что
сделано со смоковницею, но если и горе сей скажете: «поднимись и ввергнись в море»,
— будет; и всё, чего ни попросите в молитве с верою, получите»2.
В этом отрывке из Евангелия вы не найдете слов «мечтать», «летать» или «крылья». Но прочтите его повнимательней, и
вы увидите, как Бог призывает Беблингеров всего мира влезть на скалу и опробовать свои крылья. Помимо этого, вы
увидите и то, с каким презрением Бог высмеивает тех, кто сажает мечтателей в клетку и прячет ключ от нее у себя в
кармане.
Христос, проголодавшийся по пути в Иерусалим, подходит к смоковнице и ищет, нет ли на ней плода. Плода Он не
находит. Дерево выглядит многообещающе, но это — пустые обещания. Громкие посулы, на поверку оказывающиеся
ложными. Христос просто не мог пройти мимо такого яркого и символичного примера.
С деревом в понедельник утром Христос делает то же, что Он намеревается сделать с храмом несколько часов спустя: Он проклинает смоковницу. Обратите внимание, Он не гневается на дерево — Его гнев направлен на то, что оно собой
представляет. У Христа вызывают отвращение тепловатые, вялые, бесплодные верующие
—помпезные, но живущие
совершенно бесцельно. Они не приносят плода. Поступок Христа — это нож гильотины, опускающийся на шею пустой, формальной религиозности.
Яркий пример такой религиозности мы можем увидеть, посмотрев на Лаодикийскую церковь, о которой Иоанн
Богослов говорит в Книге Откровение. Церковь эта богата и самодовольна, но беда в том, что вера ее пуста и бесплодна.
«Знаю твои дела, — обращается Бог к «ангелу» этой общины, — ты ни холоден, ни горяч; о, если бы ты был холоден, или
горяч! Но, как ты тепл, а не горяч и не холоден, то извергну тебя из уст Моих»3.
На самом деле в последней фразе речь идет о рвоте. Почему наше тело реагирует на что- либо рвотой? Почему оно так
противится присутствию в нем каких-то веществ? Потому что они несовместимы с жизнедеятельностью организма. Рвота
— это способ, которым тело отвергает то, с чем не может справиться.
В чем же смысл этой фразы? Бог терпеть не может «теплой» веры. Он гневается при виде внешней, показной
религиозности, не приносящей плода. Именно с такой религиозностью Он и сталкивался на протяжении последней недели
Своей земной жизни — да и вообще на протяжении всего Своего служения.
Когда люди могли увидеть в Его поступках образ подлинного служения, они осуждали
Его.
Они осуждали Его за то, что Его ученики принимали пищу в неположенный день. Они
негодовали на Него за то, что Он
исцелял людей в неподобающее время. Они злились, что Он прощал «не тех» людей. Их выводило из себя то, что Он
общался с изгоями и оказывал плохое, по их мнению, влияние на детей. Но, что хуже всего, каждый раз, когда Он пытался
освободить кого-либо, религиозные вожди предпринимали попытки вновь связать и поработить этого человека. Те, кто
был из числа наиболее приближенных к храму, ловчее всех орудовали цепями и наручниками. Когда какой-нибудь храбрец
пытался взлететь, они оказывались тут как тут со словами о том, что это невозможно. Кстати говоря, Хансу Беблингеру они сказали то же самое. Король должен был почтить
Ульм своим посещением, и
епископ вместе с горожанами захотели произвести на него неизгладимое впечатление.
До них дошел слух об удачном
полете Ханса, и они попросили его сделать круг по воздуху в присутствии короля. Ханс согласился.
Его попросили, однако, и об одном изменении. Поскольку ожидалось, что встречать короля выйдет огромная толпа и
поскольку путь в горы был не из легких, Ханса спросили, не мог бы он выбрать место для полета где-нибудь в долине, поближе к городу.
Ханс выбрал утесы на берегу Дуная. Они были широкими и пологими, а река находилась далеко внизу Он собирался
прыгнуть с обрыва и спланировать на берег, к воде.
Неудачный выбор. Около реки не было тех восходящих потоков воздуха, которые помогли ему в горах. И вот на
глазах у короля, его придворных и половины населения своего городка Ханс прыгнул и, как камень, рухнул в реку. Король
был разочарован, а епископ стоял ни жив ни мертв.
Как вы думаете, какой была тема его проповеди на следующей воскресной службе? «Не пристало человеку пытаться
летать». Ханс поверил ему. Слова, произнесенные с кафедры, стали цепями, которые навсегда сковали его. Он убрал свои
крылья подальше и больше никогда не пробовал летать. Вскоре он умер, удрученный отчаянием, и был похоронен вместе
со своими мечтами.
Собор в Ульме — не первое место, где пытавшегося взлететь человека сажали в клетку.
Долгие годы с церковных
кафедр все громче и уверенней звучали слова о том, чего люди не могут делать. Так обстояли дела во дни Христа, так
обстояли они во дни Ханса Беблингера, так же обстоят они и в наши дни. И точно такие же приступы тошноты это вызывает
у Бога.
Но, указывая осуждающим перстом на «религию», неплохо нам было бы посмотреть и на самих себя. Видите ли, удобно тыкать пальцем в «мертвую религию», приговаривая:
«Аминь! Скажи им правду в глаза!» Быть может, это и приятно, но совершенно неправильно.
Если уж мы говорим об освобождении людей для того, чтобы они могли летать, стоит задуматься о самих себе. Окрыляете ли вы других людей? Обретают ли они свободу,
Дата добавления: 2018-02-28; просмотров: 301; Мы поможем в написании вашей работы! |
Мы поможем в написании ваших работ!