Страх при этом вовсе не означает какого-то угнетения ребенка, но означает подлинное понимание ребенком того, что наказание за проступок неотвратимо. 12 страница



Если говорить в целом, то меня интересуют именно закономерности общения и взаимодействия людей на основе определенных законов психических отражений индивидуального и коллективного характера, т.е. интересуют те движущие силы, которые делают эти взаимоотношения в определенном смысле неотвратимыми. Точно также психологические характеристики социальных групп интересуют не сами по себе, а как следствие действия конкретных законов психических отражений. И уже как следствие из всего этого - психологические особенности поведения индивидов как продукт взаимодействия Я-концепции с общими (коллективными) функциями отражения. Таким образом, по охвату круга вопросов социальная психология как будто терминологически подходит в данном случае.

Тем не менее, мне бы хотелось выявить полевой характер этого “социального психического”, чего не следует из приведенного определения. Кроме того, моя цель - использовать аппарат информационно-отражательной модели психики. Все это вынуждает меня отказаться от использования данного термина, так как в своей основе данное определение является, по существу, материалистическим, а в действии коллективной функции отражения (внешнего разума) обнаруживаются некоторые иные механизмы, что наглядно продемонстрировали приведенные выше примеры.

Еще одним вариантом использования термина, так или иначе связанного с рассматриваемым свойством, является понятие “общественное мнение”, т.е. “выраженное в форме определенных суждений, идей и представлений отношение социальных групп к явлениям или проблемам социальной жизни, затрагивающим общие интересы” (“Психология. Словарь”, М. ИПЛ, 1990 г., стр. 246).

Это понятие практически полностью соответствует ранее рассмотренному. Поэтому я не буду его более анализировать.

Имеется еще один достаточно емкий термин - этнопсихология.

“Этнопсихология - отрасль знания, изучающая этнические особенности психики людей, национальный характер, закономерности формирования и функции национального самосознания, этнических стереотипов и т.д. ...В ней можно выделить ряд самостоятельных направлений:

1) сравнительные исследования этнических особенностей психофизиологии, когнитивных процессов, памяти, эмоций речи и т.д., которые теоретически и методически составляют неотъемлемую часть соответствующих разделов общей и социальной психологии;

2) культурологические исследования, направленные на уяснение особенностей символического мира и ценностных ориентаций народной культуры, неразрывно связанные с соответствующими разделами этнографии, фольклористики, искусствоведения и т.п.;

3) исследования этнического сознания и самосознания, заимствующие понятийный аппарат и методы из соответствующих разделов социальной психологии, изучающих социальные установки, межгрупповые отношения и т.д.;

4) исследования этнических особенностей социализации детей, понятийный аппарат и методы которых ближе всего к социологии и детской психологии” (“Психология. Словарь”, М., ИПЛ, 1990 г., стр. 468).

Между тем становится совершенно ясно, что на уровне этноса полевой характер коллективной функции отражения проявляется наиболее явственно, но на это, пожалуй, никто не обращал внимания. Что дает мне право утверждать это?

Ребенок, родившийся от русского, или китайца, или от англичанина не сразу становится соответственно русским, китайцем или англичанином. Скорее, наоборот: в момент рождения ребенок не имеет национальности, хотя и может иметь признаки генетического характера, обозначающие его принадлежность (генетического толка) к соответствующей расе.

Однако, появившись на свет в определенных условиях (географических и социальных), он постепенно становится тем, кем являются его родители. Например, японец (по происхождению), родившийся в США от родителей, воспитанных тоже в этой стране, никогда не будет японцем, поскольку, в случае его возвращения “на историческую родину”, он никогда не поймет образа мыслей своих предков-аборигенов. Это признается абсолютно всеми. Точно также русский может стать русским только в условиях жизни в России, даже если он родится где-нибудь на самом дальнем востоке России или на самой западной границе.

Есть нечто единое, нечто объединяющее нас, русских, в некоторую общность в пределах определенных границ географического толка, о которой говорят – “загадочная русская душа”. Здесь хочу заметить, что “русскую душу” категорически нельзя изучать по Достоевскому. Этот писатель вообще не смог отразить истинно “русского духа” своей нации. На мой взгляд, Достоевским вообще нельзя восхищаться, как не следует слишком сильно реагировать на не очень психически здорового человека. Беда в том, что о России на Западе продолжают судить по Достоевскому.

Если говорить по существу, то следует сказать, что Россия – единственная страна, которая в историческом плане никогда не завоевывала другие государства. Россия никогда не совершала насильственных мер, чтобы распространить влияние Православной Церкви на другие народы, но сама всегда сохраняла православную религию практически в неизменном виде. Наконец, имеются и другие признаки чисто российской принадлежности – исторически существующий символ государства – двуглавый орел, российский флаг, русский язык, православная религия.

Именно это все и является отличительной чертой того, что пытается описать этнопсихология. Но сделать это, по-видимому, можно только в случае, если при этих исследованиях будет использоваться информационно-отражательная модель психики вообще, а в частности такое ее приложение, которое описывает коллективную функцию отражения.

Таким образом, ни один из используемых терминов не подходит для данного случая, так как охватывает только какую-то часть более сложного явления. Поэтому мне представляется, что все перечисленные грани человеческого социума должны быть проанализированы на основе единого подхода, который нам дает информационно-отражательная модель. Поэтому мной будет использоваться как конкретное понятие именно “коллективная функция отражения”, являющаяся проявлением того, что здесь названо - внешний разум, наиболее полное и точное отражение свойств социума.

Для того чтобы обеспечить определенный и уже опробованный метод, вспомним, что в качестве основного аргумента для формирования модели психических функций, было использовано положение, что субъект, во-первых, действует на основе анализа внешней информации, условно и вероятностно подразделяя внешние объекты на важнейшие и на второстепенные. Причем подразделение это ведется на основе проверки соответствия этих объектов имеющимся потребностям.

Во-вторых, субъект по принципу реализации важнейшей функции выживания обязан непрерывно (постоянно) формировать функцию отражения, на основе которой и формируются необходимые усилия организма, направленные на “погашение” выделенной для реализации потребности.

Коллективная функция отражения действует (функционирует) аналогично. Только в этом случае благодаря этой функции сообщество (людей) через свои организационные и культурные системы и отдельных индивидов анализирует не объекты, а процессы, явления, события и точно также выделяет на основе вероятности важнейшие из них и второстепенные. Это распределение событий, явлений и процессов осуществляется на основе соответствия их потребностям сообщества, которые также должны быть “погашены”.

Особенностью действия коллективной функции отражения является то, что существует эта “коллективная душа” только в форме полевого структурного образования, воздействующего на отдельных членов человеческого сообщества благодаря взаимодействию с полевыми структурами души индивидов. Правда, здесь уже сказывается принципиальная особенность, определяющая особые условия формирования коллективной функции отражения сообщества людей. Эта особенность состоит в том, что анализ явлений, процессов и проч., а также распределение потребностей на доминантные и субдоминантные осуществляется на основе того миропонимания, которое присуще данному сообществу.

Если говорить о структуре полей, образующих эту “душу”, то это, в первую очередь, эллиптические и треугольные поля, излучаемые и принимаемые каждым из нас. В структуру этой “коллективной души” входят и души умерших людей, находящихся не в глубинных структурах Бога. Об этом мы будем в дальнейшем говорить. Но именно это придает этой структуре уже особые энергетические характеристики и повышает информационные возможности “коллективной души”.

В отличие от индивида, у сообщества людей решается уже не первейшая задача выживания, а более сложное проявление этой целевой функции - развитие. Поэтому становится понятным действие родового эргрегора, нередко обеспечивающего мощную защиту отдельным членам рода. Эти же функции способна и, соответственно, выполняет и коллективная функция отражения, если она сформирована в достаточной степени.

“Судьбой народа руководят в гораздо большей степени умершие поколения, чем живущие… Столетие за столетием они творили идеи и чувства и, следовательно, все побудительные причины нашего поведения. Умершие поколения передают нам не только свою физическую организацию: они внушают нам также свои мысли. Покойники суть единственные неоспоримые господа живых. Мы несем тяжесть их ошибок, мы получаем награду за их добродетели…”

Так писал сто лет назад знаменитый французский психолог Гюстав Лебон. Возможно, он ничего не знал об эзотерическом “родовом эргрегоре”, но очень точно уловил его суть и назначение: сохранение опыта прошлых поколений и помощь поколениям грядущим” (Виталий Правдивцев “Родовой эргрегор”, газета “На грани невозможного”, № 12 (195), 1998 г., стр. 12).

В данном высказывании Лебона отражена суть все-таки не родового эргрегора, а именно коллективной функции отражения, что несравненно шире и важнее. Кроме того, по своей сути родовой эргрегор не может быть изолированным по отношению к иным родовым эргрегорам, которые в совокупности и образуют коллективную функцию отражения. Поэтому В. Правдивцев допускает существенные упущения в толковании назначения родового эргрегора, что порождает и соответствующие ошибки.

Коллективная функция отражения возникает всегда, когда вступают в психологический контакт два или более людей. Если такие контакты относительно постоянны и происходят в позитивном психологическом климате, то эта частица “коллективной души” постепенно развивается, объединяя и охраняя контактирующих людей, даже если те не подозревают об этом. Механизмы действия этой функции обозначены выше.

Иначе говоря, принципиально нет никакого отличия в действии коллективной функции отражения по сравнению с индивидуальной функцией отражения, формируемой разумом каждого индивида. Но очевидным становится, что коллективная функция отражения (у людей) напрямую может влиять на условия формирования индивидуальной функции отражения, корректируя или грубо искажая последнюю в конкретных условиях.

Итак, стоящий “над толпой” “внешний разум” анализирует внешние процессы, явления и события. Он разделяет их на две большие группы - первостепенные, или важнейшие, и второстепенные. Это распределение осуществляется на основе сложившегося общего миропонимания и некоторых ценностей, принятых этим обществом (семьей, коллективом, городом, страной) за какие-то эталоны. Потребности общества также подразделяются им на две категории - доминантные и субдоминантные.

В итоге этот “внешний разум”, как и в случае с отдельным индивидом, формирует три комплементарные пары коллективных психических функций, которые уже могут реализовываться через отдельных представителей в виде конкретных поведенческих реакций. Этим самым реализуется управление обществом от коллективной функции отражения через конкретных представителей общества.

Механизм действия коллективной психики (а действие “внешнего разума” и выступает как коллективная психика) аналогичен индивидуальной, проанализированной в первых трех главах “Психологии живого мира”. Это означает, что для коллективной психики также важно сохранять соблюдение условия ненарушения комплементарности векторов психических проявлений, которые также имеют свойство девиации - временной и ситуативной. Точно также нарушение комплементарности будет приводить к нарушению психического здоровья, но уже большого сообщества (людей, зверей). Правда, условия нарушения комплементарности в данном случае существенно отличаются от таковых на уровне индивида.

Таким образом, коллективный “внешний разум” также действует на условиях интегрального и дифференциального анализа (явлений, событий, процессов). Он, соответственно, имеет вполне конкретную коллективную память, реализованную не только в форме, скажем, книг, но и на полевом уровне.

Если применить сказанное к человеческому сообществу, то отдельные индивиды, особо тонко чувствующие это влияние “внешнего разума”, выступают как пассионарии (Л. Н. Гумилев), т.е. через этих людей происходит выявление перспективных потребностей общества, обнаруживается важность ускользавших из общего поля зрения каких-либо процессов, явлений, событий.

Читатель может воскликнуть: “Неужели все так просто?” Однако все не так просто, как это представляется, поскольку здесь пока был описан некоторый общий механизм действия коллективной функции отражения, так или иначе управляющей коллективами (людей, животных, насекомых, растений). Поскольку коллективная функция отражения возникает всегда, когда так или иначе формируется сообщество, например, людей, то важным становится исследование условий возникновения или смерти, развития или разрушения этой психической функции.

У людей всегда существует определенная иерархичность взаимоотношений. Поэтому становится важным понять психологические компоненты при реализации властных функций и их влияние на развитие или разрушение коллективной функции отражения. Точно также культурные отношения людей могут влиять на содержание коллективной функции отражения. Эти вопросы мы рассмотрим в последующем.

Итак, коллективная функция отражения является следствием полевого взаимодействия сообществ живых организмов и существует в виде самостоятельного полевого образования, воздействующего на отдельные организмы благодаря взаимодействию с душами этих организмов. Именно в этом смысле данные живые организмы по отдельности можно рассматривать как части более сложного организма, живущего по несколько иным законам, чем отдельный организм.

В соответствии с этим внешний разум может рождаться примерно так, как зарождается отдельная душа. Этот внешний разум может развиваться, но может и деградировать. Таким образом, не видно каких-либо принципиальных отличий в механизме действия и жизни внешнего разума по сравнению с разумом отдельного организма. На основании этого нам предстоит выяснить факторы, влияющие на “жизнь” внешнего разума, определить все то, что способствует его развитию, и все то, что может его не только угнетать, но и превращать в разрушительную силу.

5. МЕХАНИЗМ ПРОГРАММИРОВАНИЯ ЖИЗНИ ОБЩЕСТВА

В параграфе, посвященном родовому эргрегору, уже говорилось, что довольно часто возникают ситуации, когда у какого-либо человека вроде бы сами собой организуются необходимые встречи, контакты, деловые связи. Если бы дело было только в ограниченном какими-то рамками родовом эргрегоре, то вряд ли можно было говорить с достаточным основанием, что нужные деловые или личные связи “организуются” именно действием конкретного родового эргрегора.

Скорее всего, следовало бы предположить, что родовой эргрегор так или иначе входит в более сложную информационную систему, которую я и называю коллективной функцией отражения. Но именно в этом смысле и исчезает сам родовой эргрегор и появляется именно коллективная функция отражения, или некоторая коллективная душа, “коллективный разум”.

Даже сам автор статьи “Родовой эргрегор” пишет о более сложных проявлениях действия того, что он обозначает как родовой эргрегор, являющегося в этой ситуации уже внешним, “коллективным разумом”. Говоря о “защитных” действиях (проявлениях) родового эргрегора по отношению к отдельным людям, Виталий Правдивцев замечает.

“У кого-то может возникнуть мысль: вот мол, какой добрый защитник! Не обольщайтесь. “Астральный благодетель” заботится о своих подопечных далеко не бескорыстно. Прежде всего, он думает о себе, о своем благополучии. Подкармливать нас “пряниками” он будет нас до тех пор, пока мы действуем в русле его интересов. Но как только начинаем отклоняться, разрушать родовые связи, он тут же берет в руки “кнут”. Сначала предупреждает: перекроет, к примеру, свои энергетические каналы, и на человека вдруг начинают сыпаться неудачи и неприятности: то одно не заладится, то другое. Или навалится дикая депрессия – жить не хочется… Бывало? Это намек, что где-то мы начали сворачивать “с пути истинного”  (там же, стр. 13).

Все было бы хорошо в этом объяснении, если бы здесь было обозначено действие уже более сложной полевой структуры, нежели родовой эргрегор. Дело в том, что мы своими действиями, мыслями, эмоциями, так или иначе, программируем не только свою собственную жизнь, но нередко и чужая жизнь оказывается нами запрограммированной на годы вперед. Рассмотрим два исторических примера, которые внешне выглядят, как некоторое – локальное - пророчество.

“Однако есть пророчества, которые опровергнуть невозможно. Они задокументированы огромными тиражами задолго до того как сбылись. Одно из них принадлежит знаменитой и загадочной личности – писателю Эдгару По. В 1837-38 годах он опубликовал свою “Повесть о приключениях Артура Гордона Прима”…

Это был рассказ о четырех моряках, спасшихся после кораблекрушения, но умирающих в открытом море от многодневного голода и жажды. Дело дошло до того, что один из них, юный Ричард Паркер, предложил тянуть жребий – кем из четырех пожертвовать ради спасения остальных. Но судьба сыграла над ним злую шутку: выбор (самая короткая щепка) пал на него самого. “Он не оказал никакого сопротивления и мгновенно упал мертвым, когда его ударили ножом в спину, - писал Эдгар По. – Напившись крови, моряки в какой-то мере удовлетворили мучившую их невыносимую жажду, а затем, по общему согласию, отделили юнге кисти, ступни и голову, и вместе с внутренностями выбросили их в море; потом по кусочкам съели его тело...”

Ну, рассказ и рассказ – мало ли какие фантазии приходят в голову писателям. Но вот прошло почти полвека, и мир взахлеб заговорил об этой повести.

28 июня 1884 года из английского порта Саутгемптон к далеким берегам Австралии вышла яхта “Миньонетт” с экипажем из четырех человек. Среди просоленных морских волков оказался и новичок в морском деле – сбежавший от родителей семнадцатилетний парень. Звали его… Ричард Паркер. Жесточайший шторм, обрушившийся на яхту через две недели, затопил ее, и моряки оказались в спасательной шлюпке без запасов еды и питьевой воды. Шестнадцать дней дрейфа в голоде и жажде, в конце концов, сломили людей.

Первым не выдержал юноша – он стал пить морскую воду и быстро ослабел. Видя, что вскоре вся команда умрет от голода, капитан Томас Дадли после мучительных колебаний предложил бросить жребий – кому стать жертвой. Но надобность в “английской рулетке” отпала, когда Ричард Паркер окончательно потерял сознание. Участь юнги была решена. Капитан Дадли перерезал ему горло, моряки собрали в черпак бьющую теплую кровь и с жадностью выпили ее. А потом труп расчленили складным ножом. Жертва была напрасной – через день, 29 июля, морских скитальцев подобрало судно “Монтесума”. Они даже не пытались спрятать расчлененные останки юнги…

Согласитесь, в этой истории трудно говорить о случайном совпадении фантазии писателя и трагической действительности. Но еще труднее усмотреть случайность в другом удивительном предвидении.


Дата добавления: 2018-02-28; просмотров: 116; Мы поможем в написании вашей работы!






Мы поможем в написании ваших работ!