Заключительное слово. Итоги этой книги. 1 страница



Автор: Владимир Колонцов.

Название1: Уроки свободы

Название2: Текстовый наркотик (2X).

Рекомендуется: читать под тяжёлую музыку

Книга, написанная с удовольствием и для удовольствия.

Эта книга о том, как полюбить себя.

Уважаемое государство. Это не пропаганда наркотиков. Автор считает, что наркотики должны быть запрещены, а закон соблюдаться. Это произведение искусства, и даже если есть в нём образы наркотической пропаганды – это всё сделано, чтобы изобразить некоторый аспект реальности. И, конечно же, это должно показать ужасы наркомании, ведь всё это ужасные иллюзии. Люди должны бояться характерного для наркоманов бреда.

Можете считать, что это шутка. Если спросите меня, что здесь правда, что ложь, то я просто не хочу об этом задумываться.

Начнём произведение.

Посвящается Евгении Турчиной

 

Уважаемые просто читатели. Вы же знаете, что всё так и было. Ай да со мной.

И никто не сможет доказать, что это не искусство. На любую претензию я могу сказать –это художественный приём и сделано специально для полноценного выражения. Так что не бойтесь. Читайте на здоровье, никого, даже меня за это обвинить не получится.

 

Изображение плывёт. Скользит на плоскости. Сворачивается в диск и крутится. Без трения и шума. Я раскрываю глаза. Мне страшно. Бешеное движение в тишине и спокойствии. Бешеная тишина. Всё чётко. Кругом всё чётко. Такой чёткости не существует. Движение с поразительной лёгкостью, трение отсутствует. Они двигаются по своей воле. Всё здесь живые существа. Я не один и нахожусь под огромным вниманием. Здесь все спокойны, и многих эмоций лишены.

Быть лишённым эмоций? Ты не совсем живое существо, и в то же время им являешься. Наполовину. Быть наполовину живым. И при этом чувствовать себя здоровым.

Бьёшься головой о стену, тебя ничего не волнует.

Нет страха. Бьёшь голову о стену. Это опасно, но нет страха. Сознание ничего об этом не говорит. Ты думаешь об этом. Думаешь и бьёшь голову о стену.

Отвёл голову от стены. Проявил волю. Мог сделать это давно, просто, всё бессмысленно.

Бессмысленность и лишённость эмоций – это одно. Эмоции говорят, что делать. Если эмоции пропали, то осталась бессмысленность.

Здоровый человек чувствует себя как обкурившийся. Все эмоции у него есть, всё кругом играет. Испытывать галлюцинации для здорового человека — это нормально.

Многие люди галлюцинируют. А ты не знал? Для них это нормально, и это не обсуждается.

Человек без галлюцинаций — это пустой человек. Именно таких людей называли пустыми. У них спрашивали что-нибудь, предлагали ему интересные галлюцинации, а он не понимал, что происходит. У него не было галлюцинаций, и люди это начинали понимать. Такого человека называли пустым.

Пустые люди захватили мир. Им не интересно просто так жить и они рвутся во власть. А нормальным людям интересно пожить и не интересна политика.

Готовы разрешить любой яд, вызывающий зависимость, лишь бы он не изменял сознание.

Религия всеми способами истребляла кайф. Секс, пища, наркотики, праздность. Но была лояльна к алкоголю. Потому что алкоголь вводит человека в депрессию. Везде говорят: алкоголь — веселье. На самом деле, веселья двадцать минут, а потом часы угрюмости.

Прикидываться дурой — быть похожей на мужика.

Женщины пассивны. Им нравится, когда с ними что-то происходит. А мужчины активны, им нужно действие.

Но без женщины мужчине нечего делать. Женщины толкают его. Мужчины, попадающие в приключения — это мужчины, на которых действуют женщины.

Женщины разгоняют мужчин, только они придают им движение. Женщинам нравится, когда с ними сталкиваются. Для этого нужно хорошенько разогнать мужчин.

Ему говорить нельзя, но он не совладал от желания, и предал.

Характер человека совпадает с высотой его голоса.

Люди имеют много своих страшных проявлений. Они скрывают их, чтобы другой не увидел.

Когда что-то скрываешь, возникает жуткое желание вскрыть секрет. Вот так и строится общение, так и возникают сплетни.

Чтобы начать соображать, надо отказаться от любопытства.

Чтобы начать соображать, надо отказаться от любопытства.

Мы всё знали в детстве. Хочешь мудрости? Вспомни прошлое.

Как же я в детстве боялся, что стану таким дураком, как взрослые. Мне хотелось повзрослеть, но остаться ребёнком. А теперь я это забыл и пытаюсь избавиться от детства... или наоборот, от взрослости...

Здоровы лишь те эмоции, от которых ты перестаёшь соображать.

Удовольствие несёт смысл. Оно говорит, что надо делать.

Удовлетворение желания — это способ избавиться от любопытства. Удовлетворяешь себя, чтобы не мешало думать.

Звуки. ЗЗЗЗЗЗЗввввууууукккккиииии. Какие весёлые буквы! Они растянулись в ширь и играют, шумят. Так громко, но я ничего не слышу. Меня изучают… на… мой мозг. У меня нестандартная работа мозга. Нет, я соображаю. Мало курил. Надо ещё.

Громкая радость, удовольствие. Но я спокоен, всё как обычно. Интересно думать – мысли создают картины. Они приятные, приятно на меня действуют.

Накурился. БЛАДОГИСТАУ. БЛАДОГИСТАУ. БЛАДОГИСТАУ. Я слышу это. БЛАДОГИСТАУ. БЛАДОГИСТАУ. БЛАДОГИСТАУ.

Язык появился у людей благодаря наркотикам. Они звуками пытались передать, что им мерещится. Эти волны состояний… И некоторые… звуки… начинали что-то значить. Появились символы. Первые символы в нашем бессознательном. До сих пор. Первые символы были прототипами слов. Это ещё не слова, это звуки, которые давали особенно понравившимся ощущениям. Слова, которые я пишу – они залиты жёлтым солнечным светом. Это просто красивая фраза. А смысл – ещё лучше.

Когда-то было табу давать символ простым вещам. Символы только для самых чудесных ощущений. Но были, которые всё это осмеивали. И благодаря этим бунтарям мы получили язык.

Оу-у-ву-у-ву-у-ву-у-ву-у-ву-у-ву-у-ву-у-ву-у-ву-у-ву-у-ву-у-ву-у-ву-у-ву-у-ву-у-ву-у.

КхулкХи. КхулкХи. КхулкХи. КхулкХи. КхулкХи.

Вот они, звуки. Я сделал предположение, что это всё от наркотиков. Ну не могли же они испытывать такие ощущения просто так? Или могли… а может, нас кто-то сверху высосал наше удовольствие? Теперь мы страдаем, и ему это выгодно. А сам он, кто?

А вы могли бы создать алфавит? Каждому звуку рисовать символ. И так, чтобы символ был похож на звук. Когда его изобрели, его хранили как сокровище. В древние времена богаты были не деньгами и не золотом, а алфавитом. Алфавит скрывали от рабов.

Есть люди которые получают много удовольствия. Вот они и есть наши правители. Для их удовольствия удобно иметь рабов. Но чтобы рабы обслуживали хозяев, нужно, чтобы рабы страдали. Людей специально бьют, ругают, обвиняют в аморальности, чтобы они стали несчастны. Несчастные всего боятся, а рабовладельцы привлекают рабов тем, что дают им защиту.

Бьёшь врага, а он начинает бить своих – вот он, беспроигрышный военный принцип. Счастливые правители бьют подчинённых, а подчинённые вымещают злобу на своих же.

Глобальный женский заговор. Лишь женщины в этом мире счастливы. А страдают лишь мазохистки. Они исключительно в удовольствие говорят, как им плохо. Если ты мужчина и хочешь стать выдающимся, тебе нужна женщина, которая протолкнёт тебя наверх. Во власти соревнуются не политики, а их жёны.

Общаешься с девушкой. Говоришь ей о сговоре женщин против мужчин. Она сгущает брови, и спрашивает:

– ты кому-нибудь из девушек это говорил? Как они реагировали?

– Гляди-ка! Ты отреагировала, занервничала, значит – заговор?

– Отреагировала? Это тебе так показалось. Я же должна реагировать на собеседника. Из-за уважения к тебе я вот так отреагировала.

– Я тебе не доверяю,

– Как хочешь. Но мне уже скучно. Ты не собираешься домой?

– Как домой? Я… я не знаю…

– Ах, ну что ж ты. Надо знать, надо.

– Ладно, мне пофиг на всё, ты хороша.

– Молодец.

Беды патриархата, подавления женщин — это всё нужно для сохранения матриархата. Женщины угнетают мужчин, ничего не хотят делать и жалуются на то, что им ничего не дают сделать. Мужчина для них — это вьючное животное, которое нужно погонять, да по-жёстче.

ЙоОзеф ГЕБЕЛЬ, ГЕБЕЛЬС, ГЕБЕЛЬС, ГЕБЕЛЬС, ГЕБЕЛЬС, ГЕБЕЛЬС, ГЕБЕЛЬС. ТИШЕ. ГЕБЕЛЬС. ГЕБЕЛЬС. ГЕБЕЛЬС.

Покурил и стал женщиной. Музыка в голове. Природа из детства, где ты окружён игрушками.

На пути к зверю. Я на пути к Зверю. Я иду к нему.

Меня приковало к миру. Я люблю его. Сейчас я вижу, как мир передо мной вибрирует, как жидкий. Блики, которых нет – они превосходны. И музыка кругом… глобальна.

А музыка – да это не музыка совсем. Просто набор звуков ритмично вибрирующих, изредка прерывающихся. Из-за ритма можно подумать, что это музыка. Но нет, это мёртвый ритм, это ритм механизма, или природного явления, природной вибрации.

Сегодня праздник. Праздник праздников. Всё удовольствие этих праздников объединяется в одном. И всю эту громадину я испытываю.

Я урод – ветер удовольствия стянул с моего лица кожу.

Не бог создаёт людей, а человек создаёт богов. Создание бога – это способ влиять на окружающий мир.

Люди кругом лицемерные. Это так приятно, лицемерить. Когда ты надеваешь на себя маску, ты начинаешь видеть людей настоящими. Человек не смотрит на тебя и не ослепляет твой взгляд. Рабов учат быть настоящими. Хотя сами рабовладельцы лицемерные. Неудивительно, что такое общество устойчиво. Сейчас настоящий коммунизм, только у рабовладельцев. Раньше было имущество – рабы. А теперь рабы общие и есть общее правило пользования рабами. За деньги. Мир рабов, живущих в диком капитализме. Мир рабовладельцев, живущих в коммунизме. Рабовладельцы дружат друг с другом. Их разборки – это шутка, показуха. Они друг над другом прикалываются, подтрунивают таким дорогим способом. Такой вот изыск. А что ж, вы думали, изыски только в драгоценных камнях бывают? Нет, устраивать в шутку народные волнения для подтрунивания друг над другом – вот это реальный изыск. Для изысканного общества это важно. Ведь им не надо бояться за своё существование, за еду. Это у них уже гарантировано. Им только лекарство от рака и старости найти хочется, и они финансируют исследования. Исследуют рабы, конечно. Но в руководстве обязательно должен быть кто-то из рабовладельцев. На нём всё и держится. Наука без рабовладельцев занимается лишь пустым. Рабская наука – это фантом.

Как всё приятно. Когда-то кругом был приятный оттенок жёлтого. А теперь этот оттенок превратился в мякоть цветка.

Надо же, я узнал, что я был маньяком. Люди со стороны видели. Но я этого не осознавал. Нельзя быть одновременно маньяком и понимать это.

Маньяк – это самое тёмное существо. Меня боялись. Удивлялись, как такое возможно? Почему маньяков не убивают сразу, они же всё видят? Неужели была борьба за свободу маньяков? Кто в них видит романтиков?

Мажор должен всем и вся показывать свою мажористость. Желание уничтожить всех на своём пути. Ему нужно полное подчинение, полная ожидаемость. Рабов приучают быть ожидаемыми. Рабы считают это нравственным по отношению друг к другу – быть ожидаемыми. Отсюда вся эта рабская боязнь оценок. Ведь рабу нужно подходить под стандарт, чтобы быть ожидаемым. И он всё время беспокоится, подходит он под стандарт, или нет. Ему нужно быть в рамках, чтобы быть спокойным. Мир вне рамок очень страшен. Он прячется рамках, и часто это осознаёт. Его это устраивает.

Мир стал медовым, а теперь мёд стал солнцем. Мягким, полувоображаемым. Но таким солнечным и медовым! Свет из медовой утробы прерывают мягкие линии. Они тоже прозрачные. Просто, они изгибают свет. Мир превратился в гигантский агрегат, похожий на насекомого. Насекомое летит в огромном пространстве Вселенной. Вселенная похожа на гигантские апартаменты, на детскую комнату, полную игрушек.

Моё удовольствие – шланг в голове к позвоночнику. Шланг горит как лампочка. Вся в огнях рисованных. Горящий бриллиант – мне нравится.

Я специально строил себе тоннель из страхов, который ведёт меня к цели. Как только я не выполнял, меня что-то пинало. Что-то враждебное.

Вот никто не думал, а миром правят женщины. Не все, небольшая горстка. Кто во власти? Мы представляем горстку мужчин, а на самом деле, это горстка женщин. Она устроила жуткий патриархат. Женщины ненавидят соперниц. Вот их и задавили. Дали им прав даже меньше, чем мужчинам. И теперь кажется, что мужчины правят над женщинами. И никто не понимает, что такое устроили как раз именно женщины. Этот странный мир – женский.

Женщины по природе шутливые существа. Скажи ей шутку – она обязательно ответит, если у неё нет горя. Они не обижаются на шутки о женском поле.

Секс – это пошло. Благочестивая женщина должна отказывать мужчинам, чтобы остаться незапятнанной. Но она хочет! Поэтому ищет грубых самцов, которым нельзя отказать. Если её будут обвинять в распутстве, то она всегда может сказать, что её насильно принуждали. Она – жертва. А если она отдастся доброму мужчине, то оправдаться не получится. Поэтому мягкотелых избегают. От греха подальше. Только сильные женщины, которые презрели моральные нормы, могут отдаваться мягким мужчинам. Вне брака.

Свободные люди получают удовольствие от опасности. То есть, они тоже её избегают, но попадают в кайф. Они не будут сдерживаться, если есть намерение убивать. Поэтому боятся друг друга. И для своей безопасности, они входят в состояние экстаза. Они все кайфуют и не ссорятся друг с другом. Когда ты взбираешься по горе, то естественно в такой ситуации запаниковать. Но это недопустимо. Поэтому именно на горе ты входишь в состояние полного спокойствия. Нигде больше такого спокойствия получить не сможешь. Даже движения спокойны, лень тебя не беспокоит.

Пучок мозга сзади. Как косичка.

Мир хорош, он другим и быть не может. Вот не могу я представить мир плохим. Вот, всплыла война, но она же замечательная. Ху-ху! Постреляем тут и там. Разможжим одним бошки, и другим. И сами себе разможжим. Кто-то разможжит. И мы умрём. Зачем нам жить? Нам и так хорошо.

Хочу пучок мозга сзади. Зачем мне жить? Мне и так хорошо.

Оу йе! Это уже было. Всё как во сне, когда мне было один год. Хотя, нет. Это было в пять моих лет, но в той жизни, которую я не прожил. Заново прожить не прожитую жизнь… А помнишь, в детстве, отстранишь голову и на тебя найдёт не понятно откуда волна кайфа. А у взрослых такого нет. Дети могут кайфовать, но не взрослые.

Наконец-таки я начал закатывать глаза. Хороший знак. Опасностей нет, ведь так? Э-э-эй! Где ты. Ы. ы. ы. ы. ы. ы. ы. ы. ы. ы. ы. ы. ы. ы. ы. ы. ы. ы. ы. ы. ы. ы. ы. ы. ы. ы. ы. ы. ы. ы. ы. ы. ы. ы. ы. ы. ы. ы. ы. ы. ы. ы. ы. Хороший ритм у клавиатуры, но теперь стал сбиваться. Очень не хотелось прерывать, но я проявил волю. Герой.

Наше чувство удовольствия запугали. Как что сделаешь ради удовольствия, постоянно что-то происходит. Теперь я боюсь действовать ради удовольствия. Страшно. Надо жить ради другого, но откуда тогда счастье?

Я активная девчонка, или послушный мальчишка. Среднее от противоположностей. Движение в центре, а по сторонам – норма. Мы внутри нормы, и пытаемся найти максимально необычное, отходя от стен внутрь помещения. Потому что на стенах написано: «Это норма». А внутри дома воздух, ничего не написано. Разбежаться и проломать бы стены.

«Скоро тебе всё скажут» – надо же, сколько доминирования в этой фразе.

Прошёлся, услышал звук, как будто кто-то удавился. Лёгкий такой. Побольше бы в нашей жизни галлюцинаций.

Всё стало привычным. Всё это как дым. Такая дымная, пористая реальность. Всё из плотного дыма. Обычная каменная реальность. Но такая родная! Своя, бархатная. Можешь здесь поиграться и оказаться весь в пыли. Вроде нехорошо, но это детство. Ты рад быть грязным. Грязь – это боевая окраска. И ты одеваешь на себя эту грязь. А мыть детей – это лишать их жизни, лишать их души. Эх, сколько наших полегло! А дети на улицах на самом деле не страдают. Они не хотят возвращаться в семью, где их помоют.

Избавиться от ощущения неловкости можно двумя способами: стать ловким и избавиться от ощущений.

Не прикасайся к нему, он наркоман. Кругом дым от его курения. Мы тоже становимся наркоманами, что нам делать? Что будет с нашими детьми? Давай шторку завесим, может дыма меньше в нашу сторону будет проникать. Не говори ему ничего, я не знаю, что делать. Вызовем милицию, а вдруг он нас со злобы порошком обсыпет? Мы забалдеем, и станем наркоманами.

Яблоко превращается в сочные реки в моём рту.

Бедные милиционеры. Часть из них случайно получает дозу и они старчиваются.

Эти мысли телеграфируются мне со времён перестройки. Славное было время. Время колдунов, шаманов. Столько всего наколдовали. До сих пор… не разгребём.

Как он может спать, когда с ним рядом такой ужасный торчок? Надо же, торчки сами себя боятся. Так же, как сами себя боятся женщины. Они сами ищут приключений, и в то же время этих приключений боятся.

Психоанализ – это мужская штука. Она только для того нужна, чтобы разрулить направление движения мужчины. А у женщин нет этой направленной линии. И женщина-психоаналитик Карен Хорни в своих книгах развенчивала долженствование, обязанности, следование идее, серьёзности. Развенчивала всё традиционно мужское.

Огненная масса из расплавленных кристаллов. Из центра бьёт тёмно-красный, нет, оранжевый цвет.

Я припал к потоку удовольствия. Хочу сосредоточиться полностью на удовольствии. Это такая медитация. Либо я деградирую, либо стану просветлённым. Не буду бояться, стану в этот поток. Меня накрыло, я слился с окружающей обстановкой. Она как йогурт.

Древние врачи могли устанавливать болезнь по тому, что происходит в твоём сознании. Ты им говорил, а они узнавали этою Давали описание явления, а ты соглашался, что это подходит под описание. Так они диагностировали болезнь. И в ряде случаев давали рецепт, что надо сделать со своими ощущениями, чтобы болезнь отступила.

Секс – это смешно. Больше занимаются сексом те, кто больше смеётся. Секс – это шутка. Возиться с неумеющими (немеющими?) – изыск.

У разных народов на разных территориях делали разные добавки в пищу. Одни были счастливыми и весёлыми, а другие мрачными и угрюмыми. Деление на касты по настроению. И только те, кто всё это подстраивают – только они всё знают. Остальные живут в неведении и считают, что это чушь.

Наркотик – это пропуск в иной мир. Или в мир иной.

Поверьте, это всё видно по исписанности стен. Стены исписывают, потому что они кажутся ужасными. Эти люди в аду. А в благополучных кварталах ничего не исписывают. Всем всё кайфово.

Наркоманы кайфуют и понимают друг друга. Могут узнать друг друга по манерам. А остальным невдомёк их экстравагантное поведение.

Ты думаешь, наркоманы – это те, кто продаёт собственность своих родителей? Которые ночуют в притонах? Нет, наркоманы ведь живут и в высшем обществе тоже. Они блистают. Их снимают по телевидению. Кайфовая жизнь! Но ты не подумал, что они имеют возможность влиять на тебя? Их сознание динамично. У них в ощущениях происходит значительное движение. И ты меняешь это движение. И они могут сказать многое о тебе, читая то, что двигается в их сознании. И этим же движением они могут влиять на тебя. Ты не видишь этого движения и не понимаешь его влияние на тебя. А они видят. Да, они маги, колдуны, волшебники. Они знают это.

Грибная фантазия. От мира остались одни очертания. Все краски движутся, но остался пространственный каркас. Пространственный каркас, на котором движутся краски.

Одно дело тупо толкать человека, управлять его движениями. А другое дело – это управлять его волей, его желаниями. Женщины управляют желаниями и волей мужчин. Они подначивают их, говорят им, кто крутой а кто лох. И мужчины стремятся к крутизне, соревнуются друг с другом. Только у разных людей разные понятия о крутизне. С ними говорили разные женщины и для разных целей использовали, поэтому говорили разное.


Дата добавления: 2018-02-15; просмотров: 157;