Заключительное слово. Итоги этой книги. 6 страница



В любовной зависимости нет ничего страшного, страшна зависимость из страха. Наркоманы героинщики боятся ломок и общества. Быть добродушным, ожидая ломки? Нет, она даже под наркотиком настроение испортит. Фу!

Да! Мне нравится в кайфе ощущение, что я деградант. В этом главный изыск. Из-за этого ты готов поклоняться наркотику. Надо убрать и оставить деградацию.

Свободные люди, счастливые люди – это люди защищённые. Когда они взрослые и сталкиваются с миром, им становится страшно и только те, кто укрепляет свой дух, снова обретают счастье.

«Ты не можешь быть голоден», – сказал с акцентом и дружественно иностранец русскому за моей спиной. И ещё похвалил русскую жизнь без еды. Вот так нас унижают и порабощают.

Устраивают офисы в самых крутых местах. Всё лучшее для работы… офисной. А! Привлекать внимание людей?

Девушка хочет выглядеть крутой, но ещё не поняла, что такое крутость. Ой! Что же ей придётся узнать! Выдержит ли? Хоть ничего страшного в этом нет.

Крутые деграданты. Деградант-десант. Деградант – это басовая жестокая музыка в слове.

Приставать вконтакте к человеку через рекламу. Лампочки для привлечения внимания. Щас чуть пройду и окажусь на Невском, хоть он и в другой стороне. Сразу в центре окажусь. А как обратно – не ясно. Проснуться, что ли?

«Бля, Питер как Москва. Гхы!»

Что это такое? Пространство с бугром в городе? Нет, померещилось.

Наркотики просто дают возможность нормально жить.

Бабушка села рядом со мной. Значит, она мне доверяет. Даже если не понимает это. Но я был реально благодарен, что она села рядом.

Ну вот, я принёс ручку и блокнотик, а ты съебался, мой сумасшедший друг. У тебя 105 тыс детей, и ты подозвал к себе дочку. Она не подошла. Ты сказал, что прохожей женщине надо отпилить ноги и рубанком обстрогать лицо – твоя эрудиция на тему турецких пыток.

Ты живёшь в синтезаторе и все кругом следят за тобой. Они пятиминутки. Иногда слежка спадает. У всех есть свой дисплей финансовой системы. У одного прохожего были голландские гульдены на золотой карте с дыркой. У другого серебро. А сам я украл коричневое серебро, когда мне было 106 лет. И я сел в тюрьму. Этот мир – тюрьма. 10 лет назад он был в психбольнице, но и сейчас врачи с ним телепатически общаются. Я спросил, а стоит ли мне жить его жизнью, он ответил, что не стоит. Ничего хорошего.

Интересно, он был сумасшедшим? Каждый имеет право на свою реальность. Про космос я уж не хочу рассказывать, это всё приелось.

Я спросил у сумасшедшего, а получает ли он удовольствие от своих мыслей. Он сказал «нет», но как-то промямлил, не смог что-нибудь конкретно сказать. Может, и получает.

Звуки машин мня подгоняют. Не сигналы, а мощь моторов.

Излечиться = сойти с ума.

Однажды панк-амфетаминщик ответил мне: «Это наш праздник?» В смысле, праздник сумасшедших. Я подтвердил. Да, это наш праздник.

Да, забыл. Сегодняшний сумасшедший, у него в голове сидел 8 лет человек, это он управляет дисплеями.

Наука и технологии сводят с ума. Лучше помешайся на чём-нибудь ещё, но не на науке и технике. Они безжизненны и ты не сможешь благодаря сумасшествию влиться в жизнь, в общество.

Бля, я писатель с блокнотиком. Чувствую себя круто. Жду внимания.

Нормально быть сумасшедшим. Обычные люди – это рабы. Им лень что-то делать, потому что их заставляют. Они ничего не хотят, им навязана рабская культура аскетизма. Когда ты деградируешь, выходишь из рабской культуры, ты сходишь с ума. Свободные люди рабам кажутся сумасшедшими. Они не могут общаться друг с другом.

Я вижу гиганта-человека вдалеке. Он стоит. Гигантский сказочный дровосек, а на самом деле башня.

Рабам нельзя быть сумасшедшими. А детей богатых прощают. Они просто развлекаются.

Нужно получить образование, чтобы иметь возможность быть сумасшедшим. Тогда ты сможешь отражать нападки на себя.

«Гашиш», и твои глаза загораются. Хочешь стрелять в кого-нибудь глазами, скажи «Гашиш». Можно бояться своих проявлений как наркомании, а можно их использовать. Прикол наркотиков в том, что у тебя появляются волшебные качества.

Это вам решать: зависеть от наркотиков, или нет. Если ты в теме, то выбор есть. Вот только никто не может знать, в теме он, или нет.

Как много людей употребляло гашиш! Они столько пережили! И теперь я живу их переживаниями. Их столько много, и они такие разные! Каждый наркотик своя аудитория накачивает эмоциями, обрывками души.

Целые народы индейцев всю жизнь употребляли коку, но от коки нет зависимости. Ха-ха! Это может быть и смешным и правдой.

Как это нельзя с Вами по дружески общаться? Только начальник и подчинённый? Я так не хочу. Нет, я не верю Вам.

Появился страх, что я принимаю наркотики. Я принял ответственное решение. Это страшно. И самое страшное, что я сейчас приму, и страха больше не будет. Именно в этом моменте меня запугивали. Или я сам себя запугивал.

Я просто не способен до всего этого дойти сам. До того, что свободно жить можно. Мне нужно для этого на кого-то смотреть, или принимать наркотики. Или всё вместе. Как только внешнее воздействие заканчивается, я возвращаюсь в рабскую сущность и начинаю жаловаться на тему страха. «А вдруг наркоман?» Чё за ерунда, откуда у тебя такое поведение? Слова за , циклились. Их произносят горлом маленькие дети. Очень быстро, неестественно, такого быть не может.

При сильной укурке появляются такие странные способности… я могу отделять своё сознание от действия наркотика. Я – это одно, а действие – это другое. Просто, кругом стало более жёлто и привлекательно. Он горячий, его можно почувствовать. Такой слабенький горячий вкус, то есть, чувство. Осязание. Что? Вы что-то сказали? Ну чё, не можешь выдавить слова? Ха-Ха! Звук поганый! Это я своим глюкам. Там звук такой прикольный. И над ним поприкалываться захотелось, поиздеваться. Над звуком. Выкрикнуть ему. А он вибрирует, злится. Как червь вибрирует. А я глумлюсь над ним. Глумлюсь. Над. Ним. Да, это другой мир. Да, ты хочешь попробовать этот мир.

Этот жестокий наркотический мир. Делает людей жестокими. Жестокими событиями против них. Понимай как хочешь. Но мир становится прямым. Грубым, то есть. Перед тобой не будут выкаблучиваться. Но это и есть настоящий мир. Без вуалей. Все вуали были сожжены наркотиками. Именно сожжены. Всё жестоко правдиво. И тебя при этом хотят попугать местные жители. Они ведь садисты. Но здесь хорошо и компьютерные игры. Компьютерные игры – они так сказались на нашу жизнь. Они так глубоко сидят, мы даже не представляем это. И понятия не имеем. А теперь они переливаются фонтанами медленной смолы. Нет, всё нормально, нет никаких сверхъестественных ощущений. Просто, это немножко кажется сверхъестественным. Странный у меня сегодня ночью был сон. Я его только что вспомнил. Отрывок. Кадр. Несколько кадров. Они переливаются. Там кто-то идёт. Робот из денди. Зелёный текст. Ну, чуть-чуть, конечно. Просто, впечатляет больше прежнего.

Да, я всё ещё боюсь. Но теперь я Сатана из молний. Я залипаю на свою боль. Она такая интересная. Там так играются нервные возбуждения. Бывает, она нащупывает информацию. Помогает принять решение. Задница помогает принять решение голове. Мир кругом да, сатанинский. ЭТО КРУТО! Он жёсток и деградирован. Там собираются отбросы общества. И они ведут борьбу за власть. Кем они владеют? Чем они владеют? Что там происходит? Но это кайф. Только вечерний, пятичасовой с высоким звуком, переходящим в эховое пиликание чайки. Ну что, представили? Я описал, что пережил, как мог.

Ну почему ж ядерные установки такие красивые? Что сделать? Вот здесь? Она такая родная, обстановка. К ней так тянет. Под мёд под лучами солнца. Дышать мёдом. Легко и медленно дышать.

Это просто творчество, чувак. Но я это пережил. Творило моё состояние. Моё сознание без меня самого. Вот оно и творило.

Моё сознание отдельно от меня… Ну и ну! Это действительно так. А кто я? Я – это какое-то образование в моём сознании. Я – это один из органов сознания. И другие органы в сознании работают. И Я к ним доступа не имеет. Но они влияют на Я. Хотя, у Я всё же есть некоторые способы воздействия на остальные органы сознания.

Мой внутренний голос имеет эхо. Разное, и электронное тоже. В стиле восьмидесятых. И ещё рычание, как будто-то промышленный станок рычит, делая свои монотонные действия. Ха! Теперь я понял, как печатают эти предприятия. Как там с директором отношения. Он ведь делает заказ программистам, он всё им объясняет, он всё знает. Это его. Только директор ли это? Может, это главный инженер? Я не могу всмотреться в его образ. Он превратился в деревенщину-бедняка весёлого алкоголика. Чего я с ним хотел вообще? Теперь надо от него отвязаться. Овуву вуву вуву где вы там? Давайте, выносите скорей. Помогайте. Кровью истекает. Вжжжьжжжьжьжьжь… Мда..мдам Я был не таким, каким вы меня представляете. Был не таким. Был был был ббббб ЛЯ-ЛЯ-ЛЯ. Но всё не так, на самом деле. Я даже голосом не могу это изобразить.

Есть определённые ходячие выражения, которые ходят о наркотиках. Типа характеристики. И никто не может дать свою характеристику. Они только говорят то, что слышали (всякие там медицинские характеристики). И эти слухи ходят туда-сюда.

Притворяться можно до такой степени, что даже веришь себе. Гашиш – это микроскоп для эмоций. И для других чувств. Так вот, вера себе, когда притворяешься, зависит от твоей психики. У некоторых она очень подвижна, и в сознании ты видишь много образов. А другие даже нормальную реальность видят не полностью. Совсем у них угасшее сознание. У шизофреников сознание в цвете сил. Но их подавляют психиатры. Надо, чтобы психика была гашёной – как у обычных людей.

Главное, чтобы правителям подчинились. Чтобы их слушали. Весь народ. И процедура голосования – это ритуал для подчинения людей. Не для демократичности сделали выборы. А для того, чтобы во власти не сомневались. А то в старые времена сомневались, что власть настоящая. Реально ли нужно им подчиняться, кто это такие? А теперь голосование. Все выбирают свою власть. И становятся её защитниками. Ведь они голосовали. И появляется множество общественных структур, которые собирали голоса. Они их собирают, чтобы люди почаще об этом думали. Ведь голоса – это оплот государства. Голос убеждает в том, что власть настоящая. Раньше власть думала в единичных экземплярах без народа. Оу. Оу. Ххуууаааууу. Где я? Какой милый голос. Мой. Милый мальчик. Что с твоим голосом? Прокуренный? Ха! Я сам понял собственную шутку. Хотя не думал, что в ней окажется смысл.

Синапсы в голове перестраиваются. Они привыкают, что ты счастлив. И перестраиваются. Под счастье. Счастье становится твоей привычкой. Раньше синапсы мешали тебе быть счастливым. Они путались под ногами, где должно появиться счастье. А как счастье пришло, синапсы ушли. И с тех пор твоему счастью нет препятствий.

Надо же, чего-то я не хочу помнить, и пытаюсь задавить воспоминание. Я умею задавливать. Я не помню, когда я это делал. Видимо, это делалось без меня.

Только наркоманы могут поговорить с вами в о ваших переживаниях в сознании. Остальные почему-то молчат.

Я не задумывался раньше, как люди друг друга подчиняют. То есть, я не пытался переживать их переживания. Вот лось! Вот олень! Ну зачем ты не пользуешься возможностью стать на их место и ощутить? Ну на фига тебе все эти слова? Помедитируй над взаимоотношениями! Эта мыслительная деятельность, кстати, ярко проявляется под действием ДМТ, который является веществом, производимым в самом мозге.

Вот блин. Я мог медитировать над взаимоотношениями, но я мало этим занимался. Точнее, неосознанно. Иногда под музыку. Но я не ставил своей задачей такую медитацию. Я думал, что это порок. Говорить с образами людей. А теперь я понял, что это круто. Вот недоступны мне переживания подчинения, а я могу их представить и чему-то поучиться. Невероятно! Человек учится в своём же сознании! Он репетирует различные события, учась обходить подводные камни. Он уже в своём сознании учится, предвидя возможные исходы! Почему ты этим не пользуешься? Почему не визуализируешь отношения? Почему ты считал это плохим? Внутренний диалог, говорить сам с собой… запрещено оказывается! Вот что ещё можно запретить человеку, чтобы он стал рабом! Ему нужно запретить моделировать возможное поведение людей. Приговаривать при этом: «Нечего сам с собой разговаривать. В психушку захотел?» Психушка – это тюрьма, но более жёсткая.

В детстве ребёнок разбирается в своих эмоциях. Я начал вспоминать это. Какие-то эмоции могут чему-то противоречить, приходится с ними как-то разбираться. В общем, морока одна.

Пары реальности. Реальность испаряется. Или реальность есть, но в ней проносятся пары иллюзий.

Красиво, красиво… а грязно нельзя? Нельзя коряво? Это всё пошло? У вас есть пошлое? Зачем оно вам нужно? А зачем вы мне навязываете! Ох, это просто музыку такую слушаю.

– А зачем ты пишешь книгу под кайфом?

– Чтобы с читателем кайфом поделиться.

– А может, и для себя оставить. Тоже.

– Ну, посмотрим, что получится.

Родной комбинат моего очень раннего детства. Как много затягивающих уголков. Это же надо, такие силы притяжения и отталкивания. Там я впервые (нет, не впервые) с этими силами сталкивался. В детстве это было актуально. А потом мы их перестали чувствовать и забыли. Забывание происходило, мы его видели и не хотели забывать. Некоторые делали ухищрения, чтобы память осталась. Рисовали рисунки. Но потом не могли вспомнить, что они означали. Всё забылось. И когда малолетка говорил о своих ощущениях, то его не понимали.

Это похоже, как забывать сон. Эти ощущения запрещены, причём даже для малолетних. Поэтому отучение происходит рано. Через родительское внимание, в основном. Они очень не любят, когда ты обращаешь внимание на несуществующие вещи. И наказывает это отторжением. Призывает тебя к реалистичному вниманию.

Сейчас многие удовольствия запрещены. И люди стремятся не к удовольствиям, а к хорошему к ним отношению. Они рабы и требуют больших поблажек. Когда сверху им говорят их мысль, или воспоминание, они ликуют, ибо эта мысль как бы становится легальной. Этот текст есть легализация многих мыслей и переживаний.

В одиночестве этот текст будет задавлен. Но если до него доберётся большое количество читателей… если человек будет думать, что этот текст прочитало много людей, тогда он может подумать, что это имеет социальную значимость. Это актуально, это существует на самом деле. Этих запретов нет, нам дозволены такие вещи.

Да! В обществе определено, что дозволено говорить, а что не дозволено. Есть очень много правил, которые не прописаны законом. А ведь когда-то не было письма. А законы были. Все законы передавались устно, или просто интуитивно люди догадывались. То есть, общество управлялось правилами, но нигде правила не были прописаны. А сейчас всё вместе – и прописанные правила, и не прописанные. Ведь мы смотрим только на прописанные и не видим неписанных правил! А ведь они есть и кто-то их создаёт, или разрушает! Я своим текстом, своей речью могу нарушать множество неписанных правил. Поэтому любят ораторов, которые говорят толпе те вещи, которые ей говорить запрещено. Это снимает запреты, это благоволение для толпы. Так и приходят Гитлеры. Им дан карт-бланш на снятие запретов. Таким образом, они возносятся в руководство. Но кто-то им позволил нарушать неписанные законы, чтобы прийти во власть.

Да, есть они, тёмные правители. Они правят по неписанным законам. И всё общество пронизано этими неписанными законами. Они даже влияют на то, что будет церковь проповедовать. Может быть… даже частушки в детстве и считалки, которые даже взрослые не знают. Но в частушках уже заложены оценки различных вещей. И ребёнок эти оценки глубоко усваивает. Помните, было издевательство «Тили-тили тесто, жених и невеста». Ведь это было как издевательство. Но чем так плох брак мужчины и женщины? Что в нём унизительного, чтобы унижать им товарища? Откуда такая странная традиция пришла? И как им удаётся так влиять на детскую культуру? А мы что-нибудь знаем о детях? Мы знаем, что-нибудь об их жизни? Ведь их жизнь богаче нашей. А мы этого не видим. Наша жизнь в глазах детей невероятно проста. Просто удивительно, как взрослые могут так монотонно жить?

Учёные физики, программисты, технари живут в той реальности, где кругом невежество, мракобесие, а они несут свет науки, которая ещё не дошла до многих тёмных людей. Они не знают о сложностях взаимоотношений людей, о псхических явлениях, о философских сложностях. У них есть только наука. Наука – это то знание, которое появилось недавно (всё новое), и ещё не до всех дошло. А они – это первые, кто получает новую информацию. Они в информационном авангарде. В авангарде человечества. Так что даже президент от них отстаёт.

Несерьёзность позволяет отделить игру от жизни. У серьёзных людей нет игр. Есть только жизнь. А весёлые могут посмеяться над жизнью, как над игрой. Они всё несерьёзно делают, и это их преимущество. Я тоже захотел стать таким, но пока не совсем получается.

Подчинение – это круто. Прищуриваешь глаза на человека, и он начинает стрематься. Ты можешь научиться подчинять людей. Женщины подчиняют себе мужчин. Им надо быть уверенными, что их не бросят. Они дрессируют их. Прямо как животное. Быть может, дрессировка животных создана по образу и подобию дрессировки мужчин. Представьте себе, женщины реально смотрят на мужчин как на животных. А вам слабо смотреть на человека, как на животного? Ведь он и есть животное. А посмотреть как на животное не можете. Некоторых женщин даже приходится отучать, повторяя: «Человек не животное, это человек.»

Каждый может написать свою поэму. Просто, надо писать, от чего тебя прёт. И у каждого получится что-то своё. Не обязательно в рифму. Но это будет переть. Не получится это у рабов, потому что они не имеют право на наслаждение и их не прёт. Но зато они могут придумать рифму. И даже смысл получится. Но эмоционально они забитые рабы.

Нет, не курю. Укуриваюсь.

В части психических заболеваний может быть симуляция. Не надо об этом забывать. Человек может стать сумасшедшим из протеста. Для многих сумасшествие и есть протест. Протест против неписанных правил. В тюрьме сидят по писанным правилам. А в психушке по неписанным. И они симулируют нестандартное поведение. Подчеркну, нестандартное, а не неадекватное. Вспомните сумасшедших, которых вы видели. Разве не заметили в них протеста? Да они сами являются протестом. Все сумасшедшие – это самые большие протестующие. Гитлер тоже был немного сумасшедшим. Тоже бунтовал и пришёл к власти. Его приход к власти тоже бунт. Потому что по традиции он не мог к власти прийти. Ему хотелось нарушить это правило. Гитлер – бунтарь. На многие вещи замахнулся… которые были в его голове.

Что бы обо мне подумали в прошлом, когда я учился в университете, в школе. Что бы они подумали, если бы знали, что я в будущем будут торчать? Ведь мне больно об этом думать. Пусть это мармеладная боль, но всё же она на меня действует. Почему они так со мной обошлись? Думали, что я хороший мальчик? Что я послушный раб? Мне кажется, что они уже тогда догадывались, что я не такой уж и послушный. Просто, я доверял им. Специально давал им шанс. А они доверие не оправдали. Не серьёзные они оказались.

Вам пишет философствующий физик, который решил почитать проповеди, укурившись.

Те, кто переживает жёлтый свет от укурки, несут свет людям.

Прочитайте хотя бы начало, этого уже достаточно. Интересно, большая ли это книга? Я же ещё не дошёл до конца.

Эх, сколько в мире извращений, а я ими не занимаюсь!

Я в детстве хотел стать водителем подъёмного крана. Я хотел спасать на нём людей от потопа. Кран высокий, и вода до многих его частей не дойдёт. Видимо, я хотел внимания и мечтал об этом. Мне было очень приятно мечтать. Это тоже был своего рода наркотик. Я не шучу. А вы не смеётесь.


Дата добавления: 2018-02-15; просмотров: 138;