Таковы эти четыре положения. Если вы будете им следовать, внутри вас возникнут четыре тела.



Сутра

Чтобы любая ситуация стала частью Пути, сразу же, как только она возникла, соедини ее с медитацией.

Помните, что каждая ситуация должна стать возможностью для медитации. Что такое медитация? Осознание того, что вы делаете, осознание того, что с вами происходит.

Кто‑то вас оскорбляет – осознавайте. Что с вами происходит, когда вас достигает это оскорбление? Медитируйте над этим; это изменяет весь гештальт. Когда кто‑то вас оскорбляет, вы концентрируетесь на этом человеке: «Почему он меня оскорбляет? Что он о себе возомнил? Как я могу отомстить?» Если он очень сильный, вы сдаетесь, начинаете вилять хвостом. Если он не очень силен и вы видите, что он слаб, вы на него набрасываетесь. Но во всем этом вы совершенно забываете о себе, центром внимания становится другой человек. Так упускается возможность для медитации. Когда кто‑нибудь вас оскорбляет, медитируйте.

Гурджиев рассказывал: «Когда умирал мой отец, мне было всего девять лет. Он подозвал меня к своей кровати и прошептал на ухо: „Сын мой, я не оставил тебе какого‑либо имущества, но есть одна вещь, которую я хочу тебе сказать и которую перед смертью сказал мне мой отец. Она невероятно помогла мне и была моим богатством. Ты еще не совсем взрослый и можешь не понять то, что я говорю, однако сохрани это и запомни. Однажды ты вырастешь и сможешь это понять. Это ключ; он открывает двери к бесценным сокровищам“».

Конечно, в тот момент Гурджиев не мог этого понять, но именно эта вещь изменила всю его жизнь. То, что сказал ему отец, было очень просто. Он сказал: «Сын мой,когда бы тебя ни оскорбили, скажи своему обидчику, что ты помедитируешь над этим в течение двадцати четырех часов, а затем вернешься и ответишь ему».

Гурджиев не мог поверить в то, что это такой важный ключ. Он не мог поверить, что «это настолько ценная вещь, что я должен ее запомнить». И для девятилетнего ребенка это простительно. Но поскольку эти слова были сказаны умирающим отцом, безмерно любившим его и сразу же после этого испустившим последний вздох, они запечатлелись у него в памяти; он не мог их позабыть. Всякий раз, когда Гурджиев вспоминал об отце, он вспоминал и эти слова.

Не совсем понимая их смысл, он начал это практиковать. Если кто‑нибудь оскорблял его, Гурджиев говорил: «Сэр, в течение двадцати четырех часов я должен помедитировать над этим – так велел мне отец. Его больше нет, и я не могу нарушить волю покойного. Он очень любил меня, а я очень любил его, и теперь для меня невозможно его ослушаться. Отца можно не слушаться, когда он жив, но когда отец мертв, разве можно ему не повиноваться? Поэтому, пожалуйста, простите меня; я вернусь через двадцать четыре часа и отвечу вам».

И Гурджиев рассказывал: «Двадцатичетырехчасовая медитация над этим давала мне проблески величайшего понимания своего существа. Иногда я обнаруживал, что оскорбление было справедливым; оно отражало то, каков я есть. И тогда я возвращался к тому человеку и говорил: „Благодарю вас, сэр, вы были правы. Это не было оскорблением, это было просто констатацией факта. Вы назвали меня глупцом; так оно и есть“.

А иногда после двадцати четырех часов медитации я приходил к выводу, что это абсолютная ложь. Но если что‑то является ложью, то зачем на это обижаться? И тогда я даже не возвращался, чтобы заявить тому человеку, что это ложь. Ложь есть ложь; что о ней беспокоиться?»

Так, наблюдая, медитируя, Гурджиев постепенно начал все больше и больше осознавать не действия других людей, а свои реакции.

Именно об этом говорит Атиша:

Чтобы любая ситуация стала частью Пути, сразу же, как только она возникла, соедини ее с медитацией.

Что бы ни случилось: хорошее, плохое, успех, неудача, – немедленно начните осознавать, что происходит. Не упускайте ни единого мгновения. Не теряйте времени – присутствуйте в этом, и вы удивитесь: ошибки начнут исчезать из вашей жизни. И тогда все то, что вы будете делать, окажется правильным.

Люди спрашивают меня, что правильно и что неправильно, и мой ответ таков: «Если что‑то возникает из осознания, это правильно. Если что‑то возникает из неосознанности, это неправильно. Правильное и неправильное – это не вопрос того, что именно вы делаете, но вопрос того, как вы это делаете. Это не о том, что, но о том, как – медитативно или не медитативно, будучи бдительными, пробужденными, или же действуя, как лунатик.

Сутра


Дата добавления: 2018-02-15; просмотров: 152; ЗАКАЗАТЬ РАБОТУ