Медитация – это не что иное, как мост, чтобы идти внутрь. После того, как случилась медитация, единственное, чему осталось случиться, – это сострадание.



Будда, мастер, с которого началась линия Атиши, говорил, что не следует оставаться удовлетворенным самой медитацией, пока не случится сострадание. Вы прошли лишь полпути, вам нужно пойти немного дальше. Медитация, если она подлинная, неизбежно переполнится и станет состраданием. Лампа, будучи зажженной, немедленно начинает излучать свет и рассеивать темноту. Точно так же, когда зажжен внутренний свет, его излучением является сострадание.

Сострадание – это доказательство того, что медитация случилась. Любовь – это аромат, подтверждающий, что тысячелепестковый лотос в сокровенной сердцевине вашего существа распустился, что весна пришла, – что вы больше не прежний человек, что личность закончилась и родилась индивидуальность, что вы больше не живете в темноте, что вы стали светом.

Помните: эти сутры представляют собой практические указания. Атиша не философ; ни один мудрый человек не бывает философом. Он не мыслитель; мышление существует лишь для посредственностей, глупцов. Мудрец не думает – он знает. Мышление – это попытка узнать; это догадки, блуждание ощупью в темноте, пускание стрел во тьму.

Мудрость – это знание. А когда вы знаете, вам нет нужды строить предположения. Вы не предполагаете, что сейчас утро, что поют птицы и деревья залиты солнечным светом. Вы не предполагаете это, вы не думаете, что это так. Если кто‑то это предполагает, то он, должно быть, слеп или, по меньшей мере, пьян. Это переживание, а каждое переживание подтверждает само себя.

Атиша не спекулятивный мыслитель. То, что он говорит, не является философией или системой мышления. Это то, как он достиг; он показывает вам путь. Будды могут только показать путь – вы должны будете по нему пройти, никто другой не может пройти по нему за вас. Никто другой не может сделать это за вас; в Существовании не бывает заместителей.

Да, другие люди могут рассказать, как они достигли, каких ловушек следует избегать, как определять, в правильном направлении вы движетесь или нет, какие энергии можно использовать, а от каких стоит отказаться, что помогает и что препятствует. Они могут дать вам маленькие подсказки касательно этого пути – именно «маленькие подсказки»; как бы то ни было, они не смогут дать вам исчерпывающий маршрут, потому что каждой индивидуальности придется пройти по немного отличающемуся пути и встретиться с уникальными переживаниями, с которыми никто не встречался до них и, возможно, никто не встретится после.

Каждая индивидуальность настолько уникальна, что невозможно дать всеобъемлющую карту – лишь подсказки, расплывчатые намеки, указатели.

Вы не должны цепляться за эти указания. Просто поймите их, впитайте, но не становитесь фанатиками. Не говорите: «Это непременно должно быть так. Если это не так, значит, что‑то неправильно, и я не буду этому следовать». Будет нечто подобное этим указаниям, но очень смутно, неуловимо. Ваш путь будет обладать сходным ароматом, но не будет в точности таким же; похожим – да, но не таким же. Это необходимо знать. Не зная этого, человек становится фанатиком – а фанатики никогда не достигают Предельного, сам их фанатизм становится препятствием.

Это – маленькие подсказки. Это не математика, это не так, что «два плюс два равно четырем». В мире тайн иногда два плюс два равно трем, а иногда два плюс два равно пяти. Очень редко бывает так, что два плюс два равно четырем, очень редко; это исключение, а не правило. Это не математика, это музыка. Это не логика, это поэзия.

Когда вы читаете логичный научный трактат, вы читаете его в другом состоянии ума. Если вы читаете стихи, вам нужен совершенно иной подход. В логике существует четкий процесс, процесс силлогизма: вы знаете, что это так, а вот это – так; следовательно, это непременно должно быть так. Существует понятие «следовательно ».

В поэзии нет «следовательно». Поэзия совершает квантовые скачки. Поэзия – это видение, а не логический процесс; песня, а не силлогизм. Да, даже в песне есть некая внутренняя логика, но она не лежит на поверхности. И она существует не для тех, кто в пути, она лишь для тех, кто прибыл.

После того, как вы прибудете, вы увидите всю логичность каждого сделанного вами шага; но не раньше. Вы поймете, почему вам приходилось прыгать, почему вы должны были сделать определенный шаг. Когда вы делали этот шаг, ни в чем не было ясности, ни в чем не было уверенности, не было никакой гарантии. Вы делали этот шаг, руководствуясь своим чувством, а не мышлением. Но позднее, подводя итоги, глядя назад, можно будет возобновить мышление. Теперь вы сможете искать скрытую логику.

Те, кто прибыл, очень логичны. Но если логичными попытаются быть те, кто в пути, они просто не выживут. Это один из тех парадоксов, которые необходимо понять. Таким образом, утверждения Будды, Тилопы, Сарахи и Атиши на самом деле очень логичны – но только для тех, кто прибыл. Эту логику можно ощутить, лишь обернувшись назад. Когда же вы продвигаетесь к цели, к Предельному, все кажется смутным, окутанным дымкой. Это как туман ранним утром. Днем, в самый полдень, туман исчезнет. Но этому полуденному времени еще предстоит наступить.

Поэтому думайте, медитируйте, чувствуйте эти указания, но не принимайте их с полной серьезностью. Обязательно должны быть некоторые отличия. На вашем пути с вами случится что‑то такое, чего не случалось на пути Атиши. На вашем пути с вами случится что‑то такое, чего не случалось на моем пути. Сколько в мире людей, столько и путей. Никто не может оказаться на вашем месте; даже те, кто стоят совсем рядом с вами, не находятся в точности на том же месте. Ваш угол зрения неизбежно будет немного отличаться от угла зрения того, кто стоит рядом и держит вас за руку. Никакие два человека не видят мир в точности одинаково, это невозможно. И каждый должен двигаться со своего собственного места, из своего собственного пространства.

И потом, Атиша жил тысячу лет назад. Он, несомненно, видел совсем другой мир, передвигался в совершенно другом мире, с языком другого типа – где преобладал другой тип понимания, где все еще действовали другие взгляды, другие подходы. Они больше не работают, они потеряли актуальность, тот мир исчез. Мир Атиши больше не существует.

Тем не менее, его указания, если их принимать без фанатизма, имеют огромную важность. Восприняв их фанатично, вы упустите всю суть.

Нужно быть очень, очень расслабленными и гибкими. Думая о буддах прошлого, необходимо быть доступными и открытыми для них, но при этом не цепляться и оставаться отстраненными, прекрасно сознавая, что прошли столетия, что «я не Атиша и поэтому не могу следовать этим указаниям абсолютно точно».

Но Атиша и не призывает вас следовать его указаниям абсолютно точно. Он просто показывает проблески своего видения и того, как он к нему пришел. Он просто делится с вами своей поэзией, своим состраданием.

Помните об этом – в противном случае очень легко стать фанатиком. Почему в мире миллионы людей становятся фанатиками? По той простой причине, что, становясь фанатиком, вы избегаете любых экспериментов; становясь фанатиком, вы уклоняетесь от того, чтобы думать самостоятельно, чувствовать самостоятельно. Становясь фанатиком, вы перекладываете всю ответственность на чужие плечи – на плечи Иисуса, Будды, Кришны, Атиши.

Помните, что эта ответственность – ваша; ее нельзя никому передать, ее нельзя переложить на кого‑то другого. Ваша ответственность полностью ваша. Вам придется думать, вам придется чувствовать, вам придется медитировать, вам придется идти самим. И позвольте мне снова вам напомнить: вам могут встретиться такие места, которые никогда не встречались Атише.

Если вы отправляетесь в Гималаи и хотите взойти на Эверест, существует много способов забраться на него, много сторон. С одной стороны вам могут встретиться прекрасные долины, реки и деревья. С другой стороны может не оказаться никаких рек, вам могут вообще не встретиться деревья, а только скалы и скалы. С третьей стороны вы можете обнаружить ледники, девственный снег, который никогда не тает. И все вы достигнете вершины.

Те, кто достиг вершины, всегда будут свободны от предрассудков и внимательны к другим. Они не могут быть упрямыми и говорить: «Это единственный путь», поскольку с вершины им видно, что существует много путей. Они видят, что множество странников приходят по разным маршрутам. И на каждом маршруте существует свой собственный мир. Атиша следовал по определенному маршруту. Однако ему очень повезло, что у него было три просветленных мастера; он взошел на Эверест, по меньшей мере, по трем маршрутам. Его видение всеобъемлюще, у него широкое поле зрения, отнюдь не узкое.

Иисус говорит: «Мой путь узок, но прям». Он следовал лишь за одним мастером. Естественно, что его путь очень узок и прям. С Атишей дело обстоит по‑другому, его путь очень извилист и очень широк. В нем содержится множество путей, это великий синтез.

Первая сутра:

Начни развивать принятие с самого себя.

Позвольте вам напомнить: в последней сутре Атиша говорил, что, когда вы вдыхаете, пусть вашей медитацией будет то, что вместе с вдохом к вам в сердце входят все страдания всех существ в мире. Впустите к себе в сердце все эти страдания, боль и несчастье и наблюдайте, как происходит чудо.

Всякий раз, когда вы впускаете внутрь чье‑то несчастье, боль и страдание, как только вы принимаете их, они трансформируются.Естественная склонность – избегать этого; естественная склонность – защищать себя от страдания. Естественная склонность – держаться в стороне, не сочувствовать, не сопереживать. Даже когда люди сочувствуют, они делают это лишь формально. Они делают это лишь на словах, неискренне. Если бы они были искренны, то могли бы помочь другому человеку. Они могли бы впитать его страдание, выпить его боль.

Иногда это происходит, и вам это известно: существуют люди, встретившись с которыми, вы чувствуете облегчение. После встречи с ними вы чувствуете себя более текучими, встрепенувшимися, живыми – как если бы они сняли с вашей головы, с вашей груди огромный груз, как если бы они влили нектар в ваше существо. После встречи с такими людьми вы чувствуете, что у вас в сердце остался танец. Вы снова и снова ждете, что они к вам придут, вы ищете их компании, вы наслаждаетесь ими, потому что их присутствие питает вас.

Существует и противоположный тип людей. После встречи с ними вы остаетесь с еще большей тяжестью, чем прежде. Они оставляют вас в состоянии безысходности, отвращения. Вы чувствуете себя высосанными, ваша энергия истощается. Они забрали часть вашей энергии и ничего вам не дали. Это случается постоянно.

Помните, что, если люди вас избегают, это не их вина. Что‑то у вас внутри заставляет их обходить вас. Если люди не хотят с вами встречаться, если они ищут повод, чтобы ускользнуть от вас, то, помните, это не их вина. Должно быть, вы негативным образом влияете на их энергию.

Если люди стремятся к вам, если у них сразу же возникает к вам дружеское расположение, если они чувствуют некое влечение – если даже незнакомым людям хотелось бы подойти к вам поближе и сесть рядом, взять вас за руку, если им просто нравится быть с вами, – то это безусловно означает, что вы сознательно или бессознательно помогаете им. Каждый человек несет груз огромного несчастья, каждый человек сильно страдает, в сердце любого человека есть раны. В мире много боли.

Атиша говорит, что прежде, чем вы сможете делать это со всем Существованием, вы должны начать с самих себя. Это один из фундаментальных секретов внутреннего роста. Вы не можете делать с другими того, чего вы, в первую очередь, не сделали с самими собой. Вы можете причинять боль другим людям, если причиняете боль себе, вы будете докучать другим, если докучаете себе, вы можете быть благом для других людей в том лишь случае, если являетесь благом для самого себя.

Все то, что вы можете сделать с другими, вы прежде должны сделать с самим собой, потому что это единственное, чем вы можете поделиться. Вы можете делиться только тем, что у вас есть; вы не можете делиться тем, чего у вас нет.

Атиша говорит:


Дата добавления: 2018-02-15; просмотров: 231;