Окаменелости человека и антропоидной обезьяны



_____

А

ГЕОЛОГИЧЕСКИЕ ДАННЫЕ, ОТНОСЯЩИЕСЯ К ВОПРОСУ О СВЯЗИ МЕЖДУ НИМИ

Данные научных исследований в связи с «первобытным человеком» и человекообразной обезьяной никак не подтверждают теории о происхождении первого от второй. «Где же тогда искать первого человека?» – продолжает вопрошать Гексли после тщетных поисков его в самых глубинах четвертичных слоёв.

В плиоцене или миоцене жил древнейший homo sapiens, или он был ещё древнее? А, может быть, в слоях более ранних ожидает ещё не рождённого палеонтолога открытие окаменевших костей обезьяны, более антропоидной человекообразной, или человека, более питекоидного обезьяноподобного, нежели известные до сих пор? Время покажет.[1812]

Несомненно, покажет и тем подтвердит оккультную антропологию. А тем временем Бойд Даукинс Докинз в своём стремлении подтвердить дарвиновское «Происхождение человека»[1813] полагает, что открыл – теоретически – едва ли не само «недостающее звено». Благодаря теологии, а не геологии человек почти до 1860 года считался реликвией, не древнее 6000 ортодоксальных лет от сотворения Адама. По воле кармы, однако, французский аббат Буржуа нанёс этой удобной теории более сильный удар, нежели нанесённый ей даже открытиями Буше де Перта. Всем известно, что аббат обнаружил и вынес на свет веское доказательство существования человека уже в период миоцена, выкопав именно из миоценовых слоёв кремни с несомненными признаками обработки человеком. Вот слова автора «Modern Science and Modern Thought»:

Их, должно быть, обработал либо человек, либо, как предполагает Бойд Даукинс Докинз, дриопитекус дриопитек или ещё какая-нибудь антропоидная обезьяна, по интеллекту настолько превосходившая гориллу или шимпанзе, что могла создавать себе орудия. Но это разрешило бы проблему недостающего звена, так как подобная обезьяна вполне могла быть предком человека эпохи палеолита.[1814]

714] Или потомком человека эпохи эоцена, что является вариантом, противопоставленным как вариант этой теории. А пока нужно ещё найти этого дриопитекус дриопитека со столь прекрасными умственными способностями. С другой стороны, поскольку существование человека неолита и даже палеолита стало абсолютной несомненностью и тот же автор справедливо замечает, что:

Если после отвердения Земли, достаточного для поддержания растительной и животной жизни, истекло 100’000’000 лет, то третичный период мог длиться и 5’000’000, и 10’000’000 лет, если пригодное для жизни положение продолжалось, как полагает Лайэлль Лайелл, по меньшей мере, 200’000’000 лет,[1815] –

то почему бы не испробовать другую теорию? Давайте гипотетически отнесём человека к концу мезозоя, допустив, что тогда (намного позднее) существовали более высокоразвитые обезьяны! Это дало бы человеку и современным обезьянам достаточно времени для происхождения от мифической «обезьяны более человекообразной» и даже ей самой для вырождения в тех, что ныне передразнивают человека, используя «древесные сучья как дубину и разбивая кокосовые орехи каменным молотом».[1816] Некоторые горные племена индийских дикарей строят себе жилища на деревьях, как строят себе укрытия гориллы. Вопрос о том, кто кому подражает – зверь или человек, – едва ли подлежит обсуждению, даже с учётом теории Бойда Даукинса Докинза. Впрочем, фантастичность этой теории общепризнанна. Но имеется возражение Утверждается, что тогда как в периоды плиоцена и миоцена существовали настоящие человекообразные обезьяны и бабуны павианы и человек, несомненно, был в те времена современником первых жил в первом из этих периодов – хотя, как мы видим, даже перед лицом фактов ортодоксальная антропология никак не решится поместить его в эпоху дриопитекуса дриопитека, который позднее

был отнесён некоторыми анатомистами анатомами к более высокому в некоторых отношениях типу, чем шимпанзе и горилла,[1817] –

но не было найдено никаких других окаменелостей приматов или питекоидных антропоидов эпохи эоцена, кроме нескольких вымерших лемуроидных видов. Имеются также намёки на то, что дриопитекус дриопитек мог быть «недостающим звеном», хотя мозг этой твари подтверждает эту теорию не больше, чем мозг современной гориллы. (См. также заключения Годри).

715] {НЕПРЕОДОЛИМЫЕ ТРУДНОСТИ} Хотелось бы спросить теперь: кто из учёных готов доказать, что человека не существовало в начале третичного периода? Что могло помешать его появлению в те времена? Всего каких-то тридцать лет назад с негодованием отрицали возможность его существования более шести-семи тысяч лет. Ныне его не пускают уже в эпоху эоцена, а в следующем столетии, вероятно, встанет вопрос о том, не был ли человек современником «летающего дракона», птеродактиля, плезиозавра, игуанодона, и т.д. Но прислушаемся к отголоску науки.

Теперь ясно, что как по анатомическому строению, так и по климатическим и окружающим условиям везде, где жили антропоидные обезьяны, мог жить и человек, или то создание, что было его предком. Анатомически человекообразные и простые обезьяны являются такими же особыми видоизменениями типа млекопитающегося, как относятся к той же разновидности млекопитающих, что и человек, на которого они походят костяком и мускулатурой каждой своей костью и каждой мышцей. И физический животный человек представляет собой лишь один из видов четвероруких, приспособленный к прямохождению и имеющий более объёмный мозг…[1818] Если он смог выжить, как мы знаем, в жестоких условиях и чрезвычайных обстоятельствах ледникового периода, то нет оснований полагать, что он не мог жить в полутропическом климате миоцена, когда благоприятный климат распространялся даже до Гренландии и Шпицбергена.[1819]

Отрадно видеть в истинно научном труде такое поле для компромисса, когда большинство учёных, непреклонных в своём убеждении в происхождении человека от «вымершего антропоидного млекопитающего», не желает допустить хотя бы разумность какой-либо иной теории, помимо теории общего предка человека и дриопитекуса дриопитека. Поле это настолько широко, насколько вообще возможно при подобных обстоятельствах, то есть, без непосредственной опасности оказаться сбитым с ног волной научной лести. Считая, что трудность объяснить

эволюцией развитие интеллекта и появление моральных понятий не так велика, как трудность объяснения разницы в физическом строении между человеком и высшим животным,[1820]

тот же автор говорит:

716] Но не так легко увидеть, как возникла эта разница в физическом строении и как появилось существо с таким мозгом и рукой и такими неразвитыми способностями, предполагающими почти безграничный прогресс. Трудность состоит в том, что разница в строении между низшей из существующих рас человека и высшим из существующих видов человекообразных обезьян слишком велика, чтобы допускать вероятность для первого быть прямым потомком второй. В некоторых отношениях к обезьяне слегка приближается негр. Череп у него ýже, мозг менее объёмист, челюсти более выдающиеся, а руки длиннее, чем руки у среднего европейца, но по существу он человек, и от шимпанзе или гориллы его отделяет широкая пропасть. Даже идиот или кретин с мозгом не больше и пониманием не выше, чем у шимпанзе, является, однако, человеком, остановившимся в своём развитии, но не обезьяной.

Таким образом, если теория Дарвина о человеке и обезьяне верна, то следует идти назад в поисках возможного общего для обоих предка… Но чтобы доказать это как факт, а не теорию, нужно найти форму этого предка или, во всяком случае, промежуточные формы, приближающиеся к ней … иначе говоря… «недостающее звено». Мы должны признать, что не только до сих пор не обнаружены эти недостающие звенья, но и древнейшие из известных человеческих черепов и скелетов, которые датируются ледниковым периодом и, вероятно, имеют возраст по меньшей мере в 100’000 лет, не обнаруживают никаких явных признаков приближения к такому дочеловеческому типу. Напротив, один из самых древних человеческих типов, найденный в погребальном гроте Кро-Маньона,[1821] принадлежит прекрасной расе, высокого роста, с большим мозгом и в общем превосходящей многие из существующих человеческих рас. Конечно, нам отвечают Ответ состоит, конечно же, в том, что этого времени не достаточно, и если человек и обезьяна имеют общего предка, то поскольку высокоразвитая антропоидная обезьяна, несомненно, а человек – вероятно, существовали ещё в эпоху миоцена, значит поиск такого предка следует перенести ещё дальше назад, на расстояние, по сравнению с которым весь четвертичный период становится незначительным… Всё это так, и мы ещё подумаем, прежде чем допустим, что человек… это единственное исключение из общего закона вселенной и составляет особое творение. В это особенно трудно поверить в виду того, что семейство обезьян, с которым у человека такое близкое [?] сходство в которое человек так сильно напоминает [?] физическим строением, имеет многочисленные ветви, которые переходят друг в друга, но крайние виды которых отличаются друг от друга больше, чем человек от высшего вида обезьян. И если говорить об особом творении для человека, то почему не могло быть особого творения для шимпанзе, гориллы, орангутанга и, по меньшей мере, для сотни других видов человекообразных и простых обезьян, имеющих те же особенности строения?[1822]

Но «особое творение» для человека и «особое творение» для антропоидной обезьяны, его порождения, всё-таки было, только совсем не так, как полагает наука. Альберт Годри и другие приводят веские причины, почему человека нельзя считать венцом семейства обезьян. Когда выясняется, что «первобытный дикарь» (?) не просто жил в эпоху миоцена, но, как показывает де Мортийе Мортилье, оставленные им 717] {«ЖАЛКИЕ КОПИИ» СВОИХ ЗВЕРИНЫХ ПРЕДКОВ НЕСДЕРЖАННЫХ РОДИТЕЛЕЙ} кремнёвые реликвии раскалывались в эту далёкую эпоху посредством огня; и когда выясняется, что дриопитекус дриопитек единственный из антропоидов, чьи следы встречаются в тех слоях, то какой естественный вывод следует отсюда? А следует отсюда, что дарвинисты зашли в тупик. Гиббон, весьма схожий с человеком, по-прежнему находится на том же низком уровне развития, на котором находился, когда сосуществовал с человеком в конце ледникового периода. С плиоценовых времён у него не произошло сколь-нибудь заметных изменений. Разница между дриопитекусом дриопитеком и нынешними антропоидами – гиббонами, гориллами и прочими – невелика. И если теория Дарвина самодостаточна, то как «объяснить» эволюцию этой обезьяны в человека за первую половину миоцена? Для такого теоретического превращения это слишком короткое время. Крайняя медлительность видовых изменений делает такое явление немыслимым – особенно в рамках гипотезы «естественного подбора отбора». Огромная пропасть в умственных способностях и физическом строении между дикарём, знакомым с огнём и способами его получения, и зверем-антропоидом, слишком велика, чтобы хотя бы предположить подобную вероятность за столь краткий период. Пусть эволюционисты отнесут этот процесс и к эпохе предшествовавшего эоцена, если им угодно; пусть даже проследят человека и дриопитекуса дриопитека до общего предка – перед ними стоит то неприятное обстоятельство, что в эоценовых слоях антропоидные окаменелости отсутствуют так же несомненно, как и баснословный питекантропус пресловутый питекантроп Геккеля. Можно ли выйти из этого тупика, апеллируя к «неизвестному» и ссылаясь вместе с Дарвином на «неполноту геологических свидетельств?» Допустим. Но тогда право такой апелляции должно быть дано и оккультистам, а не оставаться монополией оказавшегося в тупике материализма. Мы утверждаем, что физический человек существовал ещё до образования первого пласта меловых гряд пород. Самая блестящая цивилизация, какую когда-либо знавал мир, процветала в начале третичной эпохи, когда Геккелев обезьяно-человек блуждал в первозданных лесах, а спорный предок Грант Аллэна Аллена (Grant Alien) прыгал с ветки на ветку в обществе своих покрытых шерстью самок, выродившихся Лилит Адама Третьей Расы. Но в лучшие дни цивилизации Четвёртой Расы никаких антропоидных обезьян не существовало; однако, закон Кармы таинствен и не уважает никого нелицеприятен.[1823] Склонных к теоретизированию европейских антропологов сбивают ныне с толку и вводят в заблуждение чудовища, порождённые в грехе и позоре исполинами Атлантиды, «жалкие копии» своих исполненных животных страстей родителей, а, значит, по Гексли, и современного человека.

Где жили первые люди? Одни дарвинисты говорят, что в Западной 718] Африке, другие относят их в Южную Азию, третьи верят в независимое от обезьяньих предков происхождение человеческого семейства в Азии и Америке. Геккель, однако, с радостью берётся за решение этой сложной задачи. Исходя от своего prosimia Начиная со своей полуобезьяны, «общего предка всех остальных катаррхинов узконосых, включая и человека» – «звено», которое, теперь, однако, отброшено вследствие недавних анатомических открытий, – он пытается найти место обитания для первобытного pithecanthropus alalus.

По всей вероятности, это [превращение животного в человека] произошло в Южной Азии, в регионе, где находят много свидетельств того, что именно здесь сначала обитали различные человеческие виды. Возможно, что самой первой колыбелью человеческого рода была не сама Южная Азия, но именно а Лемурия, материк, лежавший к югу от Азии и позднее опустившийся под воды Индийского океана. Эволюция человекообразных обезьян в обезьяноподобных людей происходила, вероятно, в последнем периоде третичной эпохи, в плиоцене, а, может быть, и в предшествовавшем ему миоцене.[1824]

Единственное из этих предположений, которое чего-то стоит, касается Лемурии, действительно являвшейся колыбелью человечества – физических существ обоих полов, материализовавшихся за долгие эоны из эфирных гермафродитов. Но, если будет доказано, что остров Пасхи это подлинный остаток Лемурии, то нам придётся поверить, что гигантские портретные статуи, две из которых находятся теперь в Британском музее, соорудили «бессловесные люди-обезьяны», едва продвинувшиеся в своём развитии от грубого млекопитающего чудовища, согласно Геккелю. Критики ошибаются, называя его доктрины «отвратительными, революционными и аморальными» – хотя материализм есть законный плод мифа об обезьяньем предке, – они просто слишком нелепы, чтобы опровергать их.

В


Дата добавления: 2018-02-15; просмотров: 325; ЗАКАЗАТЬ РАБОТУ