ЧИСЛО СЕМЬ В АСТРОНОМИИ, НАУКЕ И МАГИИ



Число семь также тесно связано с оккультным значением Плеяд, этих семи дочерей Атласа, из которых «шесть видимы, седьмая сокрыта». В Индии они связаны со своим питомцем, Богом войны Карттикеей. Именно Плеяды (Криттика на санскрите) дали этому Богу имя, ибо астрономически Карттикея это планета Марс. Как Бог он сын Рудры, рождённый без посредства женщины. Он Кумара, «девственный юноша», зарождённый в огне от Семени Шивы – Святого Духа, – поэтому он зовётся Агни-бху. Покойный д-р Кинили Кени´ли полагал, что в Индии Карттикея есть тайный символ Цикла Нароса, состоящего из 600, 666 и 777 лет в зависимости от характера самих лет: солнечных или лунных, божественных или смертных; и что шесть видимых, а в действительности семь 655] {ЦИКЛ НАРОСА} сестёр-Плеяд нужны для полноты этого самого таинственного и мистического из всех астрономических и религиозных символов. Поэтому при необходимости увековечить какое-то конкретное событие Карттикея в древности описывался как Кумара, Аскет о шести головах – по одной на каждое столетие Нароса. При необходимости же символизировать иное событие Карттикея вместе с семью звёздными сёстрами изображался в сопровождении своего женского аспекта, Каумари, или Зена Сены. Тогда он едет на павлине, птице Мудрости и оккультных знаний, и индусском Фениксе, связь которого с 600 годами Нароса хорошо известна грекам греческая аналогия которого с 600 годами Нароса хорошо известна. Его чело украшает шестиконечная звезда (двойной треугольник), Свастика и шести-, а иногда и семиконечный венец; хвост павлина олицетворяет звёздное небо; на его теле скрыты двенадцать знаков зодиака. Поэтому он ещё называется Двадаша-кара, «двенадцатирукий», и Двадашакша, «двенадцатиокий». Но больше всего он известен как Шакти-дхара, «копьеносец», и Тарака-джит, победитель Тараки.

Поскольку в Индии годы Нароса исчисляются двумя способами – либо сотней «лет богов» (божественными годами), либо сотней «лет смертных», – непосвящённым чрезвычайно трудно прийти к правильному пониманию этого цикла, играющего столь важную роль в «Откровении»Св. Иоанна. Это воистину апокалипсический цикл, учитывая его меняющуюся длительность и связь с различными доисторическими событиями. Среди множества теорий на сей счёт мы ни в одной не нашли ничего, кроме нескольких относительно правильных истин.

Против продолжительности, установленной вавилонянами для своих божественных веков, выдвигается утверждение Свида Свиды, показывающего, что в своих хронологических вычислениях древние принимали дни за годы. Именно на Свида Свиду и его авторитет опирается д-р Сепп в своём – уже выявленном нами – изобретательном плагиате индусских чисел 432. Эти числа они дают в тысячах и миллионах лет продолжительности своих Юг, но Сепп сократил их до 4320 лунных лет[1681] «до рождения Христа», как помимо незримых небес «предопределено» ещё и звёздным небом и подтверждено «появлением Вифлеемской Звезды». Но Свид не имел у Свиды не было иных оснований для такого заявления, кроме собственных спекуляций, к тому же он не был посвящённым.[1682] В доказательство он ссылается на Вулкана, говоря, что тот царствовал 4477 лет или 4477 дней, как он полагает, или в переводе на 656] годы – 12 лет, 13 месяцев и 7 дней. В его оригинале, однако, сказано о пяти днях. Таким образом, даже в столь простом вычислении он допускает ошибку.[1683] Правда, подобные ошибки в своих рассуждениях допускали и другие древние писатели. Калисфен, например, определял продолжительность халдейских астрономических наблюдений лишь в 1903 года, тогда как Эпиген отводит им 720’000 лет.[1684] Все эти гипотезы непосвящённых писателей объясняются непониманием. Хронология западных народов, древних греков и римлян, была заимствована из Индии. Так, в тамильском издании «Багавадам» сказано, что 15 солнечных дней составляют Паччам, а два Паччам, или 30 дней, составляют один месяц смертных, что равно лишь одному дню Питара Дэваты Деваты, или Питри. Опять же, два таких месяца составляют Руду, три Руду составляют Аянам, а два Аянам – год смертных, что есть лишь один день Богов. Вот из таких-то неправильно понятых учений некоторые греки и вообразили, будто все посвящённые священнослужители превращали дни в годы!

Эта ошибка древнегреческих и латинских писателей оказалась чреватой многими последствиями для Европы. В конце прошлого и в начале настоящего столетий Байи, Дюпуи и другие, основываясь на намеренно искажённых данных индусской хронологии, принесённой из Индии несколькими недобросовестными и слишком фанатичными миссионерами, построили на эту тему совершенно фантастическую теорию. Поскольку индусы приняли половину обращения Луны за меру времени и поскольку в индусской литературе упоминается пятнадцатидневный месяц, о котором говорит Квинт Куртий Квинтий Курций,[1685] то считается установленным фактом, что в случае, если их год не назывался днём, он был равен лишь полугоду! Китайский зодиак тоже делился на двадцать четыре части, а год, следовательно, – на двадцать четыре недели двухнедельных периода, но подобное исчисление не мешало и не мешает китайцам иметь одинаковый с нами астрономический год. В некоторых провинциях до сих пор пользуются также 60-дневным периодом – Южно-Индусским Руду. Более того, Диодор Сикул Сицилийский[1686] называет «тридцать дней египетским годом», или периодом полного оборота Луны. Об этом же говорят Плиний и Плутарх.[1687] Но разумно ли предполагать, что египтяне, знавшие астрономию не хуже других народов, могли исчислить лунный месяц 657] {РАЗЛИЧНЫЕ ИСЧИСЛЕНИЯ ЦИКЛОВ} тридцатью днями, когда в нём лишь двадцать восемь дней с дробью? У этого лунного месяца было, конечно, оккультное значение, как и у индусских Аянам и Руду. Двухмесячный год, как и 60-дневный период, в древности был всеобщей мерой времени, как сам же Байи показывает в своём труде «Traité de l’Astronomie Indienne et Orientale». Китайцы, на основании собственных книг, делили свой год на две части – от равноденствия до равноденствия;[1688] у древних арабов год делился на шесть двухмесячных сезонов; в китайском астрономическом труде под названием «Киу-тзе» («Kioo-tche») сказано, что две луны составляют меру времени, а шесть мер – один год; аборигены Камчатки до сих пор пользуются шестимесячным годом, как и в эпоху, когда их посетил аббат Чаппе (Chappe).[1689] Но разве даёт всё это основания утверждать, что под солнечном годом в индусских пуранах предполагается один солнечный день?!

Именно знание естественных законов позволило назвать число семь основополагающим числом природы, проявленного мира или, во всяком случае, текущего земного цикла жизни, а понимание его удивительных проявлений открыло древним множество тайн Природы. Опять-таки, эти же законы и их проявление на сидерическом, земном и моральном планах позволили древним астрономам установить точную длительность циклов и их результаты в ходе событий, а также заранее отмечать – пророчески, так сказать, – их будущее влияние на ход и развитие человеческих рас. Так Солнце, Луна и планеты как безошибочные мерила времени, влияние и периодичность которых были хорошо известны, стали соответственно великим правителем и правителями нашей маленькой системы во всех семи её областях, или «сферах действия».[1690]

Это всегда было столь явно и очевидно, что этот закон заметили даже многие современные учёные, материалисты и мистики. Физики и богословы, математики и психологи неоднократно обращали внимание мира на явление периодичности в поведении «Природы». Вот как эти числа объясняются в Комментарии:

658] Круг не есть «Один», но «Всё».

В высшем [Небе] непроницаемый Раджа,[1691] он [Круг] становится Единым, ибо [он] неделим, и в нём не может быть Тау.

Во втором [из трёх Раджамси, или трёх «Миров»] Единый становится Двумя [мужским и женским], Тремя [с Сыном, или Логосом] и Священными Четырьмя Священной Четверицей [Тетрактисом, или Тетраграмматоном].

В третьем [низшем Мире, или на нашей Земле] число становится Четырьмя, Тремя и Двумя. Возьми первые два и получишь Семь, священное число жизни; соедини [последнее] со средним Раджей и получишь Девять, священное число Существования и Становления.[1692]

Когда западные востоковеды поймут истинный смысл деления Мира в Риг-веде «Ригведе» – двойного, тройного, шестеричного, семеричного и особенно девятеричного, – тогда им намного яснее станет и тайна цикличности в связи с Небом и Землёй, Богами и людьми, ибо:

Во всей природе царит гармония чисел, которой проникнуты сила тяготения, движение планет, законы тепла, света, электричества и химического сродства, формы животных и растений, умственные восприятия. Современная естественная и физическая наука устремлена в действительности к обобщению, способному выразить все фундаментальные законы одним простым числовым отношением. Мы рекомендуем труд проф. Уэвелла (Whewell) «Philosophy of the Inductive Sciences», а также исследования г-ном Хэйем Хейем (Hay) законов гармоничной окраски и формы. Из названных источников явствует, что число семь играет важную роль в законах, управляющих гармоническим восприятием формы, цвета и звука и, вероятно, вкуса, если бы мы могли с математической точностью проанализировать свои ощущения этого порядка.[1693]

Это подтверждается и тем, что многие врачи поражаются семеричности в периодических повторениях циклов подъёмов и спадов различных болезней, а натуралисты совершенно не в состоянии объяснить этот закон.

Рождение, рост, зрелость, жизненные функции, здоровые обороты смен изменения, болезни, дряхлость и смерть насекомых, пресмыкающихся, рыб, птиц, млекопитающих и даже людей в большей или меньшей степени регулируются законом недельных [или семидневных] сроков.[1694]

659] {ЧИСЛО СЕМЬ В ФИЗИОЛОГИИ} Д-р Лэикок Лейкок в работе «Periodicity of Vital Phenomena»[1695] отмечает «весьма замечательный пример и подтверждение этого закона у насекомых».[1696]

На всё это Граттан Гиннесс (Grattan Guinness), защищая библейскую хронологию, весьма уместно замечает:

И жизнь человеческая… это неделя, неделя десятилетий. «Дней жизни нашей семьдесят лет». Соединив все эти факты, мы приходим к выводу, что в органической природе господствует закон семеричной периодичности, закон недельных сроков.[1697]

Не принимая заключения и особенно предпосылки учёного основателя «The East London Institute for Home and Foreign Missions», автор принимает и приветствует его исследования 660] оккультной библейской хронологии. Точно так же, отбрасывая теории, гипотезы и обобщения современной науки, мы преклоняемся перед её великими достижениями в области физических и всех менее значительных составляющих материальной Природы.

Вне всяких сомнений, существует оккультная «хронологическая система в еврейском писании», что подтверждается Каббалой. Более того, в нём содержится «недельная система», основанная на архаической индийской системе, которую и по сей день можно найти в древней Джьётише.[1698] Есть там циклы «недели дней», «недели месяцев», лет, столетий и даже тысячелетий и больше , «недели лет в летах».[1699] Но всё это можно найти в Архаической Доктрине. Однако, если общий источник хронологий во всех писаниях, как бы ни был он затемнён, отвергается в случае Библии, то следует объяснить, почему при наличии шести дней и седьмого (Саббата) можно говорить об отсутствии связи между космогонией «Бытия» и пуран. «Первая неделя творения» демонстрирует семеричность в её хронологии, связывая её с «семью творениями» Брахмы. Хорошим доказательством служит талантливое произведение Граттана Гиннесса, где приблизительно на 760 страницах он собрал все подтверждения семеричности этого исчисления. Ибо, если библейская хронология, как он говорит, «определяется законом недель» и если она семерична, то независимо от меры недели творения и длительности её дней, и если, наконец, «продолжительность недель библейской системы отличается широким разнообразием», значит эта система тождественна всем языческим системам. Более того, 4320 лет в лунных месяцах, которые, как показано, протекли между «Сотворением» и «Рождением рождеством Христовым», совершенно однозначно связаны с 4’320’000 годами индусских Юг. Иначе, зачем тратить столько усилий на доказательство того, что эти числа, являющиеся преимущественно халдейскими и индоарийскими, играют такую роль в Новом Завете? Теперь мы докажем это ещё нагляднее.

Сравнив два повествования – Вишну Пурану «Вишну-пурану» с Библией, – беспристрастный критик увидит, что в основании «недели творения» в «Бытии» лежат «Семь творений» Брахмы. 661] {СИМВОЛИЗМ ВОЛОС} Две аллегории отличаются друг от друга, но их системы построены на общем камне основания. Библия понятна лишь в свете Каббалы. Возьмите «Зогар», «Книгу Сокровенной Тайны», невзирая на все её нынешние искажения, и проведите сравнение. Семь Риши и четырнадцать Ману семи Манвантар исходят из головы Брахмы. Это его «Умом рождённые Сыновья», именно с них начинается деление человечества на Расы от Небесного Человека, проявленного Логоса, который есть Брахма Праджапати. Говоря о «Черепе» (Голове) Макропросопуса, «Ветхого Деньми» Ветхого[1700] (в санскрите «Санат» обозначает Брахму), «Ха Идра Рабба Кадиша», или «Большое Святое Собрание», указывает, что в каждом его волосе заключён скрытый источник, исходящий из скрытого мозга.

И он сверкает и проходит через этот волос в волос Микропросопуса, и из него [который есть проявленный Кватернар, Тетраграмматон] образуется его мозг. Отсюда этот мозг расходится по тридцати двум тропам [или Триада и Диада, или, опять же, 432].

Опять-таки:

Тринадцать локонов с обеих сторон черепа [то есть, шесть с одной и шесть с другой, а тринадцатый является и четырнадцатым, ибо он мужской и женский]… и через них началось разделение волос [разделение вещей, человечества и рас].[1701]

«Мы шесть светочей, что светят из седьмого (света)», говорит равви Абба. «Ты седьмой свет» – наш общий синтез – добавляет он, говоря о Тетраграмматоне и семи его «спутниках», которых он называет «очами Тетраграмматона».[1702]

Тетраграмматон есть Брахма Праджапати, принявший четыре формы ради сотворения высших созданий четырёх видов, т. е., сделавший себя четверичным, или проявленным Кватернаром.[1703] Затем он перевоплощается в семи Риши, своих Манасапутрах, «Рождённых Умом Сынах», которых позднее стало 9, 662] 21 и так далее, и которые, как утверждается, родились из разных частей Брахмы.[1704]

Есть два Тетраграмматона: Макро- и Микропросопус. Первый являет собой абсолютно совершенный Квадрат, или Тетрактис внутри Круга, причём и то, и другое суть абстрактные концепции, поэтому он называется Эйн – Небытие, то есть, неограниченная или абсолютная «Бытийность» неограниченное или абсолютное «Бытие». Но когда он рассматривается как Микропросопус, или Небесный Человек, Проявленный Логос, он являет собой Треугольник в Квадрате – семеричный Куб, а не четверичный, или простой, Квадрат. В «Большом Священном Собрании» написано:

И об этом сыны Израилевы захотели узнать в сердце своём [мысленно], как сказано в «Книге Исход», XVII, 7: «Есть ли Тетраграмматон, или Пассивно Сущий, среди нас?»[1705]

– где делается различие между Микропросопусом, который зовётся Тетраграмматоном, и Макропросопусом, именуемым Эйн’ом, Пассивно Сущим.[1706]

Поэтому Тетраграмматон есть Три, ставшие Четырьмя, и Четыре, ставшие Тремя, и представлен на этой Земле семью своими «Спутниками», или «Очами», – «семью очами Господа». Микропросопус, в лучшем случае, являет собой лишь вторичное проявленное Божество. Ибо в другом месте «Большое Священное Собрание» говорит:

Мы узнали, что было десять (равви) [Спутников], вошедших в (Собрание) [Сод – «тайное собрание, или Мистерия»], и что семь вышли[1707] ( [то есть, десять для непроявленной и семь для проявленной Вселенной) ].

663] {ЧИСЛО СЕМЬ В ХИМИИ} 1158. И когда равви Симеон Шимон открыл Тайну, то не оказалось никого, кроме этих [семи] (спутников). И равви Симеон Шимон назвал их семью очами Тетраграмматона, как написано у Захарии, III, 9: «Это семь очей [или принципов] Тетраграмматона», [т. е., четверичный Небесный Человек, или Чистый Дух, превращается в семеричного человека, в чистую Материю и Дух].[1708]

Таким образом, Тетрада есть Микропросопус, а последний является двуполой Хокмой- Хохмой-Биной, второй и третьей Сфирот. Тетраграмматон составляет саму сущность числа семь в своем его земном значении. Семь находится между четырьмя и девятью – как астральный базис и основа нашего физического мира и человека в царстве Малкут Малхут.

Для христиан и верующих эта ссылка на Zechariah Захарию и особенно на Послание Петра[1709] должна быть убедительной. В древнем символизме «человек», главным образом Внутренний, Духовный Человек, называется «камнем». Христос есть краеугольный камень, и Пётр говорит о всех людях как о «живых» камнях. Поэтому «камень о семи очах» может означать лишь человека, имеющего семеричное строение (семь «принципов»).

Чтобы ещё нагляднее продемонстрировать роль числа семь в Природе, добавим, что оно не только управляет периодичностью явлений жизни, но и определяет серии химических элементов и господствует в мире звука и цвета, как показывает спектроскоп. Это число составляет необходимое условие в производстве оккультных астральных феноменов.

Таким образом, при распределении химических элементов по группам соответственно их атомному весу они составляют серию семеричных рядов. Первый, второй и остальные члены каждого ряда по всем своим свойствам весьма близки соответствующим членам следующего ряда. Нижеприведённая таблица взята из «Magie der Zahlen» Гелленбаха (Hellenbach). С исправлениями она выявляет этот закон и полностью подтверждает вывод Гелленбаха:

Таким образом, мы видим, что химическое разнообразие, насколько нам понятна его внутренняя суть, зависит от численных соотношений. Кроме того, в этом разнообразии мы обнаружили руководящий закон, причину которого установить не можем. Мы находим закон периодичности, определяемой числом семь.

664]

Ряд Группа I Группа II Группа III Группа IV Группа V Группа VI Группа VII  
  H1              
1 L 7 Be 9˙3 B 11 C 12 N 14 O 16 F 19
2 Na 23 Mg 24 Al 27˙3 Si 28 P 31 S 32 Cl 35˙4
3 K 39 Ca 40 Se 44 Ti 48 V 5 Cr 52˙4 Mn 54˙8 Fe 56. Co 58˙6 Ni 58. ( [Cu 63˙3) ]
4 Cu 63˙3 Zn 65 Ga 68˙2 Ge 72 As 75 Se 78 Br 79˙5
5 Rb 85˙2 Sr 87˙2 Y 89˙5 Zr 90 Nb 94 Mo 96 – 100 Ru 103. Rh 104 Pd 106. ( [Ag 107˙6) ]
6 Ag 107˙6 Cd 111˙6 In 113˙4 Sn 118 Sb 122 Te 25 I 126˙5
7 Cs 132˙5 Ba 136˙8 La 139 Ce 140 Di 44
8
9 Er 170 Ta 182 W 184 Os 196. Ir 196˙7 Pt 196˙7. ( [Au 197) ]
10 Au 197 Hg 200 Tl 204 Pb 206 Bi 210  

Восьмой элемент в этом списке составляет, как бы, октаву с первым, девятый со вторым и так далее. Каждый элемент почти аналогичен по свойствам соответствующему элементу каждого из семеричных рядов. Это явление подчёркивает семеричный закон закон семеричной периодичности. Читателю, интересующемуся деталями, следует обратиться к труду Гелленбаха, где показано также, что данная классификация подтверждается спектроскопическими особенностями элементов.

Не стоит детально говорить о числе вибраций, составляющих ноты музыкальной гаммы. Они полностью аналогичны шкале химических элементов, а также цветовой гамме, раскрываемой спектроскопом, хотя в последнем случае наблюдается лишь одна октава, тогда как музыка и химия дают серию из семи октав, представляемых теоретически, шесть из которых почти полны являются полными и широко используются в обеих науках. По словам Гелленбаха:

Установлено, что с точки зрения закона проявлений феноменального закона, на котором основаны все наши знания, вибрации звука и света регулярно усиливаются и делятся на семь граф, в каждой из которых последовательные числа тесно связаны между собой, т. е., обнаруживают тесное сродство, которое не только выражается в самих цифрах, но и практически подтверждается в химии и в музыке, причём в последней вердикт цифры подтверждается ухом… Нет сомнений в том, что эта периодичность и разнообразие управляются числом семь, и это далеко выходит за рамки простой случайности и должно, вероятно, иметь соответствующую причину, которую необходимо открыть.

Правильно, поэтому, говорит равви Абба:

Мы шесть светочей, светящие из седьмого (света). Ты [Тетраграмматон] – свет седьмой (начало) всех нас.

Ибо, воистину, нет постоянства в этих шести, кроме (того, что черпают они) из седьмого. Ибо всё сущее зависит от седьмого.[1710]

665] {СЕМЬ ЖРЕЦОВ У ЗУНИЕВ ЗУНЬЕВ} Подобные же воззрения, по-видимому, были и есть у древних и современных западноамериканских индейцев Зуни зуньи. Их нынешние обычаи, все их традиции и анналы указывают на то, что с незапамятных времён их политические, общественные и религиозные установления основывались и по-прежнему основываются на принципе семеричности. Так, их древние города и селения строились группами по шести вокруг седьмого. Это всегда группа из семи или тринадцати и всегда шесть окружают седьмой. Их священная жреческая иерархия состоит из шести «Жрецов Дома», как бы синтезируемая седьмой, женщиной – «Матерью Жрицей». Сравните это с «семью великими священнослужителями» «Анугиты» – экзотерическим названием «семи чувств» и эзотерическим названием семи принципов человека. Откуда такая тождественность в символизме? Стоит ли далее сомневаться в том, что Арджуна отправился в Паталу, к антиподам в Америку, где женился на Улупи, дочери Нага, вернее, Наргала, царя? Но вернёмся к жрецам Зуни зуньев.

Они до сих пор получают ежегодное подношение из зерна семи цветов. В остальное время года они ничем не отличаются от других индейцев, но в определённый день они выходят – шесть жрецов и одна жрица – в своих жреческих одеяниях. Одеяние каждого жреца окрашено в цвет, посвящённый тому Богу, которому он служит и которого олицетворяет. Каждый из них символизирует одну из семи областей, и цвет получаемых им зёрен соответствует этой области. Так, белый цвет представляет восток, ибо с востока приходят первые лучи Солнца; жёлтый отвечает северу по цвету всполохов полярного сияния; красный – югу, откуда приходит жара; синий – западу, цвету Тихого Океана, простирающегося на западе; чёрный это цвет царящей под землёй тьмы; колос с зёрнами всех цветов символизирует цвета над головой – небесного свода с его розовыми и жёлтыми облаками, блистающими звёздами и т.п.. Такой «пёстрый» колос, каждое зерно которого несёт на себе все цвета, даётся «Матери Жрице» – женщине, несущей в себе семена всех рас – прошлых, настоящих и будущих, Еве – Матери всего сущего живого.

Кроме того, было ещё Солнце – Великое Божество, – жрец которого являлся духовным главой народа. Эти факты были подтверждены установлены Гамильтоном Кушингом (F. Hamilton Cushing), который, как многим известно, стал одним из Зуни зуньев, жил с ними, был посвящён в их религиозные мистерии и узнал о них больше, чем любой из ныне живущих на Земле.

666] Семь это также великое магическое число. В оккультных анналах оружие, упоминаемое в пуранах и в «Махабхарате» – агниястра, или «огненное оружие», данное Аурвой своему чела Сагаре, – было, как утверждается, сделано из семи элементов. По предположению некоторых остроумных востоковедов, оно представляло собой «ракету» (!) и является одним из многих раздражителей для современных санскритологов. Уильсон упражняет по этому поводу свою проницательность на многих нескольких страницах своего труда «Specimens of the Hindu Theatre», но его попытки найти объяснение так ничем и не кончаются. Он не может сказать ничего определённого по поводу агниястры и говорит лишь следующее:

Весьма трудно понять, что представляют собой эти орудия. Некоторые из них используются иногда как метательные снаряды, но, как правило, они представляются мистическими силами, которые проявляет человек, такие как парализация врага, погружение его чувств в глубокий сон или вызывание с неба бури, дождя и огня…[1711] Предположительно они принимают небесные облики, наделённые человеческими свойствами… «Рамаяна» называет их сынами Кришашвы.[1712]

Называть Шастра-деватов, «Богов божественного оружия», агниястрами, самим оружием, всё равно, что называть современных артиллеристов самими орудиями, из которых они палят. Но столь простое решение, по-видимому, не пришло в голову известному санскритологу. Впрочем, как сам он говорит об оружиеобразном потомстве Кришашвы, «аллегорическое происхождение этого оружия [агниястры], несомненно, является самым более древним».[1713] Это огненный дротик Брахмы.

Семеричный агниястра, как семь чувств и семь принципов, олицетворяемых семью священнослужителями, относится к несказанной древности. О возрасте этой доктрины, в которую верят теософы, поведает нам следующий Раздел.

_____

F

Семь душ египтологов

Обратившись к таким кладезям информации, как «The Natural Genesis» и лекции Джералда Мэсси Масси, мы найдём поистине ошеломляющие доказательства древности рассматриваемой нами доктрины. То, что мнение автора расходится с нашим, никак не умаляет приводимые им факты. Он разбирает символ с чисто естественной точки зрения, пожалуй, 667] {ЧИСЛО СЕМЬ В ЕГИПТЕ} немного слишком даже материалистической, ибо это взгляд слишком ревностного эволюциониста и последователя современных догм дарвинизма. Так он показывает:

Изучающие книги Бемэ Бёме находят в них многое об этих Семи «Основным Родительских Духах» и первоначалах, рассматриваемых как семь свойств Природы в алхимической и астрологической фазе средневековых тайн…

Последователи Бемэ Бёме смотрят на это как на божественное откровение его вдохновенного ясновидения. Они ничего не знают о естественном происхождении, истории и постоянстве «Мудрости»[1714] прошлого (или о недостающих звеньях) и не могут признать физические черты древних «Семи Духов» под современной метафизической или алхимической маской. Второе связующее звено между теософией Бемэ Бёме и физическими началами египетской мысли содержится во фрагментах Гермеса Трисмегиста.[1715] Припишите эти учения иллюминатам, буддистам, каббалистам, гностикам, масонам или христианам, но реально познать их основные характеры можно лишь по их началам.[1716] Когда пророки или балаганные визионеры мира грёз приходят к нам и с претензией на подлинное вдохновение произносят нечто новое, мы судим о сказанном по самому сообщению. Но если они приносят нам древнее сообщение, которое они не могут объяснить, а мы можем, то мы, естественно, должны судить о нём по первичному значению, а не по позднейшим притязаниям.[1717] Бессмысленно вкладывать позднейшую мысль в ранние выражения и утверждать потом, что именно это имели в виду древние![1718] Мудрёные толкования, ставшие доктринами и догмами теософии, необходимо теперь исследовать на предмет их происхождения в физических явлениях, чтобы опровергнуть их лживые притязания на сверхъестественный источник или сверхъестественные знания.[1719]

Но, на наше счастье, талантливый автор «The Book of the Beginnings» и «The Nalural Genesis» делает совершенно обратное. Он весьма торжественно демонстрирует блистательно подтверждает наши эзотерические (буддийские) учения, показывая их тождественность египетским. Пусть читатель сам судит 668] по его талантливой научной лекции о «Семи душах человека» («The Seven Souls of Man»).[1720] Автор говорит:

Первая форма мистического Семь была представлена в небе семью большими звездами Большой Медведицы, созвездия, которое соединялось египтянами с Матерью Времени и Семью Стихийными Силами

Первая форма мистического числа Семь (семи одушевляющих Стихии Начал) отражалась на небе в семи больших звёздах Большой Медведицы – созвездия, которое египтяне связывали с Матерью Времени.[1721]

Совершенно верно, ибо индусы помещают своих первых Риши в Большой Медведице и называют это созвездие обителью Саптарши, Рикшей и Читра-шикхандиной. Их Адепты утверждают, что знают, есть ли это лишь астрономический миф или первичная тайна, имеющая более глубокое значение, чем кажется на первый взгляд. Нам также говорят:

Египтяне разделили ночное небо на семь частей. Первоначальное Небо было семеричным.[1722]

Таким же было оно и у арийцев. Чтобы убедиться в этом, достаточно прочесть в пуранах о началах Брахмы и его Яйца. Так можно ли говорить о том, что арийцы заимствовали это представление у египтян? Лектор, однако, продолжает:

Самыми первыми в Природе было распознано семь сил. Они стали семью элементалами, дьяволами [?], или позднейшими божествами. Природе приписали семь свойств – материю, сцепление, текучесть, сгущение, скопление, статичность и делимость, – а человеку семь элементов, или душ.[1723]

Всё это входило в эзотерическую доктрину, но, как уже сказано, объяснялось, как и её тайны, семью, а не двумя, или, в лучшем случае, тремя ключами. Поэтому проявление причин и их следствий рассматривалось в незримой, или мистической, а также в психической природе, и относилось как к метафизике и психологии, так и к физиологии. Как говорит автор:

Был введён, так сказать, принцип семеричности, и число семь дало священный символ, который мог употребляться для выражения множества вещей.[1724]

Так он и употреблялся, ибо:

В египетских текстах часто упоминаются семь душ фараона… Семь душ или принципов в человеке были отождествлены нашими британскими друидами Наши британские друиды определяли семь душ, или принципов, человека… 669] {«ПРИНЦИПЫ» В ЕГИПЕТСКОЙ «МЕТАФИЗИКЕ»} Раввины также насчитывали до семи душ, и то же касается индийских Карены каренов.[1725]

Затем автор с некоторыми орфографическими неточностями приводит таблицу двух учений – эзотерического и египетского, – показывая, что последнее имело те же серии ту же серию и тот же порядок.

[эзотерическое] индусское. египетское.
1. Рупа, тело, или элемент формы. 2. Прана, дыхание жизни. 3. Астральное тело. 4. Манас, или интеллект.[1726] 5. Кама-рупа, или животная душа. 6. Буддхи, или духовная душа. 7. Атма, чистый дух. 1. Кха, тело. 2. Ба, душа дыхания. 3. Кхаба, тень. 4. Акху, ум, или восприятие. 5. Себ, наследственная душа.[1727] 6. Путах, первый мыслящий отец. 7. Атму, божественная, или вечная, душа.[1728]

Далее лектор перечисляет эти семь (египетских) Душ как: (1) Душа Крови – образующая; (2) Душа Дыхания – дышащая; (3) Тень, или покрывающая Душа, – окутывающая; (4) Душа Восприятия – воспринимающая; (5) Душа Возмужалости – производящая потомство; (6) Мыслящая Душа – воспроизводящая умом; (7) Духовная Душа – остающаяся навечно.

С экзотерической и физиологической точек зрения это может полностью соответствовать истине, но с эзотерической это не совсем верно. Такое утверждение вовсе не означает, что «эзотерические буддисты» делят человека на какое-то число элементальных духов, в чём Джералд Мэсси обвиняет их в той же лекции. Никогда «эзотерические буддисты» не говорили подобных нелепостей, как никогда не считали, что эти тени «становятся духовными существами в ином мире» или «семью потенциальными духами, или элементариями, иной жизни». Утверждается лишь, что при каждом воплощении бессмертное Эго как целое становится сочетанием Материи и Духа, которые совместно действуют на семи различных планах существования и сознания. В другом месте Джералд Мэсси добавляет:

Семь душ [наших «принципов»]… часто упоминаются в египетских текстах. Лунный бог Тат-Эсмун Тат-Эшмун или позднейший солнечный бог, ставший впоследствии солнечным, олицетворял семь природных начал, предшествовавших ему и собранных в нём как семь его душ [мы говорим «принципов»]… То же значение имеют семь звёзд в руке Христа в «Откровении».[1729]

670] Значение этих звёзд даже больше, так как они олицетворяют также семь ключей семи церквей, или каббалистически – содальные Мистерии. Мы, однако, не будем задерживаться на этом, но добавим, что другие египтологи тоже установили, что семеричное строение человека составляло основополагающую доктрину древних египтян. В ряде замечательных статей в мюнхенском «Sphinx» Франц Ламберт (Franz Lambert) неопровержимо обосновывает свои выводы доказательствами из «Книги мёртвых» и других египетских источников. За деталями читателю следует обращаться к самим статьям, но нижеследующая диаграмма, резюмирующая заключения автора, наглядно показывает тождественность семеричности египетской психологии с семеричностью из «Эзотерического буддизма».

Слева приводятся каббалистические названия принципов человека, а справа иероглифические названия и их соответствия, как на диаграмме Франца Ламберта.

КАББАЛА.

ИЕРОГЛИФЫ.

Верхний круг:

Тзелем Целем

Нешама

Средний круг:

Тзелем Целем

Руах

Низший круг:

Тзелем Целем

Нефеш

Ешида.

Чхая.

Нешама.

Руах[1730]

Нефеш

Кух-Ха-Гуф

Гуф

Ху – Божественный Дух.

Кхейби – Духовная Душа.

Бай Аб Хати Ка Анх   мыслящая душа Ум сердце чувство животная душа. астральное тело Эвеструм Сидерический человек Жизненная сила архей мумия.

Кхат – элементное тело

 

Это довольно приличное отображение числа «принципов» оккультизма, но весьма путанное. Это то, что мы называем семью «принципами» человека и что Дж. Мэсси Масси называет «душами», давая Эго, или Монаде, которое перевоплощается и «воскрешает воскресает», так сказать, при каждом рождении, тот же эпитет, что и египтяне: «Обновлённое». Но как Руах (Дух) может пребывать в кама-рупе? А что же говорит Бемэ Бёме, этот исключительный ясновидец средневековья?

671] {«ВОДНЫЕ ЛЮДИ» «БУНДАХИШНА»} Мы находим в природе семь особых свойств, посредством которых эта единая Матерь создаёт всё сущее [он называет их огнём, светом, звуком (три верхних) и желание, горечь, страдание и вещественность желание, горечь, страдание и вещественность, анализируя низшие собственным мистическим образом]. Всё, чем шесть форм являются духовно, тем седьмая [тело, или вещественность] является по существу. Это семь форм Матери всех Существ, из которых образуется всё сущее в этом мире.[1731]

И ещё:

В теле этого мира Создатель как бы тварно породил самого себя в своих соответственных определяющих, или Родительских, Духах, и все звёзды суть… силы Божии и всё мировое тело состоит из семи соответственных определяющих, или Родительских, духов.[1732]

Это наша теософская доктрина, переданная мистическим языком. Но как мы можем согласиться со следующим утверждением Дж. Мэсси Масси:

Семь человеческих Рас, сублимированы облагороженных и объявленных планетарными [?] в «Эзотерическом буддизме»,[1733] можно найти в Бундахиш «Бундахишне» как (1) сухопутных людей; (2) водных людей; (3) людей с ушами на груди; (4) людей с глазами на груди; (5) одноногих людей; (6) людей с крыльями летучей мыши; (7) хвостатых людей.[1734]

Несмотря на свою аллегоричность и даже искажение в позднейших формах, каждое такое описание является отзвуком Тайной Доктрины. Все они, как уже говорилось, относятся к дочеловеческой эволюции «водных людей, страшных и злых», самостоятельно созданных Природой за миллионы лет. Но мы решительно не согласны с тем, что «они никогда не были подлинными расами», и приводим в ответ на это Архаические Стансы. Легко предположить, что наши «наставники ошибочно приняли эти тени Прошлого за человеческие и духовные», но гораздо труднее доказать, что «они не существуют и никогда не существовали являются и никогда не были ни тем, ни другим». Это абсолютно равносильно дарвиновскому утверждению об общем пифекоидного антропоидном предке человека и человекообразной обезьяны. То, что в египетских «Обрядах, или Книге мёртвых» лектор рассматривает лишь как «способ выражения» и ничего больше, для нас имеет совершенно иное и более важное значение. Вот пример: «Обряды, или Книга мёртвых» гласит:

«Я мышь». «Я ястреб». «Я обезьяна»… «Я крокодил, чья душа происходит от людей»… «Я душа богов».[1735]

Лектор объясняет лишь две последние фразы предпоследнюю фразу, замечая мимоходом, «т. е., как вид интеллекта», а последнюю как «Гор, или Христос, как результат всего».

672] Оккультная Доктрина отвечает: это означает гораздо больше.

Прежде всего, это подтверждает учение о том, что в Первом Круге на А и других Сферах человеческая Монада прошла все три царства – минеральное, растительное и животное, – а в текущем Четвёртом Круге все млекопитающие произошли от человека, если можно называть таковым несущее в себе человеческую Монаду полуэфирное, многообразное создание двух первых Рас. Но только так и следует назвать его, ибо на эзотерическом языке форма из плоти, костей и крови, носящая ныне имя человека, ни в коем случае им не является, но Человека – это внутренняя божественная Монада с её разносторонними принципами, или аспектами.

Впрочем, несмотря на все расхождения с «Эзотерическим буддизмом» и его учением, рассматриваемая лекция является красноречивым ответом тем, кто пытается представить всё это как новую доктрину. А таких немало и в Европе, и в Америке, и даже в Индии. Однако, между эзотеризмом древних Архатов и тем, что ныне пережило до сих пор сохраняется в Индии среди немногих браминов, серьёзно изучавших свою тайную философию, разница не так уже велика. В наибольшей степени она заметна, пожалуй, в вопросе о порядке и эволюции космических и других принципов. Во всяком случае, разница не больше, чем в вечном вопросе о догме filioque филиокве,[1736] которая с восьмого века разделяет римско-католическую и более древнюю восточную – греческую – церкви. Но, несмотря на разницу в формах представления семеричная догма догмы о семеричности, её сущность налицо, а о её наличии и значении в браминской системе можно судить по словам о ней одного из сведущих индусских метафизиков и учёных ведантистов:

Истинно эзотерическая семеричная классификация является одной из важнейших, если не самой важной, и имеет в основе своей таинственного мистическое строение этого вечного прообраза. В этой связи я могу также отметить, что на то же происхождение претендует и четверичная классификация. Свет жизни как бы преломляется в трёхгранной призме Пракрити, имеющей своими гранями три Гунам, и делится на семь лучей, которые с течением времени развивают семь принципов этой классификации. В процессе развития выявляются некоторые точки сходства с постепенным развитием лучей спектра. Для всех практических целей вполне достаточно четверичной классификации, но истинная семеричная классификация имеет большое теоретическое и научное значение. Она необходима для объяснения некоторых явлений, отмечаемых оккультистами, и, пожалуй, больше подходит в качестве основания для совершенной психологической системы. Она не является исключительным достоянием «трансгималайской эзотерической доктрины» и на самом деле теснее связана с 673] {ЭЗОТЕРИЧЕСКАЯ ДОКТРИНА ПО ОБЕ СТОРОНЫ ГИМАЛАЕВ} браминским, нежели с буддийским Логосом. Чтобы пояснить то, что я имею в виду, я могу указать здесь, что Логос имеет семь форм. Другими словами, в Космосе семь видов Логосов, каждый из которых был центральной фигурой одной из главных ветвей древней Религии Мудрости. Это не та семеричная классификация, которую мы приняли. Я говорю об этом, абсолютно не опасаясь противоречий. Подлинная классификация удовлетворяет всем требованиям к научной классификации. Эта классификация имеет семь чётких принципов, соответствующих семи различным состояниям праджни, или сознания. Она соединяет разрыв между объективным и субъективным и указывает на таинственную циркуляцию мыслетворчества (ideation). Семь принципов связаны с семью состояниями материи и с семью формами силы. Эти принципы гармонично распределены между двумя полюсами, определяющими границы человеческого сознания.[1737]

Сказано совершенно правильно, за исключением, может быть, одного момента. Никто из приверженцев эзотерической системы (насколько известно автору данного труда) никогда не объявлял её «семеричную классификацию» «исключительным достоянием “трансгималайской эзотерической доктрины”», – говорилось, лишь что она сохранилась только в этой древней школе. Она в равной мере принадлежит эзотерической доктрине по обе стороны Гималаев и является общим наследием всех подобных школ, оставленным Мудрецам Пятой Коренной Расы великими Сиддхами[1738] Четвёртой. Вспомним, что страшными колдунами, упоминаемыми ныне во множестве древнейших индийских манускриптов, атланты стали лишь ко времени своего «Падения», что и вызвало затопление их материка. Утверждается лишь, что Мудрость, переданная «Божественными Существами» – рождёнными силами крияшакти Третьей Расы до её Падения и разделения полов, – Адептами Адептам ранней Четвёртой Расы, сохранена во всей своей изначальной чистоте в некотором Братстве. Эта школа, или Братство, тесно связана с неким островом внутреннего моря – в существование которого верят как индусы, так и буддисты, но который для географов и востоковедов остаётся «мифическим», – и чем мудрее человек, тем меньше будет он говорить об этом Братстве. Нельзя согласиться и с тем, что «семеричная классификация» больше «связана с браминским, нежели с буддистским Логосом», ибо оба Логоса тождественны, назовём ли мы любого из них Ишварой или Авалокитешварой, Брахмой или Падмапани. Впрочем, 674] это весьма незначительные различия, по сути более воображаемые, чем реальные. С точки зрения своих ортодоксальных аспектов, браманизм и буддизм столь же враждебны и непримиримы между собой, как вода и масло. Однако, каждое из этих обширных построений имеет свои слабые места. Даже в своих эзотерических толкованиях они, если и сходятся во мнении, то лишь за тем, чтобы вновь разойтись, но при сопоставлении их соответствующих слабых мест всякое расхождение исчезает, ибо обе обнаруживают общее основание. «Ахиллесовой пятой» ортодоксального браманизма является философия адвайты, последователей которой правоверные называют «переодетыми буддистами», а в ортодоксальном буддизме этой пятой является северный мистицизм последователей философий школы йогачарьи Арьясанги и Махаяны, которых братья по вере прозвали «переодетыми ведантистами». Тщательный анализ и сопоставление эзотерической философии может показать лишь её единство в обеих религиях, ибо Гаутама Будда и Шанкарачарья очень тесно связаны между собой, если верить преданиям и некоторым эзотерическим учениям. Таким образом, существенной разницы между ними нет, разве только в форме.

«Анугита» приводит высоко мистическое рассуждение, наполненное семеричной символики символизмом семеричности.[1739] Это рассказ брамина о блаженстве вышедших из иллюзорных сфер,

Где призраки это слепни и москиты, где горе и радость это холод и жара, где разочарование заблуждение есть ослепляющая тьма, где алчность суть хищники и гады пресмыкающиеся, а желание и гнев – преграды.

Мудрец описывает вход и выход из леса – символизирующего человеческую жизнь – и сам лес:[1740]

В этом лесу семь больших дерев [включая чувства, ум и понимание, или Манас и Буддхи], семь плодов и семь гостей; семь убежищ отшельнических пýстыней, семь (видов) концентрации и семь (видов) посвящения. Таково описание леса. Лес полон деревьев, приносящих прекрасные цветки и плоды пяти цветов.

Чувства, говорит комментатор:

зовутся деревами как носители плодов… удовольствия и боли… Гости олицетворяют силу каждого чувства – они получают описанные плоды. Отшельнические пýстыни это деревья… служащие убежищем гостям. Семь видов концентрации это исключение самости из семи функций, семи чувств и т. д., уже упомянутых из «Я» уже 675] {АЛЛЕГОРИЯ ИЗ «АНУГИТЫ»} упомянутых семи функций семи чувств и т. д. Семь форм посвящения связаны с посвящением в высшую жизнь через отречение от как бы вам не принадлежащих действий отказ считать своими действия каждого члена этой семеричной группы.[1741]

Объяснение безвредное, хотя и неудовлетворительное. Брамин же продолжает своё описание:

Лес полон деревьев, приносящих цветки и плоды четырёх цветов. В нём есть деревья, приносящие цветки и плоды трёх цветов и смешанные. Есть в нём деревья, приносящие цветки и плоды двух цветов и прекрасных красок. Есть деревья, приносящие благоуханные цветки и плоды одного цвета. В нём [не семь, а] два больших дерева, приносящих многочисленные цветки и плоды неизъяснимых цветов [ум и понимание – два высших чувства, или, в теософском смысле, Манас и Буддхи]. Здесь горит один огонь [«Я»], связанный с Брахманом[1742] и имеющий благожелательный ум [или истинное знание, согласно «Арджуна Мишре»]. Есть здесь и топливо, (а именно) пять чувств [или человеческих страстей]. Семь (видов) освобождения от них суть семь (видов) посвящения. Качество являются плодами… Там… великие мудрецы встречают радушный приём. И после оказанного им почтения и их исчезновения впереди засиял сияет уже другой лес, где древом является интеллект, а плодом освобождение. Это древо имеет тень (в виде) спокойствия, зависящего от знания, довольство, заменяющее ему воду, и Кшетраджна Кшетраджню [1743] внутри себя, заменяющий Солнце.

Во всём этом нет ничего сложного, и любой теософ, даже самый несведущий, без труда поймёт аллегорию. Тем не менее, великие востоковеды ужасно запутали всё это в своих объяснениях. «Великие мудрецы, встречающие радушный приём», объясняются как чувства, «которые, отработав как не связанные с “Я”, наконец поглощаются им». Не понятно, однако, как «Высшим “Я”» могут поглощаться чувства, «не связанные с» ним? Всё наоборот: именно потому, что личные чувства тяготеют к безличному “Я” и стремятся к соединению с ним, оно, будучи Огнём, сжигает пять низших чувств, очищая тем самым два высших – «ум и понимание», или высшие аспекты Манаса[1744] и Буддхи. Это совершенно очевидно из 676] текста. «Великие мудрецы» исчезают «после оказания им почтения». Чьего почтения, если они (предполагаемые чувства) «не связаны с “Я”»? Почтение им, конечно, оказывал Ум, Манас (погружённый, в данном случае, в шестое чувство), который не есть и не может быть Брахманом, Высшим «Я», или Кшетраджна Кшетраджней – Духовным Солнцем Души. В последнем со временем должен раствориться и сам Манас. Он поклонялся «великим мудрецам» и оказывал гостеприимство земной мудрости, но, как только засиял «другой лес» и осветил его, в Древо превращается Разум (Буддхи, седьмое чувство, но шестой принцип). Это Древо, плодом которого является освобождение, и оно в конце концов уничтожает самый корень древа Ашваттха, символизирующего жизнь и её обманчивые радости и удовольствия. И поэтому у достигающих этого освобождения, по словам цитируемого мудреца, «больше нет страха». В этом состоянии «невозможно увидеть конца, ибо он простирается во все стороны».

«Там всегда пребывают семь женщин», продолжает он своё иносказательное повествование. Лица этих женщин – которые, по мнению «Арджуна Мишры», олицетворяют Махат, Ахамкару и пять Танматр, – всегда обращены вниз, так как они представляют препятствия на пути духовного восхождения.

В этом самом [Брахмане, Высшем «Я»] семь совершенных мудрецов вместе со своими начальниками… пребывают и вновь исходят из него. Слава, блеск и величие, озарение, победа, совершенство и могущество – эти семь лучей следуют за этим же Солнцем [Кшетраджна Кшетраджней, Высшим «Я»]… Те, чьи желания укрощены [не эгоистичны]… чьи грехи [страсти] сожжены покаянием, растворяют «я» в Высшем «Я»,[1745] они посвящают себя Брахману. Те, кто понимает лес знания [Брахмана, или Высшее «Я»], превозносят спокойствие. Устремляясь в этот лес, они [пере]воплощаются, чтобы не терять мужества. Таков в действительности этот священный лес… И понимая это, они [мудрецы] действуют (соответственно), направляемые Кшетраджною Кшетраджней.

Ни один переводчик из западных востоковедов до сих пор не увидел в этой аллегории ничего более высокого, нежели мистерии, связанные с ритуальными жертвоприношениями, покаянием или аскетическими церемониями, и хатха-йога. Но те, кто понимает символическую образность и слышит в себе голос Высшего «Я», увидят в этом нечто гораздо более высокое, нежели простую обрядность, даже если часто будут ошибаться в незначительных деталях этой философии.

И здесь мы должны сделать последнее замечание. Ни один истинный теософ, от самого несведущего до самого просвещённого, не вправе претендовать на непогрешимость своих устных или письменных утверждений относительно оккультных вопросов. 677] {ПОИСК ИСТИНЫ БЕСКОНЕЧЕН} Главное – признать, что во многих отношениях в классификации космических или человеческих принципов, помимо ошибок в эволюционном порядке и особенно в метафизических вопросах, любой из нас, кто претендует на обучение других, знающих меньше нас самих, может ошибаться. Подобные ошибки допущены в таких трудах, как «Разоблачённая Исида», «Эзотерический буддизм», «Человек» «Man: Fragments of Forgotten History», «Магия чёрная и белая» и т. д. Так и в настоящем труде будут, вероятно, найдены ошибки. Это естественно и неизбежно. Ибо, чтобы не только большой, но даже малый труд на столь сложные темы был без ошибок и неточностей, он от первой до последней страницы должен быть написан великим Адептом, если не Аватарой. Тогда только мы могли бы сказать: «Это поистине безгрешный и безукоризненный труд!» Но пока артист несовершенен художник, как может быть совершенным его творение? «Бесконечен поиск истины!» Будем же любить её и стремиться к ней ради неё самой, а не ради славы или выгоды, которые может принести нам малейшее её откровение. Ибо кто из нас может претендовать на обладание полнотой истины даже в малых учениях оккультизма?

Нашей главной целью в данном вопросе было, однако, доказательство того, что семеричная доктрина доктрина семеричности, или семеричного строения человека, это весьма древнее учение, а не наше нововведение. И мы добились этой цели, ибо, сознательно или не сознавая того, нас поддерживают в этом многие древние, средневековые и современные писатели. То, что говорили первые, звучит разумно и справедливо; то, что повторяли последние, обычно искажено. Прочтите, например, фрагменты Пифагора и рассмотрите описание семеричного человека в «Pythagorean Triangle» учёного масона преподобного Дж. Оливера, где сказано:

Теософская философия… насчитывала у человека семь свойств [или принципов], а именно:

(1) Божественный, золотой человек.

(2) Внутреннее святое тело из огня и света, подобное чистому золоту серебру.

(3) Элементальный человек.

(4) Меркуриальный… райский человек.

(5) Человек с душой Марсова типа.

(6) Человек типа Венеры, тяготеющий к внешнему желанию.

(7) Солнечный человек, [свидетель и] исследователь Божьих чудес [Вселенной].

Было у них также семь родительских духов, или начал, природы.[1746]

Сравните это путанное описание и классификацию западной теософской философии с позднейшими теософскими объяснениями 678] Восточной Теософской Школы и решите, которое из них правильнее. Воистину:

Премудрость построила себе дом,

Вытесала семь столбов.[1747]

Обвинение нашей Школы в том, что она не приняла семеричную браминскую классификацию, но запутала её, совершенно несправедливо. Для начала скажем, что «Школа» это одно, а её толкователи (для европейцев) это совершенно другое. Последним нужно сначала выучить азбуку практического восточного оккультизма, чтобы они могли правильно понять ужасно сложную классификацию, основанную на семи различных состояниях Праджна Праджни, или Сознания, а, главное – полностью разобраться, чтó такое Праджна Праджня в восточной метафизике. Дать западному исследователю эту классификацию – всё равно, что пытаться убедить его, будто он может объяснить происхождение сознания, объяснив, каким образом он получил определённое знание хотя бы одного из состояний этого сознания. Иначе говоря, потребовать от него объяснения того, что он знает на этом плане, с помощью того, о чём он ничего не знает на других планах; то есть, от духовного и психологического направить его непосредственно к онтологическому. Вот почему теософы приняли именно первоначальную древнюю классификацию, хотя в действительности их немало.

Представив общественности столько независимых свидетельств и доказательств, не стоит утруждать себя приведением их ещё и из богословских источников. Семь главных грехов и семь добродетелей христианской системы несут в себе гораздо меньше философского смысла, чем даже семь либеральных и семь проклятых наук – или семь магических искусств гностицизма. Ибо одно из последних доступно теперь всем и чревато опасностями как для настоящего, так и для будущего. Его современное наименование – «гипнотизм». В употреблении учёных и невежественных материалистов, при общем неведении относительно семи принципов, он скоро превратится в сатанизм в полном смысле этого слова.

_____

680]

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

Скажи, друг, знание этого низшего мира –

Истинно оно или ложно?

Кто из смертных стремится к ложному знанью?

Кто из смертных познал Истину?

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

681]

Приложение

СОПОСТАВЛЕНИЕ ТАЙНОЙ ДОКТРИНЫ С НАУКОЙ

_____

РАЗДЕЛ I


Дата добавления: 2018-02-15; просмотров: 389; ЗАКАЗАТЬ РАБОТУ