Советская историческая наука в условиях развитого социализма 14 страница

«военного 93

R           ш,п        1^Ра

 Воронеж, 1930, вып. I, с. 18.

Дальнейшее изучение этого вопроса показало ошибочность вы­вода Шестакова. *

Литература по истории Октябрьской революции была издана во всех советских республиках. Уже первые работы по истории революции в различных национальных районах показали, как в октябре 1917 г. складывался в борьбе за Советскую власть братский союз трудящихся разных наций во главе с русским пролетариатом.

В конце 20-х годов советские историки в ряде ярких высту­плений завершали разгром троцкистской концепции Октября. В частности, М. Н. Покровский показал, что суждения Троцко­го по вопросам Октябрьской революции находятся в прямом противоречии с ленинской концепцией Октября К

Во второй половине 20-х — первой половине 30-х годов ши­роко развернулось изучение гражданской войны. Литература по данной теме была, видимо, тогда наиболее многочисленной. Уже к концу 20-х годов ей посвящалось более трех тысяч книг, брошюр и статей, изданных в СССР. В середине 20-х годов вы­шли обобщающие работы, освещающие весь период иностранной военной интервенции и гражданской войны 1918—1920 гг.: Ка-курина, Анишева и Голубева². В 1928—1930 гг. был издан трех­томный труд по истории Красной Армии и ее боевых действий, подготовленный военными историками³.

С середины 20-х годов одна за другой начали выходить мо­нографии полководцев Красной Армии, в которых они на ос­нове личного опыта и анализа военно-оперативных документов обстоятельно исследовали крупнейшие боевые операции. Хотя выводы их были противоречивы и подчас субъективны, эти мо­нографии имели большое историческое значение, они впервые вводили в научный оборот важные источники и обобщали ход операций. Особое место среди них занимают «Записки о граж­данской войне» В. А. Антонова-Овсеенко, изданные в 1924— 1933 гг. в четырех томах. Это не только систематическое изло­жение автором боевых действий на юге России в 1918—1919 гг., но и собрание документов, не попавших ни в какие архивы.

Во второй половине 20-х годов выступили с монографиями по истории гражданской войны историки, работавшие над сво­ими темами в семинариях Института Красной профессуры: Д. Кин о деникинщине, М. Кубанин о махновщине, И. Минц об интервенции и контрреволюции на Севере. Ряд работ был на­писан по истории отдельных частей и соединений Красной

¹ Покровский М. Н. Октябрьская революция в изображении современ­
ников.— Историк-марксист, 1927, № 5.

² Какурин Н. Как сражалась революция. М. — Л., 1925, т. I. 1917—
1918 гг.; М. — Л., 1926, т. II. 1919—1920 гг.: Анишев А. Очерк истории граж­
данской войны 1917—1920 гг. М., 1925; Голубев А. Гражданская война 1918—-
1920 гг. М., 1932.

³ Гражданская война. 1918—1921 гг. Боевая жизнь Красной Армии, М-,
1928, т. I; Военное искусство Красной Армии, М., 1928, т. II; Оперативно-
тактический очерк боевых действий Красной Армии. М. — Л., 1930, т. III.

94

Армии. Несколько монографий было посвящено вопросам внеш­ней политики 1918—1920 гг. Слабее изучалась жизнь совет­ского тыла, экономика «военного коммунизма».

Изучение истории социалистического строительства. Величе­ственные процессы социалистического строительства вызвали появление значительной литературы, преимущественно полити­ческого, экономического и юридического характера. Среди обобщающих материалов, содержавших научное изложение исторических процессов, протекавших тогда в Советской стра­не важнейшее значение имели итоговые документы ЦК ВКП(б), ЦИК СССР и ВЦИК, СНК СССР и РСФСР —отчет­ные доклады съездам партии и съездам Советов, а также некоторые произведения руководителей партии и государства — И. В. Сталина, М. И. Калинина, В. В. Куйбышева, Г. К. Орд­жоникидзе, К. Е. Ворошилова. Важнейшие произведения Ста­лина были собраны в сборнике «Вопросы ленинизма», вышед­шем в нескольких изданиях. К 10-летию Октябрьской револю­ции вышла книга Куйбышева «Промышленность СССР», содер­жавшая материалы по истории восстановления и развития промышленности с начала социалистической индустриализации СССР. В более широком плане, включая сведения об электри­фикации страны, история экономического развития была изло­жена в книге Г. М. Кржижановского «Десять лет хозяйствен­ного строительства СССР. 1917—1927» (1927), а также в кни­ге В. П. Милютина «История экономического развития СССР (1917—1927)» (1928). История восстановления промышленно­сти, планирования и отдельных вопросов экономического раз­вития 'затрагивалась в научных трудах видных советских эко­номистов С. Г. Струмилина, Эм. Квиринга. История экономиче­ской политики периода гражданской войны — политики «воен­ного коммунизма» — была изложена в книге Крицмана «Ге­роический период Великой русской революции» (1925), но общая концепция автора подверглась резкой критике советских историков и экономистов за искажение социалистического ха­рактера Октябрьской революции и изображение периода «воен­ного коммунизма» как «пролетарски-натурального строя» с присущей ему «анархией пролетарски-натурального хозяй-

С начала 30-х годов началось изучение индустриализации ССР в порайонном и отраслевом разрезе, изменений в сель­ском хозяйстве страны. Вместе с тем на протяжении всего этого периода велась непримиримая борьба со сменовеховцами, меньщевистско-эсеровскими идеологами, правыми и левыми уклонистами в партии, рассматривавшими нэп лишь как от­ступление перед капиталистическими элементами, выступав­шими против политики партии в области индустриализации, ^пРотив коллективизации.

Изучение истории Коммунистической партии. С середины ^"■х годов постоянно нарастал поток работ по истории

95

Коммунистической партии, включавший краткие учебники, мно­готомные произведения, работы, посвященные отдельным перио­дам и проблемам истории партии. В 1926 г. в связи с задачами преподавания и пропаганды истории партии вышли в свет крат­кие учебники, подготовленные В. И. Невским, Н. Н. Поповым, Е. М. Ярославским и доводившие изложение истории партии до середины 20-х годов.

Самым значительным явлением в историко-партийной науке этого периода стала четырехтомная «История ВКП(б)» под редакцией Е. М. Ярославского (1926—1930), охватившая время с 1880 г. до конца гражданской войны. В предисловии к пер­вому тому Е. М. Ярославский писал: «Всюду, где можно было, мы пользовались оценкой того или иного момента жизни нашей партии, данной В. И. Лениным — лучшим историком нашей партии»'. Авторы четырехтомника (среди них И. И. Минц, С. А. Пионтковский, К. Ф. Сидоров и др.) попытались не толь­ко показать решающую роль В. И. Ленина в создании партии нового типа, но и изложить ее историю в соответствии с ленин­ской методологией исторического исследования и ленинскими оценками. В работе уделялось внимание вопросам организации, стратегии и тактики партии, раскрывалась борьба против оп­портунистических течений. Но издание страдало и серьезными недостатками, что не дало возможность довести до конца пер­вую многотомную историю партии. Периодизация истории партии в нем не соответствовала ленинской, слабо раскрыва­лись теоретические аспекты деятельности партии, ее борьба за практическое претворение в жизнь решений съездов и конфе­ренций.

В 1931 г. вышла книга «ВК.Щ6)», созданная коллективом историков партии под руководством А. С. Бубнова (в 1930 г. статья «ВКП(б)» была опубликована в «Большой советской энциклопедии»). Она являлась показателем серьезных достиже­ний историко-партийной науки, теоретического роста ее кадров, плодотворного процесса овладения ленинизмом. Первая часть книги, носившая методологический характер, раскрывала тео­ретические аспекты стратегии и тактики партии, во второй ча­сти излагалась история партии с 1884 по 1927 г. За основу пе­риодизации истории партии в этой работе была взята ленин­ская схема. В первой половине 30-х годов получили широкое распространение «Краткая история ВКП(б)» под редакцией В. Кнорина (в состав авторов входили Б. Н. Пономарев, А. П. Кучкин и др.), воплотившая в себе предшествующие до­стижения историко-партийпой науки, и новая книга Е. М. Ярос­лавского «История ВКП(б)» в двух частях.

В каждом новом историко-партийном труде изложение до­водилось, как правило, до времени его выхода или переиздания. В связи с этим историки партии первыми начали разработку

¹ История ВКП(б). М, 1926, т. I, с. 5.

96

периодизации истории СССР после гражданской войны: за периодом восстановления народного хозяйства в 1921 — 1925 гг. появился период реконструкции народного хозяйства, к кото­рому относились годы, начиная с 1926-го. История партии рас­сматривалась в связи с историей социалистического строитель­ства и на ее основе.

Наряду с обобщающими трудами с середины 20-х годов выходили отдельные очерки монографического плана о группе «Освобождение труда», о возникновении большевизма, о боль­шевизме в годы реакции, о партии в годы империалистической войны и др.

Утверждение марксистско-ленинской концепции истории партии проходило в упорной борьбе с оппортунизмом — с мень­шевистской, троцкистской и правооппортунистической фальси­фикацией истории партии. С большими извращениями излага­лась она, например, в «Истории Российской Коммунистической • партии (большевиков)» Г. Е. Зиновьева. Грубые ошибки со­держались в книгах по истории партии В. Волосевича и В. Ва-ганяна. Они игнорировали установку партии в период 1905—-1907 гг. на' перерастание буржуазно-демократической револю­ции, протаскивали троцкистские идеи об отсутствии в России предпосылок для социализма, фальсифицировали ленинскую теорию социалистической революции, характер и движущие силы Октября, отрицали социалистическое строительство в годы гражданской войны, извращали сущность «военного комму­низма», новой экономической политики, экономического строи­тельства 20-х годов.

В борьбе с троцкизмом и правым оппортунизмом активно участвовали историки партии Н. Н. Батурин, А. С. Бубнов, С. И. Гусев, М. С. Ольминский, Е. М. Ярославский и др. Отпор фальсификаторам истории партии был многоплановый — пуб­ликовались новые ленинские работы, активно разрабатывалась ленинская тематика, раскрывалась антиленинская сущность троцкизма, публиковались документы, разоблачавшие Троцкого как закоренелого врага ленинизма. Важнейшую роль в идей­ном разгроме троцкизма сыграли работы И. В. Сталина «Об основах ленинизма», «К вопросам ленинизма», «Троцкизм или ленинизм», выступления руководителей партии и государства—-М. И. Калинина, В. В. Куйбышева, М. В. Фрунзе и др.

Но разноречия и отдельные ошибки были и в наиболее рас­пространенных работах Бубнова, Невского, Попова, Ярослав­ского, в историко-партийных журналах. Дальнейшее развитие стории партии как научной дисциплины требовало решитель­ного преодоления подобных недостатков. Эта задача была по­ставлена в письме И. В. Сталина «О некоторых вопросах исто-Рии большевизма» в редакцию журнала «Пролетарская рево->оцня», опубликованном в 1931 г. И. В.  Сталин решительно протестовал против необоснованного и политически ошибочного Утверждения в одной из статей, опубликованных в журнале,

л

97

п/р. Минца И. И.

о том, что В. И. Ленин и большевики недооценивали центризм, т. е. прикрытый оппортунизм в германской и западноевропей­ской социал-демократии накануне первой мировой войны. Письмо Сталина имело большое значение для развития идеоло­гической работы партии, для развития общественных наук, в том числе исторической науки, для борьбы и преодоления анти­ленинских и антипартийных идей. Сталин обратил внимание на троцкистский характер учебника по истории партии Волосевича и призвал к разоблачению троцкистских и иных фальсифика­торов истории Коммунистической партии. Письмо Сталина помогло довести до конца преодоление ряда ошибочных поло­жений, имевшихся в историографии истории КПСС, хотя в не­которых случаях им допускалась чрезмерно резкая и недоста­точно обоснованная критика в адрес некоторых историков, ослаблялось внимание к расширению документальной базы исследовательской работы.

Научные труды М. Н. Покровского середины 20-х —начала 30-х годов и их критика историками-марксистами. Развитие советской историографии было тесно связано с научной дея­тельностью руководителя советского исторического фронта — в тот период М. Н. Покровского. Во второй половине 20-х го­дов вышли в свет его новые работы: «Марксизм и особенности исторического развития России» (1925), сборники статей «Де­кабристы» (1927), «Империалистическая война» (1928), «Ок­тябрьская революция» (1929) и др. Неоднократно переиздава­лись с дополнениями и изменениями его обобщающие труды. Под редакцией Покровского вышло большое количество публи­каций документов, среди них многотомные издания: «Восста­ние декабристов», «1905. Материалы и документы», «1917 год в документах и материалах».

Новые работы Покровского имели большое научное и про­пагандистское значение. Они освещали в систематическом виде многие важные темы, в частности историю революционной борьбы в России в XX в. Постепенно овладевая ленинскими трудами, Покровский к концу 20-х годов стал более верно характеризовать уровень социально-экономического развития России в XX в., предпосылки и характер Октябрьской револю­ции. Особенное значение имели работы Покровского, посвя­щенные борьбе с буржуазной историографией. Он не только критиковал дореволюционные работы буржуазно-дворянских историков, но' и выступал против современных ему антимаркси­стских работ Милюкова, Рожкова и др. Он принял активное участие в борьбе партии с троцкизмом. В своих статьях Пок­ровский показал, что Троцкий заимствовал основы схемы рус­ской истории у буржуазных историков Чичерина, Соловьева, Милюкова и, опираясь на нее, пытался доказать невозможность победы социализма в Советской стране. В других статьях и особенно в очерке 1927 г. «Октябрьская революция в изобра­жениях современников» он раскрыл извращение Троцким исто-

98

 

рии Октябрьской революции и показал социалистический ха­рактер революции и исторические заслуги В. И. Ленина как _ее руководителя.

Покровский много раз писал о политическом значении исто­рии: «...история — есть самая политическая наука из всех су­ществующих. История это есть политика прошлого, без которой нельзя понять политику настоящего». В работах о буржуазной историографии он убедительно показал, что буржуазная исто­рическая наука была подчинена политике буржуазии. Об этом он говорил в докладе о развитии общественных наук в нашей стране за первое десятилетие Советской власти: «Все эти Чи­черины, Кавелины, Ключевские, Чупровы, Петражицкие — все они непосредственно отражали определенную классовую борь­бу, происходившую в течение XIX столетия в России, и... исто­рия, писавшаяся этими господами, ничего иного, кроме поли­тики, опрокинутой в прошлое, не представляет». Все свои силы Покровский отдавал на то, чтобы историческая наука служила идеологическим оружием партии. Но классовый принцип совет­ской исторической науки, принцип партийности он понимал упрощенно. В исторических взглядах Покровского обнаружи­валось непонимание марксистско-ленинского учения о единстве объективной закономерности развития общества и принципа партийности. Покровский неоднократно оценивал исторические факты с точки зрения текущей политики, конъюнктурно, не разбирая должным образом условий, в которых протекали эти события, упрощенно понимая связь исторических работ с теку­щими¹ задачами партии. Например, в докладе о деятельности Коммунистической академии, прочитанном в 1927 г., он заявил, что юбилеи—150-летия крестьянского восстания 1773—1774 гг. и 20-летия революции 1905 г.—«представляют собой не что иное как исторический аспект лозунга «Лицом к деревне!». Нужно было выяснить, что может сделать крестьянство в ре­волюции одно (доклад о пугачевщине), и что представляет кре­стьянское движение, руководимое пролетариатом (доклады о 1905 г.)»'.

Во второй половине 20-х годов историки-марксисты все чаще выступали с критическими замечаниями в адрес Покров­ского и его исторической концепции. Еще в 1926 г. С. Томсин-ский выступил со статьей «К вопросу о социальной природе Русского самодержавия», в которой упрекал Покровского в том, что «торговый капитал для него является самодовлеющим фактором», и показывал, что в России у власти стояли крепо­стники². Положения Покровского о торговом капитализме кри­тиковались в докладе Рахметова и в прениях по его докладу, происходивших в мае 1927 г. в ИКП. В апреле 1929 г. там же ^осуждалась общая концепция русского исторического процес-

Вестник Коммунистической академии, 1927, кн. XXII, с 16 См. там же, 1926, кн. XV, с. 256, 282. 4*

99

са М. Н. Покровского. Один из участников дискуссии А. Лома­кин говорил: «В этой концепции торговый капитал выступает творцом всей русской истории — от Киевской Руси чуть ли ие до революции 1917 г. Такая схоластическая, не диалектическая трактовка роли торгового капитала основывается на чрезмер­ном преувеличении влияния торгового капитала на русский исторический процесс. Можно сказать, что гипертрофия торго­вого капитала составляет главную и основную болезнь в кон­цепции т. Покровского». В 1929—1930 гг. в печати критикова­лись взгляды Покровского па народничество и первую мировую войну.

Покровский внимательно прислушивался к критике ошибоч­ных положений в своих работах. По его работам «Ленин и Маркс как историки» (1926), «Ленинизм и русская история» (1928), «Ленин и история» (1931) видно, как настойчиво изу­чал он марксистскую философию и взгляды Маркса и Ленина на историю. В 1927—1928 гг. он организовал в ИКП семинар «Ленин как историк».

На занятиях семинаров в ИКП Покровский говорил, что он
отказался от многих своих прежних оценок исторических со­
бытий, но не имеет возможности переработать и издать заново
свои труды. Покровский смог только обработать свои заклю­
чительные слова на семинарах и опубликовать их в начале
1931 г. в виде статьи «О русском феодализме, происхождении
и характере абсолютизма в России»¹. Отстаивая в общем свою
концепцию русской истории, он признавал, что «в ряде отдель­
ных формулировок, иногда очень важных, старые изложения
этой концепции звучали весьма не по-ленински, а иногда были
попросту теоретически малограмотны. Так, например, безгра­
мотным является выражение «торговый капитализм». Капита­
лизм есть система производства, а торговый капитал ничего не
производит». В связи с этим Покровский исправил свое опре­
деление классовой природы самодержавия. Он признал, что
«совершенно неправильной является формулировка самодержа­
вия как «торгового капитала в мономаховой шапке»; «...моно-
махова шапка» есть феодальное украшение, а не капиталисти­
ческое». Покровский указал и на свою методологическую ошиб­
ку при освещении истории государства в старой России.
«...В первых редакциях моей схемы_ч—писал он,— был недоста­
точно учтен и факт относительной независимости политической
надстройки от экономического базиса». Он правильно определил
и причину этой ошибки: «Экономический материализм» не был
еще мною изжит на все сто процентов, когда я писал и «Рус­
скую историю», и «Очерк истории культуры», и даже «Сжатый
очерк».                           ;«,

---

Дата добавления: 2021-06-02; просмотров: 76; Мы поможем в написании вашей работы!

Поделиться с друзьями:

---

---

Мы поможем в написании ваших работ!