Старые опыты в пользу horror vacui 2 страница
11 мая 1923 года В. П. Зубов поступил в ГАХН и проработал там до января 1930 года, т. е. до момента ее упразднения27. Василий Павлович стал сотрудником Философского отделения ГАХН в возрасте двадцати трех лет. В анкете, заполненной при поступлении, он отнесен к «категории молодых специалистов».
Философское отделение ГАХН было открыто 22 февраля 1922 года. Оно объединило выдающихся русских мыслителей начала XX века — Г. Г. Шпета, Г. И. Чел-панова, А. Г. Габричевского, А. Ф. Лосева, М. А. Петровского, А. С. Ахманова и многих других. Здесь разрабатывались проблемы взаимодействия различных видов искусств и науки. Задачи, стоявшие перед сотрудниками отделения, были сформулированы Г. Г. Шпетом. В конце 1922 года утвержден план работы. Предполагалось: создание и издание словаря художественной терминологии; изучение проблемы пространства и времени в искусстве и литературе; издание классиков теории и истории искусства. Позднее большое внимание стали уделять проблеме стиля. Важнейшей частью работы отделения было участие всех сотрудников в пленарных заседаниях — в чтениях и обсуждениях докладов. И в этом можно видеть стремление сохранить атмосферу духовно-интеллектуальной жизни начала XX века.
Летом 1923 года при Философском отделении была создана комиссия по подготовке материалов для словаря эстетических и художественных терминов, вскоре преобразованная в комиссию по изучению художественной формы. Председателем комиссии был Г. Г. Шпет, его заместителями — H. H. Волков и А. Г. Цирес, ученым секретарем — Б. В. Горнунг. В. П. Зубов стал членом этой комиссии, куда вошли: А. С. Ахманов, А. А. Буслаев, Г. О. Винокур, А. Г. Габричевский, А. А. Губер, Н. И. Жинкин, М. М. Кенигсберг, С. Я. Шор, С. Н. Экземплярский и др. К 1925 году был подготовлен первый том Трудов комиссии по изучению художественной формы (в сильно сокращенном виде вышел в 1927 году в виде сборника «Художественная форма»).
|
|
В 1924 году была организована комиссия по изучению истории эстетических учений. Председателем этой комиссии первоначально был Г. Г. Шпет, а затем —
A. Ф. Лосев, заместителем председателя — П. С. Попов, ученым секретарем —
B. П. Зубов. Кроме того В. П. Зубов активно участвовал и в работе комиссии по
составлению словаря художественной терминологии, которую возглавил А. Г. Габ
ричевский (ученым секретарем был А. А. Губер).
В задачи комиссии по изучению истории эстетических учений было включено исследование истории основных эстетических терминов и понятий оптики и акустики в их отношении к проблемам искусства. «В первую очередь к разработке были намечены: 1) немецкая эстетика второй половины XVIII и первой половины XIX века, 2) античная эстетика, 3) историко-философское исследование отдельных понятий оптики и акустики XVI и XVII веков»28.
|
|
12
Предисловие
Предисловие
13
Осенью 1925 года была организована новая комиссия — по изучению философии искусства. Работа этой комиссии сосредоточилась вокруг двух тем: философии стиля и философии образа. Центральным вопросом было отличие стилистических форм от чисто художественных и от экспрессивных29.
«Осенью 1927 года в ГАХН началась компания по усилению влияния „социологического разряда на все ячейки академии", в результате чего работа Философского отделения была постепенно свернута (комиссии слиты в одну — комиссию по изучению общей теории искусства и эстетики), а сотрудники отделения были вынуждены отойти от философской постановки проблемы, обращаясь к вопросам частным и специальным»30. Вульгарный стиль протоколов и отчетов этого времени позволяет понять, какому искажению стал подвергаться русский язык.
В Бюллетене 1928 года читаем: связь философского разряда с «социологическим разрядом выразилась, с одной стороны, в совместной работе по созданию словаря художественной терминологии, с другой — через доклад В. П. Зубова на тему: „Стиль в русской социологической эстетике XIX века"»31.
|
|
С 1927 года комиссия по изучению общей теории искусства и эстетики занималась изучением истории русской эстетики. С этим направлением связаны первая опубликованная работа В. П. Зубова «Толстой и русская эстетика 90-х годов» (1929) и труд «Из истории русской эстетики» (1929—1930).
За семь лет работы в ГАХН В. П. Зубов на заседаниях философского и социологического отделения сделал доклады по истории оптики, теории перспективы и учений о цвете, о русской и немецкой эстетике. В. П. Зубов продолжил начатое еще в студенческие годы изучение творчества Гёте. Так, в 1924 году им было сделано два доклада: «Основные идеи хроматики Гёте» и «Метод и путь изучения хроматики Гёте». По словам самого Василия Павловича, его интересовала хроматика Гёте, «поскольку она вскрывает положения хроматики вообще». Потому он считал законным, находясь в пределах хроматики, оставить в стороне существующую у Гёте метафизику света. В обсуждении доклада В. П. Зубова приняли участие А. Г. Габричевский, А. Ф. Лосев и Т. И. Райнов32. Доклад «Метод и путь изучения хроматики Гёте» публикуется по машинописи (26 страниц большого формата) с рукописными вставками иностранных текстов.
|
|
13 декабря 1924 г. В. П. Зубов сделал доклад в комиссии музыкальной эстетики Государственного института музыкальной науки (ГИМН) о числовых соотношениях в цветах и звуках (сохранился конспект). Как явствует из справочника «Наука и научные работники СССР», В. П. Зубов был сверхштатным сотрудником ГИМН33 и прекрасным музыкантом. Несколькими годами раньше, когда Василию Павловичу было 19 лет, он получил удостоверение № 475 в том, что «гражданин Зубов Василий Павлович есть действительный член Художественного Профессионального Союза Музыкантов Педагогов, состоящего при Музыкальном Отделе Народного Комиссариата по Просвещению». Примерно в эти же годы, когда материальное положение было очень трудным, он попытался наняться тапером в кинотеатр — озвучивать немые фильмы. Но его не взяли, так как он не умел импровизировать, играл только по нотам. Позднее Генрих Густавович Нейгауз высоко оценит его исполнительское дарование34.
По словам В. П. Зубова, в ГАХН он «вел работу по истории эстетики и по параллельному изучению развития точных наук и художественной техники». Им была составлена «библиография по истории оптики до XVIII века включительно, охватывавшая все технические приложения оптики, включая так называемые пространственные искусства»35. 1 февраля 1924 года Зубов прочел доклад «Оптика Бэкона»,
а 23 мая того же года — доклад «Катоптрика XVI и XVII веков и история перспективы»36. Он написан в трех ученических тетрадях. Текст был завершен за три дня до прочтения на заседании. Об этом свидетельствует дата, поставленная в конце рукописи.
Несколько позднее, но не ранее 1926 года (этот год напечатан на обложке школьной тетради с рукописью текста) была написана статья «Геометрическая оптика и физические теории света в их эволюции» В этих работах были сформулированы те основные проблемы, которые получат развитие в последующих трудах В. П. Зубова по истории науки и архитектуры.
Истории науки посвящена работа «Теория пустоты в физике XVII столетия», написанная в 1924 и впервые опубликованная в 2002 году. По словам В. П. Троицкого, эта статья В. П. Зубова для неосуществленного коллективного сборника «представляет не только самостоятельную ценность, но и определенно свидетельствует о наличии интересной и пока еще мало исследованной школы историко-на-учной мысли в России первой трети XX в.»37. Он подчеркивает идейное родство
A. Ф. Лосева, В. П. Зубова и других лиц, «близко стоящих» по мировоззрению
к П. А. Флоренскому38. Как следует из письма А. Ф. Лосева к о. Павлу Флорен
скому, речь шла о «серии сборников», в которой самое активное участие должен
был принимать В. П. Зубов39. В архиве В. П. Зубова сохранилось два экземпляра
этой статьи40.
Статья «Теория пустоты в физике XVII столетия» публикуется по машинописному тексту с рукописными вставками библиографии, иностранных слов и выражений. (Вся оборотная сторона 6-й страницы заполнена иностранным текстом, написанным не фиолетовыми, как вставки в машинописном тексте, а черными чернилами). Чертежи сделаны фиолетовыми чернилами. Бумага вытянутого формата (34 χ 20) в верхнем левом углу имеет водяной знак с изображением серпа и молота. Листы согнуты пополам и на обратной стороне последней, 28-й страницы красным карандашом написано: «Vacuum» (судя по почерку, эта надпись сделана позднее). Эта статья вместе с выписками разных лет хранится в папке, озаглавленной: «Vacuum». В 7-м параграфе «Vacuum и nihil» В. П. Зубов показывает, что «толкование пустоты как полного ничто (древняя физика) сменяется толкованием его как геометрического пространства, имеющего реальное бытие в физическом мире (абсолютное, неподвижное, однородное — т. е. „пространство Ньютона")».
Проблема «nihil-ничто» интересовала Василия Павловича всегда. В 1929 году была написана работа «К истории слова „нигилизм"», в которой суммировались понятия физические, философские и литературные. К этой теме В. П. Зубов обращался и позднее неоднократно41.
Комиссия по изучению истории эстетических учений сосредоточилась на исследовании немецкой эстетики конца XVIII — начала XIX века. В 1925 году
B. П. Зубов прочел доклад «Жан-Поль Рихтер и его „Эстетика" (Материалы к ха
рактеристическому анализу)». «Различая характеристический анализ от чисто эсте
тического, докладчик ставил своей целью рассмотреть художественные произведе
ния Жан-Поля с психоаналитической точки зрения и применить полученные
результаты к объяснению его эстетики. Возникшие прения вращались главным
образом вокруг самого психоанализа, ставился вопрос о принципиальной возможно
сти приложения этого метода к художественным и философским произведениям» .
Доклад публикуется впервые.
Несколько докладов В. П. Зубова были посвящены проблемам русской эстетики. 22 апреля 1926 года им был прочитан доклад на тему «Эстетика Веневитинова».
ί,Γ
14
Предисловие
Предисловие
15
«Доклад ставил целью осветить эстетические воззрения Веневитинова в историко-культурном разрезе, пытаясь проследить своеобразные модификации основных положений немецкой эстетики на русской почве»43. Текст доклада публикуется впервые по рукописи, датированной мартом 1926 года.
17 декабря 1926 года Василий Павлович прочел доклад «Психология творчества Языкова», текст которого публикуется впервые. В семейном архиве сохранился машинописный текст доклада (38 машинописных страниц вытянутого формата, не считая двух приложений). Для более глубокого постижения личности Языкова В. П. Зубов внимательно изучал не только его поэтическое творчество, но также эпистолярное наследие и отзывы современников. В приложении № 2 В. П. Зубов поместил со своими комментариями письма Языкова к сестре Екатерине Михайловне (1838-1839), хранившиеся в Музее 40-х годов в Москве. Эти письма относятся к тому периоду жизни Языкова, когда, раздавленный болезнью, он совершенно не писал стихов. Зубов подчеркивал, что для исследователей творчества Языкова они особенно интересны. Здесь «тематические зародыши, намеки будущих элегий. Весь прежний Языков здесь, с его устремлением в будущее, несбыточными надеждами, тягой на симбирскую „родину", ненавистью к „чужому", к „горам"».
Эпиграф работы Зубова — четверостишие Гёте, взятое самим Языковым в качестве эпиграфа к собранию его стихотворений: «Wer das Dichten will verstehen / muss ins Land der Dichtung gehen, / Wer den Dichter will verstehen / muss ins Dichters Lande gehen». Буквально это можно перевести так: «Кто хочет понять поэзию (художественное творчество), должен отправиться в страну поэзии, кто хочет понять поэта, должен отправиться в страну поэта». По словам Василия Павловича, «Гёте намечает уже в главных чертах программу и путь настоящего исследования44. Предмет этого исследования — художественное творчество (das Dichten). Нельзя поэтому не идти в страну поэзии — Land der Dichtung — в сторону, граничащую с формально-аналитическими, литературными изысканиями. Но не „просто" творчество или творчество „вообще" составляет предмет изучения, а творчество Языкова; не только поэтическое творчество поэта, но и сам поэт (der Dichter) подлежит уразумению. Следовательно, и в страну поэта — das Dichters Land — нужно будет идти исследователю, т. е. в Дерпт, в село Языково, в Москву, Симбирск».
Оговаривая цель исследования, В. П. Зубов писал: «Не просто формальные и литературные анализы должны найти здесь место, как бы мало их ни было произведено в отношении стихов Языкова и как бы их отсутствием ни тормозилось психологическое истолкование языковских произведений в их художественном своеобразии. Формально-поэтические элементы, помимо самодовлеющего изучения, могут изучаться и со стороны психологической, — психологической выразительности и психологического воздействия. Только под этим углом зрения мы и будем их рассматривать: формальные особенности для нас приметы художественной личности Языкова, той личности, которая наложила печать на его стихотворения. И только осветив эту художественную личность, можно уже затем говорить о связи ее с биографически данной личностью». В этой работе чувствуется влияние Г. И. Челпа-нова — учителя и коллеги Василия Павловича.
В ноябре того же года В. П. Зубов в докладе на тему «Бутервек и русские геттин-генцы» «прослеживал пути, по которым совершилось в начале XIX века влияние западноевропейской эстетики на эстетику русскую. В докладе были освещены эстетические и философские интересы братьев Тургеневых в геттингенский период, как на основании опубликованных документов, так и студенческих записей и лекций, хранящихся в библиотеке Московского Университета»45.
16 февраля 1928 г. в Историко-терминологическом кабинете «слушался доклад В. П. Зубова на тему „Природа романтизма". Докладчик характеризовал некоторые черты романтизма: книжность и опосредованность представлений, господство фантазии над реальностью искусства (поэзии), над природой. В прениях были расширены суждения докладчика о романтизме и уточнены существенными моментами»46. Сохранились тезисы к докладу на тему «К вопросу о природе романтизма (Книга и реальный мир в русских эстетических теориях первой половины XIX столетия)». Приведем их текст полностью:
«1. Одной из черт романтического сознания является преобладание в нем переживаний „книжных" или „опосредствованных" над переживаниями непосредственными.
2. Отсюда — господство фантазии над реальностью, искусства (поэзии) над
природой.
3. Указанные особенности отличают как немецкий романтизм, так и русский.
4. Природа в романтизме толкуется по аналогии с книгой: природа — система
знаков или письмен. Космос в романтизме филологизируется! Филология — по
преимуществу романтическая наука.
5. Указанные воззрения находят свое отражение как в отдельных высказываниях,
так и в систематических теориях.
6. Окружавшая германский романтизм культурная атмосфера благоприятство
вала подобным воззрениям. Из числа общекультурных факторов, содействовавших
развитию последних, следует поставить на первое место: 1) „атавистические" тен
денции романтизма, 2) некоторые идеологические течения, питавшие романтизм
(пиэтизм и т. д.), 3) развитие писательства как профессии.
7. В русской эстетике в указанном пункте заметно влияние германских идей.
В отношении общекультурного фона особое место следует отвести библиофиль-
ско-археографическим тенденциям и книгописательскому профессионализму.
8. Общекультурные факторы создают особый тип сознания — литературного
или „олитературенного".
9. Борьба с „панфилологизмом" романтиков есть явление аналогичное „разру-
шительству машин".
Сохранились также отдельные выписки и заметки по некоторым пунктам доклада.
10 мая 1928 года в Историко-терминологическом кабинете (Исторический раздел) слушали доклад В. П. Зубова на тему «Стиль в русской социологической эстетике XIX века». «На основе обширного материала докладчик сгруппировал те общие суждения о стиле, которые можно найти в русских теоретических и практических работах первой половины XIX века»47. Текст доклада написан в четырех школьных тетрадках (48 страниц). Публикуется впервые.
Составление словаря эстетических и художественных терминов «считалось основной работой Философского отделения, но были привлечены и другие разделы Академии, которыми был просмотрен и пополнен предварительный список терминов»48. Программа работы комиссии по художественной терминологии была разработана еще в 1923 году Г. Г. Шпетом. На заседаниях комиссии обсуждались как статьи для словаря, так и теоретические проблемы научной и философской терминологии.
К началу 1925 года был подготовлен первый том «Энциклопедии художественных наук. Общетеоретические термины» (25 печ. л.). Этот труд, как и многие другие, созданные в ГАХН, издан не был49.
Предисловие
17
В 1926 году Кабинет художественной терминологии приступил к составлению терминологической картотеки. В отчетах ГАХН было написано: «Работу по составлению первого философского тома художественной терминологии (от А до 3) можно
считать законченной» .
«...Заслушивались кроме словарных статей общие теоретические доклады. К числу последних принадлежит доклад В. П. Зубова (5.Х.26) на тему „Генезис научной терминологии", где защищалась мысль о возможности эмпирического и социально-исторического изучения логической терминологии. По мнению докладчика, научность и ненаучность не есть понятия абсолютные, а всегда связаны с условиями данной исторической эпохи и социологической формы общества; ненаучность и архаичность логики есть результат неконгруентности логики и онтологии своего времени. В прениях указывалось на релятивность как неизбежный вывод доклада»51. Полное название доклада «Генезис научной терминологии (к истории научного языка)». Первая часть «Язык логики и философии» впервые была опубликована в 2003 г.52 (Была ли написана вторая часть работы — неизвестно.) Эта работа, публикуемая в данной книге, яркое свидетельство сохранения жизни истинного научного духа в те годы, когда в России философия была изгнана из университетов и стала личным деланием «последних русских философов».
Для словаря русской художественной и философской терминологии В. П. Зубов написал ряд статей53, в том числе и столь неожиданную, как «Прекрасная душа». В данной книге публикуются и другие предназначенные для словаря статьи, сохранившиеся в семейном архиве. Степень их завершенности различна. Некоторые из них — «Автономия», «Идеал», «Синтез искусств» — были напечатаны на машинке (они опубликованы на английском языке в Лос-Анджелесе)54; другие написаны от руки чернилами или карандашом. Здесь обращают на себя внимание статьи, тематика которых будет разрабатываться В. П. Зубовым в последующих его исследованиях, касающихся изучения истории оптики (статьи «Глаз», «Зрение», «Последовательное изображение», «Цвет», «Чудесное»), акустики и, в особенности, вопросов, связанных с «континуумом», который станет главной темой трудов последнего десятилетия
Дата добавления: 2021-05-18; просмотров: 51; Мы поможем в написании вашей работы! |
Мы поможем в написании ваших работ!