Раздел II Индустриальная экономика 18 страница



Необходимой предпосылкой промышленного переворота явля­лись реформы в промышленности и торговле, поскольку их реа­лизация создавала определенные условия для свободы предпри­нимательства в этих отраслях экономики.

До середины XIX в. в большинстве немецких земель сохраня­лась цеховая система ремесла. Официальная отмена цеховых привилегий и цехового права сдерживалась государством, стре­мившимся взять в свои руки регулирование промышленного про­изводства, наладить контроль за деятельностью предприятий. На­пример, в горной промышленности государственные чиновники не только выдавали разрешение на производство работ, но и определяли уровень технического оснащения производства, объем добычи, цены, сбыт, отношения с рабочими и т.д.

На германских территориях, находившихся под протекторатом Наполеона, свобода предпринимательской деятельности была установлена в 1808— 1810 гг.

В Пруссии в 1806 г. были сделаны только первые шаги в этом направлении, выразившиеся в отмене цеховых запретов в ряде отраслей. В 1808 г. в «Деловой инструкции» были обнародованы основные принципы будущей реформы в промышленности: охра­на и рост народного благосостояния возможны только при сво­боде промышленной деятельности как в добыче и переработке сырья, так и в его распределении и сбыте.

В 1810 г. в Пруссии был принят указ, законодательно устано­вивший принципы свободы предпринимательства: право на про­мышленную деятельность получал любой желающий, заплативший промысловый налог. Выдача промыслового свидетельства была беспрепятственной для всех, за исключением лиц, которым по­добная деятельность была запрещена судом. Цехи оставались в качестве свободных союзов. Правовые различия между городом и деревней в области промышленности были уничтожены.

В 1815 г., после Венского конгресса, Пруссия уступила часть своей территории другим государствам, но в ее состав вошли но­вые провинции. Промышленное законодательство потеряло свою однородность: на Рейне действовало французское хозяйственное право, в Саксонии сохранялся цеховой строй. Новый закон о про­мысловом обложении (1820) не устранил этих противоречий. В 1835 г. был поставлен вопрос о пересмотре и создании единого для Пруссии промыслового закона.

Закон 1835 г., несмотря на сохранение основных принципов «Деловой инструкции», попытался вернуть промышленность «к мирному и старому времени феодализма». Закон воспроизвел старое положение цехового права об обязательном документе, под­тверждающем знание промысла, на основании которого теперь выдавалось разрешение на производство работ в 42 отраслях, пе­речисленных в законе; было возрождено обязательное ученичество перед открытием собственного дела и т.д.

В таких немецких государствах, как Ганновер, Ольденбург, Гамбург, цеховая система сохранялась или была восстановлена. В Баварии, Бадене, Вюртемберге свобода промышленного пред­принимательства вводилась постепенно.

Только в 60-е гг. XIX в. началось широкое движение во всех немецких государствах за свободу промышленности, что нашло от­ражение в промысловом законе 1869 г., по которому окончатель­но отменялись цеховое право и цеховые привилегии.

Необходимым условием становления рыночных отношений являлось преодоление феодальной раздробленности Германии, насчитывавшей к началу XIX в. около 300 самостоятельных госу­дарств. Господство Наполеона в немецких землях уничтожило самостоятельность большого числа мелких государственных обра­зований. Однако и после Венского конгресса 1815 г. Германия не стала единым государством. Она являлась формальным объедине­нием 38 самостоятельных государств (Германский союз). Круп­нейшими государствами союза были Австрия и Пруссия.

Германский союз номинально являлся крупнейшим государ­ственным образованием Западной Европы. Он представлял собой конфедерацию независимых государств, между которыми отсут­ствовали прочные связи; не существовало единого законодатель­ства, общей армии, общих финансов, общего дипломатического представительства. Таким образом, создание единого германско­го государства по-прежнему оставалось насущной задачей.

Межгосударственные таможни сдерживали развитие внутри- германской торговли, по-прежнему внешнеторговые связи разви­вались активнее. Поэтому таможенное объединение германских земель стало первоочередной задачей.

Прусский таможенный закон 1818 г. уничтожил внутренние границы между отдельными провинциями, входившими в ее со­став, отменил всякие запреты и ограничения во внутренней тор­говле. В соответствии с законом впервые в Германии была соз­дана крупная хозяйственная область, занимавшая площадь в 5 тыс. кв. км с населением 10,5 млн человек. Тариф 1818 г. защи­тил территорию Пруссии от конкуренции других германских го­сударств, но не сумел противостоять давлению Англии и России, заинтересованных в беспрепятственном сбыте в Пруссии промыш­ленных товаров и зерна.

С 1834 г. вступил в действие договор о Таможенном союзе. Вско­ре он объединял уже 18 немецких государств, насчитывавших 23 млн жителей. Создание союза способствовало складыванию общегерманского внутреннего рынка и ускорению экономическо­го развития, выразившегося прежде всего в росте машинного про­изводства. В 1822 г. во всей Германии работали лишь две паровые машины. В 1837 г. в одной только Пруссии насчитывалось 423 па­ровых двигателя. Однако многие государства не желали признавать гегемонию Пруссии. В 1812 г. был создан Среднегерманский тамо­женный союз. В 1827 г. был заключен союз между Баварией и Вюр­тембергом. Однако оба союза оказались недолговечными.

Срок действия Германского таможенного союза ограничивал­ся 12 годами, но предусматривалась его дальнейшая пролонгация на основе общего согласия. Руководство союзом находилось в ру­ках специального органа — генеральной конференции, куда вхо­дили уполномоченные представители государств — участников со­юза. Решения принимались только единогласно. Союзный дого­вор при каждой последующей пролонгации расширял число участников. В последний раз он был возобновлен в 1867 г. Северо-Германским союзом (пришедшим в 1866 г. на смену Германскому союзу) с южными немецкими государствами сроком на 10 лет.

Таможенные тарифы устанавливались конференцией, а все та­моженные доходы распределялись между союзными государства­ми пропорционально численности населения.

После установления общей таможенной границы немецкие го­сударства приступили к введению единой денежной единицы, метрической системы. Окончательно этот процесс завершился после политического объединения Германии в 1871 г. Таким обра­зом, таможенный союз устранял одно из главнейших препятствий на пути хозяйственного развития — разрозненность немецких зе­мель.

Другой серьезной преградой являлось отсутствие удобных и развитых путей сообщения. Но их создание имело смысл только после ликвидации ограничений для свободного перемещения гру­зов й пассажиров. Не случайно первая железная дорога была от­крыта в 1835 г. (через два года после заключения Таможенного со­юза). В 1848 г. протяженность прусских железнодорожных линий составляла 2363 км. Первый немецкий локомотив был построен в 1838 г. под Дрезденом. По протяженности железных дорог Гер­мания к середине XIX в. занимала одно из первых мест в мире. На ее территории находилось 16% тогдашней мировой сети. Бы­стрыми темпами строились шоссейные дороги. Успешно шло раз­витие водного транспорта. В 1831 г. немецкие государства заклю­чили рейнскую судоходную конвенцию, освободившую судоход­ство по Рейну от цеховых ограничений. В 1816—1823 гг. на реках Германии появились первые пароходы, но экономическое значе­ние они приобрели только с началом массовых перевозок.

Основные этапы промышленного переворота. Становление новой хозяйственной системы в Германии заняло период 1815—1870 гг. На первом этапе (1815—1833) реализация реформ в сельском хо­зяйстве, промышленности, торговле создавала необходимые пред­посылки для развития капиталистических форм организации этих отраслей. Вторым (решающим) этапом индустриализации явился период 1834—1870 гг., когда начался и набирал силу промышленный переворот, обеспечивший экономический подъем 1850—1870 гг., в результате которого в стране произошел мощный индустриаль­ный взлет.

Начало промышленного переворота в германских землях при­ходится на середину 30-х гг. XIX в. Механизация производства и строительство фабрик в 1830—1840-е гг. получили наибольшее рас­пространение в производстве хлопчатобумажных тканей. Круп­нейшим центром фабричной хлопчатобумажной промышленнос­ти стала Саксония. В этот же период применение машин началось в шелковой, шерстяной, льноткацкой промышленности.

Строительство железных дорог вызвало ускоренное развитие горного дела, металлургии и машиностроения. Больших успехов достигла химическая промышленность, чему в немалой степени способствовали важные технические изобретения.

Однако феодальные пережитки в 1830—1840-е гг. не позволи­ли достичь высокого уровня промышленного развития. Объемы производства важнейших товаров были ниже, чем в Англии и Франции. Немецкие изделия испытывали сильнейшую конкурен­цию английских даже на внутреннем рынке. В этих условиях про­мышленный переворот мог проходить только за счет особенно ин­тенсивной эксплуатации рабочих. Низкая заработная плата и не­виданная продолжительность рабочего дня явились в Германии важнейшими источниками накопления капитала.

После революции 1848 г. промышленный переворот развернул­ся в полную силу. Вся Германия, за исключением юнкерского се­веро-востока, была охвачена экономическим подъемом. Экономи­ческий подъем 1850—1860-х гг. характеризовался весьма внушитель­ными количественными и качественными сдвигами в отраслевой структуре народного хозяйства, прежде всего в тяжелой промыш­ленности. Промышленное производство отличалось более высоки­ми темпами роста, чем в Англии и Франции. За 50-е гг. XIX в. объем промышленного производства удвоился, а за 60-е возрос еще в полтора раза. Опережающими темпами развивались отрасли тя­желой промышленности. Производство средств производства с 1861 по 1870 г. увеличилось на 23%, в то время как производство предметов потребления — только на 9%. Добыча угля за период 1850—1870 гг. возросла почти в пять раз, выплавка металла — в три раза, мощность паровых двигателей — в девять раз. По этому по­казателю Германия к 1870 г. обогнала Францию. Добыча угля в Германии составляла 12,1% общемировой. Рост добычи угля был неразрывно связан с ростом добычи железной руды и выплавкой металлов. Техника, машины, оборудование угольных шахт, транспорт, потребляя металл, создавали тем самым рынок сбы­та угля.

Задачей техники в XIX в. был поиск наиболее дешевых мето­дов работы, дававших возможность перейти к массовому произ­водству.

Важное значение для германской железорудной промышлен­ности имели изобретения Бессемера и Томаса. Появилась возмож­ность использовать для производства металла железную руду с высоким содержанием фосфора, причем сама руда шла на вы­плавку металла, а отходы доменного процесса — шлаки — на удоб­рение в виде фосфорной муки. На рубеже XIX и XX вв. Германия занимала второе место в мире после США по добыче железной руды и производила */5 мирового объема чугуна.

Одной из особенностей этого периода индустриализации явля­лось рождение новых отраслей промышленности. Широкое разви­тие получила химическая промышленность. Открытие анилиновых красителей (1856) легло в основу производства не только красок, но и фармацевтической продукции, взрывчатых веществ, каучука. Наращивали мощности фабрики по производству калийных и фос­форных удобрений. Химическая промышленность заняла третье место среди отраслей германской промышленности, а по удельно­му весу в мировом производстве — второе место после США.

Этот период промышленного переворота отличался также тем, что германская индустрия механизировалась на основе развития отечественного машиностроения. В Германии возникли крупней­шие по тому времени машиностроительные заводы. Например, в 1866 г. локомобильная фабрика Борзига насчитывала 1600 рабо­чих. Аналогичные предприятия сооружались в Хемнице, Касселе и других городах.

На базе изобретения (1867) знаменитым Э. Сименсом генера­тора для выработки электрического тока делала первые шаги элек­тротехническая промышленность.

Таким образом, структура отраслей тяжелой промышленности Германии в этот период была гораздо шире, чем в Англии и Фран­ции. Новые предприятия в тяжелой промышленности представ­ляли собой настоящие индустриальные гиганты, оснащенные са­мым передовым оборудованием, работавшие на основе новейших технологий.

Материальной основой динамично развивавшейся тяжелой промышленности являлось железнодорожное строительство.

В 1840 г. Германия занимала второе место, а в 1880 г. — первое место в Европе по длине рельсового пути; по относительной плотности она уступала лишь Бельгии и Англии.

В 1840—1870 гг. железные дороги строились на средства государ­ства и частных акционерных обществ. За 1865-1875 гг. в Пруссии государственные железные дороги выросли на 41 %, а частные — на 103%. В конце 1870-х гг. казна начала выкупать частные дороги. В 1919 г. только 6,1% всех железнодорожных линий находилось в частной собственности. Причины огосударствления железных дорог носили как политический, так и фискальный характер. Ди­виденды частных дорог в 1860-е гг. составляли 15—20%, что слу­жило стимулом для железнодорожных компаний к расширению сети, что, в свою очередь, способствовало росту промышленности.

Государство при постройке железных дорог получало дополни­тельные средства за счет выпуска железнодорожных займов. Бан­ковский и промышленный капитал охотно помогал государству, поскольку железнодорожное строительство являлось одним из источников его обогащения.

Огромное значение для ускоренного развития тяжелой про­мышленности имела милитаризация Пруссии, стремившейся объ­единить Германию силой, а также подготовка к войне с Франци­ей. В этот период начал формироваться военно-промышленный ком­плекс, центр которого составили артиллерийские заводы Круппа (первый был создан в 1811 г.), машиностроительные предприятия Борзига, сталелитейные заводы братьев Маннесман, Стиннеса. В целом весь комплекс отраслей тяжелой промышленности был тесно связан с военным производством, а следовательно, с госу­дарственными заказами и государственной поддержкой в различ­ной форме.

Германская хлопчатобумажная промышленность стояла на тре­тьем месте в мире по количеству прядильных станков и объемам потребления хлопка (после Англии и США). За 60 лет XIX в. внут­реннее потребление хлопка на одного жителя увеличилось более чем в 20 раз.

Второе место в германской текстильной промышленности при­надлежало шерстяному производству. 1800—1850-е гг. — время рас­цвета производства сырой и мытой шерсти в Европе, однако во второй половине XIX в. ситуация изменилась. Дешевизна исполь­зования морских путей сообщения вызвала сильное понижение цен на шерсть. Англия — основной потребитель шерсти — стала получать ее из Австралии, Южной Африки. В то же время разви­тие капитализма в Западной Европе требовало интенсификации не только промышленности, но и земледелия. Пастбища распахивались, и овцеводство в Европе сокращалось. Недостаток внут­реннего производства восполнялся ввозом сырой шерсти, причем с 1850 г. превышение ввоза над вывозом увеличилось более чем в 25 раз.

Развитие промышленности и транспорта Германии в 1850—1870 гг. свидетельствовало о создании комплекса эффективно работавших отраслей тяжелой промышленности, включавших в себя новые, наукоемкие производства. Германия превращалась в одну из са­мых мощных индустриальных держав мира. Однако процесс ин­дустриализации к 1870 г. не был завершен, аграрный сектор оста­вался основной отраслью экономики.

Особенности развития сельского хозяйства Германии в период промышленного капитализма. Последствия «неоконченной рево­люции» 1848 г. отрицательно сказались на развитии сельского хо­зяйства Пруссии и других германских земель.

Медленный переход средневековых форм земледелия в капи­талистические, постепенное превращение поместья в юнкерско- капиталистическое хозяйство проходило в условиях все более уси­ливавшегося развития товарного производства. Окончательно прусский путь развития капитализма в сельском хозяйстве Гер­мании утвердился после поражения революции 1848 г.

Крупное юнкерское землевладение после поражения револю­ции еще более укрепилось, а помещик стал превращаться в поме- щика-предпринимателя. Благоприятная экономическая конъюнк­тура 1850-х годов способствовала обогащению юнкеров. В годы Крымской войны прусские юнкеры, пользуясь отсутствием рус­ской конкуренции, резко подняли цены на хлеб, что в условиях роста городского населения приносило огромные прибыли. Юн­керской торговле и подъему крупного сельского хозяйства способ­ствовало также расширение Таможенного союз.

Расслоение в германской деревне шло быстрыми темпами. Под бременем выкупных платежей крестьянские хозяйства приходи­ли в упадок и разорялись. Юнкеры же, напротив, за счет ограбле­ния крестьян укрепляли хозяйства, начали применять машины и использовать дешевый труд батраков. Некоторые из прусских, силезских, саксонских помещиков не только имели в поместьях паровые машины, спиртоводочные заводы, но и занимались гор­но-рудным производством.

Для закрепления дешевой рабочей силы за своими хозяйства­ми помещики поддерживали мелких крестьянские хозяйства ссудами за натуральную отработку. Разорившийся крестьянин пре­вращался в батрака, прикрепленного к своему участку и помещи­ку. Он был обречен на жестокую эксплуатацию, кабалу и нищен­ское существование.

В XIX в. площадь посевных площадей достигла максимума. Если в начале XIX в. она составляла 33,5% всей территории Гер­мании, то в 1878 г. — 48,3%.

Успехи в сельском хозяйстве достигались за счет рационального использования земли и применения наиболее усовершенствован­ных методов обработки и возделывания почвы, внесения удобре­ний, выдерживания сроков посева и сбора урожая. В XIX в. про­изошел переход к интенсивному земледелию.

Еще в начале XIX в. в Германии преобладала трехпольная сис­тема. Будучи рациональной в тот период, когда наряду с пашней существовали большие пастбища, трехполье с ростом населения и постепенным превращением пастбищ в пашню сдерживало разви­тие сельского хозяйства. Недостаток кормов не позволял увеличить количество скота, а нехватка удобрений снижала плодородие почв.

В 1820—1850-е гг. в стране осуществлялся переход к более со­вершенным системам: улучшенной трехпольной, при которой зна­чительно уменьшалась площадь земли под паром, вводились по­севы кормовых культур; четырехпольной системе; плодоперемен­ной системе.

Посевы зерновых дополнялись кормовыми и техническими культурами. В Померании и Бранденбурге, где преобладала пес­чаная почва, расширились посевы картофеля, использовавшегося для производства спирта — важнейшего экспортного товара стра­ны. По сбору картофеля и сахарной свеклы Германия во второй половине XIX в. заняла первое место в мире. Расширение кормо­вой базы позволяло увеличить поголовье скота, развивать молоч­ное животноводство.

Решающую роль в быстром распространении интенсивных ме­тодов обработки земли сыграли научные открытия германского химика Ю. Либиха, ставшие поворотным пунктом в развитии мировой агротехники. Недаром значение открытий Либиха срав­нивают с изобретением паровой и динамомашины в промышлен­ности. В 1840 г. Либих опубликовал работу, заложившую основы новой науки — агрохимии, науки об искусственных удобрениях. Очень скоро Германия стала мировым поставщиком минеральных удобрений.

Не меньшее значение имели механизация труда, использова­ние машин в сельском хозяйстве.

Значительное развитие получили садоводство, огородничество, виноградарство, обеспечивавшие не только население страны цен­ными продуктами питания, но и сырьем ряд отраслей, в которых Германия сумела занять лидирующее положение в мире, — сахар­ную, консервную, крахмальную, сушильную.


Дата добавления: 2018-02-28; просмотров: 218; ЗАКАЗАТЬ РАБОТУ