Заключительное слово. Итоги этой книги. 11 страница



Дети кричат и радуются эху. Я в шоке. Они в центре улицы и пускают эхо. И кто-нибудь, да подкрикнет.

Всё на эмоциях. Всё на системе.

 

Раньше я садился в позу, и обо мне думали: «Не наркоман ли?».

Я безэмоциональный. До меня пытались достучаться люди через эмоции, но я эмоции не понимал.

Я так поособенному выгляжу! За мной все наблюдают. Наркоман – это как голый, нарушитель общественных табу. А вы не задумывались, зачем нельзя ходить голым? Если у меня такие мысли, то как же я выгляжу? На меня раньше обращали особое внимание, потому что я выглядел как наркоман.

Я не видел до этого эмоций. Я не видел, что здесь что-то происходило. Я был сумасшедшим, и мне об этом никто не говорил. Я вёл себя странно перед людьми, но люди мне об этом не говорили.

Меня приучить к правилам было сложно. Мы с ним странные чуваки: мы были без эмоций и люди странно на нас смотрели. Поэтому я не любил людей, потому что они игрались. Любые игры меня подавляли, как танцы. Я не понимал игры. Я не понимал, зачем нужно заглядывать в почтовый ящик, когда подсматривают переписку.

Я был уже готов к наркомании, все это видели. Но я этого не видел и не знал, и никто мне не говорил.

 

Я был сумасшедшим всю жизнь, но этого не знал. Меня не водили встречаться с другими сумасшедшими, чтобы я не знал, кто это такие.

Одна девушка дала мне подсказку, что я странный. Не мне, а как бы невзначай, при свидетелях. Откуда такая милость? Наверное, я ей понравился.

Моя болезнь в том, что я выгляжу как наркоман и этого не понимаю. И люди боятся мне это говорить. Но иногда у меня получается быть обычным, и тогда люди говорят: «Да он норамльный! Хотя бы почти.»

Я живу в своём выдуманном мире. Я не могу устроиться на работу. Сумасшедших не берут. На меня смотрят и удивляются: как такие не помирают с голоду? Но государство спасает: оно направляет невидимое воздействие.

Я не знаю, что такое бред, потому что всё время бред. Несу. И люди это видели. Я стал выздоравливать.

Люди говорят эмоциями, но я этого не понимал и жил в своём мире. От меня это скрывали. И не давали мне наркотики, чтобы я не одумался.

Я бог. Я меняю мир. Я пишу этот текст и мир меняется, в зависимости от того, что я пишу. Мне надо было просто объяснить, что я странно себя веду.

Для меня и других сумасшедших выдумали иллюзию, что наркотики и многие другие вещи запрещены.

 

Я просто сумасшедший, я брежу. Но люди прощают это мне и не сажают в психушку. Я никогда не видел психбольных! Потому что я сам больной и болезнь других не различаю.

Одни считают меня больным, другие – просветлённым, но они никак не могут понять, в каком я нахожусь состоянии. Может, я переродился? Я теперь стал другой кастой – кастой более счастливых. А раньше быть счастливым мне не дозволялось. И я урывал своё счастье в одиночестве, избегая людей. Чтобы никто не видел.

Так что, говорить об эмоциях – пошло? Это как говорить о сексе. А я этого не знал, не видел. И легко говорил об эмоциях и люди этому удивлялись.

Я перерождаюсь – я другой.

Я был богом и заставлял людей кругом вести себя так, как мне этого хотелось.

Писать текст на людях – это пошло. А я об этом даже не знал! От меня скрыты эти традиции. Я был богом, но люди в отместку не говорили, что я бог.

Когда я пошутил: «Я Бог» – люди кругом засуетились, они заметили, что я близок к разгадке их тайны.

Почему я не читал эмоциональных книг? Почему я их отрицал? Мне что-то не договаривают?

 

Со мной общаются продвинутые люди и психологи, потому что я странно себя веду. И в итоге я стал стесняться своего состояния. Это удивительная вещь: все знают, а ты нет.

Что я говорю.

Я себя тонко обманывал, ставя свои эмоции в странное положение.

Я бы мог уснуть в одежде, но ведь это запрещено.

Проснулся.

Берут в армию только юнцов, которые только ушли от родителей и подчиняют. Старше по возрасту подчиняться не сможет. Нужно специально всем пройти в армию, чтобы научиться подчиняться.

Одни бессознательно подчиняются, а другие бессознательно пользуются.

Использовать рабов просто и тебе это выгодно.

Общественное правило – не ходить голым.

Дремучий народ – все друг от друга скрывают. Я укурился и меня скрывают от детей. Я преподавал математику ребёнку – это запрещено.

Люди управляются через бессознательное, и теперь я это осознал: моё бессознательное проявилось наружу.

Я впервые увидел тайные от меня разговоры. Я не знал, что такое бывает.

 

Ты можешь говорить, что ты дерьмо – это нормально. Тебе будут говорить тёплые слова, успокаивать. Но нельзя говорить, что ты бог. За это тебя возненавидят и отправят в психушку.

Всех мужчин возбуждают половозрелые женщины. Повысь официальную границу детского возраста и начни борьбу с педофилией. Ты поставишь под удар всех мужчин. Они все будут чувствовать себя виноватыми и бояться наказания.

Система держится на эмоциях, на угнетении. Все люди знают, кого можно унижать, а кого нельзя. Чтобы укрепить систему, делай людей раздражительными. Если они будут касаться и гладить друг друга, то могут успокоиться. Сделай секс постыдным. Пусть они боятся даже подозрений в сексуальных намерениях. Борись с гомосексуализмом, чтобы мужчины боялись друг друга гладить и не могли успокаивать. Пусть из-за измены жены мужчины друг друга убивают. Пусть все будут нервными и унижают друг друга. Так система будет нерушима.

Наш президент начал бороться с педофилией, потому что система под угрозой.

Москва – это оплот системы. Приди сюда, и тебя унизят. Ты не москвич и уже за это достоин унижения.

Что сделали физики? Они сделали атомную бомбу и компьютер для расчета полётов боевых снарядов. Потом пришёл неуч-предприниматель и сделал компьютер персональным, чтобы он служил людям. Нужны ли нам физики?

До сих пор физики послушно выполняли имперские задания. За это им подняли статус. От изгоев до уважаемых людей. Только в тех странах, где помощь физиков не нужна – только там их ставят в неловкое положение. Хватит их кормить. Оставим им уважение. А если они его потеряют – это их проблемы.

У нас было так: если ты учишься, у тебя будут проблемы. Хочешь учиться – учись драться.

Хочешь снять с себя ответственность – скажи, что ты невменяемый. Невменяемость – путь к власти. Поэтому и нужны психушки, чтобы избавиться от конкурентов. Женщины пользуются своей невменяемостью для власти над мужчинами.

Пусть следят за своими эмоциями – не дай бог тебя обидят. Если ты на них наорёшь – они будут виноваты. Ты же невменяемый.

Стеснительные люди боятся внимания. Они боятся, что другие увидят, какое ты говно.

Внезапное дополнение.

Текстовый наркотик.

Эту книгу должны запретить.

Нужен прецедент, когда сатанист выиграет суд против православного священника, который оскорбил его религиозные чувства. Религиозные чувства сатаниста.

У нас свобода вероисповедания. Никого не могут в религиозных воззрениях

Нельзя, чтобы наркоманов кто-нибудь слушал. Иначе они услышат лишнее. Уведи детей, чтобы они не учились.

Наркотик позволяет настолько сойти с ума, чтобы раскрыть тайны.

Лекарства лечат болезни. Если твоя болезнь – тупиковый жизненный путь, прими психоделик. А если психоделик запрещён, значит нужно, чтобы ты был в тупике.

Правители не знают, что такое психоделик? Ха! Ха! Именно для этого его изучали спецслужбы.

Врачи говорят, этим можно лечить болезни. Ты думаешь, они будут слушать докторов?

Разрешить антидепрессанты? Ты что?! Назови антидепрессантом какую-нибудь херню.

Пичкай детей таблетками, заботься об их здоровье.

Он плохо себя ведёт? Ему нужны таблетки!

Сделай себе плохо. Покажи, как плохо на тебя действует разговор. И тогда они убедятся, что от разговора и вправду становится плохо.

Введи конспирологию. Пусть каждый разговаривает с каждым в отдельности. В итоге никто ничего не будет знать.

Говори по телевизору общие слова. Пускай зрители разевают рты. Но не говори, как это устроено. Пусть они думают, что этим занимаются специалисты, которые знают своё дело.

Ну что значит «что делать»?! Покажи им какие-нибудь цифры. Хоть они никому не нужны, зато выглядит солидно. Создай сообщество игроков, которые пытаются на этом заработать. Подключи математиков, чтобы ажиотаж был сильнее.

Если этим занимается математик, значит, это имеет смысл. Как ты можешь это унизить, когда не разбираешься в математике?

Его унизили и он начинает других унижать – так формируется система.

Кого будешь унижать ты, когда тебя унизят?

Покажи ему, что ты знаешь его мысли. Пусть ты будешь неправ, но он разве знает, как он на самом деле думал? Кому он поверит: себе, или тебе, если он говно?

Ну как, тебе приятно, когда тобой восхищаются?

Он неудачник, поэтому и грубит. Ты думаешь, он такой крутой, а над ним никто не стоит?

Я бог, и я творю свои воззрения. Мне кажется, что я познаю. На самом деле, я творю. Моё знание всегда совпадает с реальностью, потому что я реальность подгоняю под знание. Я ошибаюсь лишь тогда, когда я говно.

Хочешь воспитать говно? Отдай его в школу, и там он всё время будет неправ.

Пусть они нарушают правила и стыдятся этого. Не надо платить много, пусть воруют.

Иди к нам, стань таким же, как мы. Или марш в психушку.

«Стюардесса» – это понятно. А кто такой «человек»? Я не понимаю, что он должен делать? В чём смысл человеческой жизни? У этого – дворы подметать, у этого – …

Причём здесь богатство? А богатый человек имеет право унижать? Если имеет, тогда я пойду зарабатывать деньги.

Ха! Ха! Какой смешной! Пусть будет нашим специалистом.

Благопристойная работа должна быть связана с унижением. Иначе ты занимаешься ерундой. Да, нельзя заниматься чем только хочется!

Этот человек выглядит счастливым. С ним что-то не то.

Как вы думаете, где людей учат унижать?

К чему призывают христиан? Тащить свой крест? Брать пример с Иисуса?

Люди, борющиеся с системой, чётко знают, кого стоит унижать, а кого не стоит.

Пойми, долгие годы я был за систему ФРС. Потом долгие годы против. А потом за. И теперь я знаю, что всё не так просто устроено.

– Как устроено?

– Я знаю, что всё не просто так.

Да, я вижу, что ты своим текстом меня подсираешь. Но на самом деле не всё так просто.

– А как на самом деле?

– Я честно говорю, ВСЁ НЕ ТАК ПРОСТО.

Пусть рабы за деньги приобретают вещи, которые помогут им устроиться на работу.

Докажи свой фолиант.

Абразивно-деструктивные штучки.

Шалаш – мечта иметь свой дом.

– Ты просто был другой.

– Какой?

– Просто другой.

– Я пошутил, я не употреблял наркотики.

Наркоманы как никто другой убеждены во вреде наркотиков. Сколько с ними не спорь, они стоят на своём. Может, если меньше говорить о вреде наркотиков, то к ним будут меньше тянуться?

Может, ты прав, наркотики не так страшны? У нас под деревом когда-то рос куст конопли. И ничего.

Рабская культура – это культура унижения. Им ничего другое не понятно и не интересно.

Круче то учебное заведение, где круче унижают.

Женщины знают, кого следует унижать, а кому следует давать.

Поговорить можно было у господ. А если ты хочешь, чтобы тебя унизили – иди к рабам.

Иди к рабам, и тебя унизят.

Кому надо жаловаться, если тебя несправедливо обвинили – вот ключевой вопрос, который надо задавать себе перед судом.

Хозяевам надо мстить за оскорбления, чтобы сохранить свой статус.

Хозяевам надо быть сплочёнными. Сплочённость сообщества – ключ к тому, чтобы быть хозяевами.

Раздай много денег и жильё, и жёны убегут от своих мужей.

Унизь раба и он успокоится. Ему действительно от этого легче.

Что-то чиновники сдают позиции, теряют власть. Надо помочь им кого-нибудь унизить.

Ну вот, ходить по путям нельзя, зато ездить на поезде можно.

Проехал в другой регион, а в чём разница? Просить разрешение нужно у других людей.

Хорошее такое рабство – тебе многое разрешают.

Женщина напротив чуть-чуть пересела. Чтобы мы ногами не дай бог коснулись.

Читайте на здоровье, дорогие читатели. Я очень рад, что есть повод меня похвалить.

Чем хуже жизнь, тем больше патриотизма? Всё правильно, так и должно быть. Политики, умеющие извлекать выгоду для государства, примут правильное решение.

Мой текст никогда не получит нобелевскую премию.

Если провинишься, разрешение будет труднее получить.

Преступникам препятствуют стать нормальными людьми. Они своим существованием должны доказывать, что преступник – это надолго.

Если кругом плохо, и ты всё скрываешь в тайне – давай поговорим ни о чём.

Уроки свободы (текстовый наркотик)

Это они наркоманы, но не я.

Хорошо здесь живётся, или плохо, зависит от того человека, у которого ты спрашиваешь разрешения.

Рабы всегда знают, на кого надо жаловаться, когда плохо.

Крик ребёнка – это то, что сильно действует на психику. Чтобы создать систему, надо кричать как ребёнок друг на друга.

Писательство – это когда тебя пробивает на слова и ты сам удивляешься, что из тебя выходит. Если ты не понял, как ты это написал, значит, всё правильно. Должна быть какая-то загадка.

Цыганка в своей речи использовала русское слово «хватит». Неужели в цыганском языке такого слова нет?

Хотите вести себя, говорить, как господа? Не получится. Вы уже своим видом унижаете собеседника. А всё потому, что вы рабы. И когда господа к вам обращались, они обращались к вам как к рабам. И именно это поведение вы переняли.

Неприятно, когда женщина раболепно отдаётся. Зато с остальными мужчинами обращается так, как с ней обращался её господин.

Наркоман странно себя ведёт? А ты запрети алкоголь и посмотри, как себя будет вести алкоголик.

Назовёшь себя богом, посадят в психушку. Назовёшь себя говном, будут говорить тёплые слова.

Что-то он безобидно выглядит – наркоман, что ли?

Спасибо всем тем, кто меня обосрал.

Я ещё вернусь.

Рабы, даже когда нарушают закон – им кажется, что они выполняют традицию, или исполняют волю предков. Нарушение закона считается атрибутом взрослости. Ты взрослеешь, когда нарушаешь закон.

Но в итоге, ничего ты не нарушаешь – ты исполняешь традицию. Настоящее освобождение – это нарушение традиций, а не законов. Настоящее освобождение – это отвергнуть родительское воспитание.

Свободные родители воспитывают своих детей, разъясняя им, как можно хорошо устроиться в жизни и как избежать опасностей. Рабы ничего не объясняют своим детям, потому что ничего не знают. И при этом требуют от детей, чтобы те сами до всего догадывались, ругая за их тупость. Рабы ничего не объясняют, но всё кругом запрещают. Запрещают делать лишнее, запрещают знать нехорошее.

Чёрт, сложно. Свободные воспитывают, разъясняя, как достичь и обезопаситься. Рабы скрывают и запрещают. Ребёнок от рабского воспитания сходит с ума, его ведут к невропатологу, у него обнаруживают врождённые изменения мозга (ведь у каждого человека мозг немного отличается от того, что написано в учебнике) и прописывают ему таблетки. Часто аналоги транквилизаторов. А потом родители-рабы жалуются, как им тяжело даётся воспитание.

Рабы всё запрещают и заставляют делать глупые вещи, но не запрещают орать на себя. Я лично никому не хочу позволять на себя орать. Если человек орёт на меня, то я имею право наорать на него в ответ, не соблюдая меры. Сколько я захочу, столько я и буду орать на обидчика. Если он себе позволяет делать, что хочет, то и я себе буду позволять.

Когда с рабами обсуждаешь проблему, они начинают нервничать. Им кажется, что их обвиняют. Потому что с ними никогда не обсуждали, как надо решать проблемы. Их только ругали и наказывали.

Среда наркоманов полна унижения. Наркоманы находятся в унизительном положении и сами друг друга унижают.

Правильно, правильно, наркоманы читают антинаркотическую пропаганду.

Если одна собака пописает на другую, то описанная будет представлять описавшую. Её понюхают и будут чувствовать пописавшую собаку. Личность описанной исчезнет. Обоссать человека – идеальный ритуал порабощения.

Я нырнул из среды уважаемых в среду опущенных, чтобы понять, как работает система.

Теперь у меня выбор: стать униженным рабом, или успешным рабовладельцем. Или что-то ещё. Если я полностью свободен, то я смогу придумать что-то ещё. Мои знания и мой выбор зависят от моей воли.

Некоторые наркотики стоит попробовать не для новых ощущений, а для того, чтобы понять, что значит быть прокажённым.

Борьба с педофилией, онанизмом – это фарс для того, чтобы унизить мужчин. Женщин тоже унижают, но по-своему.

Унизишь человека – он вряд ли будет унижать тебя в ответ. Скорее, он пойдёт унижать других, чтобы потренироваться. Потренироваться – если думает о власти. А если не думает, то будет унижать других, чтобы забыть о своём унижении.

Унижающий человек никому не будет рассказывать, как его унизили. После унижения у человека появляется тайна. И это та тайна, которая движет им в стремлении к власти.

Получи широкое образование, изучи запретное, деградируй, отказавшись от традиций. И тогда тебя нельзя будет унизить. Лишь тогда ты станешь свободным и унижения тебя больше не будут беспокоить.

Жизнь, чувства, эмоции рабов основаны на унижениях. Лишь унижения ими руководят. Раб делает лишь то, что очищает его доброе имя. Раб стремится к чистоте. Идеальный раб, стремящийся к чистоте и добропорядочности – это фашист. Фашист стремится устранить от себя людей, загрязняющих его доброе имя и порядочность.

С тех пор, как фашистов унизили во второй мировой войне, появился новый способ унижения. Быть фашистом – это унизительно. Теперь можно провоцировать людей на фашизм: усиливать миграцию, создавать напряжённость между разными группами людей.

Государству выгодно содержать фашистов, при этом постоянно упрекая их. Унижай, чтобы были послушными. Создавай фашизм, вини за него общество и говори, что без подчинения тебе будет катастрофа.

Все униженные нации показывали чудеса работоспособности. Побеждённая Германия, Япония, и, как ни странно, победивший Советский Союз, в котором система унижения была налажена ещё до войны.

Не могу я больше писать, ну хватит, мне уже надоело.

Текст, или речь, в которой излагаются сведения выполняет роль служения. Человеку нужна информация и нужен тот, кто будет её излагать в правильной форме, не оказывая на тебя эмоционального воздействия. Таким образом:

1) необходимо создать образованных информаторов, которые будут информировать нас о происходящем вокруг

2) необходимо такое воспитание рабов, которым противно выслушивать речь информаторов. Надо, чтобы рабы сами отказывались от нужной им информации. Этого достичь нетрудно, нужно лишь говорить, что всё это скучно. А когда раб изучает что-либо, надо высмеивать его и говорить, что он занимается ерундой. Всё очень просто и эффективно. Воспитаешь одного раба, а он воспитает своё окружение.

Первое унижение происходит, когда ты просишь поесть, и тебе отказывают, потому что у тебя нет денег. А если у тебя вообще нет денег, то тебя будут дополнительно унижать. Причём, никто не задумывается, зачем это происходит. После унижения ты будешь смотреть на деньги по-особенному. А большие суммы могут сделать тебя неадекватным.

Как унижать человека? Надо на него кричать и одновременно призывать подумать. Его мысли заняты и он не может осознать даже, что на него кричат. А тем более, не может понять, что ему делать дальше. Он будет делать то, что ты ему скажешь, чтобы ты успокоился.


Дата добавления: 2018-02-15; просмотров: 225;