ДАГЕРРОТИПИСТЫ И ФОТОГРАФЫ, 1839-1851 ГГ.



Валерий Блюмфельд.
В материале использованы фотографии из архивов автора

Приоритет открытия фотографии признан сразу за тремя изобретателями: французами Нисефором Ньепсом, Луи Дагерром и англичанином Фоксом Талботом. Ньепс первым получил снимок в камере-обскуре. Дагерр видоизменил и усовершенствовал способ Ньепса. Талбот предложил негативно-позитивный процесс, которым и поныне пользуется общая фотография.

Ньепсотипия (другое название - гелиография) надолго стала основой фотомеханических репродукционных процессов в полиграфии. Но первое десятилетие после открытия фотографии ознаменовалось буквально каждодневным улучшением и конкуренцией дагерротипии и талботипии (другое название - каллотипия). Поскольку талботипия принципиально отличалась от дагерротипии, способ Талбота стал именоваться "фотографией". Первым этот термин, как и "негатив'и "позитив", в 1839 году предложил английский астроном Джон Гершель, который в 1819 году открыл растворяющее действие гипосульфита (тиосульфита натрия) на галоидное серебро, то есть принцип фиксации фотографических изображений.

В середине 40-х годов XIX века фотографические способы воспроизведения изображения берут на вооружение художники.

Так, известный в Шотландии пейзажист Давид Хилл получил задание изобразить 470 духовных лиц независимой церковной общины. Не имея портретного опыта, он обратился к помощи химика Роберта Адамсона и талботипии. Содружество химика и художника принесло великолепные результаты: за три года совместной работы компаньоны сделали сотни снимков. Кроме духовных лиц, они снимали жанровые сценки, виды Эдинбурга и его окрестностей. Резкие световые контрасты "рисуют" мужские лица. Женщины сняты в более мягких формах светового освещения, что лишь подчеркивает их женственность. Но главное, лица на портретах Хилла выглядят живыми и непринужденными, хотя выдержка при ярком солнце тогда составляла две минуты и лица должны были выглядеть измученными.

В эти же годы талботипию с большим коммерческим успехом применял Бланкар-Эврар, который в Лилле устроил первую большую фабрику по печати талботипий. Размеры снимков достигали 30 х 40 см. В 1850 году Луи Бланкар-Эврар изобрел новый тип фотобумаги - альбуминный. Бумагу покрывали яичным белком с растворенными в нем бромидом и йодидом калия. Затем ее сенсибилизировали раствором нитрата серебра. Изображение формировалось в результате длительного экспонирования солнечным светом, проходившим через негатив, тонировалось хлоридом золота, фиксировалось, промывалось и сушилось.

В России талботипия применялась значительно реже, чем в Европе. Этому способствовала большая распространенность французского языка и более глубокое расслоение общества на бедных и богатых. Первые вообще не думали о фотографии, а богатые сограждане считали более престижным заказать портрет на посеребренной дощечке (дагерротипия), а не на простой бумажке (талботипия).

Первые европейские дагерротипы продавались в России по 100 рублей, а сами аппараты стоили 500 рублей. Так что долгое время позволить себе фотографироваться могла только элита.

Одним из первых литографов в России был Фоконе (литография пришла на смену гравюре как более дешевый и быстрый способ изготовления иллюстраций). Без него не обходилась ни одна печать виньеток и рисунков в книгах, журналах, пригласительных билетах. Альфред Давиньон, благодаря которому мы можем видеть портреты декабристов, сделанные им в 1845 году во время его путешествия по Сибири, уговорил Фоконе заниматься дагерротипией, и уже в 1841 году тот стал делать портреты. При этом он был хорошим маркетологом. Посещая Москву, он объявлял, что приехал лишь на короткое время, поэтому и просит желающих поторопиться к нему с визитом. Затем появлялось его объявление, что в связи с множеством заказов он вынужден в Москве задержаться, почему и просит опоздавших не пропустить удобного момента.

Среди первых дагерротипистов в России были также магистр химии из Вены Генри Венингер и немцы Александр Блюменталь и Эдуард Мюкке.

Когда в 1851 году в Петербурге открыли свои заведения А. Деньер и С. Левицкий, в Европе уже началось освоение нового мокроколлоидного метода фотографии. Именно Деньеру, окончившему Академию художеств Карла Брюллова, принадлежит заслуга в том, что фотографию стали считать полноценным искусством. В первые годы развития фотографии художники, особенно граверы, очень косо поглядывали на фотографов. Но Деньер пригласил в свое ателье бывших педагогов по Академии художеств, сделал им превосходные портреты, что и помогло изменить их отношение к фотографии. Петербургская академия художеств разрешила своим выпускникам выставлять на осенних отчетных выставках фотографии наряду с картинами. Одна из главных заслуг Деньера состоит в том, что он делал портреты общественных деятелей, а в 1865 году опубликовал 12 выпусков раннего "Альбома фотографических портретов известных лиц России". Эти портреты актуальны и в наши дни. Если необходимо отыскать облик известного деятеля девятнадцатого столетия, то прежде всего следует обратиться к "Деньеровским тетрадям", как называют этот альбом библиофилы.

Одновременно с Деньером свое заведение "Светопись" близ Казанского собора открыл С. Левицкий. Будучи чиновником Министерства иностранных дел, он отправился на Кавказ в качестве переводчика и секретаря экспедиции по изучению Минеральных Вод, где и познакомился с химиком Фритше, владевшим дагерротипным аппаратом. В 1844 году Левицкий отправился за границу, что позволило ему пополнить свои знания химии. После французской революции по повелению царского правительства Левицкий вернулся в Россию и открыл свое заведение. Его не зря называют "патриархом русской фотографии". Он испробовал различные методы и новинки в этой области, сделал множество дагерротипов известных деятелей. Так, до нас дошел в перерисовке художника В. Тимма групповой портрет русских сестер милосердия. На нем изображены перед отправлением в осажденный Севастополь первые в мире сестры милосердия Крестовоздвиженской общины попечения о раненых.

В 1851 году английский скульптор и художник Арчер, увлекшийся фотографией, опубликовал результаты своих опытов на мокром коллодионе. Окрытое вещество пироксилин оказалось прекрасной подложкой для голоидных солей серебра. Оно великолепно держалось на стекле, было прозрачно, позволяло передавать малейшие детали на позитиве. Бумажным негативам и дагерротипам был нанесен "смертельный удар". Но это уже совсем другая история...


Дата добавления: 2018-02-15; просмотров: 274;