Фотограф на фронте, или нефотогеничное лицо войны



Валерий Блюмфельд

Эта статья, посвященная военным фотокорреспондентам, содержит наряду с историческими исследованиями воспоминания непосредственных участников событий и личные впечатления автора. Войнам не должно быть места в цивилизованном обществе, но они, большие или малые, ведутся непрерывно. Может быть, показывая их звериный оскал, военфотокоры побуждают человечество к миру? Будем надеяться на это…

Люди опасной профессии…
Писатель Константин Симонов чаще других бывал на фронтах Великой Отечественной войны 1941—1945 годов, поэтому его размышления о войне особенно авторитетны.
О военфотокорах он пишет следующее: «Когда я, писатель, думаю о профессии фотокорреспондента на войне, я думаю о том, как трудна эта профессия. Мы можем написать потом, нам не обязательно писать тогда. Мы можем что-то занести в свой блокнот, два-три слова, и потом развернуть из этого всю картину, потому что работает наша память. Они не могут снять потом. Они могут снять только тогда, в тот момент, вот тот танк, который идет на них, и ту атаку, которую они видят. И то бедствие, которому они стали свидетелями. Аппарат не запоминает, аппарат снимает. Их память — это их съемки. То, что осталось на пленке, это и есть их память о войне, и в то же время это уже не их память. Это уже стало памятью человечества».
К этим словам мало что можно добавить…

Как это было
Потрясающих военных снимков мало. Иногда некоторые военфотокоры снимали инсценировки, которые тоже действовали на эмоции зрителей, если получали плакатное звучание — и они тоже были вкладом в победу. Но во сто раз проникновеннее снимки, сделанные в кровавой суматохе настоящего боя. Но даже самому мужественному фотографу редко удается отснять яркий боевой эпизод. Чаще всего военные снимки показывают лишь плачевные результаты войны.
Во избежание неприятностей, командующие зачастую не разрешали спец- и фотокорам находиться на опасных участках. Гибель известных журналистов даже во фронтовых условиях создавала командующим большие проблемы. И все же большинство фоторепортеров прорывались на передовую и делали свою работу прямо под огнем противника. По неполным данным, более 360 фото- и кинодокументалистов погибли при выполнении журналистского долга.
Эммануил Евзирихин, фотокор ТАСС (Телеграфного агентства Советского Союза), рассказывал, что командировки на фронт были всегда особо обусловлены — сотрудники ТАСС, освобожденные от военной службы, на время командировки получали офицерскую форму и удостоверение со званием от лейтенанта до капитана. Прикомандировывались они к штабам армий на время отступления или активной обороны. О деятельности фотокора судили по количеству присылаемого материала. Поэтому отлучаться от узла связи надолго было невозможно. Приходилось использовать редкие случаи, чтобы вместе с начальством побывать на передовой хотя бы несколько часов, не упустить возможности снять героев и захваченных пленных. Работали фотокоры весь световой день, чтобы к вечеру успеть отправить свои пленки в редакцию.
Лишь отдельным фоторепортерам удавалось надолго попасть на передовую. М. Трахман был заброшен в партизанский отряд, где оставался несколько месяцев. Фотокоры газеты «Правда» С. Струнников, М. Калашников, А. Устинов побывали в длительных командировках на фронтах. Г. Зельма участвовал с фотокамерой в контратаках наших войск в Сталинграде.
Особо следует сказать о легендарном фоторепортере В. Темине. Многолетняя работа в «Правде» принесла ему всесоюзную славу. Особые отношения с маршалом Г. Жуковым сложились у него еще со времен боев на Хасане и Халхин-Голе в 1938—1939 годах. Ему доверялись сценарии самых ответственных фронтовых съемок и обеспечивались условия их осуществления. Так для съемки Знамени Победы над Берлином ему был предоставлен легкий аэроплан, а отснятый материал был моментально доставлен в Москву на личном самолете Г. Жукова.

Проявка по-фронтовому
В самых тяжелых условиях работали дивизионные и полковые фотографы. Их обязанностью была фотосъемка для военных и партийных документов, а также съемка отличившихся солдат и офицеров у знамени полка или дивизии для отсылки родственникам героев. Фотограф Вятской дивизии Д. Онохин вспоминал, как приходилось работать во фронтовых условиях:
— В ряды партии приняли группу молодых солдат, отличавшихся в боях. Отсняв их портреты, я решил часок передохнуть, пока не стемнеет, чтобы лучше проявить пленку. Для работы мне была выделена особая палатка, собранная из нескольких немецких трофейных плащ-палаток. Емкостями для растворов служили трофейные кастрюли с крышками, два ведра и канистра из-под бензина, в которой я держал чистую воду для составления «химии» и промывки фотоматериалов. Но отдыха не получилось.
Через полчаса раздался приказ на отступление. В моем распоряжении была конная повозка с возницей. Пришлось проявлять пленки в телеге, в момент движения. Я лежал в довольно неудобной позе, наглухо прикрытый плащ-палатками и придерживал крышки кастрюлек, чтобы не расплескались проявитель и закрепитель. Внезапно телега прибавила скорость и стало неимоверно трясти. Оказалось, что в своих занятиях я не заметил, что мы попали под артобстрел, и возница погонял лошадей, чтобы быстрее добраться до укрытия. Все обошлось благополучно, ночью на привале я успел отпечатать два десятка фотографий для партийных билетов.
Часто кончались мои «боеприпасы», не было пленки или фотобумаги, а иногда и того, и другого. Выручали разведчики. Однажды они принесли целый вещмешок, набитый фотоматериалами и химикатами. Этим богатством с бойцами во время их разведывательной операции в тылу врага «поделились» немецкие фотографы. Немцев они доставили командованию, а то, что уместилось в вещмешке, заставили тащить пленных через линию фронта. В благодарность за такой подарок я сделал всем разведчикам по портрету на отличной кремовой фотобумаге. У фашистских войск фотографирование было поставлено очень неплохо. Нередко среди трофеев находился специальный грузовик-вездеход, оборудованный под фотолабораторию — там я и отыскивал еще не использованные фотоматериалы.

Снимок мужества
Военфотокоры Великой Отечественной войны не только создали летопись сражений — пропаганда и агитация были не менее важны, чем бесперебойное снабжение армии боеприпасами. Большое значение имели фотографии, напечатанные в центральной печати, наглядно показывающие подвиги героев, разрушения и зверства фашистов, суровую месть партизан…
В боях под Москвой упомянутый выше фотокор «Правды» С. Струнников услышал о подвиге партизанки-разведчицы Тани в районе города Вереи. Ее могилу он отыскал в селе Петрищево. Сильные морозы первой военной зимы сохранили тело героини. Ее портрет прямо под слоем инея был опубликован в газете «Правда». Мать партизанки опознала в «Тане» свою дочь — Зою Космодемьянскую. Фотография восемнадцатилетней девушки, отдавшей жизнь за свободу Родины, потрясла сердца миллионов.
Герой Советского Союза М. Чечнева позднее вспоминала: «Мы давали клятву быть такими же верными Родине, сражаться так же мужественно, как партизанка Зоя Космодемьянская. Вырезанные из газеты фотографии прекрасной девушки можно было видеть в кабинах самолетов и в солдатских блиндажах. Имя Зои Космодемьянской прибавляло сил каждому из нас и звало на бой с врагом. Ее подвиг с первых дней обрел поистине легендарную силу».
Как видно, создать военный снимок огромной силы и ценности, можно и не в разгар боя. Известная работа М. Альпера «Комбат поднимает бойцов в атаку» также не является снимком с поля сражения — плакатный лаконизм и выразительность придал ему долгую художественную жизнь.

Чтобы помнили
Без сомнения, советские военфотокоры внесли свой вклад в общее дело победы над фашизмом. Недаром многие из них (даже не будучи военнослужащими) получили почетное звание Ветеранов Великой Отечественной войны. Мы надеемся еще неоднократно вернуться к подробному описанию творческого фронтового пути ряда военфотокоров. Сейчас ограничимся лишь одной любопытной деталью. Известный американский фотограф Стейхен был приглашен возглавить отдел фотографии Музея Современного искусства в Нью-Йорке. С окончанием войны, он начал работать над гигантской фотовыставкой «Род человеческий», где отмечались все сферы человеческого бытия в 500 фотографиях различных авторов из 68 стран. Эту гигантскую серию снимков он отобрал из нескольких миллионов отпечатков, охарактеризовав жизнь человека во всех ее проявлениях — от рождения до самой смерти.
Среди ряда фотографий, отражающих военный аспект, оказался фотоснимок советского военфотокора А. Гаранина «Смерть солдата». Эта работа потрясла Стейхена, известного своей высокой требовательностью к фотоискусству.

В качестве иллюстрации мы показываем подборку фотографий военных лет без перечисления фамилий авторов, как общий вклад в нашу Победу.


Дата добавления: 2018-02-15; просмотров: 383;