Различение душевного и духовного



Поиск и обретение себя — это душевная цель, движение к Богу — цель духовная.

Нередко люди, живущие на поверхности осознания, оказываются изолированными от своих глубинных духовных чувств. Возможно, они ощущают пустоту собственной жизни, осознают, что просто плывут по течению жизни, и для того, чтобы хоть как-то разнообразить, заполнить эту пустоту, в надежде прибиваются к церковному кораблю. Священнику очень важно иметь в виду, что приход таких людей к церковному порогу может носить не духовный, а душевный характер.

Часто люди, не желающие разобраться со своими душевными проблемами, не нашедшие себя в этом мире, не ответившие на вопрос «Чего же я действительно хочу?», не ставшие в радость окружающим ближним и дальним, уютно упаковавшись в символы и атрибуты внешней религиозности, предполагают, что они уже живут духовной жизнью. Люди, не желающие выходить за рамки собственной самости, разрывать эти рамки, фантазируют, что они имеют какое-то представление о молитве, Богослужении, аскетике. Пастырю прежде, чем серьезно говорить о духовном, необходимо, как минимум, помочь избавиться человеку от его собственной размытости, неопределенности, безответственности.

Ответственность и свобода

У современных церковных людей, значительная часть которых не научена элементарной церковной дисциплине — дисциплине молитвенного правила и послушания, поста, разумных запретов на те или иные увеселения и развлечения, блокирующие духовный рост, людей, воцерковление которых совпало с «эпохой демократических свобод», обнаруживается удивительнейшая вещь: неумение ответственно пользоваться этой свободой.

С другой стороны, люди, не желающие брать на себя ответственность за свою жизнь и принимать трудные решения самостоятельно, пытаются убежать от свободы и ищут того, кто возьмет на себя труд по разрешению их проблем. Но именно эти люди могут, добровольно вручив свободу другому, громче других возмущаться и жаловаться на то, что ее потеряли.

Английский писатель Бернард Шоу справедливо заметил: «Свобода означает ответственность. Вот почему люди так боятся ее». Многим нравится ощущать себя свободными, потому что это дает ощущение собственной значимости, возможность распоряжаться людьми и предметами материального мира. Но вот связанная со свободой ответственность не принимается, потому что она накладывает ограничение на удовлетворение их желаний.

Душевно незрелый человек мучительно вырывается из рамок, ограничивающих его свободу, всех и вся обвиняя в собственных неудачах, в постоянном поражении в достижении поставленных целей. Зрелый же человек готов взять на себя ответственность даже за те ошибки и неудачи, которые произошли не по его виде, поскольку имеет душевные силы для их исправления и помощи другим.

Все люди ценят этот дар свободы и дорожат им. Разница только в том, что душевно незрелый человек ищет «свободы от...», а душевно зрелый — «свободы для...».

Само понятие свободы невозможно отделить от ответственности. Ребенок растет — растет и его ответственность. Душевно зрелый человек ищет и желает свободы быть ответственным, свободы совершать ошибки, делать самостоятельный жизненный выбор. Если кто-то вмешивается в сферу ответственности такого человека, он чувствует себя неуютно. Душевно незрелый человек, напротив, ищет того, кто бы понес этот неподъемный для него груз — груз ответа за последствия своих действий и поступков.

Однако мы не несем ответственность за поступки, которые не являются результатом нашего свободного выбора. Знаменитое слово архиепископа Иоанна Шаховского «О малом доброделании» дает нам замечательный ориентир на малое делание, на ответственность в мелочах. Желание взять на себя ответственность «за все сразу» на самом деле означает ни за что не отвечать.

Итак, каждый человек свободен. Каждый свободен делать то, что предпочитает. Но коль ты уже избрал своим жизненным ориентиром Христа, христианство, то твоя свобода должна быть направлена на ограничение того, что делает тебя несвободным по отношению к твоему движению к Богу.

Некоторые примеры
ухода от ответственности

В течение своей жизни, благодаря сотням и тысячам человеческих исповедей, современный пастырь встречается с огромным количеством людей, которые под видом тех или иных выражений очень грамотно (как им кажется, с богословской точки зрения) оправдывают свое избегание ответственности.

Я приведу несколько типичных примеров безответственности, иногда упакованной в правильные, красивые, вполне религиозные формулы и формулировки. «У меня это не получится» — нежелание брать ответственность за порученное дело, «Господь не допустил...» — иногда человек просто не пожелал взять ответственность и завалил дело, обвинив в этом Бога, «Если не получилось, значит нет на то воли Божией» — верно, как и предыдущее высказывание, если человек потрудился сделать все, от него зависящее. Слова эти сами по себе прекрасны, но будьте внимательны: посмотрите, откуда они исходят. Под ними нередко прячется безответственность.

Человек, не ощущающий себя ответственным за собственную жизнь, собственные мысли, слова, поступки, за свое место в этом мире, очень часто прячась за такими словами, в конечном итоге, обвиняет Бога в своей собственной безответственности, ведет довольно-таки неплохую жизнь, безбедную, как правило, возложив заботы о себе любимом на кого-то другого.

Одним из наиболее ярких примеров ухода от ответственности является греховное неконтролируемое поведение[12], ставшее для многих людей нормой, привычкой. Психологическая защита, с помощью которой человек оправдывает свой греховный поступок, звучит так:

— Я этого не хотел, это моя страсть, я ничего не могу поделать. Моя страсть сильнее меня.

Ложь такой ситуации состоит в том, что человек утверждает, что его страсть является чем-то независящим от него самого.

Другое характерное самооправдание: «бес попутал». Т.е. я давал обет не курить, не пить, не блудить, не раздражаться, не унывать. На исповеди каялся, и священнику обещал исправиться, но вдруг опять меня «бес попутал» и при этом «я ничего не могу с собой поделать». То, за что человек ответственен пред Богом сам, сваливается на бесов, которые с нами не могут делать ничего без нашего ведома и нашей воли. Задача пастыря показать человеку, что за все, им совершаемое, за все проявления своей страстности, ответственен исключительно он сам.

Еще одной формой ухода от ответственности является перенос ответственности на другого человека. Имея духовника, люди перелагают свою ответственность за свои грехопадения и за свои жизненные ошибки именно на него. Такой своеобразный маневр для ухода от ответственности можно наблюдать в жизни многих и многих людей. Человек, полагая, что он полностью предает себя в послушание духовному отцу[13], совершенно отказывается от своей воли, под которой им подразумевается личная ответственность за свое поведение и поступки. Пришедший на исповедь уверен в том, что батюшка, который, по его представлениям, теперь «отвечает за него», примет его, пожалеет, прочитает разрешительную молитву, допустит до причастия и этим как бы подтвердит нормальность, легитимность его греховного поведения.

На исповеди такие люди буквально сваливают на плечи священника все свои проблемы. Причем, о том, как они сами пытались разрешить, развязать свои жизненные узлы, они не говорят, поскольку чаще всего просто отучились (или вовсе никогда не умели) делать это самостоятельно. Глубинное осознание свой ответственности за себя и за собственные грехи у них отсутствует. Они ждут исповеди, ждут встречи со священником, иногда спрашивают, как бороться с грехами, а на самом деле противостать греху не хотят. Как только речь заходит о реальной работе по борьбе со страстями, оказывается, что проводить ее они совершенно не собираются. Священник дает им маленькую епитимью: прочитать небольшую книжку или положить несколько поклонов... На следующей исповеди оказывается, что они не могут найти для этого времени! Если какая-то внутренняя работа в них и происходит, то только в присутствии духовника.

Духовник, видя, что никакого духовного роста у окормляемого не происходит, может предположить, что причиной его частых приходов является личная человеческая привязанность к пастырю. В таком случае разумнее было бы ограничить свое общение для того, чтобы помочь человеку взглянуть в лицо своей личной ответственности за собственную жизнь и собственное движение к Богу.

Принятие ответственности —
необходимая предпосылка
начала духовной жизни

Пока человек верит, что его жизненная ситуация, его греховное поведение, его страстные проявления, его безденежье или несчастность порождается кем-то другим, какой-то внешней силой или, возможно, неблагоприятным стечением обстоятельств, у него нет оснований стремиться к личностному изменению.

Безответственность как отказ от жизни духовной, жизни в сердечном и искреннем единении с Богом, просматривается еще в жизни первого человека. Трудно предположить динамику развития человечества, если бы у нашего праотца Адама хватило мужества по грехопадении ответить на вопрошение Бога признанием и раскаянием, а не кивком в сторону жены, которую Господь сотворил ему в помощь.

Некоторые люди не хотят нести ответственности за то, что для них ценно, т.е. за свои ценности. Тем самым они оказываются в ловушке: одобрение людей ценят больше, чем одобрение Бога, когда между выбором — поступить по воле Божьей или по общепринятым нормам и стандартам, выбирают второе.


Дата добавления: 2018-02-15; просмотров: 279;