Вы гораздо счастливее, чем Кришнамурти. Вы выбрали меня радостно и по зову любви, и в любую минуту вы свободны меня покинуть.



У него же не было свободы, чтобы уйти. Он не выбирал этих людей. Кроме того, очень вероятно, что в детстве Кришнамурти стал жертвой многих злоупотреблений.

Это почти установленный факт, что Лидбитер был гомосексуалистом. Вопрос о том, что он сексуально использовал детей, даже рассматривался в суде. Просто представьте, что девятилетний мальчик подвергся сексуальным домогательствам – это оставит у него глубокую рану; ему будет очень трудно избавиться от этого шрама.

Можете спросить об этом у психологов: если ребенок каким‑то образом подвергался сексуальному использованию, то будет нарушен весь ход его дальнейшей жизни. Если девочка была каким‑то образом сексуально использована против своей воли, она никогда не сможет расслабиться в сексуальном плане, никогда. Снова и снова будет возвращаться страх.

Почти не вызывает сомнений, что нечто подобное имело место. Кришнамурти никогда не говорит об этих вещах, говорить о них нет смысла, все эти старые пердуны давно мертвы. Но где‑то остался шрам. Отсюда его антагонизм к мастерам, ученичеству, саньясе, всевозможным методам. В нем проявляется что‑то из его прошлого, но это никак не связано с мастерами и учениками.

Что он знает о Будде и его учениках? Что он знает об Атише и о мастерах Дхармакирти, Дхармаракшите и Йогине Майтрейе – что он знает об этих людях?

Кроме того, произошла еще одна беда. Анни Безант и Лидбитер никогда не позволяли Кришнамурти читать древние писания, поскольку боялись, что он утратит свою оригинальность. Поэтому его держали в полном невежестве относительно всех великих традиций мира.

Но если вы не знаете об Атише и Дхармакирти, вы кое‑что упустите. Дхармакирти был мастером, пославшим Атишу к другому мастеру, Дхармаракшите, сказав: «Я дал тебе все, что знал. Я могу дать тебе и остальное, но это не было моим путем. Иди к Дхармаракшите, он двигался по другому маршруту. Он даст тебе еще кое‑что, еще кое‑что подлинное. Я лишь слышал об этом или только видел это с вершины горы. Я даю тебе пустоту. А теперь, чтобы научиться состраданию, иди к Дхармаракшите».

Какие же это были замечательные люди! В свою очередь, Дхармаракшита сказал ему: «Мне известно лишь женское качество сострадания, пассивное качество. За активным ты должен отправиться к другому мастеру, Йогину Майтрейе; он научит тебя».

Этим людям не свойственны собственничество, ревность, желание доминировать. Эти люди дают свободу! Кришнамурти совершенно ничего не знает обо всех великих мировых традициях – он знаком лишь с теософами.

Это было одной из самых уродливых вещей, происходивших в этом столетии. Под знаменем теософии собрались самые разнообразные глупцы; это была сборная солянка. Это была попытка создать синтез из всего хорошего, что содержится во всех религиях. Но дело заключается в том, что такой синтез невозможен. Даже если вы осуществите его, то в ваших руках окажется лишь труп, а не живое тело, дышащее и пульсирующее.

Это подобно тому, как если бы вы любили многих женщин: у одной женщины прекрасные глаза, и вы вынимаете эти глаза; у другой женщины красивый нос, и вы отрезаете у нее нос – и так далее, и тому подобное. Сложите все эти части вместе, соберите их, и вы получите труп. Чтобы изготовить этот труп, вы убили двадцать прекрасных женщин, а конечный результат представляет собой лишь совершеннейшую глупость.

Именно этим занималась теософия. Есть нечто прекрасное в индуизме, есть нечто прекрасное в даосизме, в мусульманстве, иудаизме и так далее, и тому подобное. Соберите все это, сложите вместе, положите в миксер и перемешайте, и то, что у вас получится, будет лишь трупом.

К несчастью, Кришнамурти пришлось жить с этими людьми. Однако он обладал огромной разумностью. Любой другой человек, оказавшись на его месте, пропал бы, любой другой в этой ситуации не смог бы выбраться из этой клетки. А клетка была такой прекрасной, такой соблазнительной – уже были тысячи последователей. Но он обладал мужеством, у него было достаточно храбрости и разумности, чтобы все это отвергнуть и просто выйти из этой западни.

Для него это было трудно, очень трудно; даже остаться в живых было непросто. Я отношусь к этому человеку с огромным уважением. И я понимаю, почему он настроен против мастеров, учеников, саньясы.

Ты говоришь: «Хотя я не был на последних беседах Кришнамурти в Бомбее, я слышал, что он выступал в них против саньясы. Мне кажется, что такая позиция – это просто метод, помогающий как его работе, так и твоей, что он не всерьез говорит это».

Он говорит то, что думает, и говорит всерьез. Его ограниченное видение очень ясно. Это одно из самых прекрасных свойств ограниченного видения – оно обладает ясностью. Чем шире небо, тем меньше ясности; чем больше охват видения, тем меньше ясности.

Мое видение охватывает все. Видение Кришнамурти очень многое исключает, мое видение очень многое включает. Его видение – это лишь его видение. Мое же видение включает в себя видение Будды, Заратустры, Моисея, Махавиры, Мухаммеда и еще миллионов людей. И запомните: я не пытаюсь создать синтез. Я не пытаюсь выбирать то, что прекрасно в одном из них, и то, что прекрасно где‑то еще. Нет, я принимаю любую традицию такой, какая она есть, – даже несмотря на то, что иногда она идет вразрез со мной, что иногда там есть нежелательные для меня вещи. Но кто я такой? Почему я должен привносить в это свой выбор?

Я принимаю любую традицию такой, какая она есть, не вмешиваясь в нее. Такого не делалось никогда прежде, и, возможно, не будет проделано снова в течение еще нескольких веков, потому что обладание таким всеохватывающим видением вызывает сильное замешательство. Рядом со мной вы никогда не можете быть ни в чем уверены. Чем дольше вы будете находиться со мной, тем в большей и большей степени будет исчезать почва у вас под ногами. Чем дольше вы будете находиться здесь со мной, тем больше и больше будет исчезать ваш ум, а вместе с ним – и вся уверенность.


Дата добавления: 2018-02-15; просмотров: 246;