Здесь я учу вас именно этому: как сделать весь мир женственным.



Но Джеки Ангус, должно быть, явилась из этого уродливого движения, называемого «Освобождение женщин». Освободить нужно не только женщин; мужчины тоже должны быть освобождены. Женщин необходимо освободить от их прошлого, и мужчин тоже необходимо освободить от их прошлого. Нам нужно освобождение, нам нужен свободный человек. И запомните, что всякий раз, когда я использую слово «человек», женщина тоже включена в это понятие. Но женщины стали очень обидчивыми в этом вопросе.

Как‑то раз я выступал в одном очень продвинутом женском клубе в Калькутте. По ходу выступления я произнес фразу: «Все люди – братья». И какая‑то женщина, которая, наверное, была похожа на Джеки Ангус, вскочила, пылая от гнева и ярости. Она сказала: «Почему вы все время говорите только о мужчинах? Все люди – братья; а как насчет женщин? Почему вы не скажете, что все женщины – сестры, и что связь между сестрами очень сильна?»

Я ответил ей: «Леди, простите меня. Я предлагаю компромисс. Я скажу, что все люди – сестры. Что еще я могу сделать? Если я скажу, что все женщины – сестры, то на меня могут рассердиться некоторые мужчины».

Не будьте бестолковыми. Когда я говорю, постарайтесь ощутить немного больше сочувствия. Вы не найдете более сочувствующего человека, чем я. Я не делаю различия между мужчинами и женщинами; и те, и другие страдали. На самом деле, страдание всегда возникает подобным образом, это обоюдоострый меч. Если вы причиняете кому‑то страдания, то вам самим приходится страдать. Если вы делаете кого‑то рабом, то вам тоже приходится стать рабом; это обоюдный процесс.

День, когда женщины будут освобождены, станет великим днем освобождения также и для мужчин. Но не делайте все это уродливым. В противном случае очень вероятно – я боюсь, что такая вероятность существует, и что она очень велика, – что в борьбе с мужчинами женщины могут утратить нечто ценное. Нечто такое, что еще не разрушено и не уничтожено мужчинами, может быть разрушено самими женщинами в ходе их борьбы с мужчинами. Яростно сражаясь, вы теряете красоту женственности, вы становитесь такими же уродливыми, как мужчины.

Решение должно быть найдено не посредством сражения, его нужно найти посредством понимания. Распространяйте понимание все шире и шире. Отбросьте эти идеи о том, что вы мужчины и женщины! Мы все – человеческие существа. Быть мужчиной или женщиной – это просто поверхностное явление. Не поднимайте вокруг этого столько шума, это не так уж важно, не придавайте этому такого большого значения.

Иногда то, что я говорю, может выглядеть как обобщения, потому что я не могу всякий раз описывать все обстоятельства; в противном случае моя беседа с вами стала бы слишком перегружена подстрочными примечаниями. А я ненавижу книги с подстрочными примечаниями! Я их просто не читаю. Как только я вижу сноску, я отбрасываю книгу прочь, – она была написана каким‑нибудь пандитом , каким‑нибудь грамотеем, каким‑нибудь глупцом.

Ты говоришь: «Я просто не в состоянии понять твои обобщения

\ о мужском и женском типах…»

Я всегда говорю о типах; я не имею в виду пол. Говоря «мужчина», я всякий раз имею в виду мужской тип, а говоря «женщина», всегда подразумеваю женский тип. Но я не могу каждый раз говорить «мужской тип», «женский тип». И ты права в том, что есть женщины, которые являются не женщинами, а волками; и есть мужчины, которые являются не волками, а кошками. Но тогда все то, что я говорю о мужском типе, будет применимо к женщинам‑волкам, а все то, что я говорю о женщинах, будет применимо к мужчинам‑кошкам.

Я говорю не о биологическом различии между мужчинами и женщинами. Я говорю о различии психологическом. Да, существуют мужчины, которые гораздо более женоподобны, чем любая женщина, и существуют женщины, которые значительно более мужеподобны, чем любой мужчина. Но такое состояние некрасиво; оно безобразно, потому что внутри вас создается двойственность. Если у вас тело мужчины и ум женщины, то внутри вас возникнет конфликт, социальная борьба, гражданская война. Вы будете постоянно пребывать в состоянии перетягивания каната, напряжения, раздора.

Если физиологически вы – женщина, но у вас ум мужчины, то много энергии в вашей жизни будет растрачиваться на ненужный конфликт. Гораздо лучше быть в гармонии. Если тело мужское, то и ум мужской; если тело женское, то и ум женский.

Движение «Освобождение женщин» создает ненужные проблемы. Оно превращает женщин в волков, учит их сражаться. Мужчина – это враг; разве можно любить врага? Как можно быть в близких отношениях с врагом?

Мужчина не является врагом. Женщина, чтобы быть подлинной женщиной, должна становиться все более и более женственной, должна прикасаться к высотам мягкости и уязвимости. А мужчина, чтобы быть подлинным мужчиной, должен как можно глубже двигаться в свою мужественность. Когда настоящий мужчина встречается с настоящей женщиной, они представляют собой полярные противоположности, крайности. Но только крайности могут влюбиться, и только крайности могут наслаждаться близостью. Только крайности привлекают друг друга.

То, что происходит сейчас, это какая‑то однополость: мужчины становятся все более и более женственными, женщины становятся все более и более мужеподобными. Рано или поздно все различия исчезнут. Общество станет совершенно бесцветным, скучным.

Мне бы хотелось, чтобы женщина становилась настолько женственной, насколько это возможно; лишь тогда она сможет расцвести. Мужчине же нужно стать сколь возможно мужественным; только тогда сможет расцвести он. Когда мужчина и женщина становятся полярными противоположностями, между ними возникает сильнейшее притяжение, величайший магнетизм. Тогда они сближаются, встречаются в близости, принося с собой два разных мира, два разных измерения, два разных сокровища, и их встреча становится величайшим блаженством, благословением.

Глава 8

Одинокая флейта Кришнамурти

Первый вопрос:  

Когда лодка достигает другого берега?

Другого берега не существует, этот берег – единственный. Вопрос заключается не в том, чтобы достигнуть какого‑то другого места, вопрос в том, чтобы пробудиться здесь и сейчас. Это не «где‑то», это всегда здесь; это не «когда‑нибудь», это всегда сейчас. Данное мгновение содержит в себе всю реальность целиком.

Лодка, о которой я говорю, на самом деле лодкой не является. Я говорю об осознании. Человечество заснуло – ведь оно уже находится там, где должно быть, в предназначенном для него месте. Человечество уже сейчас пребывает в раю. Оно никогда не покидало садов Эдема; никто не может вас оттуда изгнать. Но вы можете заснуть, и вам начнет сниться тысяча и одна вещь. Тогда вашей реальностью станут эти сны; реальность же поблекнет и исчезнет, станет нереальной.

Вам нет необходимости куда‑либо двигаться. Медитация не является ни путешествием в пространстве, ни путешествием во времени; медитация – это мгновенное пробуждение. Если вы можете оставаться безмолвными сейчас, то именно это и есть другой берег. Если вы можете позволить уму остановиться, прекратить работу, то это и есть другой берег.

Однако ум очень хитер и изворотлив; он искажает любое важное учение. Ум набрасывается на слова, хватается за них и начинает придавать им значения, не имеющие ничего общего с их действительным смыслом.

Да, я говорил о другом береге. И твой ум, должно быть, уловил слова «другой берег, лодка». «Где этот другой берег, где эта лодка? И как мне добраться до этой лодки? Как мне в нее сесть, и когда я достигну другого берега?»


Дата добавления: 2018-02-15; просмотров: 241;