Из письма к О. И. Сулержицкой 19 страница



Еще раз благодарю за письмо, за то, что посочувствовали нашему горю. Часто вспоминаем о Вас и надеемся увидеть Вас в Москве, так как в Петроград нам ехать не придется. Почти вся труппа призвана и по утрам, до 6 часов, занята в полках и канцеляриях. Уехать из Москвы невозможно.

Поцелуйте ручку Анны Карловны и передайте поклон Коке и всем дочерям от искренно любящего Вас

К. Алексеева (Станиславского)

 

503*. H. A. Котляревскому

 

3 марта 1917

Глубокоуважаемый Нестор Александрович!

Я спешу высказать Вам мою искреннюю радость по поводу Вашего решения включить театр в разряд изящной словесности при Академии наук, так как этот акт является официальным признанием культурно-просветительной деятельности сценических артистов.

Если Вы и глубокоуважаемый Анатолий Федорович1 сочли нужным предложить меня в кандидаты на получение звания почетного академика, -- я не могу отказываться от предлагаемой мне чести.

Благодаря Вас и глубокоуважаемого Анатолия Федоровича за внимание к моей сценической деятельности, я очень прошу Вас выставить мою кандидатуру, конечно, в том случае, если великие и радостные события последних дней не изменили Вашего намерения.

Примите мои горячие поздравления с чудесным освобождением России и уверения в моем глубоком к Вам почтении.

К. Алексеев (Станиславский)

1917 -- 3 марта.

Москва

 

504*. H. A. Котляревскому

 

28 марта 1917

Москва

Дорогой и глубокоуважаемый

Нестор Александрович!

Вернувшись в Москву из санатория, где я был у больного сына, я прочел любезно присланный Вами доклад, в котором Вы вместе с Анатолием Федоровичем Кони предлагаете избрать меня в академики по разряду изящной словесности. Высокую оценку моей деятельности и оказанную мне честь я не приписываю своим заслугам. Они преувеличены Вашею добротой и хорошим ко мне отношением. От всего сердца благодарю Вас и глубокоуважаемого Анатолия Федоровича. Не знаю его адреса и потому пока прошу Вас взять на себя роль посредника.

Я очень, очень счастлив, что культурная работа деятелей сцены наконец признана Академией1.

И это произошло благодаря Вашему старанию и инициативе. И за это земно Вам кланяюсь, дружески жму руку и шлю сердечный привет от душевно преданного и искренно уважающего Вас

К. Алексеева (Станиславского)

1917 -- 28 -- III

 

505*. А. А. Шахматову

10 апреля 1917

Глубокоуважаемый Алексей Александрович!

Я очень взволнован оказанной мне высокой честью избрания меня в почетные академики по разряду изящной словесности при отделении русского языка и словесности Академии наук.

Принимая возложенное на меня звание, я чувствую себя награжденным выше заслуг.

Прежде всего, мне хочется высказать как Вам, так и всем Вашим товарищам по Академии, почтившим меня избранием, мою большую, идущую из глубины сердца благодарность. Усердно прошу Вас быть моим посредником для передачи моих чувств.

Второе мое желание в том, чтобы высказать свою радость за театр и его служителей, культурная и просветительная деятельность которых получила высокое признание.

Поощренный вниманием Академии к моей деятельности, я с удвоенной энергией отдамся работе.

С совершенным и глубоким почтением к Вам

К. С. Алексеев (Станиславский)

1917 г. 10 апреля

Москва

 

А. Ф. Кони

11 апреля 1917

Глубокоуважаемый

Анатолий Федорович!

По вине почты я только вчера получил Ваше доброе и ласковое письмо от 20 марта с/г., в котором Вы извещаете меня об избрании в почетные академики по предложению, внесенному Вами и Нестором Александровичем. Таким образом, против моего желания, произошла обидная для меня задержка, которую Вы могли ошибочно объяснить отсутствием внимания, почтения и благодарности к Вам. Поэтому теперь я спешу уверить Вас в том, что я тем более польщен и тронут моим избранием, что оно произошло по Вашему и Нестора Александровича предложению.

Мне хочется от всего сердца поблагодарить Вас за Ваше неизменное доброе внимание к моей деятельности, не только теперь, но и в далеком прошлом, когда нашему театру приходилось с большим трудом завоевывать себе право существования. Ваше авторитетное слово давало нам веру, бодрость и защиту, а Ваши доброта и ласка поощряли нас к дальнейшей работе. И теперь новое доказательство Вашей доброты и Вашего внимания ко мне переполнило мое сердце чувством большой и искренней благодарности.

Еще важнее и трогательнее Ваша неизменная любовь и вера в театр, который так часто подвергается справедливым и несправедливым нападкам. Вы как верный друг театра и артистов поддержали и почтили их в моем лице высоким признанием самой Академии в важный момент освобождения и обновления нашей жизни. За это Вам еще более низкий поклон, еще большая сердечная благодарность.

Извиняясь за задержку этого письма, я пользуюсь случаем, чтоб высказать Вам лучшие пожелания и уверить Вас в моем большом, искреннем уважении, почитании и душевной Вам преданности.

К. Алексеев (Станиславский)

Москва

11--IV--917

507*. В. В. Котляревской

23 мая 1917

Москва

Дорогая Вера Васильевна!

Жду высланных сундуков, хотя волнуюсь вопросом: пройдут ли они в двери. Что же мне делать, если они не пройдут? Сам я уезжаю из Москвы в Уфу 2-го июня 1.

Сердечно сочувствую Вам. Чувствую, что Ваши нервы совсем истрепались. Да и понятно, Вы были в самой гуще революции и сидите в ней и по настоящее время. До сих пор не забыл, что было пережито мною в 1905 г. Не желая умалять важности и грозности времени, не желая утешать Вас, скажу, что я таю в себе хорошие надежды. Перерождение народов не может совершиться без потрясений. Конечно, Вы наблюдаете события близко, а мы лишь издали, и потому Вам виднее. Но... атмосфера, в которой Вы живете, делает Вас болезненно чуткой. У нас спокойнее. А потому хорошо, что Вы уезжаете из Петрограда. Приезжайте сюда, передохните, и тогда Вы лучше разберетесь в том, что происходит, и оцените события.

Что делать -- в материальном отношении придется временно съежиться. Но это ненадолго. И меня тоже почистили и почистят порядком. И я тоже ищу новую квартиру, и не только потому, что нас гонят с этой квартиры, но и потому, что она стала не по средствам. Целую Вашу ручку, мужу жму руку. Мужайтесь. Все обойдется.

Ваш преданный К. Алексеев

 

508*. О. В. Гзовской

27 мая 1917

Москва

"Поколебалась!.. Что на земле незыблемо теперь!"

Несчастливцев -- "Лес".

Желаю Вам скорее, раз и навсегда, определить свои цели в искусстве, чтоб неуклонно стремиться к ним и успеть достигнуть хотя бы ничтожной их части.

Желаю Вам найти счастия в страданих искусства. Желаю Вам от души найти в будущем таких же искренних и любящих Вас друзей, которых Вы бросаете теперь.

Будьте счастливы. Да поможет Вам господь!

Feci quod potui, -- faciant meliora potentes {Я сделал все, что мог, -- кто может, пусть сделает лучше (лат.)}1.

Сердечно любящий Вас К. Алексеев

 

509*. Вл. И. Немировичу-Данченко

 

13 сентября 1917

Дорогой Владимир Иванович!

Не знаю, что вызвало Ваше письмо. Я ничего не предпринимал и ничего особенного никому не говорил, тем более что я никого и не вижу. Я переживаю очень тяжелое время; мне очень тяжело и нестерпимо скучно. Но я борюсь с тем, что во мне, молча.

Что касается до самолюбия и, в частности, до "Села Степанчикова", то беда в том, что я очень рад, что не играю, и теперь мечтаю только об одном: забыть обо всем, что было, и больше не видеть ничего, что относится к злосчастной постановке1.

Относительно будущих ролей я и не думаю, так как я ничего больше не смогу сделать, по крайней мере в Художественном театре. В этом направлении, после полного краха моего плана, моя энергия совершенно упала. Может быть, в другой области и в другом месте я смогу воскреснуть. Я говорю, конечно, не о других театрах, но -- о студиях. Otello -- free!..

Ваш

К. Алексеев

1917--15/IX

 

510*. В. В. Лужскому

 

Сентябрь 1917

Дорогой Василий Васильевич,

"Дно" могу смотреть, когда Вы назначите. Два часа -- очень неудобное время. Пропадает репетиция. Хорошо бы в один из дней (кроме 20-го -- у меня общее собрание) назначить репетицию часа в 4 -- тогда не пропала бы репетиция "Чайки"1. Имейте в виду, что жена волнуется о следующем: если придется ехать в Крым, тогда можно будет отсрочить поездку; если же на Кавказ, то 28 сентября идет последний в этом месяце поезд на Кисловодск. Я не понял хорошо -- последний ли вообще, тогда отъезд 28-го неизбежен, если же только в этом месяце, тогда...

Дело в том, что прошел слух, что 1 октября солдаты бросают ружья и уходят с фронта. Жена, по-видимому, поверила слуху и боится попасть в волну людского потока. Я советую Вам сговориться или пусть она Вам позвонит, я ей скажу.

Ваш К. Алексеев

Вл. И. Немировичу-Данченко

5 октября 1917

Москва

Дорогой Владимир Иванович!

Сегодня день тридцатипятилетия Вашей литературной деятельности1.

Мы знаем, что она прервалась для театра, всех нас. Мы всегда помним эту жертву.

Хотелось дружески обнять Вас.

К. Алексеев (Станиславский)

[Далее следуют многочисленные подписи артистов Художественного театра.]

 

512*. В. В. Лужскому

Октябрь (до 11-го) 1917

Москва

Дорогой Василий Васильевич!

Репетиция "Вишневого сада" нужна будет, по-видимому, только для того, чтобы подсказать какой-то прием, чтобы говорить естественно -- громко. Все неохотно откликаются на признание этого спектакля исключительно важным. Насиловать общую волю теперь трудно. Поэтому, если все не придут к искреннему убеждению, что спектакль "Вишневый сад" необходимо освежать, и не приступят к этому делу охотно и сознательно, -- надо будет только собраться, ненадолго, чтобы сговориться о строжайшей дисциплине на этот спектакль и для опытов громкой речи1. Это займет немного времени, и довольно будет одного раза. Другой день можно будет посвятить Поповой.

11-го в 4 часа буду в театре.

11-го вечером буду дежурить.

Насчет обстановки "Вишневого сада" -- я не понял того, что Вы пишете.

Если удастся вырваться из заседания, буду сегодня в 4 часа в Солодовниковском театре.

Ваш К. Алексеев

 

Комментарии

1*

 

Письма к H. К. Шлезингеру печатаются по подлинникам, хранящимся в Музее МХАТ (архив К. С. Станиславского) {При дальнейших ссылках на материалы, хранящиеся в архиве К. С. Станиславского в Музее МХАТ, указываем только шифр архива: КС.}.

Шлезингер Николай Карлович (1857--1929) -- друг К. С. Алексеева (Станиславского). Изредка участвовал в любительских спектаклях Алексеевского кружка.

 

1 Станиславский занимал пост одного из директоров Русского музыкального общества и Консерватории с 1886 по 1888 г.

Чествование А. Г. Рубинштейна состоялось в день сто первого представления его оперы "Демон", шедшей в Большом театре в бенефис К. Ф. Вальца 22 сентября 1886 г. Станиславский вспоминает об этом вечере в книге "Моя жизнь в искусстве" (см. Собр. соч., т. 1, стр. 56--58)

2 23 сентября 1886 г. начался второй сезон Русской частной оперы С. И. Мамонтова.

 

2*

Письма Станиславского к родителям печатаются по подлинникам, хранящимся в Музее МХАТ (архив КС).

Письмо No 2 послано в Ялту.

Алексеева Елизавета Васильевна (1841--1904) -- мать Станиславского. См. о ней в книге "Моя жизнь в искусстве" (Собр. соч., т. 1, стр. 7).

 

1 Зина -- Зинаида Сергеевна Алексеева, в замужестве Соколова (1865--1950), сестра Станиславского. Участница спектаклей Алексеевского кружка, впоследствии актриса и режиссер-педагог.

2 Няня -- Обухова Фекла Максимовна (ум. в 1909 г.).

3 Люба -- Любовь Сергеевна Алексеева, в замужестве Струве (1871--1941) -- сестра Станиславского.

Паша -- Павел Сергеевич Алексеев (1875--1888), младший брат Станиславского.

Маня -- Мария Сергеевна Алексеева (1878--1942), сестра Станиславского. В начале 900-х годов, во время гастрольных поездок своего мужа, тенора В. С. Севастьянова, выступала в операх и опереттах.

4 Юра -- Георгий Сергеевич Алексеев (1869--1921), брат Станиславского; участвовал в спектаклях Алексеевского кружка, впоследствии вел режиссерскую работу в Харьковском народном доме.

5 Станиславский окончил шесть классов гимназии при Лазаревском институте восточных языков. "Костя умолил отца не заставлять его оканчивать Лазаревский институт. Отец согласился, и через несколько месяцев Костя стал работать в конторе на золотоканительной фабрике",-- вспоминает З. С. Соколова. (Золотоканительная фабрика принадлежала отцу Станиславского.)

6 Василий Ефимович -- Макашев, репетитор Г. С. Алексеева.

Евгений Иванович -- Венсан, гувернер братьев Алексеевых.

7 Алексеев Николай Александрович (1852--1893) -- двоюродный брат Станиславского. С 1885 по 1893 г. -- московский городской голова.

Торговые ряды на Красной площади в Москве были построены архитектором О. И. Бове в 1814 г. В 1886 г. по распоряжению Н. А. Алексеева ряды были закрыты, так как они пришли в ветхость. На их месте в 1893 г., по проекту архитектора А. М. Померанцева, были выстроены Верхние торговые ряды в стиле, имитирующем русскую архитектуру XVII века.

8 Лидия Егоровна -- Гольст, сначала гувернантка детей, а потом компаньонка Е. В. Алексеевой. Прожила в доме Алексеевых около тридцати лет.

 

3*

Послано в Ялту.

 

1 Нюша -- Анна Сергеевна Алексеева, в замужестве Штекер (1866--1936), сестра Станиславского. Играла главные роли в Алексеевской кружке. В Обществе искусства и литературы и в МХТ (1899--1903) выступала под псевдонимом Алеева.

Андрюша -- Андрей Германович Штекер, муж А. С. Алексеевой, тогда -- служащий торговой фирмы. Участвовал в хоре Алексеевского кружка.

Сережа -- Сергей Алексеевич Кашкадамов (по прозвищу Сис), приятель Станиславского. Полк, в котором служил Кашкадамов, очевидно, стоял в Коканде (отсюда встречающиеся далее выражения: "кокандские похождения", "кокандский бас").

2 "Переходом" в семье Алексеевых называли помещение, соединявшее главный дом у Красных ворот с флигелем. Во флигеле находились сцена и зрительный зал на триста человек.

"Хорошая большая сцена имела газовое освещение, шелковый малиновый занавес с золотом вытканным рисунком и с золотой в четверть аршина бахромой внизу",-- вспоминает З. С. Соколова (см. "К. С. Станиславский. Материалы. Письма. Исследования", М., изд. Академии наук СССР, 1955, стр. 380).

Семья Алексеевых располагала также летним театром в Любимовке. На его сцене исполнялись первые любительские спектакли Алексеевского кружка.

3 Шидловский Э. А. -- друг братьев Алексеевых.

Данцигер Андрей Андреевич -- сын известного в то время биржевого нотариуса, впоследствии сам занимал эту должность.

Данцигер не расставался с веером, так как ему была поручена роль японского "министра на все руки" Пу-Ба в оперетте А. Сюлливана "Микадо, или Город Титипу".

4 Об увлечении постановкой "Микадо" С. В. Алексеев рассказывал в письме к Е. В. Алексеевой: "У нас, надо тебе сказать, микадное помешательство, слово "Микадо" не сходит с уст, начиная с Елизаветы Ивановны и кончая, кажется, Мишуткой, а упражнения с веером обуяли всех. Приходим к Нюше -- веера, приходим домой -- веера, наконец, вчера вечером приехал Данцигер, тоже с веером,-- одним словом, ветру много" (Музей МХАТ, архив КС).

На репетициях "Микадо" исполнители старались подражать японским жонглерам, их жестам, походке, манере носить и завязывать кимоно и т. д. Настоящие японские кимоно и веера были куплены в Париже. Декорации писал художник К. А. Коровин.

5 Хоровые спевки начались за семь месяцев до премьеры "Микадо", что свидетельствует о серьезной постановке дела в Алексеевской кружке.

6 Володя -- старший брат Станиславского, Владимир Сергеевич Алексеев (1861--1939), впоследствии режиссер-педагог.

...по адресу ученых певцов -- речь идет о Станиславском и его сестре, бравших в то время уроки пения у Ф. П. Комиссаржевского.

7 Костенька -- Константин Константинович Соколов (1857--1919), врач-хирург, муж З. С. Алексеевой. Талантливый актер-любитель. Участвовал в Алексеевской кружке. В то время разучивал партию Коко, обер-палача города Титипу ("Микадо").

8 Этот альбом хранится сейчас в Доме-музее К. С. Станиславского. В нем собраны программы и фотографии спектаклей Алексеевского кружка.

 

4*

 

Послано в Ялту. Год устанавливается по связи с письмами к матери от 10 и 11 октября 1886 г.

 

1 В оперном театре С. И. Мамонтова гастролировали известные итальянские певцы.

2 А. Г. Рубинштейн был основателем (1859) и руководителем Русского музыкального общества, а с 1862 г.-- Петербургской консерватории, первого в России высшего музыкального учебного заведения.

3 В 1881 г. Станиславский был распорядителем на похоронах Н. Г. Рубинштейна. Его рассказ об этом см. Собр. соч., т. 1, стр. 413--414 и т. 5, стр. 69--71.

4 Опера "Песнь торжествующей любви" была написана композитором А. Ю. Симоном и поставлена Немировичем-Данченко и Станиславским в 1898 г. (любительский спектакль во дворце великого князя Сергея Александровича, в Москве).

В 1898 г. А. Ю. Симон был приглашен Станиславским для работы в Художественном театре.

 

5*

Письма к К. К. Альбрехту печатаются по подлинникам, хранящимся в Государственном центральном музее музыкальной культуры (рукописный отдел, фонд Альбрехта, No 1400--5).

Альбрехт Константин (Карл) Карлович (1836--1893) -- музыкант, помогавший Н. Г. Рубинштейну в организации Московской консерватории. С открытием консерватории вошел в состав ее преподавателей и занял место инспектора.

Переписка Станиславского с Альбрехтом касается разных сторон консерваторской жизни. В одном из писем Станиславский напоминает Альбрехту, что в газетах нет извещения о приемных экзаменах и начале занятий в консерватории, в другом советуется с ним об окраске консерваторского зала, о рисунке ширм для оперного класса и т. п.

 

1 Известная артистка Большого театра, певица M. H. Климентова (Муромцева) выразила желание выступить в благотворительном концерте в пользу учениц консерватории.


Дата добавления: 2018-02-15; просмотров: 141;