Генетика, культура и творчество в алгоритмах естественного отбора 4 страница



Вследствие этого о расовом составе человечества в прошлом судят по ископаемым (большей частью костным) останкам, описаниям и изображениям их представителей, зафиксированным в памятниках культуры и археологических находках. Поскольку особенности строения тела во многом обусловлены генокодами хромосом в клеточных ядрах, то анализ генетического материала также позволяет судить о принадлежности к расе или подрасе. При этом необходимо иметь в виду, что расы — это множества, различающиеся между собой и устойчивые в преемственности поколений. В телесной организации случайно избранного (в смысле теории вероятностей) индивида и в его генетическом материале могут быть признаки, каждый из которых, если его рассматривать изолированно от других, может свидетельствовать о его принадлежности к разным расам (подрасам) одновременно.

Поэтому, если человечество уподобить морю, то расы и подрасы подобны волнам в море: волны отличимы друг от друга, но границы между разными волнами подвижны и покрыты более мелкими волнами, вследствие чего границы неоднозна­ч­но различимы, и разграничение массы одной волны от массы другой волны обусловлено алгоритмом обработки выявленной статистики и принятыми в алгоритмах статистическими стандартами. Хотя границы объективно есть, но они по своему качеству не такие как границы между противоположными краями пропасти.

При дальнейшем углублении во внутреннюю структуру человечества необходимо привлечь к рассмотрению различия в культуре потому, что далее во внутренней структуре человечества следуют народы, которые различаются между собой, прежде всего, по языку[47], поскольку язык — основа культуры и одно из средств её развития. Но в реальной истории получилось так, что языки образуют языковые семьи. И в одну и ту же языковую семью могут входить народы, принадлежащие если и не к разным расам, то к разным подрасам одной и той же расы.

Так великороссы и болгары по языку — славяне, но антропологически славяне только великороссы. Другой пример: великороссы и поляки по языку — славяне, но великороссы в последние века с болгарами (антропологически не славянами), более родственными по духу, уживались лучше, нежели с поляками (антропологи­чески славянами)[48], более родственными по крови.

Народ (по латыни — нация, по-гречески — этнос) может иметь внутреннюю структуру, а может её и не иметь. Народ может быть образован несколькими племенами, а каждое из племен образовано несколькими родами. На этом уровне рассмотрение структуры общества проще вести в направлении от индивида к обществу: род (клан) — группа семей, происходящих от одного предка — родоначальника; племя — объединение многих родов на основе общей культуры, в которой наряду с языком объединяющим фактором может быть предание об общем предке родоначальнике всех родственных кланов, составляющих племя.

Сама грамматическая структура русского языка и смысл грамматических единиц, составляющих слова (первый уровень — род, следующий более высокий уровень общности — на-род; кроме того, Род — имя Всевышнего в древнеславянских верованиях), показывает, что русские издревле не придавали иерархии родов и племен того значения, какое ей придают многие другие народы, и что в государствах Африки, в Чечне, в Грузии, в Армении, в Азербайджане, в Казахстане[49] выливается в проблему «трайбо­лизма»[50], когда все так называемые «престижные» виды деятельности в обществе, уже перешедшем от родоплеменной организации жизни к государственной, оказываются занятыми выходцами из племен и кланов, почитавшихся в прежней родоплеменной структуре “старши­ми”, т.е. по существу “высшими”, в чьих представителях достоинство человека данного родоплеменного общества выражается якобы наиболее полно.

Вследствие трайболизма (клановости, семейственности, кумовства и землячества) и на его основе высокое качество государственного управления делами общества в принципе недостижимо, поскольку родоплеменные традиции, выражаясь в кадровой политике, препятствуют продвижению на должности в общественном объединении труда и государственном управлении людей по их деловым и личным качествам, отдавая предпочтение продвижению соплеменников — вне зависимости от их деловых и личных качеств — соответственно текущему состоянию баланса взаимных притязаний в иерархии племен и кланов в обществе.

Принцип кадровой политики трайболизма кратко выражается в следующей формуле: все начальники — прямые потомки родоначальника[51].

В предельно жестком варианте трайболизм выливается в гражданскую войну, примером чего является война в Руанде между племенами хуту и тутси в середине 1990‑х годов, в ходе которой захватившие государственный аппарат тутси истребляли хуту, сотнями тысяч вынужденных бежать с родины в сопредельные страны. В основе конфликта в Карачаево-Черкессии по поводу несогласия разных этнических групп с итогами выборов президента автономной республики в мае 1999 г. — тоже трайболизм.

И если в культуре большинства народов, издавна перешедших к государственной организации жизни от родоплеменной, в целом трайболизму нет места, то их правящая и прочие “элиты” могут временами впадать в трайболизм (клановость, семейственность, кумовство и землячество) со всеми вытекающими для остального общества и их самих последствиями. Некоторые русские вследствие непонимания существа явления трайболизма испытывают зависть к сплоченности «кавказцев»[52], евреев, «азиа­тов».

Но у русских другой тип сплоченности — на основе единодушия, — отрицающий семейственно-клановую и корпоративную сплоченность мафий и не изживших трайболизм народов. Возврат на Руси к трайболизму невозможен. Но если русская сплочённость на основе единодушия действовала на протяжении всей истории большей частью в тяжелые времена преимущественно коллективно-бессознательно, то теперь настало время осознать её и жить в единодушии повседневно в глобальных масштабах.

Развитый трайболизм, а также и рецидивы клановости, при рассмотрении общественной жизни в масштабе национальном аналогичны расизму при рассмотрении общественной жизни в масштабе человечества в целом.


Генетика, культура и творчество в алгоритмах естественного отбора

Главная предпосылка всех расовых и трайболистских доктрин, остающаяся в подавляющем большинстве случаев в умолчаниях, обусловленных недомыслием их сторонников, состоит в том, что предполагается истинным, соответствующим объек­тивной реальности то мнение, что самим фактом своего рождения от предков, на про­тяжении многих поколений происходящих из определенной расы (племени, рода), один отдельно рассматриваемый индивид обладает всей полнотой качеств, достоинств расы (пле­ме­ни, клана — в случае родоплеменных рецидивов), что безо всяких оговорок и определяет его социальное положение.

Если утверждение о наследовании всей полноты качеств от предков и справедливо по отношению к достаточно представительной совокупности индивидов, то по отношению к случайно избранному[53] представителю расы (племе­ни, рода) оно неуместно, поскольку комбинаторика наследования признаков потом­ками от предков в работе генетического механизма в преемственности поколений способна породить индивида как с врожденными свойствами, превосходящими наивысшие показатели, прежде того имевшие место в расе (племени, роду), так и с врожденными свойствами, находящимися ниже самых низких показателей известных в прошлом.

При этом достаточно многочисленная статистическая выборка представителей расы (племени, рода) может показывать, что статистика, характеризующая расу (племя, род) в целом либо неизменна, либо смещается относительно прошлых показателей. Смещение же статистики относительно прошлых показателей может иметь место как в ту, так и в другую сторону (причем в пространстве многих контрольных параметров, которыми кто-то характеризует как расу в целом, так и каждого из её представителей), не говоря уж о том, что разброс крайних показателей в статистике также может и увеличиваться, и уменьшаться. Более углубленный анализ такой первичной статистики может показать, что эта совокупная статистика в действительности содержит в себе две и более вложенных в неё статистик, обусловленных какими-то частными показателями, признанными для каждой из них ведущими. Состав и динамика этих частных статистик, будучи выявленными, может полностью изменить представление о динамике изменения расы, полученной на основе совокупной статистики, причины чего будут понятны из дальнейшего изложения; а тем более на основе сравнения показателей малочисленной, непредставительной выборки субъектов из всего множества. Тем более не следует подменять показатели статистики показателями того или иного индивида.

Применительно к расе, возведенной в ранг «высшей», расистский постулат по умолчанию, которым мы начали этот раздел, означает, что только в её представителях достоинство человека от рождения выражено наиболее полно[54]. А в случае отождествления какой-либо “высшей” расы с биологическим видом «Человек разумный» в целом, прямо провозглашается, что достоинство человека выражено исключительно в них, поскольку только «высшая раса» — люди, а все остальные — человекообразные говорящие обезьяны (приматы), всего лишь выдрессированные средствами цивилизации людей, подражающие настоящим людям и завидующие им вследствие свой генетической ущербности и социальной неполноценности.

Однако даже, если не вдаваться в тонкости статистического анализа, утверждение об обусловленности достоинства человека его происхождением от определённых предков вне зависимости от того, провозглашено ли оно прямо, подразумевается ли оно по умолчанию, не соответствует Объективной реальности.

Действительно, в биосфере планеты Земля есть биологические виды, всякая генетически здоровая особь в которых — по одному факту своего рождения в этом виде — уже состоялась как полноценный представитель этого вида. Примером тому комары, прочие насекомые, большинство рыб, ныне живущие ящерицы. Если и не всё информационное обеспечение их поведения, то подавляющая доля алгоритмов их поведения запрограммирована генетически, является врожденной. Гибкость поведения особей минимальная — комбинаторная на основе генетической (врождён­ной) информации. Доля информационного обеспечения поведения, являющаяся результатом накопления опыта взаимодействия со средой обитания конкретной особью или некоторым множеством особей (например, стаей), — если и есть, то ничтожна мала.

Но это характерно не для всех биологических видов. Известная басня, в которой гиена, приносящая в одном помёте нескольких щенков, попрекает львицу тем, что та рождает всего лишь одного детеныша, и получает ответ: «Зато я рождаю льва», — содержит неточность и умолчание: льва из новорожденного львенка еще надо вырастить и воспитать(как, в прочем, и взрослую гиену надо вырастить и воспитать из щенка). Взрослого льва, родившегося и выросшего в зоопарке либо в цирке, невозможно внедрить в естественную для львов среду обитания: природа убьет его потому, что львенок не получил воспитания, соответствующего полноте львиного достоинства в биоценозах данного региона планеты[55], и не может войти в качестве льва в их жизнь, а в своем качестве — качестве декоративного “хищника” — в биоценозе ему нет места.

В поведении высших животных преобладает не врожденная информация, а приобретенная в процессе воспитания в детстве и накопленная особями как опыт взаимодействия со средой каждой из них. Эта информация представляет собой своего рода надстройку над фундаментом врожденного информационного обеспечения поведения (безусловных рефлексов и инстинктов). Но на одном и том же фундаменте могут быть возведены разные постройки.

Известны, пусть и не многочисленные, случаи, когда рожденные людьми особи вида «Человек разумный» были воспитаны животными (обезьянами, волками) и, став взрослыми особями, они были по своему достоинству, “личностным” качествам человекообразными (и то отчасти) представителями тех видов, в среде которых получили воспитание. Ни одна из известных попыток вернуть таких «маугли» к цивилизации, из которой они выпали в младенчестве или раннем детстве, успехом не увенчалась: все они оказались не способными к жизни в обществе без опеки и многие вскорости умерли в психологически им чуждой атмосфере общества своих единоплеменников по крови; многих из них даже не смогли научить говорить; многие из них завершили жизнь в психбольницах.

И никто из реальных «маугли» сам не вышел из леса человеком, тем более превосходящим по своим личностным достоинствам своих братьев по расе, воспитанных цивилизацией, каковой бы эта цивилизация ни была. Все судьбы реальных «маугли» говорят, что одного происхождения от той или иной расы людей, недостаточно для того, чтобы индивиду стать человеком.

Фильмы о Тарзане[56] — культовый миф, лелеющий расистскую мечту о явном неоспоримом превосходстве личности над окружающими, исключительно вследствие происхождения и принадлежности к «высшей расе». Но современные киномифы о Тарзане — жалкая поделка по сравнению с культовой легендой древности о братьях Ромуле и Реме, согласно которой их вскормила и воспитала волчица, после чего они вышли из леса основателями новой цивилизации — Рима. Невозможность повторения в обыденной жизни этого сюжета о братьях-«маугли», ставших основоположниками цивилизации и признанных в таковом качестве цивилизуемыми, в сочетании с его культовым характером придавала Риму ореол непосредственно божественного учреждения его мощи и по-своему мессианского характера на протяжении всей его много­веко­вой дохристианской истории. Но эта же ложь закрыла дорогу древнему Риму в будущее, которое римляне уничтожили сами же культом на аренах своих цирков зверских забав для тех, кому дано было Свыше стать людьми: получать эмоциональную подпитку и хорошее настроение от зрелища убийства гладиаторами друг друга и от поедания хищниками на арене людей — это не ведёт народ к человечности.

Какие биологические алгоритмы стоят за этими реальных примерами? — Без ответа на этот вопрос невозможно ответить и на вопрос о том, в чём конкретно и вследствие чего выражается полнота достоинства человека, а равно вследствие чего обретение полноты достоинства человека для индивида и их обществ оказывается невозможным. И это — основной вопрос социологии и биологии[57], на который традиционные научные школы Запада и Востока, а также разноплеменного знахарства и шаманизма ответа не дали.

А вопрос поставлен прямо уже давно: еще Диоген (около 400 — 325 гг. до н.э.) ходил по тогда еще эллинскому городу Синопу[58] днём с зажженным фонарем и на недоуменные вопросы сограждан, «почему днём с фонарем?», он отвечал просто: “Ищу человека…” И это следует понимать в том смысле, что он не находил среди них никого, кто бы отвечал его представлениям о том, каким дóлжно быть человекам[59]. И для ответа на этот вопрос, прежде чем вникать в социологию, необходимо обратиться к общей биологии.

Важнейшим элементом нынешней биосферы планеты является хромосомный аппарат клеточных ядер, свойственный подавляющему большинству её биологических видов. Хотя хромосомный аппарат важнейший компонент в биологии большинства видов в биосфере Земли, но он не представляет собой весь генетический механизм (механизм передачи наследственной информации) не только вида в целом, но и отдельно рассматриваемой особи. И то, что он представляет собой только одну из компонент генетического механизма вида в целом, необходимо помнить всегда, когда заходит речь о наследственности, поскольку в генетике всякого вида и биосферы в целом есть явления, не объяснимые на основе комбинаторики передачи генов вместе с хромосомами из организмов родителей в организмы их детей. В генетическом механизме вида, включающем в себя процессы, протекающие и на уровне структур биополей, и на уровне структур вещества, хромосомный аппарат участвует в осуществлении двух жизненно необходимых для существования всякого биологического вида функций.

Во-первых, он передает от организмов-родителей к организмам-потомкам в преемственности поколений генетически обусловленную — врожденную информацию, большей частью касающуюся строения молекул вещества их тел, что определяет, прежде всего, телесные характеристики особи и многие её прочие возможности. Удельный вес искажений при передаче генетической информации на основе хромосомного аппарата в естественных условиях достаточно низок, вследствие того, что в клетках имеются механизмы восстановления поврежденных разными мутагенными факторами участков хромосом (это — одно из средств, обеспечивающих устойчивость видов в биосфере на протяжении смены многих поколений).

Во-вторых, те искажения генетической информации, которые не успевают вовремя устранить внутриклеточные и общевидовые системы защиты и восстановления информации в хромосомном аппарате, частично также необходимы для обеспечения сохранения и развития вида в биосфере. Эта сторона функционирования хромосомного аппарата нуждается в пояснении.

Искажения генетической информации в хромосомах — мутации — в большинстве своем возникают вследствие воздействия на молекулы ДНК в хромосомах внешних факторов: физических полей, химических соединений, не свойственных нормальной физиологии клетки и т.п. Часть мутаций является генетическими дефектами, поскольку особи, имеющие их в своем генотипе, оказываются либо нежизнеспособны, либо неплодны, либо имеют пониженный потенциал здоровья и развития. Такого рода мутации носят название генетического груза. В каждой популяции присутствует некоторая доля генетически отягощенных особей — это естественно для биосферы.

В достаточно многочисленных популяциях всегда присутствует генетически устойчивое ядро, обеспечивающее воспроизводство новых поколений и генетически отягощенная, вырождающаяся, деградирующая в последующих поколениях периферия. Но между ними нет непроходимой пропасти: граница между ними в преемственности поколений носит статистически обусловленный комбинаторикой хромосомного аппарата характер, вследствие чего потомки представителей генетического ядра могут пополнить собой вырождающуюся периферию, а потомки вырожденцев могут войти в генетическое ядро будущих поколений. Генетическая катастрофа в популяции — исчезновение генетически устойчивого ядра, обеспечивающего подстройку вида к медленно (по отношению к смене поколений) меняющимся условиям среды обитания.

Некоторые мутации не оказывают непосредственного влияния на возникновение генетически обусловленных дефектов в организмах и ведут только к возникновению у особей вида своеобразных черт, ранее в популяции не встречавшихся. Кроме того, часть мутаций в одних условиях (как внешних, так и внутренних, генетически обусловленных) может выступать как генетический груз, а в других как очень полезный признак. Это всё в совокупности называется ненаправленной изменчивостью, и она играет важную роль в поддержании устойчивости биоценозов и биосферы в целом.

Каждый биологический вид находится во взаимодействии с остальной биосферой и всей природой в целом, находится под их давлением, и сам оказывает давление на них. Характер этого давления на вид меняется в силу подчиненности биосферы геологическим процессам на Земле и энергоинформационным ритмам Космоса. Частоты некоторых из этих процессов значительно ниже, чем частота смены поколений в любой из генеалогических линий вида. Благодаря такому соотношению частот внешних (по отношению к виду) процессов, ненаправленная изменчивость выливается в подстройку генотипа вида под медленно (по отношению к смене поколений) меняющиеся условия среды обитания. Таков механизм естественного отбора, предопределяющий вероятностно-статистически гибель одних особей и развитие других в конкретно сложившейся обстановке: сложись другая обстановка — статистика гибели и развития особей была бы другой.


Дата добавления: 2018-02-15; просмотров: 163; Мы поможем в написании вашей работы!






Мы поможем в написании ваших работ!