Revolution: The Russian Colony in Zuerich (1870-1873); a Contribution to the Study of Russian Populism. Assen, 1955. P. 208-212. 153 страница



 

2. Сексуальный вопрос

 

Вплоть до начала революции, русская интеллигенция зани­ малась решением философских проблем, которые требовали от нее интеллектуальной энергии и нравственного участия. В на­ чале XX в. важное место среди них занял и сексуальный во­ прос, не только потому что в сексуальных взаимоотношениях (как в браке, так и вне его) существовало неравенство, но и по­ тому, что в обществе неравенство воспринималось как норма. Общественное внимание к данной проблеме в 1880-1890-х гг. ограничивалось анализом конкретных нарушений нравствен­ ных норм и несоответствия реальной ситуации положениям закона. С 1908 г. общественность начала отчаянную коллек­ тивную критику, что было характерно не только для России, хотя иногда подходы к данной проблеме принимали формы, характерные для русской интеллектуальной традиции. Блуж­ дания российской общественности в этом лабиринте человече­ ской морали (хронологические рамки которого следует

 

1 О предпочтениях в выборе книг некоторых студенток см.: Слушательницы Санкт-Петербургских высших женских (бестужевских) курсов. СПб., 1912.

114-118; Первые женщины-инженеры. Л., 1967. С. 19. Данные об изучаемых предметах см.: Сведения для женщин, получающих среднее образование о выс­ ших и профессиональных учебниках, заведениях и курсах. С. 8-13; Melnikow N. Die gesellschaftliche Stellung des russischer Frau. Berlin, 1901. S. 126 (данные по Петербургу); Студенческая жизнь. 1910. Янв. 17. С. 20 (данные по Москве).


 

251


определять не с 1900 по 1914 г., а с 1890 до середины 1930-х гг.) следует рассматривать как часть всеобщего движения за пере­ смотр так называемого «двойного стандарта», которое в те же годы охватило образованную часть общества Северной Европы (Германию, Скандинавию и в меньшей степени Англию и Аме­ рику). Решение, найденное в конце этой одиссеи, могло бы иметь решающее влияние на характер женского освободитель­ ного движения в России.

 

До 1917 г. в России официально признавались лишь два сек­ суальных института: брак и проституция. Однако кроме них, во всех слоях общества процветали и другие виды незаконных свя­ зей. Традиционно привилегированные классы выказывали толе­ рантное отношение к сексуальным похождениям членов своего сообщества, в особенности мужчин. Чеховский «Папаша», не возражавший против мелких шалостей своей жены, служанки, сына и домашнего учителя, являл собой воплощение добродуш­ ного принципа «живи и давай жить другим», господствовавшего

 

русском обществе. Однако с ростом городов и развитием эконо­ мики безнравственность стала «проблемой». В 1886 г. Владимир Михневич опубликовал «Язвы Петербурга» - объемное исследо­ вание городской нищеты, преступности и порока, ставшее пер­ вым в длинной череде негодующих описаний социальных язв го­ рода. В главе, посвященной «тайным порокам», Михневич предпринял несколько искусственную попытку классифициро­ вать различные типы женщин, вступающих в незаконные связи. Автор отмечал, что среди образованных классов старые добрые отношения адюльтера открыли дорогу широко распространив­ шейся практике материальной поддержки «содержанок». Эта связь, основанная на экономических отношениях, вряд ли была много лучше, чем проституция. В низших городских слоях сво­ бодные сексуальные отношения, символами которых была «ду­ шенька» или девица легкого поведения, стали образом жизни, но были в меньшей степени связаны с экономическими отношения­ ми1. В 1890-х гг. незаконное сожительство стало настолько рас­ пространенным явлением, что приходские священники обсужда­ ли меры «борьбы с этим злом»2.


Дата добавления: 2019-09-02; просмотров: 141; Мы поможем в написании вашей работы!






Мы поможем в написании ваших работ!