Revolution: The Russian Colony in Zuerich (1870-1873); a Contribution to the Study of Russian Populism. Assen, 1955. P. 208-212. 49 страница



 

Со времени создания в начале века Александром I системы университетов, женщинам не разрешалось в них поступать. Жесткие предписания, изданные в правление Николая I, ка­ савшиеся профессоров и студентов, в еще большей степени за­ труднили женщинам доступ в университеты. Однако с воцаре­

 

� О более ранних попытках реформирования женских институтов см.: Satina S. Education of Women in Pre-revolutionary Russia. N. Y., 1966. P . 39; Константи­ нов H.A. Очерки по истории средней школы. М., 1947. С. 14, 25; История педаго­гики. М., 1959. С. 296. Училища были переименованы в 1870 г.: Hans N. History of Russian Educational Policy. London, 1931. P. 127-128. О «мариинских гимнази­ ях» см.: Чумиков А. К вопросу об основании женских гимназий в России, 1856-1858 / / Русская старина. 1888. Апр. С. 277-280; см. также: Лихачева Е. Указ. соч. Т. 2. С. 42-95; о реформе Смольного см.: Водовозова Е.Н. Указ. соч. Т. 1.С. 407-434.

Милюков П. Очерки по истории русской культуры: В 3 т. Париж, 1931. Т. 2.

813.

о

Реформирование среднего образования для девочек в XIX в. протекало мед­ ленно во всей Европе. Но в Англии учебный план с самого начала был ориенти­ рован на университетскую подготовку, что было связано с возможностью уни­ верситетов открыть свои двери перед выпускницами женских школ. Подобные «университетские» стандарты не практиковались в российских средних учебных заведениях для девочек, поэтому, когда они получили возможность посещать университетские курсы, пробел в их знаниях стал болезненно ощутим. Stanton Т. The Woman’s Question in Europe: a Series of Original Essays. N.Y., 1884. P. 390 - 423; Strachery R. Struggle. N.Y. 1930. P. 138-140.


 

86


нием Александра II и наступившей вслед за этим более либе­ ральной атмосферы, многие из этих деспотических мер были отменены или же просто игнорировались. После смены мини­ стра просвещения - когда на место ретрограда Ширинско-го-Шихматова пришел Норов - были назначены новые уни­ верситетские кураторы, а студенты получили возможность из­ давать свои журналы, возобновилась и старая практика публичных лекций. Среди постоянных посетителей лекцион­ ных аудиторий появились молодые девушки. Первой из них была дочь архитектора Наталья Корсини, желавшая послу­ шать знаменитого юриста Константина Кавелина. После того как она получила разрешение, ректор Плетнев лично проводил

 

в аудиторию и сказал перед студентами несколько благо­ склонных слов о женщинах, посещающих университетские курсы. Скромно одеваясь, Корсини продолжала посещать лек­ ции, не привлекая к себе особого внимания. Вслед за ней по­ следовали и другие, и вскоре женщины-слушательницы стали обычным явлением в университетских аудиториях. Как много их было неизвестно, но один из студентов вспоминал, что в 1860-1861 гг. на некоторых курсах студенток было столько же, сколько и студентов1.

 

Мнения профессоров по этому поводу разделились: одни при­ ветствовали нововведения, другие же были против. Михайлов вспоминал, как один профессор «с циничной ухмылкой» на од­ ной из своих лекций преуспел в том, чтобы смутить молодых де­ вушек, детально описывая деликатные аспекты естествознания. Однако студенты, за редким исключением, принимали женщин дружески. Так весьма тепло была встречена Елизавета Юнге, пришедшая послушать своего кумира Костомарова. Чернышев­ ский утверждал, что студентки оказывали здоровое влияние на студентов, которые до этого были знакомы только с проститутка­ ми. «Молодые женщины и девушки чувствуют потребность в учебе, - писал Писарев, суммируя мнения студентов и интелли­ генции, - внутри них просыпается умственная деятельность. Во­ прос в том дать или не дать в их руки книги и пустить их в уни­ верситеты. Этим мы, мужчины, в действительности ничего не


Дата добавления: 2019-09-02; просмотров: 143; Мы поможем в написании вашей работы!






Мы поможем в написании ваших работ!