Снова и снова приходилось это повторять.
Но карбарранцы и праксианки пропускали мимо ушей любые аргументы Винса. Они точно так же игнорировали заявления Вейдта и Сарны, что планету не затронуло присутствие Инвидов. Их логика было проста: на Хэйдоне-IV Инвиды, поэтому Хэйдон-IV должен быть освобождён.
Ками и Леарна поначалу отказывались улетать, отказывались оставить «Хин» и снова влезать в системы жизнеобеспечения. Но потом согласились довести дело до конца, когда Лрон и Криста напомнили им о том, как они оставили своего сына, Дардо, на Карбарре.
Хранители вернулись к основной группе.
И они также вернулись к неизвестности.
Возможно, они смогут снова побить флот Регента у Хэйдона-IV, а возможно, смогут прилететь и улететь без инцидентов. Это было так же вероятно, как то, что события продолжат происходить всяким непредсказуемым образом. К чему они уже привыкли.
Десять стандартных земных часов спустя КСК-7 оставила орбиту и совершила прыжок.
ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ
Инвиды жили за счёт тех же самых Плодов и Цветов, которые быстро превращали Теслу в не совсем (или в нечто большее чем) Инвида, и эти же самые растения, превращённые в жидкость, становились их «пастеризованной» разновидностью и преимущественно использовались как питательный раствор для их боевых машин – Скаутов, Солдат, Штурмовиков и прочих. Вынуждая себя существовать на чистом (или нечистом, что ближе к истине) составе, Тесла получал мегадозы того же самого препарата, что годами ранее отправило Зентрейди Кайрона по краю Императива в невообразимое состояние метанойи.
История Второй войны Роботек, глава XXXVI. «Тироль»
– Я ТРЕБУЮ УЗНАТЬ, ГДЕ ОНА! – бушевал Регент, пока он и его свита из одиннадцати телохранителей пересекали одну из льдисто-синих площадей города Хэйдона-IV, оставаясь слепыми и глухими к его великолепию.
Аборигены уделяли Инвиду самый минимум внимания и парили дальше по своим таинственным делам, порхая группами по двое-трое мимо шпилеобразных зданий Глайк, над изящными мостами, и над мостовой, слишком идеальной, чтобы поверить, что она выстилает пешеходные улицы города. Но посетители – гости и торговцы с других миров – останавливались, чтобы поглазеть на того, чья раса окончательно изменила лицо Четвертого Сектора. Несколько карбарранцев даже прекратили бежать куда-то, не в силах удержаться от соблазна побесить Регента напоминаниями своей недавней победы. «Хранители! Хранители!» – улюлюкали они. Регент вскипел и двинулся было к ним, чтобы преподать им урок почтения. Но никто, однако, не смел сделать ничего большего, поскольку под этими самыми парками и площадями скрывались сюрпризы решительно наказательной природы. На Хэйдоне-IV действовали одинаковые законы что для аборигенов, что для гостей, и меры к нарушителям применялись непреклонно и без предупреждения.
Всё это лейтенант, старший эскорта Регента, торопливо нашёптывал ему в ухо, пока «медведи», соблюдая, тем не менее, безопасное расстояние, бесновались и швырялись оскорблениями и проклятиями. Тем временем к Регенту приблизился один из слуг Регис, отвесил не внушающий уверенности в почтительности поклон и представился.
– Ваше Величество… – начал слуга снисходительным (ДЕРЗОСТЬ!) тоном.
Регент поднял кулак:
– КАК СМЕЕТ ОНА ИГНОРИРОВАТЬ МОЁ ПРИБЫТИЕ!
– Быть может, мой повелитель, она дрожит в ужасе при одной мысли о Вашем ослепительном присутствии? – высказал мнение лейтенант-Инвид.
– ЗНАЙ ВРЕМЯ ДЛЯ ЛЕСТИ! – грубым рыком оборвал его Регент. Он уставился на слугу жены сверлящим взглядом. – ГДЕ МОЯ ПОЗОРНАЯ ЖЕНА? ОБЬЯСНИ ЭТО НАРУШЕНИЕ ЭТИКЕТА, ЧЕРВЯК, ПРЕЖДЕ, ЧЕМ Я НАЙДУ ДЛЯ ТЕБЯ МЕСТО В ЯМАХ.
Слуга поднял голову.
– Она улетела, Регент.
Регент и так это знал, и ощетинился от дерзости слуги.
– Я ЗНАЮ, ЧТО ОНА УЛЕТЕЛА – ЕЁ ФЛАГМАНСКИЙ КОРАБЛЬ ПОКИНУЛ ОРБИТУ. КУДА?
– Она не сказала об этом ни слова, повелитель. Только то, что она, скорее всего, сюда не вернётся.
– ЭТИМ И ОБЬЯСНЯЕТСЯ ТВОЯ РАСПУЩЕННОСТЬ. – Регент выпрямился во весь рост и сверху вниз посмотрел на слугу Регис. – НАВЕРНОЕ, Я СДЕЛАЮ ИЗ ТЕБЯ НАЗИДАЮЩИЙ ПРИМЕР, ЛИЧИНКА. А ТЕПЕРЬ ОТВЕДИ МЕНЯ В МОИ ПОКОИ… ТАК, ПРОСЛЕДИ, ЧТОБЫ ПОЗАБОТИЛИСЬ О МОИХ ЗВЕРЬКАХ, – машинально приказал он лейтенанту, – И ПРЕДОСТАВЬ ПЕРЕДО МНОЙ ПЛЕННОГО ХРАНИТЕЛЯ.
Несколько других слуг проводили Регента и его свиту в те же самые покои, которые занимала перед ними королева, и по пути он не мог не оценить некоторые из чудес Хэйдона-IV. Планета отличалась от всех, какие он видел ранее, и всюду, куда бы он ни посмотрел, создавалось впечатление дружественных отношений. Там конструкция напоминала по архитектуре Тирезию. А вон там лесной массив, по-видимому, с Гаруды. Сферианские кристаллические дворцы, карбарранские «фабрики», только без грязи или зловония, причудливые резные хоромы, тотемы, статуи и столбы с Праксис, и даже кое-что, что могло прийти с самой Оптеры: поля Цветов и плодоносных Деревьев, безполезных для Инвидов по своей сути, но безупречных и изящных по внешности.
И всё же, несмотря на первое впечатление, нигде и намёка на сотрудничество.
Тем не менее, он понял, почему Регис улетела: в этом мире не было теплоты, а в его ясных небесах и прозрачных водах не было никакого вкуса жизни. «НЕТ, ОНА НЕ БЫЛА ЗДЕСЬ ДОМА», – сказал он себе. Она требовала НАСТОЯЩЕГО мира, подобного Оптере их прошлого. Он отказывался от мысли, что его прибытие вынудило её поторопиться – только не после «подарка», что он ей отослал. Тем не менее, это не остановило его жалоб лейтенанту, как только они достигли самых высокорасположенных помещений шпиля, и где был установлен для него трон.
– СБЕЖАЛА! – урчал он, его руки поглаживали шеи «Адских котов» в переливающихся драгоценными камнями ошейниках. – ОНА ЖДЁТ, ЧТО Я ВЫЙГРАЮ ВОЙНУ, ПОКА ОНА МЕЛЬТЕШИТ ПО КОСМОСУ, ПОЛИРУЕТ ВНЕШНОСТЬ И ПЛЕТЁТ ЗАГОВОРЫ ПРОТИВ МЕНЯ…
– Повелитель! – прервал его излияния слуга, появившийся в дверном проёме. – Мы доставили пленника.
Регент улыбнулся, когда Рема притащили и бросили перед ним. Лейтенант «убедил» тирезианца принять уничижительную позу. Но улыбка Регента начала исчезать по мере того, как он вглядывался в лицо Рема. «ВЕЛИКИЕ СОЛНЦА!» – подумал он. «У НЕГО В САМОМ ДЕЛЕ ЛИЦО СОБЛАЗНИТЕЛЯ!»
Двое Учёных встали сразу за клоном Зора. «Коты» внезапно зарычали, и начали переминаться с ноги на ногу.
– ЧТО ОНА ДУМАЛА О НЁМ? – спросил Регент, поднимаясь с трона.
Один из Учёных издал кашляющий звук.
– Ну… ммм… она была удивлённой... Вашей Величество.
– ДА, Я ЭТО МОГУ ХОРОШО ПРЕДСТАВИТЬ. ВЫ ДЕЛАЛИ ЗАПИСИ ИХ СОВМЕСТНЫХ СЕАНСОВ?
Два Инвида обменялись быстрыми взглядами.
– Делали, повелитель.
Регент вперился взглядом в Рема.
– Я ЖЕЛАЮ УВИДЕТЬ РЕЗУЛЬТАТЫ ИХ ВОССОЕДИНЕНИЯ. Я ХОЧУ ВИДЕТЬ ЕЁ ВИНУ, ЕЁ ПЕЧАЛЬ, ПРЕЖДЕ, ЧЕМ Я ПРЕДОСТАЛЮ ЕЙ ПРОЩЕНИЕ.
– Но, повелитель…
Регент хлопнул массивным кулаком по подлокотнику трона.
– НЕМЕДЛЕННО ПРИНЕСИТЕ МНЕ ЗАПИСИ!
На мостике КСК-7 царила тишина. Вольфф и Винс ждали результатов опознавания из банков данных корабля. Когда на мониторе появились данные, Вольфф сложил руки на груди и откинулся назад.
– Итак?
– Опознавание готово, – сказал Вольфф. – Транспортные корабли Инвидов, флагманский корабль Регента. Мы опоздали.
– Они сканировали нас?
Вольфф вздохнул и покосился на соседний монитор:
– Да. Но без фанатизма, поверхностно. Тут и без нас кораблей многое множество.
Винс должен был согласиться. Он никогда ещё не видел столько классов и конструкций космических кораблей в одном месте. Хэйдон-IV, очевидно, соответствовал всему, что говорили о нём Вейдт и Сарна.
– И что же нам делать теперь, капитан? Открыть общую частоту, сказать, что мы тут ради свободы, или сразу устроим небольшой рок-концерт?
Винс нахмурился и положил ладонь на панель селекторной связи корабля.
– Хэйдон-IV – открытый мир, – в который раз пояснял Вейдт в комнате для инструктажа десять минут спустя. – Я думал, что я уже ясно выразил этот пункт. Планету никогда не брали силой. Её обороноспособность вошла в легенды. В Центральных записях есть сведения о такой попытке, предпринятой примерно две тысячи лет назад по Земному летоисчислению. Несколько сотен судов были разрушены в течение пары секунд.
– Но Инвиды… – начал Джек.
– Инвиды не испытывали обороны Хэйдона, – вмешалась Сарна. – Любой, кто приходит сюда, свободен остаться и торговать. Инвиды прибыли и забрали власть политически, но здесь они ручные. Мы можем безопасно приземлиться, но мы, разумеется, будем немедленно арестованы.
– То есть мы не можем спуститься туда вооружёнными, – сказала Криста.
– Может, у вас не хватает храбрости попробовать, но я это сделаю.
Лрон впился взглядом в него через стол:
– Ты смеешь подвергать сомнению её храбрость? Да ты…
– Прекратите! – прикрикнула Джин. – Вы оба.
– Что представляет из себя эта «оборона», Вейдт? – поинтересовался Винс.
– Я никогда не видел её в действии. Как я сказал, крайний раз она использовалась около двух тысяч ваших «лет» назад.
– Ну же, – сказал Джек, оглядываясь вокруг. – Откуда мы можем знать, что она ещё действует?
– Ты хочешь проверить на себе? – спросила Сарна.
Джек ответил угрюмым взглядом.
Джин покачала головой и вздохнула.
– То есть, чтобы воспользоваться местной медициной, мы должны прийти с поднятыми руками?
– Да, и прямо в цитадель Инвидов, – сказала Бела.
– У нас нет выбора, – добавила Гнея. – Мы должны отдать наших товарищей в плен. Но кто проводит их вниз? – праксианка обвела взглядом собрание.
– Я пойду, – вызвался Вольфф.
Джин поймала взгляд мужа.
– Я тоже пойду.
– Погодите, погодите! – Джек вскочил на ноги. – Что касается Карен, Рика, Лисы – я целиком с вами. Но если Инвиды откажут нам в запросе на медпомощь? Тогда они не только получат Карен, но и тебя, и тебя, и вообще всех, кто будет настолько сумасшедшим, чтоб появиться там. – Он помотал головой. – Не-не-не. Мы должны найти другой способ.
– Инвиды не могут отвергнуть того, что обещано планетой для всех, – утверждение Вейдта прозвучало достаточно громко, чтобы прекратить отдельные споры, которые вспыхнули вокруг возражения Джека. Хотя все услышали хэйдонийца, препирательства продолжались.
– Эй, остыньте, – встал со своего места Винс. – У Макса есть идея.
– У нас будут две группы, – начал командир «Черепов», когда все замолчали. Он был истощён, проводя каждую свободную минуту с Мирией. Её состояние ухудшилось после свёртывания к Хэйдону, и Джин настояла, чтобы она находилась в медотсеке среди её пациентов. – Мы возьмём вас четверых, остальные аккуратно и незаметно будут следить за вами.
– Не будет работать, командующий, – сказал Вейдт, но Джек, Лрон, Бела, и Гнея уже восторженно заорали. Даже Бурак добавил голос к группе в демонстрацию поддержки.
– Оборона планеты обнаружит вас, – заявила Сарна.
– Нам придётся рискнуть, – ответил Винс.
План был предложен на голосование.
Джин и Вольфф уже вызвались добровольцами, а теперь Макс, Винс и Кейблл присоединились к ним. Вейдт и Сарна сопровождали их. Джек, однако, настоял, что он действием будет больше полезен Карен, чем если бы просто плакал у её кровати, поэтому он вошёл в состав второго отряда. Бурак, Ками, Леарна, Бела, Гнея, Лрон и Криста вошли туда же. Дженис не могла определиться до последней минуты. Но потом она всё же пошла в группу Джека – при условии, что они возьмут с собой Теслу и двух Учёных-Инвидов.
– Ладно, он хорошо выручил нас на Гаруде, – уступил Джек. – Но я всё ещё не доверяю ему.
– И я не доверяю, – сказала Дженис. – Но мне хочется увидеть, что произойдёт, когда Тесла и Регент столкнутся морда к морде.
Их всех присутствующих только Вольфф услышал удушливый всхлип Бурака, но он не придал этому значения.
– Бритэй и его Зентрейди – предатели и преступники, – заявил Эдвардс Совету, став на место, где, по его мнению, камеры наилучшим образом отображали его полированную накладку и разъярённое выражение лица. – Они украли важнейшую вещь, ту самую, которая необходима нам, чтобы вернуться на Землю. И таким образом обрекли наш мир на поражение от рук Мастеров Роботек. – Он развернулся и с демонстративным негодованием прошёл к своему креслу, так, чтобы одновременно видеть всех слушателей. – Некоторые из вас, вероятно, думают, что таким методом они хотят отомстить РЭК. Но я подозреваю, что они преследуют ещё более тёмную цель. Я считаю, что Бритэй хочет объединиться с Хранителями и сформировать преступный картель, чтобы взять под свой контроль космические маршруты. С мёртвым Регентом, и нашими собственными силами, сидящими на образной мели, мало кто сможет остановить воплощение их планов – если мы не предпримем быстрых и решительных действий. По этой причине, я прошу одобрения Совета на мой запрос на четыре корабля, которые составят нашу новую флотилию. Зентрейди должны быть найдены и уничтожены!
Среди собравшихся послышались негодующие голоса, но всех их сенатор Лонгчампс заставил замолчать тремя размеренными ударами председательского молоточка.
– В Совете недопустимы подобные вспышки, – предупредил он аудиторию. – Если такое повторится снова, я прикажу очистить помещение. Итак, – сказал он, обращаясь к Эдвардсу, – Совет понимает безпокойство генерала, но есть несколько проблем, которые необходимо учесть. – Он сверился со своими заметками, затем сказал: – Господин Обстат?
– Разве, генерал, то действие, которое Вы предлагаете, не подвергнет опасности руду, в которой мы все так нуждаемся?
Эдвардс встал.
– Вы предлагаете позволить им оставить её у себя? – ровно спросил он.
– Во-первых, мы не знаем, почему они забрали её, – возразила Жюстин Хаксли. – Я, как и остальные, не убеждена, что они хотят делать то, что Вы предполагаете – объединиться с Хранителями и развязать некую межгалактическую кампанию. Разве мы не можем просто продолжить добычу руды, пока Зентрейди не поставят нас в известность о своих требованиях и намерениях?
Слово взял доктор Ланг.
– Я боюсь, что Фантома отдала свою последнюю монополь из разведанных запасов. Того, что осталось, не имеет смысла разрабатывать в промышленных масштабах. Либо надо проводить новую геологоразведку.
– А что насчёт наших резервов, доктор, здесь, и на Тироли? – спросил Гарри Пенн. Разве у нас её недостаточно, чтобы восстановить системы свёртывания крепости?
– К сожалению, нет, – ответил Экседор. – Похищенная руда представляла результат трехмесячной добычи и обогащения. Это количество для нас является критическим.
Эдвардс ожидал охов и ахов, и пошёл в атаку:
– С позволения Совета, я хочу узнать у доктора Ланга и посла Экседора их роль в сложившемся положении. Ни для кого в РЭК не секрет, что они оба имеют особый интерес в содействии Хранителям…
Лонгчампс ударил по столу молоточком.
– Генерал, я должен предупредить Вас воздержаться во время совещания ставить под сомнение действия любых членов Совета. Это понятно?
Камеры сняли жесткий и короткий кивок Эдвардса.
В каюте Эдвардса на борту КСК-3, откуда она следила за заседанием, Минмей встала, чтобы сделать себе ещё один напиток. Когда она вернулась на край кровати, на экране было лицо Ланга.
– Верно, сенатор, – говорил гений Роботехники. – Экседор и я первыми обнаружили, что материал, сгруженный с «Вэйливарр», был «обманкой», как Вы знаете. Мы немедленно сообщили об этом генералу Эдвардсу…
– После того, как корабль ушёл из пространства Тироли, доктор, – рыкнул Эдвардс.
– Генерал Эдвардс, – вмешался Лонгчампс, – не было ли на борту частей из вашей эскадрильи под названием «Призраки» для наблюдения за отгрузкой?
Минмей видела, как побледнело лицо Эдвардса, камеры отражали ярость в его единственном глазу.
– Я уверен, что мои храбрые люди были убиты, Сенатор.
Операторы камер переключились на Ланга.
– Члены Совета, я могу лично засвидетельствовать присутствие людей генерала. И Экседор и я, оба мы нашли их очень даже живыми.
Минмей потягивала напиток, ожидая ответа Эдвардса, и он не удивил её.
– Зачем же вы и посол отправились на «челноке» на «Вэйливарр», доктор?
– Мы сверялись графиками поставок и списками оборудования с генералом Бритэем.
Минмей коснулась выключателя, экран мигнул и погас. Она махом осушила свой стакан. «Ещё пара таких, и я буду слишком окоченевшей, чтобы меня что-то заботило». И такой же окоченевшей, какой она была до этого. Она потеряла своих друзей, свою веру, свой голос, даже хоть какое-то ощущение цели, которую она могла бы назвать своей. Рик, Лиса, Дженис, доктор Ланг, Джонатан... И в последнее время она даже думала о Кайле. Она не была уверена, почему, но предполагала, что это имеет некоторое отношение к Эдвардсу, и к контролю, который он начал утверждать над ней. Она подумала, что у неё перед глазами уже был любопытный пример: сперва между Риком и Кайлом Линном, а вот теперь между Джонатаном Вольффом и Эдвардсом – словно над ней тяготел рок, и она злоупотребляла чувствами людей, у которых она вызывала настоящую любовь и влечение. «Собственность», – подумала она с отвращением. Именно так она начинала рассматривать себя. Её голос, поглощённый РЭК, её мечты, разрушенные войной, её желание милосердия и сочувствия у мужчин, которые хотели только управлять и владеть её телом и душой.
«Окоченевшая… Так удобно окоченевшая…» – думала она.
Полчаса спустя дверь коротко прошипела, открываясь, и внутрь, зло усмехаясь, вошёл Эдвардс. Минмей поняла, что она задремала, и от неожиданности откинулась назад. Эдвардс глянул на неё, возможно подумав, что она заигрывает с ним, и бросился на неё сверху, опершись на локти. Она упёрла руки ему в грудь.
– Пожалуйста...
– Что с тобой? – спросил он, вплотную приблизив лицо к её лицу.
– Я просто... мне нехорошо. – Она попыталась выползти из-под него, но его руки тут же схватили её.
– Э, нет, не так быстро, – сказал он, прижав свой рот к её – поцелуй, про который он думал, что он страстный, но она считала просто грубым. – Совет дал согласие.
– Н-но это значит, что ты летишь в …
– Именно, – он сказал, перекатившись от неё на спину. Он смерил взглядом потолок и рассмеялся. – Сперва Зентрейди, а потом Хранители. – Он покосился на неё.
Минмей была шокирована, и уставилась на него, открыв рот. Он правой рукой крепко схватил её за левое запястье.
– Когда всё будет кончено, я хочу, чтобы ты вышла за меня замуж.
Её правая рука взлетела к лицу.
– Что?!
– Это будет в точности как свадьба Хантеров, – сказал, словно думая вслух. – Кроме того, что героями будем ты и я, назначение будет не Тироль, а Земля. – Но его усмешка была застывшей гримасой.
– Но эта Экспедиция будет не ради мира, а ради войны! – резко вскричала она, выдёргивая руку.
Как только она двинулась к двери, Эдвардс сел прямо.
– О чём ты говоришь? Минмей!
Она была немного пьяна и неуклюжа, даже сквозь страх и шок. Она натолкнулась на стол, с которого на пол слетело несколько катушек с записями, потом её шатнуло в переборку у двери. Она завозилась с замком.
– Минмей! – прикрикнул он снова, более резко, чем раньше.
Теперь в его голосе звучала злость, и она запаниковала. Она выскочила из каюты и босиком побежала по коридору крепости. Она услышала, как кто-то двигается следом. Но когда она заскочила в лифт и развернулась кругом, это оказался не Эдвардс, а пилот «ТТ» со шлемом на голове (странно, зачем?) – высокий и стройный бородатый человек, которого она вроде бы уже видела раньше. Он взглянул на её босые ноги и растрёпанный вид. Она усилием воли уняла дрожь, улыбнулась, и завела пряди волос за уши назад.
– Неприятности? – спросил он.
– Да, – ответила она, удивляясь себе.
– Я могу помочь?
– Мне надо вернуться на Тирезию. На неё в ближайшее время идут какие-нибудь «челноки»?
– Я лично отвезу Вас, – сказал он мгновением спустя.
У неё вырвался нервный смешок. – В «Альфе»? Я не знаю...
– Я отвезу Вас в любое место, куда Вы хотите.
Она уставилась на него, гадая, почему она была готова верить ему.
– Что насчёт Гаруды или Хэйдона-IV … мм, 666-60-937? – спросила она, прочитав личный номер пилота на его шлеме.
– Далёкое путешествие, – ответил он. Но он говорил на полном серьёзе и с готовностью в самом деле доставить её туда, если она изъявит такое желание.
Двери лифта открылись. Пилот протянул руку, и Минмей взялась за неё.
– Симагент! … Симагент! … – бормотал Тесла, набивая рот последним оставшимся Плодом с Гаруды. – Я был обманут – ОБМАНУТ!
Двое Учёных, которых Хранители захватили с собой с Гаруды, держались в углу трюма космической крепости, где, как они надеялись, они будут в относительной безопасности. Они были уверены, что съеденные Теслой мутировавшие Плоды с того заражённого мира наполовину свели его с ума. Сначала он нёс всякую ерунду о якобы мёртвом Регенте, а теперь пошли разговоры с самим собой о симагентах и убийствах.
– Он вёл себя так везде, где вы были? – спросил один Инвид Бурака на «лингве франке».
– Пока что только на Карбарре, Праксис, и Гаруде, – тихим голосом ответил перайтонийский «дьявол», пожимая плечами. – Я думаю, что он убил Регента только в своём воображении, и…
– В воображении!!! – гневно возопил Тесла, услышавший шёпот Бурака, и крутанулся к ним. Он был чудовищен в ярости. – ОН знает, что я пытался, он знает, что я коплю силы, чтобы захватить его трон... И я заполучу его, вы слышите меня!?! ТЕСЛА БУДЕТ ПРАВИТЬ!
– Он отправит нас всех в Ямы! – простонал один из Учёных. – Нас не обменяют – нас просто отдадут!
Некая сила внезапно подбросила Теслу на ноги. Его кожа слегка шевелилась, мускулы и сухожилия вспучивались невероятным образом, как если бы его внутренние органы видоизменялись и перестраивались. Вокруг его головы возникла аура, отбрасывая радужные цвета на потолок, переборки и пол трюма. Его голова откинулась назад, шея напряглась и вытянулась, рот разверзся в безмолвном вопле. Бурак стоял, словно приварившись к полу, поражённый, наблюдая, как Инвид начал убавлять в росте и массивности, и одновременно шея Теслы, его голова, руки, запястья и ноги преображались и изменялись. Двое Учёных спрятали головы под балахонами друг друга, но Бурак был слишком напуган, чтобы даже смотреть куда-то в сторону. Он видел, чем Плоды становились впоследствии, в какие окончательные формы они пытались переродиться, и он едва мог поверить своим глазам, и намного меньше понимал, ЧТО означала подобная трансформация. Для формирования гуманоида, однотипного с Джеком Бейкером, или Гнеей, или Ремом.
Усики энергии кружились вокруг Теслы, протягивались к Бураку. Они танцевали между его рожками, и вдруг послали парализующий разряд вниз через его макушку. Глаза Теслы уставились на него, что-то безсловесное пробегало между ними. Бурак напрягся, когда холодный пламень охватил его сердце. Он заревел, и через люк в трюм ворвалась Дженис.
Она подслушивала их разговор снаружи и, хотя внезапно повисшая тишина озадачила её, она не хотела рисковать и афишировать своё наблюдение. Звериный вопль Бурака изменил все планы, но теперь она не могла видеть, что творилось там. Кто-то – или что-то – отбрасывало ослепительный радужный свет по всему трюму. Она могла различить Бурака и две темные формы Инвидов-Учёных позади явления, но Тесла был скрыт этой аурой и, по-видимому, находился в её центре. Она заслонилась руками, защищая глаза, но внезапно свет исчез. Тесла распростёрся на спине на полу трюма.
Она склонилась над ним. Он был жив, но дышал с трудом. И ещё кое-что: он выглядел по-другому. Его морда стала короче, голова более круглой, его руки и ноги стали больше гуманоидными, чем рептильими. Его кожа была бледно-зелёной и гладко-восковой.
– Что с ним произошло? – спросила Дженис, оборачиваясь к Бураку.
Перайтониец тупо таращился на неё.
– Я... Я ...
Дженис взяла его за плечи и как следует встряхнула:
– Что произошло?
Бурак потряс головой и осмысленно посмотрел на неё. Он провёл рукой по рогам, затем глянул на лежащего Теслу.
– Я думаю, что он слишком много Плодов съел.
Регент сидел, сгорбившись на троне, чувствуя огромную тяжесть в груди. Он совершил ошибку, решив изучить ностальгические любовные переживания Регис с клоном-Зором. Ужасную ошибку. Ища признаки сожаления и вины, он обнаружил только любовь, подлинную и нереализованную. И он начал было задаваться вопросом, не был ли он неправ, не последовав её примеру, когда ещё было время, когда она умоляла его эволюционировать вслед за ней. Но он проявил глупое и ревнивое упрямство, и теперь она была потеряна для него. Он так же видел воспоминания клона-Зора о далёком мире, вовне борьбы Оптеры и Тироли, каким-то образом связанный с Матрицей Протокультуры. Была ли это обычная планета, или что-то большее, чем причудливое воображение Зора? Кроме того, он имел серьёзные основания полагать, что Регис улетела на поиски этого самого мира, и он желал знать, если вдруг она найдёт его. Нет, в чём он нуждался, так это были точные данные, данные, которые клон ещё не сдал устройствам исследования разума Хэйдона. «БЫТЬ МОЖЕТ», – подумал он, – «С ИХ ПОМОЩЬЮ ИЗ КЛОНА МОЖНО БУДЕТ ВЫТАЩИТЬ, КАКИМ ОБРАЗОМ ЗОР ДОБЫВАЛ ПРОТОКУЛЬТУРУ ИЗ ЦВЕТОВ ЖИЗНИ».
Тем временем, однако, его империя рушилась. Гаруда пала, лишив Инвидов Плодов, необходимых для питательных ванн их машин. И Тесла до сих пор не появился – хотя время от времени Регент почти физически чувствовал, как к нему прикасалась воля жаждущего его крови предателя.
Что-то очень похожее он чувствовал и на сей раз. Даже его «животные», казалось, ощущали прикосновения этой странной воли. Он немного вышел из своего состояния, когда вошёл слуга с объявлением, что у него крайне важное известие. И следующие слова лейтенанта тут же вернули Регента к жизни.
– ХРАНИТЕЛИ??? ЗДЕСЬ???
– Да, повелитель. Они запрашивают разрешение приземлиться. Четверо из них нуждаются в лечении, которое, очевидно, может обеспечить только Хэйдон. Они хотят перемирия и сдаются.
Регент вскочил на ноги.
– ТЕБЕ ПРИСНИЛОСЬ!
– Никак нет, повелитель.
Регент замер неподвижно, затем расхохотался.
– ЗДЕСЬ! КОНЕЧНО, ОНИ МОГУТ СДАТЬСЯ ТОЛЬКО ЗДЕСЬ, ГДЕ ПЕРВЫЙ ЖЕ ВЫСТРЕЛ ОЗНАЧАЕТ ВЕРНУЮ СМЕРТЬ. – Он огладил свой раздувшийся капюшон. – ОДНАКО…
Лейтенант ждал. Регент возбуждённо расхаживал перед троном.
– ДА… ДА… ЭТО МОЖЕТ СРАБОТАТЬ. – Он повернулся. – СООБЩИ ХРАНИТЕЛЯМ, ЧТО МЫ ПРИНИМАЕМ ИХ УСЛОВИЯ. И ПРИВЕДИТЕ КЛОНА-ЗОРА В МОИ ПОКОИ. Я ПОСТАВЛЮ ПЕРЕД НИМ ПРОСТОЕ УСЛОВИЕ – МАТРИЦА ЗА ЖИЗНИ ЕГО ДРУЗЕЙ. ЧТО МОЖЕТ БЫТЬ БОЛЕЕ СПРАВЕДЛИВЫМ?
– Пусть Великий Формовщик Хэйдон благосклонно взирает на вас в этот день, – благословила Тиэль группу у «челнока» с балкона в стыковочном доке КСК-7.
Винс, Кейблл, Макс, и остальные козырнули друзьям, и люк закрылся. Через минуту реактивные двигатели «челнока» вспыхнули, и он начал спускаться к серебристо-зелёному полумесяцу Хэйдона-IV.
Во второй группе шло двенадцать Хранителей, включая трёх Инвидов, каждый из них был пассажиром в одной из трёх «Альф». Джек с деловым видом уселся на место пилота своей машины. Бела заняла место штурмана-оператора, Гнея, Ками и один из Учёных разместились в модуле «Бета». Дженис вела второй «ТТ». На месте оператора был Бурак, а в «Бете» находились Лрон и Тесла. В третьем «ТТ» были Леарна, Криста и второй Учёный. У Джека в памяти стояли безвольные, бледные лица Рика, Лисы и Карен. Он запустил двигатели «Альфы» и вывел машину из пускового дока. Команде КСК-7 из людей и инопланетян были даны указания держать крепость подальше от флота Инвидов, но достаточно близко от поверхности Хэйдона, чтобы устранить любую угрозу внезапного нападения врага.
Вейдт и Сарна, как могли, старались убедить Хранителей оставить их план тайного вторжения, но Джек и остальные были настроены попробовать. Кроме того, они вовсе не летели, сверкая пушками. Джек настоял, чтоб их появление было максимально аккуратным: простое приземление в лесах к западу от главного города планеты. Конечно, три маленькие машины не собирались проверять легендарную (и несколько сомнительную) оборону Хэйдона.
«Это могут быть даже ваши намерения», – пытался втолковать им Вейдт.
Джек слышал слова, всплывающие в его мыслях, и старался выкинуть их из головы. Через несколько секунд я смогу различить детали топографии планеты. Это, наверное, будет незабываемое зрелище – целый мир, видоизменённый, чтобы соответствовать требованиям его жителей.
Джек поражался уровню и возможностям интеллекта, осуществившего такой подвиг.
Потом он заметил, что лес, который они выбрали как посадочную площадку, как будто сдвигается с востока на запад, скользит по поверхности, словно гигантская замаскированная створка. И что-то очень причудливое поднимается с того места, которое тот лес прикрывал... Циркулирующие вихри энергии, сияющие шелковистые шарфы, порождающие над собой неистовые восходящие потоки.
И Джек послал телепатическую мольбу планете:
Мы пришли с миром. Мы пришли с миром!
[1] «Love is a battlefield», альбом «Live from Earth», 1983г. Автор и исполнитель – певица Пэт Бенатар (Pat Benatar).
[2] "Dream a Little Dream of Me" —песня, музыку к которой написали Фабиан Андре (Fabian Andre) и Уилбур Швандт (Wilbur Schwandt), слова написаны Гусом Каном (Gus Kahn). Песня записывалась многими популярными исполнителями 1940-1950-х годов («Википедия»).
[3] «Обманка» - распространённый в горнодобывающей промышленности обобщающий термин для безполезных в промышленности пород, имеющих внешнюю схожесть с промышленно ценными породами.
[4] Плеро́ма (греч. πλήρωμα, «наполнение, полнота, множество») — термин в греческой философии, одно из центральных понятий в гностицизме, обозначающее божественную полноту. Согласно учению гностиков, Плерома представляет собой совокупность небесных духовных сущностей, эонов. К примеру, по их мнению, Иисус Христос также являлся одним из эонов, посланных на землю для того, чтобы люди смогли вернуть себе утраченное знание (гносис) и воссоединились с Плеромой. («Википедия»)
Дата добавления: 2019-01-14; просмотров: 180; Мы поможем в написании вашей работы! |
Мы поможем в написании ваших работ!