Заамвонная молитва на праздник Сретения




Влады́ко Го́споди, и́же единоро́дное Твое́ Слово посла́вый в мир, – ражда́емо от Жены, быва́емо под Законом, да су́щия под Законом искупи́т, и Духом явление Его старцу Симеону предвозвести́вый, – Сам и нас, недостойных рабов Твоих, благослови Твоим осия́нием, и приими́на́ша моления, я́ко же прия́л еси́ пророчицы Анны испове́дание, и сподо́би нас душевными объятиями непрестанно обыма́ти воплоще́нное Твое́ Слово, и храмами освяще́нными Всесвята́го Духа бы́ти; – Царя же нашего возвесели́ти силою Твоею, на враги́ победу ему да́руя, – да в нас прославится великоле́пое и пресла́вное Имя единородного Твоего Сына и животворящего Твоего Духа, ны́не и при́сно и во веки веков. Аминь.


Владыка Господь, пославший в мир единородное Своё Слово, рождаемое от Жены, бывшее под Законом, чтобы Оно искупило подзаконных, и Его пришествие предвозвестивший старцу Симеону Духом (Святым), и открывший ему Его присутствие! Ты и нас, недостойных рабов, благослови Твоим явлением, и прими моления наши, – как признание (Его) пророчицею Анною, – и удостой нас мысленными руками непрерывно обнимать воплотившееся Твоё Слово и сделаться освящёнными храмами Всесвятого Духа, и возрадуй нашего царя Твоею силою, да́руя ему победу над врагами; чтобы в нас прославилось Твоё величественное и преславное Имя, единородного Твоего Сына и животворящего Духа, теперь и всегда и во веки веков. Истинно так.


Эта заамвонная молитва – из византийского Служебника (Евхоло́гиона) X века. Он хранится Отделе рукописей РНБ и известен в науке как «Евхологий епископа Порфирия (Успенского)», шифр: РНБ, S.-Petersb. gr. 226. (Рукопись содержит заамвонные молитвы и других праздников.) Раньше каждый большой праздник имел свою индивидуальную заамвонную молитву, являющуюся своеобразным богословским резюме конкретного празднуемого события. Она служила «напутствием» покидающему храм народу, и потому читалась недалеко от выхода из храма – за амвоном (откуда и её название), то есть за высокой круглой башенкой, располагавшейся посреди храма. С амвона за богослужением читали Священное Писание и произносили проповеди. Перевод молитвы на церковнославянский язык заимствован из книги: [41. С. 457–458]. Её можно читать за богослужением праздника Сретения, восстанавливая замечательную древнюю традицию. Дословный русский перевод – в кн.: [39. С. 324–325].

 

ЗАКЛЮЧЕНИЕ. ПОСЛЕДНИЙ АККОРД РОЖДЕСТВА

 

Праздником Сретения Господня завершается цикл литургических торжеств и воспоминаний, посвященных прославлению явившегося в мир Богочеловека Иисуса Христа.

Историческая цель и догматический смысл всех этих торжеств состоит не только в том, чтобы вспомнить во всех подробностях знаменательные факты земной жизни Иисуса Христа, но – как замечательно сказал известный литургист Берна́р Ботт – прежде всего в том, «чтобы выявить, понять и, насколько возможно, пережить тайну Слова, ставшего плотью»{20} . При этом «византийские рождественские проповеди подчёркивают, что Рождество воспоминает не прошедшее событие, но всеохватывающую тайну спасения, явленную в рождении Иисуса. Христос должен родиться в каждом христианине, каждый должен принять Его в Причащении, как ясли приняли Его в Вифлееме» [64. С.134].

История богослужебного становления Рождественского цикла весьма сложна и, из-за скудости источников, относящихся к первым векам христианства, вряд ли будет выяснена до конца. Исторически достоверно лишь то, что из некоего «синтетического» праздника Теофании,включавшего в себя целый ряд смысловых аспектов, вырастает постепенно цикл исторических воспоминаний: Рождество в Вифлееме, Явление народу и Крещение на Иордане, Встреча (Сретение) в Иерусалимском храме. В него включены и менее торжественные праздники – производные от этих основных (смотрите выше главу Праздники Рождественского цикла). В настоящее время эти торжества воспринимаются нами как отдельные по смыслу воспоминания; но в древности на Востоке Теофанию праздновали сорок дней (как мы сейчас празднуем Пасху), а своеобразным богословским «резюме» и богослужебным «отданием» праздников рождественского цикла был праздник Сретения Господня. При этом он имел чрезвычайно высокий (в отличие от современного) литургический статус: недаром же Этерия сравнивает его с Пасхой! О том же в риторически изысканной (хотя и несколько тяжеловатой) манере говорит и совершитель этого праздника пресвитер Иси́хий Иерусалимский (V в.). По его словам, «не ошибётся тот, кто призна́ет его [Сретение] праздником праздников, субботой суббот, назовёт [его] святая святых. Ибо здесь сосредотачивается всё таинство воплощения Христова, объясняется таинство воплощения Единородного Господа: в нём Младенец Христос был возвеличен и Богом исповедан, и, сидящий на руках [Симеона], как на престоле, был явлен Он – Творец нашего естества» [75. Col. 1468 B].

Здесь – апофеоз литургического прославления важнейшего (наряду с Воскресением) догмата христианства – Боговоплощения и Вочеловечения.

 

ПРИЛОЖЕНИЕ


КАЛЕНДАРЬ ДЛЯ ЧЕЛОВЕКА ИЛИ ЧЕЛОВЕК ДЛЯ КАЛЕНДАРЯ?

Когда мы празднуем Рождество Христово{21}


«Хронология в сущности есть наука и искусство до такой степени сложные, что в этой области и охотников мало, и компетентных лиц не более», – писал в своих «Лекциях по истории Древней Церкви» наш знаменитый историк В. В. Болотов. Сегодня у нас «охотников» хоть отбавляй, а вот компетентных людей по-прежнему днём с огнём не сыскать. Тем отраднее представить на суд читателей статью специалиста в области эортологической проблематики Ю. И. Рубана, в которой речь пойдет о календарном вопросе.
Тема статьи вдвойне актуальна в свете грядущих Рождественских и Новогодних праздников. Однако данный материал полезен для прочтения не только перед указанными праздниками, но и в любое другое время года, поскольку с сожалением приходится констатировать, что календарная тема из области научно-астрономической переместилась в область мифо-идеологическую, и тем более требует грамотного разъяснения.

(От Редакции С.-Петербургского Церковного вестника)

«Никто не знает в точности дня рождения нашего Господа; известно только, что, по словам евангелиста Луки, Он родился ночью»

Иаков Эдесский, VI в.

С «Нико́лина дня» (6/19 декабря), как утверждает народный календарь (игнорирующий глобальное потепление), зима уже властвует на наших просторах, а улицы городов и ве́сей украшены елями и праздничными гирляндами. Но когда начинаются главные зимние праздники – «вот́ в чём вопрос»?

Какие же каникулы наступают для детей в нашей стране – рождественско-новогодние или, наоборот, новогодне-рождественские? Какое Рождество «правильное»: католическое – 25 декабря, или русское (православное) – 7 января? Так лапидарно окрестили эти даты средства массовой информации. При этом, правда, как-то упускают из виду, что Рождество может быть только одно – Христово, поскольку сам исторический Христос не был ни православным, ни католиком, ни протестантом.

Одни россияне искренне недоумевают, силясь понять, почему и тут у нас – «не как у людей», почему мы, в отличие от всего христианского мира, до сих пор горделиво «идём другим путем»? Другие над этим гамлетовским вопросом голову не ломают, но с удовольствием празднуют Рождество и Новый год дважды. Это мы умеем – был бы повод!

Всё это так. Беда лишь в том, что праздника под названием «Православное Рождество 7 января» просто не существует. В этом легко убедиться. Напрасно искать его в январской Минее (православной книге, содержащей богослужебные тексты каждого дня и праздника), зато в декабрьской Минее на своем обычном месте, 25 числа, значится праздник «Рождество Господа и Бога и Спа́са нашего Иисуса Христа»! Это значит, во-первых, что Русская Православная Церковь всегда праздновала и празднует Рождество Христово 25 декабря, а, во-вторых, что журналисты, употребляющие вышеприведенные расхожие выражения («русское Рождество» и прочее) лишь демонстрируют непростительное забвение басни Крылова, предупреждающей о пагубности несоблюдения «профессиональной ориентации».

Постараемся понять, что́ же происходит, и обратимся для этого к истории и здравому смыслу.

Когда же родился Иисус Христос?


Мне доставили немалое удовольствие письменные ответы студентов. На вопрос «когда родился Иисус Христос?» некоторые ответили с ужасающей точностью: «7 января 1 года н. э.»! Вероятно, они по наивности полагали, что в отобранном на допросе чиновниками Понтия Пилата «паспорте» Иисуса Иосифовича Христа значилась именно эта дата, удостоверенная к тому же печатью вифлеемского загса. Увы! Мы не знаем и никогда не узнаем точной даты рождения Основателя Христианства: рождение у галилейского ремесленника Иосифа сына Йешуа («Господь спасает») было почти для всех его современников вполне заурядным событием. «Научно год рождения Христа (даже только год, а не месяц и число! – Ю. Р.) установить невозможно», – так вопреки мнению легкомысленных прогульщиков студентов констатировал в 1899 году на заседании Комиссии Русского астрономического общества знаменитый профессор Санкт-Петербургской Духовной академии Василий Васильевич Болотов († 18.IV.1900), великий историк, ориенталист и хронолог, член-корреспондент Российской Академии наук, сотрудник Комиссии по реформе календаря, возглавляемой Д.И. Менделеевым (цит. по: [60. С. 189]).

Создатель нашего летосчисления Дионисий Малый – римский аббат и папский архивариус, скиф по происхождению – ввёл привычную нам эру от Рождества Христова в 525 году. Занимаясь пасхальными расчётами, он отнёс дату Рождества Христова к 754 году «от основания Рима (ab Urbe condita)» и, как было поздне́е установлено, ошибся на несколько лет. Теперь известно, что иудейский царь Ирод умер вскоре после лунного затмения (12/13 марта), предшествовавшего Пасхе, то есть в 750 году от основания Рима, а это соответствует 4 году до н. э. [13. Т. I. С. 89]. Желая устранить «законного претендента» на иерусалимский престол, но, зная лишь место Его рождения, он «пришёл в великую ярость и послал умертвить в Вифлееме и по всей округе всех младенцев в возрасте от двух лет и менее, в соответствии с тем сроком, который он уточнил у волхвов» (Мф. 2:16). Это произошло незадолго до его смерти и, следовательно, Христос родился за 7–5 лет до начала предложенной Дионисием эры «от Рождества Христова». Вероятно, он опирался на авторитетный памятник, известный науке как римский «Хронограф 354 года». Здесь рождение Христа отнесено на год консульства Гая Цезаря и Эмилия Павла (т. е. 1 год н.э.). Уникальная запись об этом звучит так: «Hoc cons. Dominus Iesus Christus natus est VIII Kal. Ian. d. Ven. luna XV: При этих консулах Господь Иисус Христос родился в 8-й день до январских календ (то есть 25 декабря. – Ю. Р.) в пятницу 15-й луны» (цит. по: [34. С. 245]).

Согласно косвенным данным, «в Риме уже в начале III века 25-е декабря было известно как день праздника Рождества Христова» [67. С. 227], а в IV столетии его фиксируют сохранившиеся календари. С этого времени календарная дата этого римского праздника DiesNatalisDomini (День Рождения Господа) устанавливается в качестве обязательной для всего христианского мира. Разумеется, она имеет не строго историческое, но апологетическое и назидательно-символическое значение.


Христианская символика зимнего солнцеворота


Действительно, 25 декабря – это астрономически безусловный для северного полушария день зимнего солнцеворота, – первый (!) день начала наступления света на темноту ночи после зимнего солнцестояния, когда продолжительность дня только-только начинает увеличиваться. Распространившемуся в Римской империи митраистскому культу Солнца, начинавшему 25 декабря свой триумфальный поворот к весне после «победы» над зимней тьмой, Христианская Церковь противопоставила веру во Христа, принесшего миру духовный свет и обновление (Ин. 1:9; 12:46).

В 379 году празднование Дня Рождения Господа вводит в Константинополе его архиепископ – святитель Григорий Богослов, и произносит блестящую по своей архитектонике проповедь. В её начальных словах, процитированных позднее гимнографом Косьмой Маюмским (VII— VIII вв.), мы без труда узнаём первый ирмос канона рождественской Утрени: «Христос рождается – славьте! Христос с небес – встречайте! Христос на земле – возноситесь!...» (подробнее смотрите выше – в разделе об истории праздника Рождества).

Нарочито перенеся День Рождения Христа на радостно переживаемый язычниками День рождения Непобедимого Солнца (Dies Natalis Solis Invicti) – то есть день зимнего солнцеворота, 25 декабря, христианские богословы сделали его центром народной жизни. Вся видимая природа преклоняется перед младенцем Иисусом, и даже животворящее Солнце, это мнимое божество язычников, повинуется родившемуся Солнцу Правды, начиная именно с этого священного дня Его появления на свет Божий свой поворот к весне! Быть может, несколько наивный, но ясный и даже зримый (в буквальном смысле) всеми людьми аргумент. «В этот день, – говорит святитель Григорий Нисский († после 394 г.), – тьма начинает уменьшаться, и при возрастающем солнечном свете мера ночи сокращается. Не случайно, братья, и не сам собою установлен такой порядок во время праздника, когда Христос является среди человеческой жизни, но сотворённый Богом мир через эти явления открывает внимательным людям свою тайну» (цит. по: [63. С. 112]). Произошла замечательная и далеко идущая миссионерская замена причинно-следственных отношений!


Как появился «православный календарь»?


Одновременно был пересмотрен и сам римский календарь, введённый с 1 января 45 года до н. э. Юлием Цезарем, а потому получивший его имя – «юлианский» («старый стиль», как его сейчас называют). Став в IV веке сначала свободной, а затем и государственной, Христианская Церковь окончательно связала с этим календарем свой формирующийся цикл годовых неподвижных (непереходящих) праздников. Привязанные к определённым датам четыре «поворотные точки» Солнца – два солнцестояния и два равноденствия – предполагалось сохранять неизменными (как и любые ключевые точки координат или отсчёта).

Юлианский календарь практичен и удобен при вычислениях, но всё-таки неточен и постоянно отстаёт «от природы». Причина в том, что средняя продолжительность года в нём на 11 минут и 14 секунд больше «тропического года» (реальной продолжительности оборота Земли вокруг Солнца), и в результате каждые 128 лет накапливается ошибка в целые сутки: момент прохождения Солнца через точку весеннего равноденствия передвигается за это время на одни сутки назад. Поэтому с IV и до конца XVI века все праздники, связанные с точно фиксированными датами (праздники неподвижного цикла), передвинулись «вперёд» (зимние – к весне, весенние – к лету и т. д.) на 10 дней.

С целью исправления этой уже весьма ощутимой погрешности папа Римский Григорий XIII в 1582 году произвел реформу юлианского календаря, и он стал называться его именем («григорианский»). В основе реформы лежал проект итальянского врача и астронома Луиджи Лилио. В булле Inter gravissimas («Среди важнейших...») от 24 февраля 1582 года папа подчёркивал, что делается это «с целью вернуть весеннее равноденствие на его прежнее место, каковое отцы Никейского собора (325 г.) установили на 12-й день перед апрельскими календами (= 21 марта)...» (цит. по: [34. С. 216]). Это означало логичное возвращение к исходным календарным точкам отсчёта, и григорианский календарь стал с достаточной точностью фиксировать истинное (астрономическое) время. Реформированный календарь сразу был принят католическими странами Европы, а вскоре (с опозданием на 50–100 лет) и протестантскими. Так, знаменитый немецкий учёный Иоганн Кеплер (1571–1630), законы движения планет которого мы проходим в школе, хотя и был по исповеданию протестант, сразу же поддержал «католическую» реформу календаря, не сомневаясь в её научной и исторической целесообразности. Несмотря на вопли некоторых радикалов, утверждавших, что «лучше разойтись с Солнцем, чем сойтись с папой!», победил протестантский здравый смысл.

Православные тогда отказалась принять новый календарь по идеологическим причинам, хотя ещё в 1583 году на Константинопольском соборе обсуждалась возможность календарной реформы [34. С. 217 сл.]. Причисленный Сенатом к сонму богов римский верховный жрец Гай Юлий Цезарь немало подивился бы, узнав, что его «языческий» календарь стал не просто «христианским», но даже почитается «ревнителями правоверья» в качестве «сугубо православного» (!). Император счёл бы это своим вечным апофеозом.

Таким образом, «православное Рождество» приходилось в XVI и XVII веках на 4 января по григорианскому календарю, в XVIII веке – на 5 января; в XIX веке – на 6 января. В XX и XXI веках отставание юлианского календаря от истинного времени составляет уже 13 дней, так что почитателям обожествлённого Юлия Цезаря приходится праздновать Рождество 7 января, а не 25 декабря. Но это смещение календарной даты праздника с его истинной астрономической даты (дня солнцеворота) уничтожает и ту знаменательную богословскую символику победы Солнца над зимней тьмой, которая явилась для великих христианских богословов решающей в определении времени празднования дня Рождения Христа.

Соответственно, день Богоявления празднуется сегодня 19-го, а не 6-го января (как это было изначально), Сретение – 15-го вместо 2-го февраля, Благовещение – 7-го апреля вместо 25-го марта, и т. д. После 2100 года отставание юлианского календаря возрастёт до 14 дней, и Рождество будет приходиться уже на 8-е января, Богоявление – на 20-е, Сретение – на 16-е и т. д. Затем разрыв увеличится до 15-ти дней, и даты всех праздников передвинутся еще на один день вперед. Постепенно Рождество станет весенним, летним и осенним праздником. Соответственно, Пасха будет праздноваться летом, осенью, зимой и т. д. Это означает полное обессмысливание христианских «священных времён», связанных (пусть и символически!) с определённым временем года и церковного календаря как такового. К 46752 году н.э. «Вселенский юлианский цикл» замкнётся, и все праздники, пройдя по всем (!) числам годового круга, вернутся к своему первоначальному астрономическому значению, но опять-таки всего лишь на сто лет.


Можно ли подводить отстающие часы?


С точки зрения здравого смысла, понятие «православный календарь» столь же «логично», как и понятия «православная орфография», «православный компьютер», «православный фотограф» или даже «православный шейпинг» (это не шутка: именно его предлагала воспитанницам своей «православной гимназии» одна очень «православная матушка» в нашем богоспасаемом граде!). Комментарии здесь излишни.

Календарь – это искусственная, в полном смысле слова «придуманная» людьми система последовательного счета дней (юлианского – язычниками, григорианского – христианами). И потому отождествление юлианского («языческого» по происхождению!) календаря с Православием основано на недоразумении или недостатке элементарной образованности.

Мы живем не по часам и не по календарю, а внутри объективно данного потока времени, который созданные нами часы или календарь должны фиксировать как можно точнее. Они – просто «инструменты» для измерения различных по длительности промежутков времени. А инструменты не могут быть религиозно окрашенными – «православными» или «католическими», но лишь точными или неточными{22} . (Подобная «логика» позволит обвинить в «протестантизме» православного священника, сверяющего начало богослужения по швейцарским часам. А что если у него на руке – о ужас! вымолвить страшно! – японские, то есть «буддийские» часы?!) Стрелки часов показывают человеку его место внутри суточного цикла – промежутка времени, за который Земля обращается вокруг своей оси. Календарь ориентирует его внутри промежутка времени, за который Земля обращается вокруг Солнца. Одним и тем же – раз и навсегда (!) установленным – точкам отсчёта должны соответствовать одни и те же природные состояния, а масштаб измерения при этом – не изменяться. В противном случае наступят хаос и бессмыслица.

Представим себе не в меру усердного хранителя памяти своего горячо любимого дедушки, от которого ему в наследство достались часы. Они отстают на 13 минут, но перевести стрелки – значит «оскорбить» его память. Понятно, что живущий не по истинному времени, а по дедушкиным часам человек всюду отстаёт на 13 минут: когда стрелки его часов указывают ровно полночь – на самом деле уже 0 часов 13 минут, т. е. реальная, астрономическая, полночь наступает тринадцатью минутами ранее, чем её фиксируют его часы. То же происходит и с датами по юлианскому календарю. Цифровые значения в современных богослужебных книгах остаются прежними: Рождество – 25 декабря, Новый год – 1 января и т. д., но из-за отставания календаря от истинного времени они смещаются в настоящее время на 13 дней вперед: Рождество – на 7 января, Новый год – на 14 января (поэтому он и становится «старым»), и так со всеми датами, по формуле n + 13 (но лишь для XX—XXI вв.).

Этим и объясняется постоянное запаздывание на 13 дней всех христианских праздников неподвижного цикла, отмечаемых Православной Церковью в России. Таким образом, Русская Православная Церковь празднует Рождество 25 декабря (а не 7 января!), но только – по юлианскому календарю («старому стилю»), отстающему в XX—XXI столетиях от истинного времени на 13 дней. Именование же Рождества, отмечаемого в его законную – установленную Вселенской Церковью в IV столетии – дату зимнего солнцеворота (25 декабря) «католическим» тем более нелепо, что в этот же день его празднует и огромный протестантский мир и, «кстати», – почти все здравомыслящие православные христиане: 12 из 15-ти автокефальных («самовозглавляемых») Церквей, в том числе и Первенствующая – Константинопольская Православная Церковь. (Сторонником календарной реформы был и наш святейший патриарх Тихон{23} .) Поэтому Рождество 25 декабря – столь же «католическое», сколь «протестантское» и «православное». Но у нас и в этом вопросе – не вероучительном, но чисто научном, астрономическом – свой «особый путь».


Ёлка – Рождественская или новогодняя?


История «русской ёлки» интересна и поучительна. Рождественская ель в современном понимании, то есть как цельное украшенное древо, фиксируется в С.-Петербурге в домах немецких протестантов в начале XIX века (указ Петра I от 20 декабря 1699 года не имеет к ней прямого отношения). Первым православным домом, где установили ёлку, был, видимо, Зимний дворец: с 1830-х годов вечнозелёная красавица веселила семью имп. Николая I и его гостей. Первое официальное о ней сообщение появилось в «Северной пчеле» накануне 1840 года: газета писала о продающихся «прелестно убранных и изукрашенных фонариками, гирляндами, венками» ёлках (цит. по: [20. С. 54]). «К середине XIX века немецкий обычай прочно вошёл в жизнь российской столицы. Ёлка становится для жителя Петербурга вполне привычным явлением» [20. С. 63].

Не все одобряли нововведение! Так, известный петербургский протоиерей Иоанн Полисадов (†1886) в одной из своих проповедей, гневно обличая «обновленцев», называл обычай устраивать для детей ёлку «совершенно нелепым, чисто немецким или, точнее говоря, каким-то языческим, вовсе неприличным Христову празднику, чистою бессмыслицею» (цит. по: [15. С. 526, прим. 1]). Интересно, что бы он сказал нашему патриарху Кириллу, застав его за этим «языческим» и «неприличным» делом – освящением для детей главной рождественской ёлки страны?! Хороший урок для современных «ревнителей», враждебно относящихся к любым «иноземным новшествам». При этом без малейшей ретроспективной оглядки утверждается, что все будто бы наши обряды и традиции (люди ведь быстро привыкают к новому) – «исконно православные», восходящие едва ли не ко Христу и апостолам! Но обратимся к ситуации, сформулированной подзаголовком.

Хорошо известно, что нельзя служить двум господам и сидеть на двух стульях. Если наши православные «ревнители» всерьёз отвергают астрономически и символически безусловный день Рождества – 25 декабря по григорианскому календарю, то они должны быть последовательны до конца и игнорировать так называемый «гражданский Новый год». Но ведь в наших храмах всерьёз (а не лицемерно!) служат Новогодний молебен вечером 31 декабря. И Святейший Патриарх Алексий Второй поздравил россиян с наступлением третьего тысячелетия 31 декабря 2000 года и поздравлял с каждым Новым годом также 31 декабря по григорианскому календарю (а не 13 января, в канун фольклорного «Старого Нового года»)!

Такая раздвоенность лишает изначально Рождественскуюёлку всероссийского миссионерского статуса. Хорошо известно, что, запрещённая коммунистами в двадцатые годы прошлого века, ёлка была «переосмыслена» и возвращена ими же в 1935 году в качестве секулярной и только новогодней. С неизбежностью, Новый год и церемониал этого единственного дозволенного зимнего праздника перенял всю веселую рождественскую обрядность – украшенную елочку, народные гулянья, ярмарки, колядки, обмен подарками. И сейчас многие консервативные православные, живущие по принципу «человек для субботы», не признаю́т торжеств во время поста (легко представить, каково приходится их бедным детям, когда в садах и школах проходят новогодние «огоньки» и раздаются подарки со сластями!). В такой ситуации, благословляя сначала «государственную» и общероссийскую новогоднюю елку в Кремле и по всей стране, а затем уже православную (более частную) рождественскую елку, Церковь идёт на компромисс. Оправдан ли он?

Но представим, что всё вернулось на круги своя, и Рождество Христово, как и раньше, празднуется до, а не после Нового года. Тогда 25 декабря становится государственным праздником и выходным днем. После торжественного рождественского богослужения Святейший Патриарх освящает в Кремле уже не «коммунистическую», приходящуюся на пост, а традиционную христианскую елку. (Таким образом, вопрос о второй елке, «новогодней», отпадает сам собой!) Новый год вновь приобретает свой нейтральный статус важной хронологической вехи, но лишается навязанного ему сакрального ореола. У школьников начинаются рождественские каникулы, а с Нового года к ним на совершенно законных основаниях присоединяются и взрослые (согласно постановлению Государственной Думы о новогодних каникулах). Православные христиане наконец-то уравниваются в правах с другими гражданами, и могут с чистым сердцем ехать с детьми на зимние курорты или проводить святочные дни в зависимости от достатка и желания. А после праздника Богоявления (Крещения Господня), 6 января, – как и в старой России! – все возвратятся к трудам.
«Суббота для человека или человек для субботы?» Авторитетный ответ на этот вопрос был дан давным-давно, но «почему-то» не все христиане с ним согласны. Элементарного здравого смысла или «человеческого понятия», как оптимистично уверяла матушка Швейгентиль у Томаса Манна, «всегда на всё достанет!» Будем надеяться, что и мы не вовсе лишены этого ценного качества. Хотя иногда, по совести сказать, вера в это почти исчезает.


ВОЛХВЫ{24}


Славянское слово «волхвы» – это традиционный перевод греческого слова magoi (ма́гой, ма́ги, лат. magi), которым в Евангелии названы восточные мудрецы-звездочёты, пришедшие поклониться родившемуся «Царю Иудейскому». Исторически это слово в древности обозначало прежде всего иранских, а затем также месопотамских («халдейских») и вообще ближневосточных жрецов и представителей традиционной мудрости, которые располагают тайными знаниями по астрологии, снотолкованию и т. п. Из этого представления развивается и позднейшее значение термина маг. (Не путать с древнерусскими волхвами-язычниками!)

Евангельских магов предположительно можно считать последователями Зороастра, которые тоже ждали пришествия своего Небесного Посланника (Саошья́нта). Этот зороастрийский «мессия» должен был в конце времен прекратить извечную, по их мнению, борьбу между космическими силами Добра и Зла. Таким образом, они были единственным на Земле языческим народом, разделявшим с ветхозаветными иудеями мессианские настроения. Рассказ евангелиста Матфея о волхвах указывает на участие язычников в мессианском Царстве. Поэтому св. Иоанн Златоуст называет их «начатком верующих из язычников». (Интересно, что персы, вторгшиеся в 614 году в Палестину и учинившие там жуткий разгром, пощадили лишь Вифлеемскую базилику Рождества из-за персидского обличья изображённых на ней волхвов.)

На иконах и картинах волхвы часто изображаются вместе с пастухами, либо же пастухи их немного опережают. Здесь мы находим символическое соотношение поклонения Младенцу Христу пастухов и волхвов: сначала Его чествуют представители иудейского народа, а уже затем язычники. Разумеется, это иконографическая условность. Согласно логике евангельского повествования, «волхвы явились в Иудею спустя около двух лет по зачатии Пресвятою Девою Господа нашего Иисуса Христа» [36. С. 164].

Символика их даров такова. Золото – обычная дань Царю, указывает на царское достоинство Христа, потомка царя Давида; ладан, употребляющийся при богослужении, – указывает на божественность Младенца; мирра (смирна), широко распространенная на Востоке благовонная мазь, употреблявшаяся для умащения покойников, – указывает на будущую страдальческую смерть.
В Средние века о волхвах сложился разветвлённый цикл легенд. Евангельское каноническое повествование (причём, только у Матфея, – 2:1–12) не называет ни их числа, ни имён, ни этнической принадлежности. Однако уже Ориген (†253 г.) исходит из того, что число волхвов соответствовало числу их даров, то есть было равно трём, и это становится общепринятой версией. Такое число соотносилось и с тремя Лицами Святой Троицы. В древнем сирийском и армянском варианте легенды – волхвов было двенадцать, что символически соотносится с Двенадцатью апостолами. Вскоре они становятся царями и представителями трёх рас человечества (Альбрехт Дюрер изображает одного из волхвов в виде темнокожего африканца), а также – трёх возрастов человека: один становится старцем, второй зрелым мужем, а третий юношей. Имена волхвов в раннехристианской литературе варьируются, но в эпоху Средневековья получает распространение и окончательно фиксируется западный вариант имён: Каспар, Мельхиор и Бальтазар. Легенда уточняет, что, вернувшись из Палестины, они предались созерцательной жизни, а затем встретились в Парфии с апостолом Фомой и были им крещены. После этого волхвы стали проповедниками и приняли мученическую кончину. Согласно традиции, их мощи были найдены императрицей Еленой и перенесены сначала в Константинополь, а потом в Милан и Кёльн.

На Западе волхвы с древности почитались как покровители путешественников. Кроме того, их предполагаемое царское достоинство сообщило там празднику Богоявления название Festum (Trium) Regum, «Праздник (Трех) Царей».


АГИАСМА{25}

 

Агиа́сма! Это звучное и таинственное слово вошло в наш литургический язык из греческого. Здесь термин ‘agiasma, хаги́асма, аги́асма (буквально «святыня») употребляется в широком значении; в церковнославянском языке агиа́сма (с ударением на третьем слоге) обозначает святую воду. «Агиасма е́же есть освяще́ная вода» (Дубенский сборник, XVI в. – [23. С. 251]). Но что же такое «святая вода»?


Что такое «святая вода»?

 

Согласно христианскому вероучению – это обыкновенная по составу и изначальному происхождению вода (колодезная, родниковая, озерная, речная, водопроводная), чудесно приобретающая особые освящающие («благодатные») и исцеляющие свойства после совершения над ней особого богослужебного действа, именуемого водоосвящением. Народ часто называет его «водосвятием»; в древнерусском языке встречается термин «водокрещение».
Известно, что почитание воды как одной из основных «творческих стихий» мироздания имеет общерелигиозный характер. У разных народов акцентируется при этом святость воды определенных источников и рек, зачастую обеспечивающих само существование народа на данной территории (Нил у древних египтян, Иордан у евреев, Ганг у индусов, Рейн у германцев, Дунай у славян). Являясь средством достижения внешней чистоты тела, в том числе и ритуальной, вода стала символом внутреннего очищения грешной души человека, поэтому обязательные священные омовения занимают важное место в религиозном законодательстве Моисея, Зороастра, Мухаммада; огромное значение придавали этому обряду древнехристианские «гностики». Интересно, что свою практику покаянного крещения (буквально «омовения») Иоанн Предтеча заимствовал, вероятно, у эсхатологически настроенных ессе́ев, в общине которых он мог воспитываться после смерти пожилых родителей.
Христианство удержало и дополнило эту символику очистительной воды, получившей особое значение в связи с установлением самим Иисусом Христом таинства крещения (Мф. 28:19). У православных христиан особым почитанием пользуется «богоявленская», или «крещенская», святая вода (эти определения – синонимы!). Именно эта вода и называется «агиасмой» или даже «великой агиасмой». В то же время встречается и выражение «малая агиасма». В чём же различие?


Водоосвящение «великое» и «малое»


Дело в том, что Православная Церковь различает два вида водоосвящения – «великое» и «малое». Великое водоосвящение непосредственно связано с праздником Богоявления (Крещения Господня), отсюда его другое название – «богоявленское», или «крещенское», водоосвящение. Этот обряд восходит, как предполагают учёные, ещё к дохристианскому культу священных вод Нила (согласно древним источникам, 11 тиби, т. е. 6 января, египтяне приходили к этой реке, чтобы почерпнуть воды, которой они придавали освящающую силу).

В настоящее время освящение крещенской воды совершается дважды – накануне праздника Богоявления (в Крещенский сочельник) и в самый день праздника после Литургии. Первая традиция восходит, вероятно, к древнехристианской практике массового крещения оглашаемых после праздничной Утрени. Вторая традиция великого водоосвящения связана с обычаем палестинских христиан шествовать в день Богоявления на Иордан к традиционному месту крещения Спасителя.

Освящённая вода, остающаяся после таинства крещения («крестильная вода»), также именуется «великой агиасмой»; её, разумеется, не пьют, но с благоговением выливают в «место непопира́емое», как предписывает «Номоканон» при Большом Требнике.

В XV—XVII веках на Руси существовал особый чин Причащения богоявленской воды, «егда́ несть леть (не дозволено) причасти́тися животворящих Христовых Таин, Плоти и Крови», совершавшийся «по совету духовного настоятеля». Но и сейчас великая агиасма, одна из главных литургических святынь Православной Церкви, употребляется в случае канонических или иных препятствий к причащению Святых Тайн. В этом случае Требник предписывает вкушать агиасму натощак, вместе с антидо́ром.

В то же время Церковный устав строго предупреждает тех, кто невольно приравнивает агиасму к Святым Тайнам, соблюдая перед её вкушением литургический пост и отказываясь пить святую воду в случае принятия пищи. «Изве́стно же бу́ди всем о святе́й воде. Яко не́ции суть отлучающе себе от святы́я воды вкуше́ния ради – не до́бре творят: ибо благодати ради Божия дана бысть на освящение миру и всей твари. Те́мже (для того) во всяких местах – и ска́редных и всюду – кропится, я́же и под ногами нашими суть. И где есть сих разум, е́же не пити сея́!? Но да уве́си (познай), я́ко не вкуше́ния ра́ди я́стия (не от принятия пищи) нечистота в нас есть, но от скверных дел наших (!!! – Ю. Р.); очи́щени же от сих, пие́м без сомнения сию́ святую воду» [65. С. 391–392].

О чудесных свойствах богоявленской воды говорит святитель Иоанн Златоуст (†407): «В этот праздник в полночь все, почерпнув воды, приносят её домой и хранят весь год <...>. Cущество этой воды не портится от продолжительности времени, но ... целый год, а часто два или три года она остается неповрежденною и свежею и, после столь долгого времени, не уступает водам, только что взятым из источников» («О Крещении Христа», цит. по: [23. С. 251]).

Малое водоосвящение совершается 1/14 августа (в праздник Изнесения Честны́х Древ Животворящего Креста Господня, когда, согласно преданию, началось в 988 году крещение Руси), в день Преполовения Пятидесятницы, в дни храмовых праздников, а также в другое время по желанию верующих или официальным поводам – в храмах, домах, на городских и сельских площадях, в полях. Ему обычно предшествует молебен. Символически это водоосвящение связано с иерусалимской купелью Бетзата́ («Дом милосердия») у О́вчих ворот, в которой ангел «возмущал» воду, придавая ей тем самым исцеляющую силу (Ин. 5:1–9), а также с чудом, совершённым Иисусом Христом у Силоамского источника (Ин. 9:1–11). Малая агиасма также, разумеется, обладает благодатными свойствами и применяется в священных церемониях: при окроплении зданий, полей, стад скота и др. Эту воду верующие тоже пьют как в храме, так и дома (в этом случае обычно утром натощак, часто вместе с просфорой).

Определённой разновидностью агиасмы может считаться «родосто́ма», «родоста́ма», «родоста́мна» (греч. ροδόσταγμα – «розовая вода») – вода с добавками ароматических веществ, употребляемая в смеси с красным вином при освящении антиминсов и престолов. Она символизирует благовонное миро, которым Мария, сестра Лазаря, помазала ноги Иисуса Христа (Ин. 12:3), а Его тайные ученики – всё тело Учителя при погребении (Ин. 19:39–40).

Водоосвящение и купание


«Сегодня освящается естество вод», – поётся за службой водоосвящения. Естественно, христианину хочется не только вкусить агиасму, но всё тело освятить погружением в эту преображённую стихию. По древнерусским представлениям, такое купание было необходимо участникам святочных игр, сопровождавшихся шутовским ряженьем, – «чтобы смыть с себя скверну бесовских масок». А современные весельчаки, предававшиеся на святках хорошо известным «национальным излишествам», желают столь радикальным методом разом смыть с себя все грехи. Здесь мы уже выходим за рамки здравого смысла.

В авторитетном богослужебно-практическом руководстве (первое издание вышло 1892 году), переизданном по благословению Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II, читаем: «В некоторых местах существует обычай в этот день купаться в реках. <...> Такой обычай нельзя оправдать желанием подражать примеру погружения в воде Спасителя, а также примеру палестинских богомольцев, купающихся в реке Иордане во всякое время. На Востоке для богомольцев это безопасно, потому что там нет такого холода и таких морозов, как у нас. В пользу этого обычая не может говорить и верование в целебную и очистительную силу воды, освящённой Церковью в самый день крещения Спасителя, потому что купаться зимою – значит требовать от Бога чуда (!!! – Ю. Р.), или же совершенно пренебрегать своей жизнью и здоровьем. <...> Подобные обычаи, как нарушающие святость совершаемого торжества и противоречащие духу истинного христианства, не могут быть терпимы и должны быть уничтожены» [15. С. 24–25, прим.]. Это здравое в богословском аспекте суждение обращено и к современным батюшкам-экстремалам, бездумно загоняющим простодушных людей в ледяную воду. Зимние утехи «моржей» не имеют к празднику Святого Богоявления никакого отношения.

Разумеется, Бог может сотворить любое чудо: извлечь невредимым человека не только из ледяной воды, но даже из пещи́ халде́йской (Дан. 3 гл.), но никто не имеет права «припирать Его к стенке», самому́создавая экстремальные условия. Ведь именно это предлагал сделать Христу искушавший (испытывавший) Его один весьма малопочтенный евангельский персонаж, подражать которому вряд ли уместно. Ответ Спасителя нам хорошо известен (Мф. 4:5–7). Именно такая ситуация возникает в том случае, когда желают придать «экстриму» (делу частному!) массовый и едва ли не обязательный характер и даже назвать его «православной церковной традицией». Это лишь дискредитирует нашу Церковь в глазах всех здравомыслящих людей, в том числе и интеллигентных православных христиан.


«СВЕТ ВО ОТКРОВЕНИЕ» ИЛИ «ГРОМНИЧНАЯ» СВЕЧА?


Как было отмечено выше, некоторые западноевропейские названия праздника Сретения напрямую связаны с темой света, просвещения. Торжественная процессия со свечами впервые описана в римской традиции VIII века, а характерный обряд освящения свечей, сопровождаемый антифоном Свет во откровение и Ныне отпуща́еши, упоминается в Романо-германской понтификальной традиции XII столетия [80. Р. 23]. В римском Миссале 1570 года процессия становится составной частью праздничной Литургии 2-го февраля.

В западных областях бывшей Российской империи эта традиция утвердилась со времён Брестской унии 1596 года (см.: [58. С. 48–52]), но была усвоена и частью православного населения. Сретенские свечи, которым придаётся особая сила, называют здесь громни́чными, а сам праздник – днём Божией Матери Громничной![69. С. 340 – 341].

Одно из возможных объяснений названия находим в Виленском Катехизисе 1768 года, где сказано, что «...эти свечи громят силу бесовскую, дабы не вредила громами и молнией, проливными дождями и градом, легко низводимыми... чародеями и волшебницами; и поэтому верные (так!!! – Ю. Р.) во время грозы зажигают эти свечи, дабы испытать плоды молитвы...» (цит. по: [58. С. 52, прим. 31]). А что ещё делают «верные»? «...В день Громничної Божої Матері (теж 2 лютого) (т. е. 2 февраля. – Ю. Р.) таку свічку виставляли у вікні. Нею ж підпалювали волосся дітям, щоб ті не боялися вовків. ... Коли вмирає людина, в її руках має горіти вогонь громничної свічки, щоб освітлювати дорогу на той світ. Відсутність свічки вважалася великою бідою: померлий буде блукати в темноті, не зможе знайти інших покійників, стане упирем тощо», и т. д. (подробнее см.: http://www.br.com.ua/referats/kraiznavstvo/80749-6.html.)

Здесь – пример полного извращения народным сознанием смысла этого господского праздника – великого торжества встречи Ветхого и Нового Завета в лице старца Симеона и Богомладенца Иисуса – и превращения его в «магический» сезонный праздник, дающий возможность получить «волшебные» свечи и колдовать с ними дома. Комментарии к этим ритуалам излишни. Можно лишь констатировать, что христианская миссия (а праздники всегда устанавливались с миссионерскими и катехизаторскими целями) проиграла в этом случае «антимиссии» народной – вполне языческой по содержанию.

А старец Симеон так верил в свет во открове́ние язы́ков...


СИМЕОН БОГОПРИИМЕЦ – ОДИН ИЗ СЕМИДЕСЯТИ ТОЛКОВНИКОВ
Древнейшие варианты легенды{26}


«Был ли священником Симеон, который Господа нашего Иисуса Христа принял в свои объятия?
– Симеон не был священником, но добродетелями своими намного превосходил священников»
(Фотий, патр. Константинопольский. – [79. Col. 824 A–B]).

Обратим внимание на то, что в повествовании евангелиста Луки о сороковом дне земной жизни Богомладенца Иисуса едва ли не самое видное место отведено таинственному ветхозаветному праведнику. «Ни до этого знаменательного события в земной жизни нашего Спасителя раньше, ни после него мы более не встречаемся с ...пророчески-вдохновенной личностью иерусалимского старца Симеона в книгах Священного Писания. Кто были родители св. Старца... где он жил в Иерусалиме, какое общественное положение он занимал, когда скончался и где погребён – всё это покрыто мраком неизвестности, и на многие из этих вопросов, волнующих пытливые умы, возможны ныне ответы лишь предположительные, гадательные. Даже повод, почему ему обещано Духом Святым не ви́дети смерти, прежде даже не ви́дит Христа Господня, – с величайшей трудностью, и то лишь до некоторой степени, уясняется церковным преданием» [19. С. 5–6.]

Главное в этом предании (варианты см.: [58. С. 21–23]) – превращение безвестного праведника, ждавшего завершения ветхозаветной истории в пришествии Мессии-Христа, в одного из соавторов знаменитого перевода Библии с еврейского на греческий язык, общеразговорный язык культурного человечества греко-римской Ойкумены. Священное Писание иудеев вдруг стало доступно всему цивилизованному миру, заговорив с ним на его языке, и роль Септуагинты{27} (так стали называть эту греческую Библию) в подготовке народов единой Империи к приятию Мессии – Спасителя как иудеев, так и язычников! – не может быть переоценена. На языке Септуагинты апостолы проповедовали язычникам, на этом же языке были написаны книги Нового Завета. Но неужели никто из боговдохновенных переводчиков – своего рода «ветхозаветных апостолов» – не доживёт до исполнения обетований? Особенно несправедливо это будет по отношению к переводчику Книги пророка Исайи, названного «ветхозаветным евангелистом»... Разумеется, символизирующее сознание Средневековья не могло примириться со столь чудовищной несправедливостью! Так появилась «диковинная и тем более характерная легенда, согласно которой евангельский Симеон Богоприимец... был одним из "Семидесяти толковников" и жил три с половиной столетия.

Соавтор Септуагинты, который дожидается возникновения христианства, чтобы увидеть свои чаяния о "свете во откровение народам" исполнившимся, – выразительный символ», – справедливо замечает Сергей Аверинцев [8. C. 503].

Классическая версия о создании Септуагинты в годы царствования Птолемея Филадельфа II (282–246 до н. э.){28} , просвещенного и меценатствующего монарха эллинистического Египта, озабоченного тем, что он сам и его подданные не могут поучаться Священным Писаниям иудеев, впервые излагается в «Письме Аристея к Филократу» (III—II вв. до н. э.) [27]. В списке имён переводчиков, включённом в этот памятник, имя Симеона, разумеется, отсутствует [27. С. 13–14]. Ничего не знает о св. Симеоне как об одном из Семидесяти ни св. Иустин (Юстин) Философ († ок. 165), первый христианский писатель, кратко (и неточно) излагающий историю Септуагинты [10. С. 300–301], ни учёный филолог-библеист ОригенАлександрийский († 253/4), ни Великие Каппадокийцы (IV в.), ни создатель Вульгаты бл. Иероним († 420), ни другие отцы и учителя Церкви (в том числе и оставившие проповеди на праздник Сретения) вплоть до знаменитого эрудита Фотия Константинопольского(† 893), специально посвятившего Симеону главы в своих «Амфилохиях». Легенда появляется лишь в следующем столетии. Приведём три её древнейших варианта и сделаем выводы.


1. Евтихий, патриарх Александрийский (933–940)

...В Александрии же и Египте после Александра (Македонского. – Ю. Р.) семь лет правил брат его по имени Филипп, прозванный Птолемеем Арриде́ем.

После него Птолемей, имя которому Александр, прозвище Гале́б [Galeb-Vzr – «Победитель»], правил двадцать семь лет. Он, на двадцатом году своего царствования послав в Иерусалим, повелел привести оттуда семьдесят иудейских мужей в Александрию, которым книги Закона Моисеева и Пророческих писаний предписал переложить для него с еврейского языка на греческий, всякого из них разместив поодиночке, отдельно от других, в собственном жилище, дабы он видел, как исполняется перевод каждого. Затем, после того как они переложили те книги, он сверил их переводы: переложенье было одного склада, совершенно без расхождения. Итак, собрав книги воедино и запечатав своей печатью, он поместил их в храме идола, именуемого Сераписом.

Был в числе тех Семидесяти толковников некий праведный муж по имени Симеон, который Господа нашего Христа взял на руки в Храме. В ту пору, когда он трудился над переводом книг Священного Писания с еврейского языка на греческий, он судил даже о самом малом свидетельстве, в коем предвещалось о Христе Господнем, и, не принимая его в сердце свое, говорил: «Не может того быть». Поэтому Бог отдалил смертный час его жизни, так что прожил он триста пятьдесят лет, доколе не увидел Христа Господня. Увидя же Его, сказал:

Ныне отпускаешь раба Твоего, Владыко, по слову Твоему, с миром; ибо видели очи мои спасение Твое, которое Ты уготовал пред лицем всех народов.

После смерти Птолемея Галеба двадцать девять лет правил Птолемей, называемый Лаг. После него 26 лет правил сын его Филадельф. ... [72. P. 295–299]{29}


2. Георгий Кедри́н (XI—XII вв.)

...И там (в окрестностях Вифлеема. – Ю. Р.) Она родила Еммануила и, обрезанного на восьмой день, через сорок дней принесла Его в Иерусалим, чтобы, как предписано в Законе, представить пред Господом; и там Его встретил праведный Симеон. Ведь этот человек, Симеон Богоприимец, происходя из народа иудейского, был среди тех Семидесяти мужей, которые еврейский Ветхий Завет переложили на греческий язык для египетского царя Птолемея Филадельфа ещё до пришествия Христова, как о том пишет в «Шестодневе» божественный Златоуст{30} .

Он [Симеон], когда встретилось ему предсказание пророка Исайи – се, Дева во чреве прии́мет, и родит Сына, и имя Ему: Еммануил (Ис. 7:14), – не поверил этому, сказав, что невозможно для человеческого естества, чтобы родила дева. И вот ему было божественное Откровение, что он будет жить, доколе не исполнится пророческое предсказание. Это нам открывает Святое Евангелие в таких словах: Ему было предсказано Духом Святым, что он не увидит смерти, доколе не увидит Христа Господня (Лк. 2:26). Поэтому, увидя Его, сорокадневного Младенца, в Храме, и взяв Его на руки, он, со словами Ныне отпускаешь раба Твоего, Владыко, по слову Твоему, с миром (Лк. 2:29), с радостью расставаясь с жизнью, устремился Ему навстречу. [74. Col. 364–365.]


3. Никифор Ка́ллист († 1335)

...Вслед за тем (после обрезания. – Ю. Р.) приходит время принести жертву очищения. Когда настал предписанный в Законе сороковой день, Его, как перворождённого младенца му́жеского пола, родители принесли в Иерусалимский храм, чтобы там принести в жертву, по установленному в Законе, две горлицы или двух птенцов голубиных. Туда же пришёл, Духом Святым водимый, Симеон и старица Анна; и Иисуса, шествующего словно бы в херувимской колеснице, Симеон принял старческими руками.

Видя Младенца, резвящегося у материнской груди, они (Симеон и Анна. – Ю. Р.) прозревают в Нём великого Бога Израилева и пророчествуют о грядущих событиях, предвещая, что лежит Сей на падение и на восстание многих и в предмет пререкания (Лк. 2:34–35), и что из-за Него оружие печали пройдёт через Девичью душу.

Симеон же этот, рассказывают, был одним из мужей, выдававшихся добродетельной, благочестивой и праведной жизнью. Когда он однажды (читая Священное Писание? – Ю. Р.) изумился предсказанию пророка Исайи – се, Дева во чреве прии́мет, и родит Сына – и усомнился в божественном пророчестве, именно тогда и явился ему, говорят, ангел, предсказавший, что не освободится он от оков земного существования до того времени, пока своими глазами не увидит пред вратами Храма исполнения пророчества. Поэтому он дожил до глубокой старости и, увидя своими глазами Христа Господня и приняв Его на руки, был тотчас освобождён от уз плоти. [78. Col.668–669].

Подведём некоторые итоги. С большой долей вероятности можно предположить, что легенда о Симеоне Богоприимце являлась первоначально местным церковным преданием Александрии Египетской (родины Септуагинты!), а, впоследствии, выйдя за её пределы, варьировалась и дополнялась новыми подробностями. Это подтверждается фактом её древнейшей фиксации в Анналах православного Александрийского патриарха Евтихия{31} . В его версии, как видим, Симеон однозначно является одним из Семидесяти и живёт (до встречи с Мессией или всего?) 350 лет. Здесь ещё отсутствует символическая подробность о переводе учёным мужем именно Книги пророка Исайи; инициатором перевода выступает таинственный царь Александр Галеб{32} . Рассказ о св. Симеоне помещен помещён Евтихием в разделе, посвящённом эпохе Эллинизма. Вероятно, он отождествлял евангельского Симеона с Симеоном Праведным, о котором пишет Иосиф Флавий (Древности Иудейские. Кн. XII, гл. 2, 5).

Второй по времени источник, византиец Георгий Кедри́н (XI—XII вв.), приводит классическую христианскую фабулу сказания: Симеон живет при Птолемее Филадельфе и получает откровение о долгом (сколько лет – не сказано) ожидании им Мессии во время перевода Исайи. Значит, время появления легенды в Константинополе можно датировать X—XI вв.

Обращает на себя внимание исторически корректный тон византийского хрониста Никифора Каллиста († ок. 1335), чьё сообщение о Симеонене не позволяет считать старца ни переводчиком из числа Семидесяти, ни – однозначно – каким-то позднейшим переводчиком. Он видит в нём человека, усомнившегося при чтении Священного Писания в пророчестве (такое бывает и с праведниками!) и потому дожившего до «глубокой старости», чтобы убедиться в исполнении обетования. На протяжении нескольких строк, посвященных Симеону, Никифор дважды подчёркивает, что лишь передаёт легенду, не имеющую достоверного источника, тем самым ясно выказывая своё критическое к ней отношение.

С другой стороны, ни один из трёх древнейших источников не упоминает о пресловутом ноже, ставшем позднее едва ли не главным орудием филологической деятельности старца Симеона! Например: «<…> Егда́ же преводи́шя книги Птоломи́ю Египетскому царю, ... пиша́ Симеон книгу Исаии пророка. Егда́ же дости́же сего́ словесе́ – се Де́вая прии́мет во чреве и родит Сына Христа Госпо́дня – и прии́м нож, хотя́ше загла́дити. И и́м ангел за́ руку его́, глаго́ля: Не неве́руй напи́саным, будет бо се, ибо а́ще до́ндеже не прии́меши Его ты на́ руку си́, не и́маши вкуси́ти смерти. <…>» [44. Л. 722 об.]

Наконец, читатели смогли убедиться, что нейтральная заметка Никифора Каллиста не позволяет считать его источником современной про́ложной и минейной легенды и что ссылки на него в этой связи продиктованы лишь незнанием оригинального текста. Так, автор известной книги о двунадесятых праздниках, излагая легенду (включая эпизод с ножом), ссылается на приведённое нами место из Никифора Каллиста [35. Отд. VI. С. 5–6]. Ясно, что он не справлялся с греческим текстом его Истории. Такое же отношение к историческому материалу выказывают и многочисленные авторы популярных брошюр о Сретении. Даже учёные авторы «Толковой Библии» в своём комментарии пишут: «По преданию, хотя сообщаемому довольно поздним церковным историком (Никифором Каллистом, X-го века, кн. 1, гл. XII), Симеон, бывший в числе 70-ти переводчиков В[етхого] Завета, получил это обещание от Св. Духа в тот момент, когда его постигло сомнение относительно пророчества Исайи о рождении Еммануила от Девы» [7. С. 139, прим.]. Никифор Каллист был бы весьма удивлён желанием приписать ему то́, чего он не говорил, равно как и «удревнением» его на четыре столетия! Хороший пример того, что в науке argumentum ad hominem работает далеко не всегда.

 

ИСТОЧНИКИ И ЛИТЕРАТУРА{33}


1. Аверинцев С. С. Собрание сочинений. Переводы: Евангелия. Книга Иова. Псалмы. Киев, 2004.

2. Библия. Книги Священного Писания Ветхого и Нового Завета в русском переводе с приложениями. Изд. 4-е. Брюссель, 1989.

3. Новый Завет Господа нашего Иисуса Христа на четырех языках. Книга первая. От Матфея Святое Благовествование. СПб., 1886.

4. Новый Завет Господа нашего Иисуса Христа на четырех языках. Книга третья. От Луки Святое Благовествование. СПб., 1888.

5. Новый Завет Господа нашего Иисуса Христа. Пер. с греч. подлинника под ред. еп. Кассиана (Безобразова). [М.]: РБО, 1997.

6. Новый Завет на греческом языке с подстрочным переводом на русский язык / Гл. ред. А. А. Алексеев / Консультант по богословским вопросам архим. Ианнуарий (Ивлиев). СПб.: РБО, 2006.

7. Толковая Библия, или Комментарий на все книги Св. Писания Ветхого и Нового Завета. Изд. преемников А. П. Лопухина. СПб., 1912. Т. 9.

8. Аверинцев С. С. Истоки и развитие раннехристианской литературы // История всемирной литературы. М., 1983. Том 1. С. 501–515.

9. Аверинцев С. С. Поэтика ранневизантийской литературы. М., 1977.

10. Антология. Раннехристианские отцы Церкви. Брюссель, 1978.

11. Бердяев Н. Смысл истории. М., 1990.

12. Богословский М. Обрезание Господа нашего Иисуса Христа и принесение Его во Храм (Лука 2:21–40) // ПС. 1892. Ч. III. С. 3–35.

13. Болотов В. В. Лекции по истории Древней Церкви. Т. I. Ведение в церковную историю. СПб., 1907; Т. IV. История Церкви в период Вселенских соборов. Пг., 1918.

14. Болотов В. В. Следы древних месяцесловов поместных Церквей // ХЧ. 1893. Вып. 1. Январь – февраль. С. 177–210.

15. Булгаков С. В. Настольная книга для священно-церковно-служителей. М., 1993. Т. 1.

16. Булгаков С., прот. Автобиографические заметки. Париж, 1946.

17. Григорий Богослов, св. Слово 38, на Богоявление, или на Рождество Спасителя // Творения... СПб., [1912]. Т. 1. С. 522–532.

18. Дмитриевский А. А. Праздник Богоявления на реке Иордане и в св. граде Иерусалиме. 2-е изд. М., 1994.

19. Дмитриевский А. А. Праздник Сретения Господня у гроба праведного Симеона Богоприимца в Катамонасе близ Иерусалима. СПб., 1907.

20. Душечкина Е. В. Русская ёлка. История, мифология, литература. [2-е изд., перераб. и доп.]. СПб., 2012.

21. Епифаний Кипрский, св. На восемьдесят ересей Пана́рий, или Ковчег // Творения... М., 1863. Ч. 1.

22. Епифаний Кипрский, св. О семидесяти толковниках и о тех, которые ложно истолковали Св. Писание // Творения... М., 1884. Ч. 6. С. 283–290.

23. Желтов М. С., Никифорова А. Ю. Агиасма // ПЭ. Том I. М., 2000. С. 250–251.

24. Ианнуарий (Ивлиев), архим. Евангелие от Матфея. Беседа на радио «Град Петров». Беседа № 2 (рукопись).

25. Ианнуарий (Ивлиев), архим. «Народ особенный» Проповедь в праздник Святого Богоявления // Вода Живая: С.-Петербургский церковный вестник. 2009. № 1 [108]. С. 27–28.

26. Ианнуарий (Ивлиев), архим. «По чину Мелхиседека». Апостол в праздник Сретения Господня // Вода живая: С.-Петербургский церковный вестник. 2009. № 2 [109]. С. 24–25.

27. Иваницкий В. Письмо Аристея к Филократу // Труды Киевской Духовной академии. 1916. Т. II. С. 153–198; Т. III. С. 1–37; 197–225.

28. Иоанн Златоуст, св. Проповеди на Рождество Христово // Творения... Пг., [1916]. Т. 6.

29. Иоанн Златоуст, св. Слово на Сретение Господа нашего Иисуса Христа, а также о Богородице и о Симеоне // Творения... Т. VI. Пг., [1916]. С. 392–399.

30. Иоанн Златоуст, св. Творения... СПб., 1900. Т. VI. Кн. 2.
31. Кекелидзе К., свящ. К вопросу о времени празднования Рождества Христова в Древней Церкви. Киев, 1905.

32. ЛебедевД. А., свящ. День Рождества Христова по хронологии св. Ипполита Римского. Пг., 1915.

33. Киприан (Керн), архим. Литургика: гимнография и эортология. М., 2002.

34. Климишин И. А. Календарь и хронология. М., 1985.

35. Лаврентьев Г. Дванадесятые праздники Православной Церкви. СПб., 1862.
36. Некрасов А. Замечания к первым двум главам русского перевода Евангелия от Матфея // ПС. 1884, февраль. С. 151–164.

37. Никанор (Кудрявцев), архим. Вопрос о праздновании Сретения Господня в Великий пост по литургическим данным прошлого и современным. // Труды КДА. 1915. Кн. 5 (май). С. 109 – 124.
38. Никольский К., прот. Пособие к изучению Устава богослужения Православной Церкви. Изд. 7, испр. и доп. СПб., 1907.

39. Орлов М. И., прот. Литургия св. Василия Великого. СПб., 1909.

40. Пальмов Н. Канун праздника Рождества Христова. Киев, 1913.

41. Порфирий (Успенский), еп. Первое путешествие в Афонские монастыри и скиты в 1846 году. Киев, 1877. Часть II.

42. Последование Великого освящения воды Святых Богоявлений // Требник. М., 1984. Ч. 3. С. 5–26.

43. Поспеловский Д. Православная Церковь в истории Руси, России и СССР. М., 1996.

44. Прологъ. Декабрьская четверть. (Декабрь – Февраль.) М., 1641.

45. Проповеди рождественского цикла / Сайт "Азбука веры", раздел "Проповеди" / – [Электрон. ресурс] (1 файл). – URL: http://azbyka.ru/propovedi/prazdniki-rozhdestvenskogo-cikla.shtml (21 ноября 2014).

46. Райт Дж. Э. Библейская археология / Пер. с англ. А. А. Чеха; под ред. А. Б. Никитина. СПб., 2003.

47. Рашковский Е. Б. «С высоты Востока...» Двунадесятый праздничный цикл в православном богослужении. М., 1993.

48. Реморов И., диак. Где Пасха зимует: богослужебное содержание Рождественского поста // С.-Петербургский Церковный вестник. 2005. № 12. С. 29–33.

49. Рубан Ю. Агиасма // Вода живая: С.-Петербургский церковный вестник. 2007. – № 1 (84). С. 58–59.

50. Рубан Ю. Вода святая. Водоосвящение // РГЭС. 2002. Т. I. С. 360–361, 362.

51. Рубан Ю. Календарь для человека или человек для календаря? Когда мы празднуем Рождество Христово // С.-Петербургский Церковный вестник. 2005. № 12. С. 34–37.

52. Рубан Ю.Обрезание. Обрезание Господне // РГЭС. Т. II. 2002. С. 607–608.

53. Рубан Ю.От Рождества до Сретения // София. Великий Новгород. 1997. № 4. С. 4–5, 30.

54. Рубан Ю. Паримии праздника Сретения в аспекте литургического богословия // Библия и европейская литературная традиция. Выпуск I. Материалы XXXIV международной филологической конференции. СПб., 2006. С. 54–58.

55. Рубан Ю. Пасха.Светлое Христово Воскресение: история, богослужение, традиции / Науч. ред. архим. Ианнуарий (Ивлиев). Изд. 3-е, испр. и доп. СПб.: Коло, 2014.

56. Рубан Ю. Праздники рождественского цикла // Нескучный сад. М., 2012. № 1(72). С. 34–36.

57. Рубан Ю. Праздники христианские // РГЭС. М.; СПб., 2002. Т. III. С. 76–78.

58. Рубан Ю. Сретение Господне. (Опыт историко-литургического исследования) / отв. ред. О. П. Лихачева; вступительное слово протоиерея В. Ф. Федорова / со статьёй отв. ред. «Вехи христианского календаря». СПб., 1994.

59. Рубан Ю. Христианский литургический календарь: История и источниковедение (На примере праздника Сретения) / Автореф. дисс. … к. и. н. / Науч. руковод. д. и. н. проф. С. М. Каштанов. М.: РГГУ, 1997.

60. Селешников С. И. История календаря и хронология. М., 1972.

61. Скабалланович М. Н. Рождество Христово. Киев, 1916.

62. Словарь библейского богословия / Под ред. Ксавье Леон-Дюфура и др. Брюссель, 1974.

63. Смирнов Ф. Происхождение и значение праздника Рождества Христова. Киев, 1883.

64. Тафт Р. Ф. Литургический лексикон / Роберт Френсис Тафт; [пер. с англ. С. Голованова]. Омск, 2013.

65. Типикон, си́есть Устав. СПб., 1992. Т. 1.

66. Туркин И. Праздник Крещение Господне или Богоявление. СПб., 1905.

67. Успенский Н. Д. История и значение праздника Рождества Христова в Древней Церкви // Успенский Н. Д. Православная Литургия: историко-литургические исследования. Праздники, тексты, устав. М., 2007. С. 223–238.

68. Учение Двенадцати апостолов / Введ. В. С. Соловьева (к изд. 1886 г.). Пер. с греч., вводная статья и коммент. игумена Иннокентия (Павлова). [М., 1996].

69. Хойнацкий А., свящ. Праздник Сретения в Римско-Католической Церкви // ПО. 1873. № 2. С. 338–362.

70. Шмеман А., прот. Введение в литургическое богословие. Париж, 1961.

71. Botte Bernard (Dom). Les Origines de la Noël et de l'Épiphanie. Louvain, 1932.

72. Contextio Gemmarum sive, Eutychii Partiarchae Alexandrini Annales. Illustrissimo Johanne Seldeno. Interprete Edwardo Pocockio. T. I. Oxoniae, 1658.

73. Éthérie. Journal de voyage. Texte Latin, introduction et traduction de Hélène Pétré. Paris, 1971. (Sources Chrétiennes, 21.)

74. Georgii Cedreni Historiarum compendium // PG. 1864. T. 121.

75. Hesychii presbyteri Jerosolymitani In praesentatione Domini et Salvatoris nostri Jesu Christi // PG. 1860. T. 93.

76. Jacobus Bueus. De S. Simeone propheta Hierosolymis sylloge // Acta Sanctorum. Octobris tomus quartus. Parisiis, 1866. P. 4–23.

77. Maur, Hansjorg Auf der. Feiern im Rhythmus der Zeit I. Regensburg, 1983.

78. Nicephori Callisti Xanthopuli Ecclesiasticae Historia // PG. 1865. T. 145.

79. Photii Constantinopolitani Patriarchae Amphilochia, sive in sacras litteras et quaestiones diatribae // PG. 1860. T. 101.

80. Smith C. Candlemas // New Catholic Encyclopaedia. Washington, 1967. Vol. III.

81. Talley T. J. The Origins of the Liturgical Year. New York, 1986. 2-nd, revision ed., 1991.

 

СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ


Названия библейских книг


Ветхий Завет

Быт. – Бытие

Дан. – Книга пророка Даниила

Еккл. / Эккл. – Книга Екклесиаста (Экклезиаста)

Иер. – Книга пророка Иеремии

Иов. – Книга Иова

Ис. – Книга пророка Исайи

Исх. – Исход

Лев. – Левит

2 Макк. – Вторая Книга Маккавейская

Мих. – Книга пророка Михея

Ос. – Книга пророка Осии

Пс. – Псалтирь

3 Цар. – Третья Книга Царств

Числ. – Числа (Книга Чисел)

Новый Завет

Гал. – Послание к Галатам ап. Павла

Евр. – Послание к Евреям ап. Павла

Ин. – Евангелие от Иоанна

Кол. – Послание к Колоссянам ап. Павла

1 Кор. – Первое послание к Коринфянам ап. Павла

Лк. – Евангелие от Луки

Мк. – Евангелие от Марка

Мф. – Евангелие от Матфея

Рим. – Послание к Римлянам ап. Павла

Тит. – Послание к Титу ап. Павла

Евр. – Послание к Евреям ап. Павла


Varia
ГПБ – Государственная публичная библиотека им. М. Е. Салтыкова-Щедрина (СПб. – Л.); ныне РНБ.

КДА – Киевская Духовная академия

Пг. – Петроград

ПО – Православное обозрение. М.

ПС – Православный Собеседник. Казань.

ПЭ – Православная энциклопедия. М.

РБО – Российское библейское общество

РГЭС – Российский гуманитарный энциклопедический словарь: В 3 т. М.; СПб.

РНБ – Российская национальная библиотека (СПб.), ранее ГПБ.

РПЦ – Русская Православная Церковь

ст. – стих, мельчайшая общепринятая единица библейского текста

ХЧ – Христианское Чтение. СПб.

PG– Patrologiae cursus completus. Series Graeca. Ed. J.-P. Migne. Parisiis.

 

ПРИМЕЧАНИЯ


{1} Здесь и далее первая дата – изначальная, безусловная, по юлианскому календарю, которая соответствует сейчас и датам григорианского календаря. Вторая – по григорианскому (только для XX—XXI столетий!) – условная, для сохраняющих отстающий на 13 дней от астрономического времени юлианский календарь. В 2100 году все календарные даты по старому стилю сдвинутся вперед ещё на один день: Рождество будет приходиться на 8-е января, Богоявление – на 20-е, и т. д.

{2} Т. е. буквально «всё». Греческое αι̉ών, айо́н, эо́н – век, жизнь, время, эпоха, вечность.

{3} Эта богословская максима основана на близких формулировках нескольких авторов. Первым называют св. Иринея Лионского († ок. 202). Подробнее см.: http://modernlib.ru/books/konstanti...a_v_izrecheniyah_i_citatah_spravochnik/read_2.

{4} Основу статьи составляют расширенные тезисы моей лекции, прочитанной в культурно-просветительском центре «Лествица» при Скорбященском храме на Шпалерной 16 декабря 2007 года. Тема предельно важна для уяснения христологического догмата – главного, отличающего христианство от формально родственных ему «авраамических религий».

{5} Монофелитство (от греч. монос – «один» и тхэлема, фелима – «воля»), букв. «единово́лие» – еретическое направление христианского восточного богословия VII века, утверждавшее, что во Христе действует только одна, божественная, воля. Признавать в Нём две воли (божественную и человеческую) – значит признавать в Нём волю добрую и волю злую, считали монофелиты. Это учение о единой воле (энергии) было, согласно разъяснению Максима Исповедника (†662) и патр. Софрония Иерусалимского(†638 г.), «замаскированным монофизитством», отрицающим равночестное единение во Христе божественной и человеческой природы. Монофелиты осуждены на VI Вселенском соборе (680–681 гг.).

{6} Вероятно, ошибка древнего переписчика. Сороковой день от Богоявления (6 января) падает на 14 февраля [14. С. 187]; [33. С. 145].

{7} Подглавка основана на моих словарных статьях [52].

{8} О понятии «Царство Божие», или «Царство Небесное» см.: [1. С. 185–186].

{9} Согласно евангелисту Марку, Иоанн, кроме того, возвещал: «Идёт за мною Тот, Кто сильнее меня; у Кого я недостоин, наклонясь, развязать завязки обуви. Я крестил вас водою, а Он будет крестить вас Духом Святым» (Мк. 1:7–8). Комментарии: [1. С. 217–218].

{10} Он управлял Иудеей с 26 по 36 годы. Титул «прокуратор» в отношении Пилата связан с терминологической путаницей. Его действительный титул был «префект» [55. С. 102].

{11} Его личное еврейское имя Йоханан означает «Господь (Яхве) милостив».

{12} Греч. глагол βαπτίζω, бапти́дзо буквально означает «погружать», «омывать». Совершающий это действо именуется баптистэ́с («баптист»). Славянский термин «крещение» ассоциируется с крестом и ведёт к иконографическим недоразумениям: ни Иоанн Предтеча, ни апостолы не пользовались знаком креста, лишь впоследствии ставшим символом христианства. Тем не менее, о правомочности этого на первый взгляд неточного славянского термина, – см.: [1. С. 183–184].

{13} Так традиционно переводится греч. μετάνοια, мета́нойа, букв. «перемена ума», «перемена мыслей»; ему соответствует еврейское тешува́ – «возврат». Именно это значение термина, вероятно, определило образную метафору в притче о Блудном сыне (то есть о самонадеянном молодом человеке, заблудившемсяв мире языческих соблазнов), где грешник возвращается к отцу (см.: [1. С. 184–185]).

{14} Подглавка основана на тезисах моей лекции, прочитанной в культурно-просветительском центре «Лествица» 11 января 2009 года.

{15} Подробнее о соотношении праздников Рождества и Богоявления см.: [63], [31], [32], [61], [67], [66], [71], [77], [81].

{16} Греч. υπαπαντή, от гл. υπαπαντάω – «идти навстречу», «упреждать», предвосхищать». Термин напоминает, что здесь – не встреча равных, но особая церемониальная встреча ме́ньшего с бо́льшим, при которой первый, упреждая событие, символически выказывает своё подчинённое положение: например, делегация сдающегося города идёт навстречу победителю с ключами от городских ворот.

{17} См. первую паримию на Великой Вечерне, содержащую сводный текст: Исх. 12:51 – 13:3, 11–12, 14–16; 22:29; Лев. 12:2–4, 6–8; Числ. 8:14–18.

{18} «...in Anastase», букв. «в Воскресение». Так греки называют Храм Гроба Господня – Анастасис, Воскресение.

{19} Подробнее см.: [37], [58. С. 45–67]. Здесь опубликованы типика́рные заметки из славяно-русских рукописных и старопечатных литургических книг, излагающие устав совершения службы Сретения не только в Чистый понедельник, но даже просто «в пост» (вероятно, архаический след совершения некогда Сретения 14 февраля, отсчитывая его от Богоявления) [58. С. 64 сл.].

{20} Цит. по: [70. С. 140]. Это парафраз евангельских слов из пасхального литургийного чтения: «И Слово стало плотью (καὶ ὁ Λόγος σὰρξ ἐγένετο) и поселилось в нас, и мы увидели славу Его, славу как единственного у Отца, полное благодати и истины. <...> Бога не видел никто никогда; Единородный Сын, Сущий в лоне Отца, – Тот [Его] явил». (Ин. 1:14, 18). Букв. «...Тот о Нём рассказал» (или «истолковал, разъяснил», греч. ε̉ξηγήσατο. – Ю. Р.)! (См. [6. С. 503]).
{21} Статья воспроизводится с некоторыми дополнениями по изданию: [51].

{22} Достаточно вспомнить, что не только полемических чернил, но и крови стоила христианству сакрализация геоцентрической системы языческого астронома Птоломея. Без сомнения, ни Цезарь, ни Птоломей не стали бы возражать против уточнения своих несовершенных и исторически условных конструкций. Наука и ее инструментарий развивается, отметая ещё вчера незыблемые положения. «Трудно представить себе, чтобы человечество, непрерывно повышая уровень своего технологического развития, отказалось от разработки и использования для своих нужд такой единицы времени, которая была бы адекватной астрономическому прообразу» [34. С. 219].

{23} Как известно, вопрос о календаре был составной частью предполагаемых обширных литургических реформ, назначенных Поместным Собором РПЦ на сессию 1919 года, которая так и не состоялась из-за преждевременного роспуска Собора в сентябре 1918 года в условиях красного террора. Тем не менее, Церковь всё же попыталась разрешить эту проблему на всеправославном уровне. Как пишет со ссылками на архивные источники православный историк Дмитрий Поспеловский, «31 января 1919 года деятель московского Собора Н. Н. Кузнецов от имени Патриархии и Собора обратился в Совнарком с ходатайством о предоставлении визы делегации Московской Патриархии в Константинополь для переговоров с Вселенским Патриархом относительно введения в церковный обиход григорианского календаря в связи с принятием его советским государством. Глава ЧК Дзержинский отказался дать представителям Церкви разрешение на выезд. Таким образом, инициатива перехода на новый стиль принадлежала Московской Патриархии (! – Ю. Р.), а не обновленцам и даже не Вселенской Патриархии, которая перейдёт на новый стиль тремя годами позднее» [43. С. 393–394, прим. 17].

{24} Статья предназначалась для РГЭС. Не опубликована.

{25} Статья была написана мной по заказу нашего епархиального журнала [49]. Поделитесь её текстом со знакомыми. Преодоление языческих предрассудков, пронизывающих Церковь, – дело всех здравомыслящих христиан, а не только Богословской комиссии Московского Патриархата.

{26} Приложение основано на опубликованных материалах. См.: [58. С. 21–23, 74–118]. Переводы с греческого и латинского принадлежат Анатолию Рубану. Здесь же (с. 80–112) даётся перевод самого подробного (при этом «научного», основанного на критике источников) жития св. Симеона из знаменитых Acta Sanctorum болландистов [76].

{27} Лат. Septuaginta – букв. «Семьдесят», то есть «[Перевод] Семидесяти [толковников]». Согласно преданию, переводчиков было 72, по шести человек от каждого из условных двенадцати колен Израилевых (70 – округлённая версия этого числа). Святой Епифаний Кипрский употребляет и термин «перевод семидесяти двух» [22. С. 289]).

{28} Его профиль (и профиль жены) мы видим на знаменитой эрмитажной «Камее Гонза́го».

{29} Вновь выражаем искреннюю благодарность д-ру и. н. О. Г. Большакову (С.-Петербургское отделение Института востоковедения РАН), вместе с которым мы сверили латинский перевод этого фрагмента Хроники Евтихия с критическим изданием арабского оригинала (Eutychii Partiarchae Alexandrini Annales. Pars prior. Edidit L. Cheiko. Beryri, Parisiis, 1906. – Corpus scriptorum christianorum orientalium. Scriptores arabici. Textus. Series tertia, t. 6). – Ю. Р. иА. Р.

{30} Источник ссылки Кедрина не отождествлён. В «Шестодневе» Севериана Габальского (Псевдо-Златоуст) этих слов нет (см.:[30. С. 733–818]).

{31} Его арабское имя – Саид ибн Батри́к († 11.V.940). См. о нём: [58. С. 161–162].

{32} Правителя с таким именем в Египте не было, и учёные издатели Хроники Евтихия от комментариев благоразумно отказались. См.: [58. С. 162–163].

{33} Список включает лишь книги и статьи, использованные автором. В особый раздел вынесены тексты и переводы Священного Писания, все остальные публикации ради удобства расположены в алфавитном порядке. При описании текстов св. отцов ради экономии места пространная титулатура («иже во святых...» и т. д.) опускается, остаётся лишь слово «Творения...». Библиография по нашей теме огромна, и любознательный читатель может продолжить поиски, обратившись в первую очередь к соответствующим статьям новейших отраслевых энциклопедий и словарей (Православная и Католическая энциклопедии и др.), а также к монографическим исследованиям отдельных праздников.

Января 2016

https://azbyka.ru/forum/xfa-blog-entry/ot-rozhdestva-do-sretenija.2146/#predislovie

 


Дата добавления: 2018-02-28; просмотров: 196; Мы поможем в написании вашей работы!






Мы поможем в написании ваших работ!