То есть бьют не по лицу, а просто чисто по телу. Бывает, в душу пробьют, или... В душу, в душу — ну вот сюда.



Случай был. У нас флейтист был на курсе, с Питера. Все унижали, хотя пацан был хороший... ну, он и есть сейчас, может. Не знаю.

Короче, человек просто запоздал на отбой. А командир роты сказал: «Я не буду проводить проверку, пока лиц на месте не будет». Там у нас второй этаж, и все курсы стояли ждали на этаже. Старшекурсники в тапочках... Мы­-то первый курс, все по форме, а старшекурсники в тапочках, в шортах: им­-то — быстрей бы отбой...

Он забегает — и слышно уже: «Ну всё, хана тебе, парень... после отбоя держись».

Про себя думаю: «Ну, труба».

Он встал — начинается проверка, от ног до головы: там «Сидоров, Петров, Иванов! — Я, я, я! — Всё, ребят, всем отбой».

И от старшекурсников слышен голос: «После отбоя Заславский — в бытовку».

А там у нас иркутские... ну, звери были. Они даже по инструменту, по специальности не профессионалы. Их взяли из-­за того, что они из каких-­то приютов... ну, дикари. Там полкурса было иркутских, дагестанцы даже не связывались с ними.

Потом люди рассказывали: он заходит в бытовку, а там их человек пять или шесть. И такая система, что эти берцы... ну, берцы, как у этих, скинхедов, вот эти высокие — одели на руки, вот так завязали... Ну, и вшестером оприходовали его. Как бы не насмерть, просто отбито всё — и его сразу комиссовали.

Такие вот пироги.

 

Покурить нельзя у вас, нет?

Я хотел спросить: трудно ли привыкнуть танцевать стриптиз?

А что значит в понятие «стриптиз»? Чё стриптиз? Ну стриптиз...

Вам было стыдно?

Да не то чтобы стыдно... Но стрёмно как-­то... Ну, неприятно, когда смотрят на тебя, допустим, триста человек, или сто...

Нет, ну ты же идёшь — ты же знаешь, зачем ты идёшь. У нас выход, короче, — пятнадцать минут на сцене. Три-четыре выхода в ночь. Платят семьсот рублей выход. Плюс «вип» знаете что такое? «Вип-­танец»? Во­-первых, клиент не имеет права до тебя дотрагиваться — это раз! Человек сидит один, танец длится пять минут: песня — всё. Человек платит сумасш... ну, не сумасшедшие, но по тем временам, допустим — сто долларов. Музыка, ты её можешь всю, допустим, облапать там, вот. А она не имеет права пальцем... пальцем дотрагивается — всё! Всё, танец заканчивается, до свиданья.

Потом чего. Со временем уже видишь в толпе: оп! знакомая — «Привет-Привет!» И, допустим, там на руках стойку — фью!.. фляк назад, кувырочек, на сцену сел, в оконцовочке ножки свесил, допустим, по щёчке провёл ей... То есть танцуешь — и у тебя есть поддержка зала.

Да, вот чего! Самое главное — поддержка.

Короче, заманивает само...

Да, ну и плюс с женой со своей где познакомился? Там же. Я танцевал стриптиз, а она в охране работала...

Ваша жена работала охранником?

Да. Она у меня пятиборка..

А раньше ведь там у нас каждый день... ну не то чтоб, как говорится, женщины низкого пола, но девчонки такие простые: «Презерватив есть? — Есть. — Пошли». Там внизу у нас были «кабинки релаксации» называется. В кабинке закройся и всё. Чё хошь то и делай.

Но это пока с женой ещё не знаком был. То есть так, переглядывались: «Привет-Привет», «Пока-Пока», ну, как всегда начинается...

Вот, про неё историю расскажу! Я тогда офигел.

Была воробьёвая дискотека. Ну, детская: типа воробьёв дети бегают, малыши. Так называется: воробьёвая. Нам сказали: сделайте детям шоу. Мы сделали шоу: на стул садишься в майке, воду на себя раз! — всё течёт, им нравится — ну, дети маленькие...

А парковая же зона, дверь открыта: и — хоп! — ротвейлер забежал прямо в клуб. А там дети же, шухер, всё...

Вот жену­-то когда я увидел.

Все охранники — они в галстучках, в белых рубашечках... И она, значит, галстучек свой снимает — берёт на ротвейлера: ш-­ш-­шик — и на галстуке спокойненько его выводит!.. Весь зал такой: «У-­у-­у!!.

И я такой: «Ни фига себе девчонка!»

 

Ну, и стали встречаться...

 

Сначала она боялась сказать. Не сама сказала, а через подругу. Отвела меня в сторону, говорит: «Вот такая система, что у неё есть дочка, ты знал?»

 

А откуда я... Нет, ну ты девушку видишь, откуда ты знаешь, есть у неё ребёнок, нет, правильно? Выглядела, ухаживала за собой, стройненькая, хорошенькая, всё.

Я говорю: «Ну а чё? жизнь­-то, она продолжается». Говорю: «Мне девушка нравится, ну и ребёнка приму».

Вот. Короче, первый раз её увидал и до сих пор люблю, и она меня любит. Может, она знает, что я ей не родной отец, но всё равно. Они со Стасиком молодцы, но хотя два разных человека. Стасик в меня: глаза мои, телосложения мои, голова вот такая, а походки мамины, то есть, может, она приучает его... Я говорю: «Не надо! в попу не дуй!» В смысле не надо там дышать над ним... Надо — наказали! А то: один наказывает, второй жалеет, так нельзя тоже.

А Вику я, честное слово, больше люблю, потому что к ней внимания никакого. Вот вчера даже прихожу с работы, она мне: «А вот здесь, пап, я как разукрасила?» Я говорю: «Хорошо». «За линии не залезала?» Я говорю: «Нет».

Домой тоже ездили с ними на зимние... Посёлок Малыгино, Владимирская область Ковровский район. С Москвы до Владимира поезд, а с Владимира есть проходящий автобус, прям через посёлок.

Дома я отдыха­-аю! Я вот, допустим, живу в пятиэтажке, так? Вышел за дом — пошли гаражи. В гараже погреб — спустился, взял баночку огуречиков, картошку с погреба поднял, с маслицем отварил — а? шикарно?


Дата добавления: 2018-02-15; просмотров: 306; ЗАКАЗАТЬ РАБОТУ