Першоджерела до вивчення теми. Ясперс К. Истоки истории и ее цель



Ясперс К. Истоки истории и ее цель

Современная техника

Техника - это совокупность действий знающего человека, направленных на господство над природой, цель их - придать жизни человека такой облик, который позволил бы ему снять с себя бремя нужды и обрести нужную ему форму окружающей Среды. Как природа меняет свой облик под воздействием техники, какое обратное действие на человека оказывает его техническая деятельность, т.е. как характер его труда, организация его труда и его воздействие на среду меняют его самого, все это составляет основной фактор исторического развития.

Однако только современная техника сделала ощутимыми роковые следствия этого для человека. После относительно стабильного состояния в течение тысячелетий, в конце XVIII в. в технике и вместе с тем во всей жизни людей произошел переворот, быстрота которого все возрастает вплоть до сего дня.

С помощью современной техники связь человека с природой проявляется по-новому. Вместе с необычайно усилившимся господством человека над природой возникает угроза того, что природа в свою очередь, в неведомой ранее степени подчинит себе человека. Под воздействием действующего в технических условиях человека природа становится подлинным его тираном. Возникает опасность того, что человек задохнется в той своей второй природе, которую он технически создает, тогда как по отношению к непокоренной природе, постоянно трудясь в поте лица, чтобы сохранить свое существование, человек представляется нам сравнительно свободным.

Техника радикально изменила повседневную жизнь человека в окружающей его среде, насильственно переместила трудовой процесс и общество в иную сферу, в сферу массового производства, превратила все существование в действие некоего технического механизма, всю планету в единую фабрику. Тем самым произошел и происходит по сей день полный отрыв человека от его почвы. Он становится жителем Земли без родины, теряет преемственность традиций. Дух сводится к способности обучаться и совершать полезные функции.

Эта эпоха преобразований носит прежде всего разрушительный характер. Человек живет либо в состоянии глубокой неудовлетворенности собой, либо отказывается от самого себя, чтобы превратиться в функциональную деталь машины, не размышляя, предаться своему витальному существованию, теряя свою индивидуальность, перспективу прошлого и будущего, и ограничиться узкой полоской настоящего, чтобы изменяя самому себе, стать легко заменяемым и пригодным для любой поставленной перед ним цели.

Смысл техники. Власть над природой обретает смысл лишь при наличии целей, поставленных человеком, таких, как облегчение жизни, сокращение каждодневных усилий, затрачиваемых на условия физического существования, увеличение досуга и удобств. Смысл техники состоит в освобождении от власти природы. Ее назначение - освободить человека как животное существо от подчинения природе с ее бедствиями, угрозами и оковами. Поэтому принцип техники заключается в целенаправленном манипулировании материалами и силами для реализации назначения человека.

Великий исторический перелом в развитии техники. Техника, как умение применять орудия труда, существует с тех пор, как существуют люди. В великих культурах древности, особенно в Западном мире, высокоразвитая механика позволила перевозить огромные тяжести, воздвигать здания, строить дороги и корабли, конструировать осадные и оборонительные машины.

Однако эта техника оставалась в рамках того, что было сравнительно соразмерно человеку, доступно его обозрению. Все изменилось с конца XVIII века. Именно тогда этот скачок произошел, охватив всю техническую сторону человеческой жизни в целом. Подобное развитие техники стало возможным только на основе естественные наук на их современном уровне. Они дали нужное знание и открыли возможности, немыслимые в рамках прежней механики. Необходимой предпосылкой новой технической реальности стали в первую очередь электричество и химия. Так началось на Западе техническое и экономическое наступление предпринимателей XIX века, в ходе которого прежнее ремесло исчезло.

Оценка современной техники. В течение последних лет технику либо прославляли, либо взирали на нее с ужасом.

В первоначальном энтузиазме был заключен тот смысл, который сохранился до наших дней и являет собой идею формирования окружающей среды, реализованной творческой способностью человека, который, подобно Богу, открыл вечные идеи творения и осуществил их в виде второй природы. Вырастает некий самобытный мир. Техника уже не только внешнее бытие, но сфера духовной жизни. В настоящее время возникает совершенно новая среда. Быть может в технике современного типа заключена идея новой человеческой среды и развитие техники не беспредельно, а направлено на некое завершение, которое окажется материальным базисом человеческого существования.

Этой точке зрения противостоит другая: развитие техники ведет не к освобождению от власти природы посредством господства над ней, а к разрушению, и не только природы, но и человека. Не знающее преград уничтожение всего живого ведет в конечном итоге к тотальному уничтожению.

Есть и третья, отличная от двух охарактеризованных здесь крайних точек зрения. Согласно этой точке зрения, техника нейтральная. Сама по себе она не является ни благом, ни злом, но может быть использована во благо и во зло. В ней самой отсутствует какая бы то ни было идея, будь то идея завершения, будь то инфернальная идея разрушения. То и другое коренится в человеке, и только это придает технике смысл.

В данный момент характерно уже то, что в Европе почти исчез прометеевский восторг перед техникой, хотя это и не парализовало дух изобретательства. Опасность, проистекающая из детской радости по поводу успехов техники, уже относится к прошлому или стала уделом примитивных народов, которые только теперь знакомятся с техникой и учатся пользоваться ею.

Широта технических возможностей не должна вводить нас в заблуждение по поводу границ техники. Границы ее заключены в не подчиняющихся нашему господству предпосылках всех технических осуществлений.

Поскольку техника сама не ставит перед собой целей, она находится по ту сторону добра и зла или предшествует им. Она может служить во благо или во зло людям. Она сама по себе нейтральна и противостоит тому и другому. Именно поэтому ее следует направлять.

Направленность техники не может быть выведена из самой техники, ее следует искать в осознанном этосе. Человек должен сам найти путь к управлению техникой. Он должен отчетливо уяснить себе свои потребности, проверить их и определить их иерархию.

Несомненно одно: техника направлена на то, чтобы в ходе преобразования всей трудовой деятельности человека преобразовать и самого человека. Человек уже не может освободиться от воздействия созданной им техники. И совершенно очевидно, что в технике заключены не только безграничные возможности, но и безграничные опасности.

Техника стала ни от кого не зависимой, все за собой увлекающей силой. Человек подпал под ее власть, не заметив, что это произошло и как это произошло. И, быть может, все те беды, которые связаны с техникой, когда-нибудь будут подчинены власти человека.

Ясперс К. Истоки истории и ее цель //К. Ясперс. Смысл и назначение истории. М., 1991. С. 113—139.

 

Бердяев Н. Человек и машина

(Проблема социологии и метафизики техники)

Вопрос о технике стал вопросом о судьбе человека и судьбе культуры. Техника есть последняя любовь человека, и он готов изменить свой образ под влиянием предмета своей любви. Человек жаждал чуда. И вот техника производит настоящие чудеса. Тех­ника есть дело инженеров. Она дает усовершенствования жизни. Техника умножает блага жизни.

Мы стоим перед основным парадоксом: без техники невозможна культура, с нею связано самое возникновение культуры, и окон­чательная победа техники в культуре, вступление в техническую эпоху влечет культуру к гибели. В культуре всегда есть два элемента – элемент технический и элемент природно-органический. И окон­чательная победа элемента технического над элементом природно-органическим означает перерождение культуры во что-то иное, на культуру уже не похожее. Романтизм есть реакция природно-органического элемента культуры против технического ее элемен­та. Он восстает против преобладания технической формы над при­родой. Возврат к природе есть вечный мотив в истории культуры, в нем чувствуется страх гибели культуры от власти техники, гибели целостной человеческой природы. Жажда возврата к природе есть воспоминание об утраченном рае, жажда возврата в него. Техни­ческая эпоха требует от человека фабрикации продуктов, и при­том в наибольшем количестве при наименьшей затрате сил. Чело­век делается орудием производства продуктов. Вещь становится выше человека.

И вот трагедия в том, что творение восстает против своего творца, более не повинуется ему. Тайна грехопадения – в восста­нии твари против Творца. Прометеевский дух человека не в силах овладеть созданной им техникой, справиться с раскованными, небывалыми энергиями. Мы это видим во всех процессах рациона­лизации в техническую эпоху, когда человек заменяется машиной. Техника заменяет органически-иррациональное организованно-рациональным. Но она порождает новые иррациональные послед­ствия в социальной жизни. Машина совсем не повинуется тому, что требует от нее человек, она диктует свои законы. Человек ска­зал машине: ты мне нужна для облегчения моей жизни, для уве­личения моей силы; машина же ответила человеку: а ты мне не нужен, я без тебя все буду делать, ты же можешь пропадать. Ма­шина хочет, чтобы человек принял ее образ и подобие. Организа­ция имеет тенденцию и самого организатора превратить из орга­низма в машину.

Действительность, раскрывающаяся в искусстве, носит ха­рактер символический, она отображает идейный мир. Техника же создает действительность, лишенную всякой символики, в ней ре­альность дана тут, непосредственно.

Техника обладает страшной силой реализации, и она дает острое ощущение разрушения древнего космоса с землей в центре. Это меняет, революционизирует весь быт современного человека. И результат получается противоречивый и двойственный в отно­шении к человеку.

Машина и техника наносят страшные поражения душевной жизни человека, и прежде всего жизни эмоциональной, челове­ческим чувствам. Душевно-эмоциональная стихия угасает в совре­менной цивилизации. Так, можно сказать, что старая культура была опасна для человеческого тела, она оставляла его в пренебреже­нии, часто его изнеживала и расслабляла. Машинная, техническая цивилизация опасна прежде всего для души. Сердце с трудом вы­носит прикосновение холодного металла, но не может жить в ме­таллической среде. Для нашей эпохи характерны процессы разру­шения сердца как ядра души. Техника наносит страшные удары гуманизму, гуманистическому миросозерцанию, гуманистическо­му идеалу человека и культуры. Машина по природе своей антигу­манистична. Техника менее опасна для духа, хотя это на первый взгляд может удивить.

Техника перестает быть нейтральной, она давно уже не нейтральна, не безразлична для духа и вопросов духа Техника убийственно действует на душу, но она вместе с тем вызывает сильную реакцию духа. Техника делает человека космиургом. По сравнению с орудиями, которые современная техника дает в руки чело­века, прежние его орудия кажутся игрушечными. Это особенно видно на технике войны. Во всем техника дает в руки человека страшную силу, которая может стать истребительной.

Настанет время, когда будут совер­шенные машины, которыми человек мог бы управлять миром, но человека больше не будет. Машины сами будут действовать в со­вершенстве и достигать максимальных результатов. Последние люди сами превратятся в машины, но затем и они исчезнут за ненадоб­ностью и невозможностью для них органического дыхания и кро­вообращения. Фабрики будут производить товары с большой быс­тротой и совершенством. Автомобили и аэропланы будут летать. Природа будет покорена технике. Но человека не будет, не будет органической жизни.

От напряжения силы духа зависит, избежит ли человек этой участи. Исключительная власть технизации и машинизации влечет имен­но к этому пределу, к небытию в техническом совершенстве. Не­возможно допустить автономию техники, предоставить ей полную свободу действия, она должна быть подчинена духу и духовным ценностям жизни..

Техническая цивилизация по существу своему имперсоналистична, она не знает и не хочет знать личности. Она требует активности человека, но не хочет, чтобы человек был личностью. И личности необыкновенно трудно удержаться в этой цивилиза­ции. Личность во всем противоположна машине. Она прежде всего есть единство в многообразии и целостность, она из себя полагает свою цель, она не согласна быть превращена в часть, в средство и орудие. Но техническая цивилизация, но технизированное и ма­шинизированное общество хотят, чтобы человек был их частью, их средством и орудием, они все делают, чтобы человек перестал быть единством и целостью, т.е. хотят, чтобы человек перестал быть личностью. И предстоит страшная борьба между личностью и технической цивилизацией, технизированным обществом, борьба человека и машины. Техника всегда безжалостна ко всему живому и существующему. И жалость к живому и существующему должна ограничить власть техники в жизни.

Машинизм прежде всего извращает иерархию ценностей, и вос­становление иерархии ценностей есть ограничение власти машинизма. Эта проблема не может быть решена возвратом к старой душевной структуре и к старой природно-органической действительности. По­является новый человек, с новой душевной структурой, с новым образом. Машинизм хотел бы заменить в человеке образ и подобие Божие образом и подобием машины. Это не есть создание нового человека, это есть истребление человека, исчезновение человека, замена его иным существом, с иным, не человеческим уже суще­ствованием. Новый человек, который окончательно порвет с веч­ностью, окончательно прикрепится к новому миру, которым дол­жен овладеть и подчинить себе, перестанет быть человеком, хотя и не сразу это заметит. Происходит дегуманизация человека. Ставится вопрос: быть или не быть человеку, не старому человеку, который должен преодолеваться, а просто человеку.

Не машина, а человек виновен в страшной власти машиниз­ма, не машина обездушила человека, а сам человек обездушился. Проблема должна быть перенесена извне внутрь. Духовное ограни­чение власти техники и машины над человеческой жизни есть дело духа, дело самого человека, зависит от напряжения его духовнос­ти. Машина может быть великим орудием в руках человека, в его победе над властью стихийной природы, но для этого человек дол­жен быть духовным существом, свободным духом. В мире происхо­дит процесс дегуманизации, дегуманизации во всем. Но в этой дегуманизации повинен сам человек, а не машина. Машинизм есть лишь проекция этой дегуманизации.

В своей исторической судьбе человек проходит разные ста­дии, и всегда трагична эта судьба. Вначале человек был рабом природы, и он начал героическую борьбу за свое охранение, независи­мость и освобождение. Он создал культуру, государства, национальные единства, классы. Но он стал рабом государства, национальности, классов. Ныне вступает он в новый период. Он хочет овладеть ирра­циональными общественными силами. Он создает организованное общество и развитую технику, делает человека орудием организа­ции жизни и окончательного овладения природой. Но он становится рабом организованного общества и техники, рабом машины, в ко­торую превращено общество и незаметно превращается сам человек. Но в новых и новых формах ставится проблема освобождения че­ловека, овладения духом природы и общества.

Бердяев Н. Философия творчества, культуры и искусства: В 2 т М.,   1994. Т. 1. С. 499-523.


Дата добавления: 2018-02-15; просмотров: 359;