И лишь от тебя зависит, как именно ты хочешь меня узнать.



Ты пишешь: «Мои чувства говорят мне, что, пока я тебя не узнаю, я не смогу тебе довериться».

Это не чувства – здесь ты понимаешь себя неправильно. Это мысли, это не могут быть чувства; это полнейшее заблуждение. Именно так говорят мысли. Мысли всегда говорят: «Будь осторожен, внимателен, действуй логично» – а это, конечно, очень логично: как ты можешь мне довериться, если ты меня не знаешь? Это логичное утверждение. Это не может быть утверждением, которое исходит из глубины, поскольку глубинные чувства очень нелогичны. Глубинные чувства скажут тебе то же самое, что говорю я: доверься, и ты узнаешь.

Поэтому первое, что следует сказать: это не твои чувства, это твои мысли. Понаблюдай еще, войди еще раз в эти так называемые чувства, и ты обнаружишь, что они исходят не из сердца, что они идут из головы. Голова говорит: «Сначала узнай, а потом доверяй».

И это замечательная стратегия, если ты веришь голове и ее предписаниям: «Сначала узнай, а затем можешь довериться». В этом случае ты никогда не доверишься, поскольку познание не может случиться без доверия, мистическое познание не может случиться без доверия. Научное познание возможно, но научное познание здесь неприменимо.

Меня можно познать научно. Мой врач приходит, чтобы осмотреть мое тело. В каком‑то смысле он меня знает. Вы не знаете меня в этом смысле, вы знаете меня совершенно по‑иному. Мой врач боится приходить на мои беседы, потому что не хочет потерять пациента. Если он будет меня слушать, то врачом буду я, а он станет пациентом! Он приходит и очень торопится уйти.

Один раз случилось так, что он держал меня за руку, – у меня были проблемы с большим пальцем, – и с ним произошло нечто ненаучное. Выйдя из комнаты, он сказал Вивек: «Он – Бог, он действительно Бог!» – однако с тех пор я его больше не видел, он просто исчез. Нечто ненаучное, нечто такое, что пришло не из его головы… На какое‑то мгновение он меня почувствовал, но это его испугало.

Понаблюдай. Если эти вещи говорит твоя голова, то это не чувства. Чувства не могут говорить такого, потому что это не язык чувств. Чувства говорят: «Влюбись, и тогда ты узнаешь». Мысли говорят: «Сомневайся, исследуй, проверяй. Когда все будет полностью доказано и ты будешь уверен, убежден с рациональной точки зрения, тогда можешь довериться». И логика кажется очень, очень чистой; кажется, что в ней нет никакого трюка. Он есть! Трюк заключается в том, что с помощью научного познания ты не сможешь раскрыть тайну, с которой столкнулся, не сможешь познать поэзию, которая на тебя проливается, не сможешь увидеть красоту и великолепие, которые тебе открылись.

Ты увидишь мое тело, услышишь мои слова, однако упустишь моменты моего безмолвия. А именно в них заключены мои подлинные послания. Ты сможешь увидеть меня таким, каков я снаружи, но не сможешь проникнуть в меня такого, каков я в центре.

С помощью науки можно познать периферию, но при знакомстве с периферией человека не возникает любовь. А взаимоотношения между учеником и мастером – это крещендо любви, высочайший пик любви. Не бывает любви выше, чем эти отношения; это высшая точка в любви.

Это твои мысли, а не чувства. А, слушая мысли, ты не сможешь иметь со мной никакой общности. Ты будешь слушать мои слова, будешь слушать мои аргументы, станешь более знающим и уйдешь полностью удовлетворенным тем, что ты что‑то с собою уносишь. А все это – чепуха. Эти слова, которые ты собрал, это знание, которое ты накопил, – все это совершенно бесполезно.

Вопрос заключается не в том, чтобы собрать здесь информацию; он заключается в том, чтобы впитать дух. И единственный способ – это доверять. Только через доверие происходит познание.

Наука использует в качестве своего метода сомнение, религия использует в качестве своего метода доверие. Именно в этом их основополагающее различие. Сомнение не имеет никакого отношения к миру любви, точно так же как доверие не имеет никакого отношения к миру вещей. В мире «я‑это» важно лишь сомнение: вы не можете доверять вещам, ученый не может просто сидеть, с доверием ожидая, что что‑то произойдет. Ничего не произойдет. Он должен сомневаться, исследовать, изучать, анализировать. Он должен использовать свой ум, свою логику – лишь тогда можно будет прийти к каким‑либо выводам.

И эти выводы всегда будут оставаться приблизительными, они всегда будут оставаться условными, поскольку есть возможность, что в будущем будут открыты еще какие‑то факты, и все придется изменить. Они не могут быть категорическими.

Поэтому доверие здесь не играет роли; в мире науки оно никогда не возникает, основой остается сомнение. Если временами вы приходите к какому‑то заключению, это заключение не становится тем, чему вы доверяете, не становится вашей верой. Оно остается гипотезой.

Гипотеза означает, что до сих пор все, что вам известно, поддерживает данную теорию. Но это только до сих пор; мы ничего не можем сказать на счет завтра. Завтра могут стать известными новые факты, а с появлением новых фактов гипотезу, конечно же, придется скорректировать, а теорию придется изменить.


Дата добавления: 2018-02-15; просмотров: 370;