Иисус говорит: «Не стройте свой дом на песке; найдите скалу».



Более разумный человек обычно страдает комплексом неполноценности, поскольку он смотрит вокруг, он открыт для всего, что происходит вокруг, и начинает собирать идеи о том, что он неполноценен. Но и то, и другое – тени эго, две стороны эго. Человек, ощущающий свое превосходство, глубоко внутри себя несет комплекс неполноценности, а человек, страдающий комплексом неполноценности, глубоко внутри несет манию величия; он хочет ощущать свое превосходство.

Я слышал – не знаю, насколько это соответствует действительности, – что Морарджи Десаи спросил у психоаналитика – конечно же, конфиденциально:

– Почему я страдаю комплексом неполноценности?

Психоаналитик начал процесс глубокого анализа: день за днем Морарджи Десаи лежал на кушетке, выдавая свободные ассоциации. И вот однажды психоаналитик, подпрыгнув от радости, объявил:

– Сэр, я утверждаю, что вы не страдаете комплексом неполноценности, вы можете об этом не беспокоиться.

Морарджи Десаи тоже очень обрадовался.

– Но я всегда считал, что я им страдаю, – сказал он, – а теперь вы говорите, что это не так. Должно быть, вы правы, но не могли бы вы объяснить мне, почему вы утверждаете это с такой уверенностью?

Психоаналитик ответил:

– Сэр, вы не страдаете комплексом неполноценности – вы на самом деле неполноценны!

Я думаю, что, за исключением политиков, никто не является неполноценным. Я делаю исключение только для политиков. На самом деле, если человек не страдает комплексом неполноценности, он вообще не пойдет в политику. Политика – это арена для тех, кто страдает комплексом неполноценности, потому что они хотят доказать себе и всему миру, что не являются неполноценными. Посмотрите, я стал премьер‑министром или президентом! Кто теперь скажет, что я неполноценен? Я доказал, что не являюсь неполноценным. Политика привлекает людей, которые очень эгоистичны и страдают комплексом неполноценности.

Художники – это противоположный полюс: они страдают манией величия. Они знают, что они творцы, знают, что они пришли в мир с некой особой способностью что‑то в нем создать. Политики страдают комплексом неполноценности, они стремятся достичь все более и более высоких постов во власти, чтобы доказать себе и другим, что это не так. Художники страдают манией величия; именно поэтому они постоянно ссорятся друг с другом. Никакой художник никогда не соглашается с тем, что другой художник внес в мир хоть какой‑то вклад. Они постоянно критикуют друг друга; они не могут быть друзьями, каждый их них превосходит всех прочих!

Мистик – это человек, который увидел всю глупость происходящего, всю эту игру эго. Существуют три мира: мир политика – мир политики с позиции силы, мир художника и мир мистика.

Мистик – это тот, кто увидел, что любое сравнение ложно, бессмысленно; он перестал сравнивать. Как только вы перестаете сравнивать, вы просто становитесь самим собой, – нет неполноценности, и нет превосходства. Как вы можете быть неполноценным или превосходящим, если вы просто тот, кто вы есть?

Представьте себе: разразилась третья мировая война, и все люди в мире погибли; остался только Ананд Башир, задавший этот вопрос. Весь мир неожиданно исчез, остался только Башир, сидящий в Корегаон‑Парке, в Пуне. Будешь ли ты неполноценным или превосходящим? Ты будешь просто самим собой, поскольку сравнивать будет не с кем.

Мистик – это тот, кто просто знает, что он является самим собой. Он проживает свою жизнь в согласии с собственным светом, он создает собственное пространство, у него есть собственное бытие. Он полностью доволен самим собой, поскольку без сравнения невозможно быть недовольным. И он не эгоист, не может им быть – для эго необходимо сравнение, эго питается сравнением. Мистик просто делает свое дело. Роза – это роза, а лотос – это лотос; какое‑то дерево очень высокое, а какое‑то другое дерево очень низкое – но все обстоит так, как есть.

Просто попытайтесь на мгновение посмотреть, не сравнивая, и тогда где окажется превосходство и где неполноценность? И где окажется эго, источник всего этого?

Третий вопрос:  

Ошо,

У меня есть неистребимая привычка лгать. Почему я это делаю?

Возможно, как раз для того, чтобы почувствовать свое превосходство! Люди начинают лгать, потому что это позволяет им чувствовать себя особенными: они могут притвориться, что знают то, что кроме них не знает никто. Истина принадлежит всем, а ложь – лично вам. Это ваше собственное творение, об этом не знает больше никто; вы становитесь очень особенным, знающим. Если вы будете говорить правду, вы не будете особенным.

Я слышал, что в некой деревне жил мудрец. Однажды случилось так, что из королевского дворца были украдены очень ценные алмазы, и королевские слуги разыскивали украденное сокровище. Король так любил эти камни, что их нужно было вернуть любой ценой; однако никаких следов не было.

Тогда кто‑то предложил: «У нас в деревне есть один мудрый старец, может быть, он как‑нибудь нам поможет, подскажет что‑нибудь. Всякий раз, когда мы попадаем в беду, – ведь мы бедные люди, мы не можем обратиться к ученым знатокам, не можем обратиться к экспертам, – мы всегда идем к нашему мудрому старцу. До сих пор мы никогда в нем не разочаровывались; у него всегда находился для нас прекрасный совет».

И тогда власти пришли к мудрецу. Мудрец закрыл глаза, поразмышлял немного, а затем ответил: «Да, я знаю, кто это сделал. Но прежде, чем я вам это скажу, я хочу, чтобы вы кое‑что мне пообещали. Во‑первых, никто никогда не должен узнать, что это я сказал вам, кто украл алмазы».

Конечно, обещание было дано. Затем мудрец сказал: «Пойдемте со мной. Мы должны отойти очень далеко от людей, глубоко в лес, чтобы никто не мог ничего услышать и ни о чем не догадался бы. И со мной должен отправиться только ваш начальник». Он повел за собой начальника, а тот очень обрадовался: теперь он отыщет украденное сокровище, и король щедро наградит его. Они все углублялись и углублялись в лес. Снова и снова начальник говорил: «Сейчас мы одни», но всякий раз мудрец отвечал: «Еще немного».

Наконец начальник устал. Он взмолился:

– Почему ты заставляешь меня идти все дальше и дальше? Я устал, совершенно выдохся. Если ты знаешь, кто украл алмазы, пожалуйста, скажи. А если не знаешь, то так и скажи!

Мудрец ответил:

– Да, я знаю. Подойди ко мне поближе. Я прошепчу это тебе на ухо, чтобы никто не услышал.

Начальник сказал:

– Ты, похоже, сошел с ума. Здесь никого нет, люди остались в нескольких милях позади.

Но мудрец ответил:

– Просто на всякий случай, – и он прошептал в ухо начальника: – Нет никаких сомнений, что это сделал какой‑то вор.

Ну что же, если вы сообщите такую всеобщую истину, вы не станете каким‑то особенным. Люди любят сплетничать, любят рассказывать небылицы, придумывать ложь. Придумывая ложь, они становятся обладателями некого особого знания, которым не обладает больше никто в целом мире; это их собственное изобретение, поэтому о нем не знает никто. Они могут приукрашивать его так и этак, могут его совершенствовать, могут создавать различные стратегии, чтобы его защитить. И людям всегда приносит радость, когда они могут одурачить других; тогда они знают, что они мудрее других.

Это игра эго. Эго – это величайшая в мире ложь, и эго чувствует себя хорошо всякий раз, когда может ощутить себя особенным. И вопрос заключается не в том, лжете вы или нет; весь вопрос в том, верят вам или нет. Если другой человек верит, то, по крайней мере, в данную минуту ложь выглядит как правда. А когда вы создаете множество верящих вам людей, это дает вам власть.

Истина не нуждается в верующих. Позвольте мне напомнить вам: истина не нуждается в верующих. Утром встает солнце – вы же не верите в него, не так ли? Никто ни у кого не спрашивает: «Веруете ли вы в солнце, сэр? Веруете ли вы в луну?» Если кто‑нибудь подойдет к вам и спросит: «Ты веришь в солнце, ты веришь в луну, ты веришь в деревья?» – вы подумаете, что он сумасшедший. Зачем он задает такие вопросы? Все эти вещи существуют, поэтому не возникает даже вопроса о том, чтобы в них верить.

Люди верят в разную ложь; но истина не нуждается в верующих. А когда вы придумываете великую ложь, вы становитесь великим лидером. Именно поэтому на земле существуют триста религий. Истина одна – а религий три сотни! Люди проявили поразительную изобретательность. Если ложь такова, что никто не может ее разоблачить и нет способа ее подтвердить или опровергнуть, то вы защищены. Очень многие люди продолжают рассказывать духовные небылицы; так безопаснее.

Если вы действительно хотите получить удовольствие, рассказывая небылицы, рассказывайте духовные небылицы – что Земля внутри полая, что внутри земного шара существует настоящая цивилизация, что НЛО прилетают из глубин Земли. Рассказывайте сверхъестественные, духовные небылицы – что у Бога не три лица, а четыре. Никто не сможет ни подтвердить, ни опровергнуть ваши слова о том, сколько лиц у Бога; решающее значение будет иметь то, насколько уверенно вы лжете. Ваша уверенность будет захватывать людей, она станет заразительной. Можете посмотреть, это происходило во все века.

Адольф Гитлер в своей биографии «Mein Kampf» написал, что ложь, которую повторяют снова и снова, становится правдой. И он знает, о чем говорит, – на самом деле, никто другой не знает это лучше него; это его собственный опыт. Всю свою жизнь Гитлер жил ложью, и ложью такой вопиющей, что с первого взгляда никто никогда не подумал бы, что кто‑то может в нее поверить.

Например: «Весь мир приходит в упадок, весь мир катится в тартарары из‑за евреев». При чем тут евреи? Когда Гитлер в первый раз начал говорить о евреях, даже его друзья смеялись, даже его друзья сказали ему: «Это глупо». Он ответил: «Просто подождите. Продолжайте повторять это, и в это поверят не только неевреи, но даже сами евреи. Просто продолжайте повторять это».

Верования создаются постоянным повторением. Он заставил поверить в это весь немецкий народ – один из самых разумных на земле, – немецкий народ стал жертвой этого глупого человека. Однако Гитлер обладал определенными качествами. Например, он обладал способностью повторять одни и те же слова годами, с уверенностью, во всеуслышание, с абсолютной убежденностью, без каких‑либо сомнений. Это было заразительно.

Люди верят не тому, что вы говорите, они верят тому, как вы это говорите. И если вам удается научиться искусству рассказа небылиц, это тут же становится неистребимой привычкой, потому что люди начинают вам верить, вы начинаете приобретать влияние. А затем, если вам удастся сделать еще кое‑что, ваша власть станет огромной.

Например, если вы сумеете создать себе определенную репутацию, это внушит к вам доверие. Если ваша репутация такова, что людям становится легче вам поверить, это вам поможет. Люди, живущие ложью, всегда создают вокруг себя определенную репутацию; если не репутацию, то хотя бы ее видимость.

Гитлер был махатмой. Он был непьющим, не прикасался к алкоголю. Разве можно не поверить такому человеку? Он питался только вегетарианской пищей, не прикасался к невегетарианской пище. Разве можно не поверить такому человеку? Он не пил даже чай и кофе, не курил. Разве можно не поверить такому человеку? Он был более великим махатмой, чем Морарджи Десаи, поскольку он даже не пил собственную мочу. Разве можно не поверить такому человеку? Вам придется поверить! Он внушает полное доверие.

По многолетней привычке Гитлер вставал рано утром и рано ложился спать. Почти до конца жизни он оставался холостяком – я говорю «почти», потому что всего лишь за три часа до смерти, до своего самоубийства, он женился. Я думаю, что из всего того, что он сделал, этот поступок – единственный, который можно назвать мудрым, – лишь за три часа до смерти! Он, должно быть, подумал: «Теперь брак мне не страшен. Я все равно собираюсь умереть».

Лишь за три часа до смерти! В полночь, когда он принял решение совершить самоубийство, Гитлер послал за священником. Священника разбудили, привели в подземный бункер. Присутствовали лишь трое или четверо друзей, церемония бракосочетания была короткой и быстрой, и единственное, что он сделал после свадебной церемонии, было самоубийство – таким был их медовый месяц. Он оставался холостяком всю свою жизнь.

Такие вещи внушают доверие. Если вы действительно хотите стать лжецом, если вы действительно хотите жить ложью, вам придется создать репутацию, создать доказательства того, что вы человек с характером, что вы не способны на ложь. Люди вам поверят. Именно поэтому ваши святые, которые живут так называемыми духовными небылицами, полагаются на репутацию.

Человеку, который живет истиной, нет необходимости полагаться ни на что другое; истины достаточно. Но истина не создает в людях веру – в действительности, истина оскорбляет людей. Люди любят ложь, а истина всегда их оскорбляет. Такова причина, причем не только твоей неистребимой привычки – миллионы людей имеют неистребимую привычку ко лжи по той простой причине, что ложь никогда никого не оскорбляет. На самом деле, люди хотят слышать все больше и больше лжи. Они интересуются: «Что новенького?»

Истина никогда не бывает новой. Если говорить об истине, то нет ничего нового под солнцем. Спрашивая: «Что новенького? Какие новости?» – вы просите: «Дайте мне еще немного лжи, еще немного сплетен, еще немного слухов». И вы готовы поверить. На самом деле, чем больше ложь, тем больше вероятность того, что в нее поверят, поскольку если это всего лишь маленькая ложь, то люди могут ее обнаружить, на это у них хватит разумности. Однако если ложь очень большая, больше, чем их разумность, они никогда не смогут ее распознать. Именно поэтому великие небылицы живут веками.

К примеру, ад – это ложь; никакого ада нет. И рай – тоже ложь, рая не существует. Однако эти две лжи живут уже много веков, и я не думаю, что они когда‑нибудь исчезнут. Они будут жить. Бог как личность – ложь. Существует божественность, но нет никакого Бога. Всякий раз, когда я использую слово «бог», я просто имею в виду «божественность», помните это. Всегда переводите это как «божественность». Существованию присуще качество божественности, но никакого Бога нет. Однако людям нужен Бог, а не божественность; божественность их не интересует.

Вот почему такие люди, как Будда, не смогли оказать существенного влияния. Будда и вся его религия исчезли из нашей страны. Одна из главнейших причин состояла в следующем: он делал акцент не на Боге, а на божественности. Если существует божественность, задача становится трудной. Вы должны дорасти до божественности – это не что‑то готовое, чем можно обладать. Это не то, чему можно молиться, не то, что можно о чем‑то просить. Это не то, что уже присутствует; божественность необходимо создать в самой глубине своего существа. Божественность подобна любви – она должна расцвести внутри вас, вы должны испускать ее аромат. Вы должны стать божественными, только в таком случае Бог существует. Иначе никакого Бога нет.

Но это уже чересчур. Никто не хочет платить такую высокую цену. Почему бы не поверить в простую ложь, что существует Бог – очень, очень древний старик с белой бородой, восседающий на золотом троне, готовый удовлетворить любые ваши потребности, если вы действительно об этом попросите? И именно в этом весь фокус. Если ваша молитва исполнится, священник может сказать: «Вы просили по‑настоящему»; а если не исполнится: «В вашей молитве не было веры».

На самом деле, в вашей молитве никогда не бывает веры, поскольку, когда есть вера, нет необходимости молиться. Все молитвы происходят из сомнения. Но иногда – просто в результате совпадения – случается так, что некоторые молитвы исполняются. Это просто случайность, совпадение; никто их не исполняет. Но когда они исполняются, священник может воспользоваться ситуацией. Он может сказать: «Посмотрите, вы молились глубоко, с верой; ваша молитва исполнена».

Однако это происходит лишь изредка. В девяноста девяти случаях из ста ваша молитва не исполняется. Но вы и сами знаете, что веры не было, что присутствовало сомнение. Даже когда вы молились, присутствовало сомнение: существует ли Бог, услышит ли он, станет ли он вас слушать, сделает ли он вам одолжение – самые разнообразные сомнения. И, несмотря на все эти сомнения, вы говорите: «Почему бы не попробовать? Что ты потеряешь? Попытайся. Вдруг, может быть…» Вы это знаете. И поэтому, когда молитва не исполняется, священник всегда может сказать вам: «Ваша молитва не была тотальной».

Бог, существующий как личность, – это ложь. Бог – это качество, а не личность. Богу невозможно молиться. Вы можете быть в молитве, но когда молитва действительно присутствует, она представляет собой лишь качество любви, и ничто иное. Нет ни слов, чтобы ее выразить, ни того, к кому ее можно обратить; это просто песня, безмолвная песня в сердце, лишь движение в ваших самых сокровенных глубинах.

Люди любят ложь. Истина трудна. А еще люди любят ложь за то, что она поднимает им настроение. Вы должны лгать о ком‑нибудь другом: вы встречаетесь с А и лжете ему о Б; и благодаря этому А чувствует себя хорошо. Затем вы встречаетесь с Б и лжете ему об А; и теперь Б чувствует себя хорошо. Всякий раз, когда вы лжете людям о ком‑то другом, у них возникает представление, что они лучше, чем этот другой. Вы можете играть в эту игру, и если вы играете в нее умело, хитро, то можете получить для себя очень большую выгоду.

Мулла Насреддин и его друг Рахимтулла стоят на углу улицы, оскорбляя друг друга. Один называет другого глупцом, обманщиком, вором. Другой отвечает: «Ты трус, скряга, лицемер». В конце концов, они переходят к оскорблениям членов семьи противника.

Мулла Насреддин смотрит Рахимтулле прямо в глаза и говорит:

– Твоя сестра – старая вонючая проститутка; за двадцать пять пайсов она позволит влезть на себя одноглазому прокаженному.

Рахимтулла молчит. Наблюдающий за ссорой зевака изумлен. Приблизившись, он спрашивает:

– Ради Бога, парень, как ты можешь вот так стоять и позволять Мулле так оскорблять твою сестру?

Рахимтулла отвечает:

– У меня нет сестры, никогда не было и, поскольку родители мои умерли, никогда не будет.

Зевака поворачивается к Мулле Насреддину и говорит:

– Мулла, бессмысленно оскорблять его таким образом. У него нет сестры.

– Разумеется, – отвечает Мулла. – Конечно, нет. Я это знаю, и он это знает, а теперь даже ты это знаешь. Но позволь спросить, сколько людей из тех, кто открыл окна и слушает каждое наше слово, – сколько из них тоже это знают?

Люди живут в невообразимом невежестве: они не зажгли свечу в своем сердце. Внутри у них полная темнота. Они не знают даже самих себя – как они могут знать что‑то еще? И поэтому вы с легкостью можете лгать, и они будут вам верить, а вы можете использовать их веру для своей выгоды. Это делали и делают политики, это делали и делают священники, и это делалось веками. Эксплуатируйте людей. Это одно из самых хитроумных занятий, когда‑либо изобретенных человеком.

Под именем религии распространяются только всевозможные виды лжи. И поэтому всякий раз, когда в мир приходит человек истины, возникает сильнейшее замешательство. Иисус вызывает замешательство, потому что начинает излагать истину такой, какая она есть, в то время как люди привыкли ко лжи. Они думали, что их ложь и есть истина, а теперь вдруг появляется этот человек и начинает рассказывать нечто другое, нечто совершенно разнящееся. И теперь они либо должны поверить этому человеку… но тогда им придется отбросить всю свою традицию, в которую так много вложено. Пойти на это могут лишь очень немногие храбрецы. Проще уничтожить этого человека, заставить его замолчать, чтобы люди могли продолжать спать и верить в свою ложь.


Дата добавления: 2018-02-15; просмотров: 255;