Сон в красном тереме. Т. 2. Гл. XLI – LXXX. 114 страница



– Какое предзнаменование?

– На райской яблоньке ни с того ни с сего засохла половина цветов, – пояснил Баоюй. – Я сразу понял, что это – к несчастью. Вот оно и случилось с Цинвэнь.

– Может, и не следовало мне этого говорить, – засмеялась Сижэнь, – но ты суеверен, как старая бабка. А еще ученый! Книги читаешь!

– Ничего ты не понимаешь, – вздохнул Баоюй. – Травы, деревья и вообще все живое в Поднебесной обладает, как и человек, чувствами и разумом и способно посыпать нам знамения. Взять к примеру можжевеловые деревья перед храмом Кун-цзы и траву-тысячелистник на его могиле, кипарисы перед кумирней Чжугэ Ляна

[213]

, сосны на могиле Юэ Фэя

[214]

… Все они наделены душой и от времени не старятся. Когда грядет смута, они засыхают, когда воцаряется спокойствие, вновь расцветают. Так повторяется из века в век. Разве это не предзнаменование? Разве гортензии у беседки Шэньсян, построенной в честь Ян-гуйфэй, или вечнозеленые травы на могиле Ван Чжаоцзюнь не посылают нам знамений?.. Так же и наша яблонька.

Слова Баоюя показались Сижэнь горячечным бредом, она не знала, смеяться ей или плакать. И наконец сказала:

– Просто нет сил тебя слушать! Ну кто такая Цинвэнь, чтобы сравнивать ее с великими людьми? Пусть она хороша, но не лучше меня, и если засохла яблонька, это, пожалуй, относится ко мне, а не к ней. Может быть, я скоро умру?

Баоюй зажал ей рот рукой.

– Зачем ты так говоришь? Я просто к слову сказал о знамении, а ты вон что придумала! Не вспоминай больше об этом. И так трех служанок прогнали! Хочешь за ними последовать?

Волнение Баоюя обрадовало Сижэнь, и она промолвила:

– Ладно, забудем, а то разговор наш никогда не кончится…

– Кстати, сестра, не выполнишь ли ты одну мою просьбу? Недаром говорят: «Обманывай высших, низших не обижай!» Передай Цинвэнь ее вещи, пока они здесь. И несколько связок монет… Пусть будет ей на лечение! Ведь вы с нею были как сестры, твой долг – ей помочь…

– Ты, видно, считаешь меня бессердечной! – заметила Сижэнь. – Неужто я стала бы дожидаться, пока ты мне скажешь об этом?! Вещи Цинвэнь я все собрала и спрятала у себя в комнате. Но передать их сейчас нельзя – увидят; снова получится неприятность. А как только стемнеет, я велю няне Сун потихоньку все отнести Цинвэнь. И деньги ей отдам – все, что скопила за последнее время. Говорят, я прославилась своей добродетелью, – рассмеялась Сижэнь. – Вот и хочу быть до конца добродетельной.

Баоюй принялся ее хвалить, а вечером Сижэнь и в самом деле велела няне Сун отнести Цинвэнь все ее вещи.

Баоюй незаметно пробрался к воротам сада и стал упрашивать одну из дежуривших там старух отвести его к Цинвэнь. Старуха поначалу отказывалась:

– Узнает ваша матушка, выгонят меня! Чем тогда я буду жить?

Баоюй умолял, уговаривал, обещал вознаграждение, и женщина наконец согласилась.

А теперь расскажем о Цинвэнь. Когда девочке было десять лет, ее купил Лай Да, и мамка Лай часто брала Цинвэнь с собой во дворец Жунго. Цинвэнь понравилась матушке Цзя, и мамка Лай подарила ей девочку. Через несколько лет Лай Да подыскал жену старшему брату Цинвэнь, У Гую, или попросту Гуйэру. Красивая и ловкая молодая женщина вертела своим незадачливым мужем как хотела, заигрывала с другими мужчинами, особенно с Лай Да, которого влекло к ней, как муху к нечистотам. И в конце концов соблазнила его.

В то время Цинвэнь уже прислуживала в комнатах Баоюя, и Гуйэр попросил ее поговорить с Фэнцзе, чтобы та повлияла на Лай Да. Гуйэр с женой жили в домике у задних ворот сада и выполняли различные поручения хозяев.

И вот теперь Цинвэнь вынуждена была поселиться вместе с ними. Жене брата, настоящей распутнице, было не до девушки. Сразу после завтрака она начинала ходить по гостям, оставляя больную Цинвэнь в прихожей.

Когда Баоюй, откинув дверную занавеску, вошел, Цинвэнь спала на камышовой циновке под старым одеялом. Не зная, как быть, Баоюй подошел к девушке, осторожно тронул ее за руку и дважды тихонько окликнул.

От оскорблений, которые обрушила на нее невестка, Цинвэнь совсем занемогла. Весь день она кашляла и лишь недавно задремала. Услышав, что кто-то ее зовет, она с трудом открыла глаза и увидела Баоюя. Мгновенная радость сменилась тревогой. Она схватила Баоюя за руку и, отдышавшись, промолвила:

– А я уж не чаяла тебя увидеть!.. – И снова закашлялась. Баоюя душили слезы.

– Амитаба! Как хорошо, что ты пришел! Налей, пожалуйста, немного чаю! Меня мучит жажда, а тут никого не дозовешься!

– Где чайник? – спросил Баоюй, поспешно вытирая слезы.

– Висит над очагом, – ответила Цинвэнь.

Действительно, над очагом висело что-то черное, как сажа. Баоюю и в голову не могло прийти, что это чайник. Взялся за чашку, ощутил неприятный запах. Сполоснул чашку, вытер своим платком, но запах остался. Красноватая жидкость, которую он налил из чайника, мало походила на чай.

Цинвэнь, приподнявшись на локте, сказала:

– Неси же скорее! Не сомневайся, это чай. Конечно, его нельзя сравнить с тем, который мы пили у вас!

Баоюй отпил немного из чашки, и во рту появился не то солоноватый, не то горьковатый привкус. Он подал чашку Цинвэнь, и та принялась с жадностью пить, словно это был нектар. Глядя на девушку, Баоюй беззвучно плакал.

– Может быть, ты хочешь меня о чем-нибудь попросить? – с трудом вымолвил Баоюй. – Говори, пока нет никого.

– О чем я могу просить! – всхлипнула Цинвэнь. – Проживу минуту – хорошо, проживу день – еще лучше. Я знаю, мне недолго осталось. Одно не дает мне покоя! Я красивее многих девушек, но совращать тебя у меня и в мыслях никогда не было! И у кого только язык повернулся назвать меня распутной! Такого позора я не могу пережить. Мне не в чем раскаиваться, но знай я, что такое случится…

У Цинвэнь перехватило дыхание, она умолкла, руки стали холодными…

Волнение, жалость, страх смешались в душе Баоюя. Склонившись, он одной рукой крепко сжал руку девушки, другой – осторожно похлопывал ее по спине. Словно десять тысяч стрел вонзились ему в сердце. Он не в силах был произнести ни слова.

Спустя немного Цинвэнь пришла в себя и заплакала. Не выпуская ее руки из своей, Баоюй чувствовал, как сильно исхудала девушка за время болезни, – рука стала тонкой, словно хворостинка, на ней висели серебряные браслеты.

– Ты сняла бы пока браслеты, – со слезами на глазах произнес Баоюй. – Выздоровеешь – снова наденешь.

Цинвэнь вытерла слезы, высвободила руку, поднесла к губам, собралась с силами и стала откусывать себе ногти. Положила их на ладонь Баоюя, развязала пояс, сняла свою красную кофточку и тоже ему отдала, после чего в изнеможении упала на подушку и стала задыхаться.

Баоюй сразу понял, в чем дело. Он быстро скинул халат, снял рубашку, отдал Цинвэнь, а сам надел ее кофту. Но не успел застегнуть и сверху накинуть халат, как Цинвэнь попросила:

– Помоги мне сесть!

У Баоюя не хватило сил ее поднять. Он лишь чуть-чуть ее приподнял, девушка сделала усилие и прижала к груди его рубашку. Баоюй помог ей надеть рубашку, осторожно опустил девушку на подушку и спрятал ее ногти в свою сумочку. Едва сдерживая слезы, Цинвэнь сказала:

– Тебе лучше уйти! Здесь так грязно! Главное, чтобы ты был здоров. Я счастлива, что ты пришел, – теперь я по крайней мере спокойно умру, зная, что не напрасно меня назвали распутной!

Не успела она это сказать, как дверная занавеска раздвинулась и в комнату, хихикая, вошла невестка Цинвэнь.

– Замечательно! Я все слышала… Вы ведь из наших хозяев? – обратилась она к Баоюю. – Зачем пожаловали в дом служанки? Может, услышали о моей красоте и захотели со мной позабавиться?

– Милая сестра, говорите потише, – виновато улыбаясь, стал просить Баоюй. – Она долго была у меня в услужении, и я тайком пришел ее навестить.

– Не зря говорят, что ты добрый и ласковый! – вскричала тут женщина. – Тебе ведомо чувство долга!

Она схватила Баоюя за руку и потащила во внутренние покои, говоря:

– Сделаешь, что я потребую, буду молчать!

Женщина села на край кана, привлекла Баоюя к себе, крепко обхватила ногами.

Баоюй покраснел, задрожал, сердце его учащенно забилось. Он никогда еще не попадал в подобные переделки и не знал, как ему быть. Он весь кипел от гнева, но боялся слово сказать, опасаясь скандала. Он лишь просил:

– Добрая сестра, не надо!..

Женщина плюнула с досады и засмеялась.

– Я слышала, ты только и знаешь, что забавляться с девчонками! Так что нечего меня морочить!

– Отпустите меня, сестра, – продолжал молить Баоюй. – За дверьми стоит моя нянька – она может услышать.

– Старуху твою я отослала к воротам сада, она там будет ждать тебя. Я так мечтала о встрече с тобой, и вот мечта моя наконец сбылась! Попробуй не выполнить мое желание, шум подниму! Посмотрим, что ты будешь делать, если твоя матушка узнает, что ты был здесь! Я подслушала ваш разговор. Думала, вы любезничаете. А вы, оказывается, и прикоснуться друг к другу не посмели! Но я не так глупа, как эта девчонка!

Она снова привлекла к себе Баоюя, тщетно пытавшегося вырваться из ее объятий.

– Сестра Цинвэнь дома? – спросил вдруг кто-то под окном.

Женщина испугалась и отпустила Баоюя, который от волнения ничего не соображал.

Цинвэнь, все слышавшая, от негодования и стыда лишилась сознания.

Невестка Цинвэнь тем временем вышла и увидела, что пришла Лю Уэр с матерью.

– Где Цинвэнь? – спросила тетушка Лю, – мы принесли ее вещи и еще это, – она вынула несколько связок медных монет. – Сестра Сижэнь велела передать.

– Цинвэнь здесь, а где же ей еще быть? – улыбнулась женщина. – Неужто ты думаешь, что у нас несколько комнат?

Войдя в дом, кухарка Лю и Уэр вдруг заметили, что при их появлении кто-то метнулся к двери. Тетушка, зная нрав невестки Цинвэнь, решила, что это любовник, но Уэр сразу узнала Баоюя, глаза у нее были острые.

Взглянув на неподвижно лежавшую Цинвэнь, тетушка подумала, что та спит, и направилась к выходу, но Уэр сказала:

– Мама, ты разве забыла, что сестра Сижэнь ищет второго господина Баоюя!

– Запамятовала! – сокрушенно воскликнула женщина. – Ведь няня Сун мне сказала: «Только что второй господин Баоюй вышел из сада через боковые ворота. Там его дожидается женщина, не может запереть ворота, пока он не вернется!»

Кухарка Лю спросила невестку Цинвэнь, не видела ли она юношу. Но та, и без того напуганная, не решилась сказать правду, только заметила:

– Да разве второй господин осмелится сюда прийти?!

Лю уже собралась уходить, когда Баоюй решительно отодвинул дверную занавеску. Он опасался, как бы не заперли ворота, и к тому же не имел ни малейшего желания оставаться наедине с невесткой Цинвэнь.

– Тетушка Лю! – позвал Баоюй. – Подождите, вместе пойдем!

– Второй господин! – вскричала кухарка, подскочив от испуга. – Как вы здесь очутились?

Баоюй ничего не ответил и выбежал за дверь.

– Мама, скажи господину Баоюю, чтобы поостерегся! – крикнула Уэр. – Его могут увидеть! Сестра Сижэнь не велела запирать ворота до нашего возвращения.

Мать с дочерью поспешили за Баоюем. А невестка Цинвэнь еще долго стояла у ворот, с грустью глядя вслед красавцу юноше.

Баоюй успокоился, лишь когда вошел в ворота сада, и с нетерпением ждал тетушку Лю с дочерью – он боялся, что запрут ворота. И действительно, едва женщины вошли, как послышались голоса: проверяли, все ли слуги на местах. Опоздай старуха Лю хоть на минуту, ворота оказались бы запертыми. Баоюй незаметно прошел к себе и сказал Сижэнь, что ходил к тетушке Сюэ. Та поверила.

Баоюю постелили, и Сижэнь спросила:

– Как будешь спать?

– Мне все равно, – ответил Баоюй.

Надо сказать, что последние два года Сижэнь, стремясь снискать еще большее расположение госпожи Ван, держалась с достоинством и старалась не оставаться с Баоюем наедине. Особых дел у нее не было, но она тщательно следила за рукоделием, за расходами на Баоюя, на одежду и обувь служанкам, в общем, целыми днями была занята. Недавно у Сижэнь началось кровохарканье, и вместо нее в комнате Баоюя спала Цинвэнь. Баоюй часто пугался по ночам, иногда требовал чай, а у Цинвэнь был очень чуткий сон, и она сразу просыпалась, стоило Баоюю ее позвать. Но сейчас Цинвэнь прогнали, и Сижэнь пришлось снова перенести свою постель в комнату Баоюя.

В тот вечер Баоюй был сам не свой, и Сижэнь торопилась его поскорее уложить спать, а затем легла сама. Она слышала, как Баоюй ворочался и вздыхал. Так продолжалось до третьей стражи. Наконец он затих, и Сижэнь тоже уснула. Но не прошло времени, достаточного, чтобы выпить полчашки чаю, как Баоюй стал звать Цинвэнь.

– Чего тебе? – отозвалась Сижэнь.

Баоюй попросил чаю. Сижэнь налила.

– Я так привык к ней, – вздохнул Баоюй. – Совершенно забыл, что сегодня здесь ты.

– Когда Цинвэнь пришла сюда, – улыбнулась Сижэнь, – ты еще долго сквозь сон звал меня…

Они поговорили немного и снова легли. Баоюй уснул лишь в пятую стражу и во сне увидел Цинвэнь. Она сказала:

«– Больше мы с тобой никогда не увидимся! Будь счастлив!..» – и исчезла. Баоюй стал громко звать ее и разбудил Сижэнь.

Сижэнь подумала, что он зовет Цинвэнь по привычке, но, когда открыла глаза, увидела, что Баоюй горько плачет, причитая:

– Цинвэнь умерла!..

– Что ты болтаешь? – попыталась улыбнуться Сижэнь. – А если люди услышат?

Баоюй насилу дождался рассвета, чтобы послать служанок к Цинвэнь.

Но вдруг в сад прибежала девочка-служанка от госпожи Ван и сказала:

– Вот что моя госпожа велела передать: «Пусть второй господин Баоюй сейчас же встает и одевается. Кто-то из друзей пригласил к себе его батюшку полюбоваться хризантемами, и он хочет взять с собой Баоюя и Цзя Хуаня в награду за то, что они сочинили хорошие стихи». Батюшка дожидается господина! Брат Цзя Хуань уже там. Пусть господин Баоюй не медлит. Я иду за господином Цзя Ланем!

Служанки бросились во двор Наслаждения пурпуром и стали стучаться в ворота. Сижэнь догадалась, что произошло что-то важное, приказала младшим служанкам узнать, в чем дело, а сама стала одеваться. Услышав, что отец зовет Баоюя, она велела принести воду для умывания, стала собирать одежду и торопить Баоюя. Одежду она выбрала попроще, поскольку предстояло ехать с отцом.

Когда Баоюй предстал перед Цзя Чжэном, тот как раз пил чай и находился в прекрасном расположении духа. Баоюй справился о его здоровье, затем поздоровался с Цзя Хуанем и Цзя Ланем. Цзя Чжэн велел ему выпить чаю, а сам, обращаясь к Цзя Хуаню и Цзя Ланю, сказал:

– Баоюй учится хуже вас, но что касается стихов, надписей и парных фраз, то вам до него далеко. Возможно, в гостях вас попросят сочинять стихи – не пугайтесь, Баоюй вам поможет.

Цзя Чжэн никогда еще не отзывался так лестно о способностях Баоюя, и госпожа Ван не могла скрыть свою радость.

Сразу после ухода Цзя Чжэна и Баоюя она хотела пойти к матушке Цзя с хорошей вестью, но тут явились приемные матери Фангуань и еще двух девочек-актрис и сказали:

– Фангуань, удостоившись вашего милостивого разрешения уехать, словно обезумела: не ест, не пьет, все время подбивает Оугуань и Жуйгуань уйти в монахини. Сначала мы думали, это детский каприз, а потом видим – дело серьезное, – они не боятся ни угроз, ни побоев, стоят на своем. Вот мы и пришли просить вас, госпожа, отдать их в монахини или же передать на чье-нибудь попечение. Не выпало, видно, нам счастья называться их матерями!

– Глупости! – воскликнула госпожа Ван. – Зачем вы им потакаете? Думаете, так легко попасть в монастырь? Отколотите их хорошенько, посмотрим, посмеют ли они снова скандалить!..

Надо сказать, что на праздник, пятнадцатого числа восьмого месяца знатные семьи в монастырях устраивали жертвоприношения, а из монастырей в богатые дома приходили монашки с освященными дарами. По этому случаю монахиню Чжитун из монастыря Шуйюэ и монахиню Юаньсинь из монастыря Дицзан-вана на некоторое время оставили пожить во дворце Жунго.

Услышав такую новость, монахини решили взять девочек к себе и сказали госпоже Ван:

– Ваша семья всегда славилась благими делами, и лишь благодаря вашей доброте, госпожа, сумели прозреть эти маленькие барышни. Хотя говорят, что учение Будды просто, но постичь его трудно, нужно помнить, что законы Будды равны для всех. Мы дали обет спасать все живое. У этих девочек нет родителей, они живут вдали от родных мест, у вас в доме они узнали, что такое богатство и почет; в детстве же судьба их обидела, они стали актрисами, видели много непристойного и задумались над тем, что ждет их в будущем. Перед лицом страданий они раскаялись и решили уйти из мира, чтобы заняться самоусовершенствованием. Это поистине благородное желание! Не надо, госпожа, чинить им препятствия!

Госпожа Ван вначале не поверила, что желание девочек искренне, что, став монахинями, они смогут сохранить нравственную чистоту и не вступят на путь прегрешений. У госпожи Ван было множество дел и забот – сначала пришла госпожа Син сказать, что возьмет Инчунь на несколько дней домой, чтобы подготовить ее ко встрече с женихом, потом заявилась сваха сватать Таньчунь. Поэтому госпожа Ван не стала больше раздумывать, оставить девочек или отпустить, тем более что слова монахинь показались ей вполне справедливыми.

– Что же, – сказала госпожа Ван монахиням, – берите девочек к себе в послушницы!

– Вот и хорошо! – воскликнули монашки, несколько раз помянув Будду. – Вы, госпожа, совершаете великое и доброе дело!

Они низко поклонились госпоже Ван, благодаря ее за милость.

– Только прежде спросите у самих девочек, согласны ли они, – предупредила госпожа Ван. – Искренне ли их желание? И непременно передайте от меня поклон настоятельницам.

Монахини вышли и через некоторое время возвратились с тремя девочками. Госпожа Ван спросила, тверды ли они в своем желании уйти в монастырь, и девочки, не раздумывая, ответили, что только этого и желают. Они поклонились монашкам и стали прощаться с госпожой Ван. Госпоже стало жаль девочек, и она приказала принести для них и для монашек подарки.

Итак, Фангуань последовала за Чжитун в монастырь Шуйюэ, а Жуйгуань и Оугуань отправились с Юань-синь в монастырь Дицзан-вана.

Если хотите узнать, что было дальше, прочтите следующую главу.

 

Глава семьдесят восьмая

 

Старый ученый-конфуцианец задает тему для стихов о полководце Гуйхуа;

 

безрассудный юноша сочиняет поминальную песнь деве – Покровительнице лотосов

 

Итак, монашки увели с собой Фангуань, Жуйгуань и Оугуань, а госпожа Ван отправилась к матушке Цзя. Воспользовавшись тем, что матушка Цзя в прекрасном настроении, госпожа Ван обратилась к ней с такими словами:

– У Баоюя была служанка Цинвэнь, она стала уже совсем взрослой. Девушка сверх меры избалованна, ленива и к тому же часто болеет. Врач определил у нее чахотку, и я решила отправить ее домой. Если даже она выздоровеет, вряд ли следует брать ее обратно, пусть лучше родные выдадут ее замуж! Девочек-актрис я тоже решила отпустить. Они плохо влияют на барышень, мелют всякую чепуху, кривляются, как на сцене! Денег давать им не нужно, они сами себе заработают. Девочек-служанок у нас больше чем достаточно. Если же кому-нибудь понадобится служанка, возьмем новую.

– Совершенно с тобой согласна, – сказала матушка Цзя, одобрительно кивая. – А Цинвэнь жаль. Хорошей она была служанкой. Кто мог сравниться с ней в остроумии или же в уменье вышивать! Я думала, лучшей служанки для Баоюя и желать не приходится. Кто мог подумать, что она так изменится!

– Вы никогда не ошибались в выборе служанок, почтенная госпожа! – с улыбкой произнесла госпожа Ван. – Просто у Цинвэнь несчастная судьба – она заболела такой страшной болезнью! Недаром пословица гласит: «Восемнадцать раз девушка переменится, пока ей восемнадцать лет сровняется». Кроме того, люди незаурядные склонны ко всякого рода крайностям. Разве вы сами этого не замечали? Еще три года назад я обратила внимание на Цинвэнь, стала к ней присматриваться. Не спорю, она лучше других служанок, вот только легкомысленна. Если же говорить о соблюдении приличий, то тут Сижэнь не знает себе равных. Говорят, что жена должна быть мудрой, а наложница – красивой. А по-моему, не только красивой, но еще и доброй, покладистой, а в поведении безупречной. Словом, такой, как Сижэнь. Она скромна, держится с достоинством, не заигрывает с Баоюем. Напротив, удерживает его от опрометчивых поступков. Два года я присматриваюсь к Сижэнь и не ошиблась в ней. Я потихоньку приказала выдавать ей ежемесячно по два ляна серебра из моих личных денег, пусть еще больше старается. О своих планах я пока разговора с ней не заводила. Баоюй еще слишком юн, и отец не согласится дать ему наложницу, опасаясь, как бы в этом случае он не забросил ученье. Кроме того, Баоюй не будет слушаться Сижэнь, если она станет его наложницей. Я подумала, что пора доложить вам об этом, потому и пришла.


Дата добавления: 2018-02-28; просмотров: 87;