Почувствуй свое тело как пустоту 22 страница



Но это трудно понять, поскольку наши умы грубы, и мы понимаем только сентиментальность, мы не понимаем чувствительность. Чувствительность означает бдительность, чувствительную ко всему, что происходит вокруг. Вы можете чувствовать только тогда, когда вы не привязаны к тому, что чувствуете. Запомните это: если вы привязаны, то вас больше нет, чтобы чувствовать, вы вышли из себя. Поэтому если вы хотите знать правду о ком-то, то не спрашивайте его друзей, они привязаны к нему. И не спрашивайте его врагов, они также привязаны, в некотором противоположном смысле. Спрашивайте того, кто нейтрален, ни друга, ни врага. Только он скажет правду.

Друзьям нельзя верить, врагам нельзя верить; но мы верим или друзьям, или врагам. И те и другие обязательно будут неправы, поскольку они лишены позиции нейтрального свидетельствования, у них нет непредвзятой точки зрения. Они не могут стоять и смотреть со стороны, поскольку они что-то вложили в этого человека. Друзья вложили, вложили и враги. Они смотрят с определенных точек зрения, они привязаны к этим точкам зрения. Если вы привязаны к чему-то, вы не можете чувствовать жизнь в ее целостности. В тот момент, когда вы чувствуете, вы привязаны, вы приняли точку зрения. Целостность потеряна; в ваших руках лишь фрагменты, а фрагменты всегда лгут, поскольку лишь целое есть истина.

Медитируйте, становитесь более чувствительными и примите в качестве критерия то, что вы будете становиться все более и более несвязанными. Если вы чувствуете, что возрастает привязанность, то это значит, что вы где-то ошибаетесь в своей медитации. Вот эти критерии. И по моему мнению привязанность не может быть уничтожена, а непривязанность не может быть развита упражнениями. Вы можете упражняться только в медитации — и непривязанность возникнет как следствие, как побочный продукт. Если медитация по-настоящему расцветает внутри вас, вы обретете чувство непривязанности. Тогда вы можете двигаться в любом направлении, и всегда останетесь незатронутыми, неиспуганными. Тогда, если вы покидаете свое тело, вы покидаете его без царапин. Ваше сознание будет абсолютно чистым, ничего чужого не вошло в него. Вот основная нечистота: вы теряете свой центр, и кто-то другой или что-то другое становится центром вашего бытия.

Второй вопрос:

Бели вера может сдвинуть горы, то почему Вы не можете исцелить Свое собственное тело?

У меня нет никакого тела.

Ощущение того, что у вас есть тело, абсолютно неправильно. Тело принадлежит вселенной; вы не имеете его, оно не ваше. Так что если тело болеет или если тело является здоровым, то об этом заботится вселенная. И человек, пребывающий в медитации, должен оставаться свидетелем того, здорово ли тело или оно больно.

Желание быть здоровым - это часть невежества. Желание не быть больным - это тоже часть невежества. И это не новый вопрос - это один из старейших вопросов. Его спрашивали у Будды; его спрашивали у Махавиры. С тех самых пор, как появились просветленные люди, непросветленные постоянно задавали им этот вопрос.

Посмотрите... Иисус сказал, что вера может сдвинуть горы, но сам умер на кресте. Он не смог передвинуть креста. Вы или кто-нибудь вроде вас, должно быть, присутствовали там, ожидая чуда. Ученики ждали чуда, поскольку они знали Иисуса, знали то, как он много раз говорил, что вера может сдвигать горы. Поэтому они ждали, что случится какое-нибудь чудо, - а Иисус просто умер на кресте. Но вот это и было чудо: он смог стать свидетелем своей собственной смерти. И момент свидетельствования своей собственной смерти - это величайший момент пребывания живым.

Будда умер от отравления пищей. Он страдал непрерывно шесть месяцев, и было много учеников, ожидавших, что он сотворит чудо. Но он тихо страдал и тихо умер. Он принял смерть.

Были ученики, пытавшиеся лечить его, ему давали многочисленные лекарства. Великий врач тех дней Дживака был личным врачом Будды. Он обычно всегда следовал за ним. Много раз люди, должно быть, спрашивали: «Почему этот Дживака ходит с вами?» То была собственная привязанность Дживаки. Дживака ходил с Буддой по своей собственной привязанности, и ученики, пытавшиеся помочь телу Будды оставаться жить в этом мире подольше, хотя бы еще несколько дней, они тоже были привязаны к нему.

Для самого же Будды болезнь и здоровье были одним и тем же. Это не означает, что болезнь не приносит боли. Она приносит! Боль - это физическое явление, она будет. Но она не возмущает внутреннее сознание. Внутреннее сознание остается непотревоженным, оно остается в таком же равновесии, как и всегда. Тело будет страдать, но внутреннее существо будет оставаться лишь свидетелем всего этого страдания.

Не будет отождествления - и это я называю чудом. Это возможно благодаря вере.

И нет горы больше, чем отождествление - запомните это. Гималаи - это ничто; ваше отождествление себя со своим телом — гора побольше. С помощью веры можно сдвинуть или не сдвинуть Гималаи, это не имеет значения, но ваше отождествление может быть уничтожено.

Мы не можем представить себе того, чего не знаем, мы можем думать только в согласии с нашими умами. Мы думаем в соответствии с тем, где мы находимся; образ мыслей остается тем же самым.

Иногда мое тело болеет, и ко мне приходят люди и говорят: «Почему вы болеете? Вы не должны болеть; просветленный человек не должен болеть». Но кто сказал вам, что это так? Я никогда не слышал ни об одном просветленном человеке, который бы не болел. Болезнь принадлежит телу. Она не касается вашего сознания, или того, просветленный вы или нет.

И иногда так случается, что просветленные люди более больны, чем непросветленные. На то есть причины... Ведь они не принадлежат телу, они не сотрудничают с телом; глубоко внутри они оторвали себя от тела. Так что тело остается, но привязанность к нему и мост к нему разрушены.

Из-за этого разделения случаются многие болезни. Просветленные люди пребывают в теле, но сотрудничества с телом больше нет. Вот почему мы говорим, что просветленный человек никогда не родится снова - ведь теперь он не может построить никакого моста ни к какому телу. Мост сломан. Хотя он и пребывает в теле, на самом деле он мертв.

Будда достиг просветления, когда ему было около сорока. Он умер, когда ему было восемьдесят, так что он прожил еще сорок лет. В тот день, когда он умирал, Ананда заплакал и сказал: «Что будет с нами? Без тебя мы пропадем во тьме. Ты умираешь, а мы еще не стали просветленными. Наш собственный свет еще не начал изливаться, а ты умираешь. Не покидай нас!»

Говорят, что Будда сказал: «Что? Что ты говоришь, Ананда? Я умер сорок лет назад. Это существование было существованием призрака, существованием тени. Оно бежало как-то, но силы в нем не было. Оно было лишь инерцией из прошлого».

Если вы едете на велосипеде и затем прекращаете крутить педали, не прикладываете усилий к велосипеду, не сотрудничаете с ним, то велосипед будет еще некоторое время продолжать движение, и это происходит благодаря инерции, благодаря энергии, которую вы дали ему в прошлом.

В тот момент, когда кто-либо становится просветленным, сотрудничество прекращается. Теперь тело берет свой собственный курс. Оно обладает инерцией. Инерция дана ему многими жизнями в прошлом. Тело имеет свой собственный жизненный интервал, который будет завершен, но теперь, когда с ним больше нет внутренней силы, тело обязательно будет более больным, чем обычно. Рамакришна умер от рака; Рамана умер от рака. Для учеников это было большим ударом, но из-за своего невежества они не смогли этого понять.

Еще одна вещь должна быть понята. Когда человек становится просветленным, это будет его последняя жизнь. И все старые кармы, весь континуум карм должен быть реализован в этой жизни. Страдание — если у него есть что-либо, за что страдать, - будет интенсивным. Вам некуда спешить, ваше страдание будет распределено на многие жизни. Но для Раманы эта жизнь последняя. Все, что есть от прошлого, должно быть завершено. Должны исполниться все кармы, все будет очень интенсивно. Все сконденсируется в этой жизни.

Иногда возможно, - и это трудно понять, - что в единое мгновение будет выстрадано страдание многих жизней. В единое мгновение интенсивность увеличивается, ведь время может конденсироваться или растягиваться.

Вы уже знаете, что так бывает: вы спите, вам снится сон, а проснувшись, вы узнаете, что спали всего несколько секунд. Но вы же видели такой длинный сон. Бывает, что в одном сне можно увидеть даже целую жизнь.

Что произошло? Как можно за столь короткий промежуток времени увидеть такой длинный сон? Есть не один слой времени, понимаемый нами обычно, есть много слоев времени. Ведь сновидение имеет свое собственное существование. Даже во время бодрствования время постоянно изменяется. Оно не может меняться в соответствии с часами, поскольку часы - это механическая вещь, но психологическое время постоянно меняется.

Когда вы счастливы, время течет быстро. Когда вы несчастливы, время тянется медленно. Одна ночь может тянуться вечность, если вы страдаете, и вся жизнь может стать одним мгновением, если вы счастливы и блаженны.

Когда человек становится просветленным, все должно быть закончено; это время завершения. Должны быть закрыты многие миллионы жизней, все счета должны быть подведены, ведь больше шанса не будет. После своего просветления просветленный человек живет совсем в другом времени, и все, что происходит с ним, имеет совсем иное качество. Но сам он остается свидетелем.

Махавира умер от боли в животе, что-то вроде язвы, - он страдал долгие годы. Его ученики, должно быть, испытывали большое затруднение, поэтому они придумали одну историю вокруг Махавиры. Они не могли понять, почему Махавира должен страдать, и поэтому создали одну историю, которая говорит кое-что об этих учениках, но не о самом Махавире.

Они говорят, что Махавире причинил страдание один человек, Госхалак, обладавший очень злым духом. Он бросил свою злую силу на Махавиру, и лишь из своего великого сострадания Махавира поглотил ее - вот почему он страдал. Это ничего не говорит о Махавире, но кое-что о затруднении, вставшем перед его учениками. Они не могли представить себе страдающего Махавиру и поэтому должны были искать причину где-нибудь в другом месте.

Однажды я страдал от холода — это бывает со мной часто. Кто-то пришел ко мне и сказал: «Вы, должно быть, забрали холод кого-то другого». Это ничего не говорит обо мне, это говорит кое-что о том человеке. Ему было трудно представить меня страдающим. Поэтому он сказал: «Вы, должно быть, забрали холод кого-то другого». Я попытался убедить его, но убедить ученика невозможно. Чем больше стараешься убедить учеников, тем сильнее они верят, что правы. Под конец он сказал мне: «Что бы вы ни сказали, я не собираюсь слушать. Я знаю! Вы приняли на себя болезнь кого-то другого».

Что делать? Болезнь или здоровье тела - это ваше собственное дело. Если вы хотите делать что-нибудь с телом, то это значит, что вы все еще привязаны к нему. Оно возьмет свой собственный курс; вам не нужно слишком сильно беспокоиться о нем.

Я лишь свидетель. Тело родилось, тело умрет; будет только свидетельствование. Оно останется навсегда. Только свидетельствование есть нечто абсолютно вечное — все остальное постоянно изменяется, все остальное есть поток.

Третий вопрос:

Вчера вечером Вы детально объяснили то, как ищущие обманывают себя, не совершая серьезных и искренних усилий в направлении медитации. Но многим ищущим, которые серьезно просят Вас дать им техники медитации, Вы просто советуете предоставить все Вам, отвечаете, что Вы сами будете следить за их духовным ростом. Но многие ищущие не чувствуют удовлетворения от такого способа своей духовной трансформации. В таком случае, пожалуйста, объясните, как эти ищущие обманывают себя.

Прежде всего, когда у меня просят дать им технику, я даю ее. Это ведь техника: предоставьте все мне. Это одна из самых сильных техник, которые могут быть, и не думайте, что это просто; это очень трудно, иногда невозможно. Трудно предоставить все кому-то, трудно полностью положиться на кого-то, но если вы можете сделать это, то в самом этом самоотречении исчезает ваше эго; в самом этом самоотречении исчезает ваше прошлое; в самом этом самоотречении рождается новый смысл - вы становитесь другими. До этого момента вы жили со своим эго; отныне вы будете жить без эго, вы будете следовать по пути самоотречения.

Так что не думайте, что это не техника! Это техника - одна из самых основных техник. И я не даю ее всем и каждому. Я даю ее только конкретным людям, отличающимся большим эгоизмом, поскольку для них любая техника создает проблемы. Их эго эксплуатирует любую технику. Через технику они становятся еще более эгоистичными. Они могут упражняться в любой технике, за исключением этой, но этими упражнениями их эго не уничтожается; наоборот, оно реализуется еще сильнее. Они станут великими медитаторами. Они могут отречься от мира, но их эго будет усиливаться, что бы они ни делали. Всякий раз, когда я чувствую, что этот ищущий обладает таким тонким эго, что любой метод будет лишь отравлять его, тогда я говорю только одно: «Предоставьте все мне». И это не конец, это только начало. И это правильное начало для тех, кто центрирован на эго. Если они смогут предоставить все мне, тогда я начну давать им другие техники, - но только тогда. Тогда эти другие техники не отравят их. Когда нет эго, эти техники будут трансформировать их. И если их самоотречение настолько полно, что ничего не остается для трансформации, то тогда не будет необходимости ни в каких других техниках. Это тоже возможно, и это возможно только для тех, кто очень эгоистичен; только они могут достичь полного самоотречения.

Это выглядит странно, парадоксально, - но запомните, вы можете оставить что-либо только в том случае, если вы это имеете. Если у вас нет очень сильного эго, то что вы можете оставить? В чем будет заключаться ваше самоотречение? Это все равно как просить нищего отдать все его богатства. Он готов, он скажет: «Хорошо», - но его «хорошо» ничего не значит. Оно совершенно бесполезно, потому что ему нечего терять. А если у вас есть сильное эго, то есть очень концентрированное эго, кристаллизованное, то вы сможете оставить его только целиком, поскольку оставлять его по частям будет трудно. Оно настолько концентрировано и кристаллизовано, что оставлять его по фрагментам будет трудно. Или вы сможете оставить его, или нет. Это один из парадоксов жизни, что для самоотречения необходимо, чтобы на первом месте было по-настоящему сильное эго. Поэтому для меня правильное образование заключается в создании сильного эго, экстремально сильного, из которого родится великое страдание, а потом - самоотречение. Только так возможно самоотречение.

Это было моим переживанием. Люди, приходящие с Запада, имеют более сильное эго, чем люди с Востока, поскольку на Западе нет концепции самоотречения, нет концепции покорности, нет концепции гуру, учителя и ученика. Действительно, западный ум не представляет себе, что такое гуру. Они не представляют себе, как это отдать себя кому-то. Все западное образование, культура, вся цивилизация основаны на эго, на удовлетворении эго. И западные психологи говорят, что для того, чтобы быть умственно здоровыми, нужно иметь сильное эго. Поэтому вся западная психология помогает эго быть сильным: каждый день нужно усиливать эго ребенка, иначе он станет умственно больным.

Но религии Востока говорят, что, если вы не оставите своего эго, вы не сможете познать конечной истины, вы не сможете познать, в чем заключается загадка жизни. Эти подходы кажутся противоречащими друг другу, но это не так. По моему мнению, образование каждого человека во всем мире должно начинаться по западному образцу. Каждому человеку нужно дать сильное эго. К тридцатипятилетнему возрасту вы достигаете вершины своего эго; в возрасте тридцати пяти лет должна быть вершина, сильное эго, настолько сильное, насколько это возможно. Только тогда станет возможным самоотречение. Всегда, когда ко мне приходят ищущие с Запада и я говорю им предоставить все мне, они очень колеблются и сопротивляются. Это покажется невероятным, но иногда, когда наступает самоотречение, они достигают более глубокой реализации.

Для восточных людей самоотречение не является очень трудным. Они готовы. Вы говорите: «Отдайся», - они говорят: «Да». С их стороны нет ни малейшего колебания. У них нет сильного, развитого эго. Они способны к отречению от эго, - но такое самоотречение бессильно. Оно не помогает. Поскольку с восточными людьми это происходит почти всегда, я немедленно даю им технику, над которой надо работать, и это помогает становлению их эго. Западным людям я немедленно говорю: «Отдайся». Они уже достигли той точки внутри себя, когда они способны к самоотдаче; само их колебание показывает, что они могут отдать себя. Но их самоотдача, их самоотречение будет идти в борьбе, а когда есть борьба, тогда есть садхана. Когда есть борьба, это что-то значит; это преобразует их.

Поэтому, во-первых, это техника, когда я говорю: «Предоставьте все мне»; и я даю эту технику только людям с очень развитым эго. Во-вторых, ...но многие ищущие не чувствуют удовлетворения от такого способа своей духовной трансформации. Правильно, это те люди, которым я говорю: «Отдайся». Они чувствуют большую неудовлетворенность. Они хотят что-то делать сами, они не хотят отдавать себя. Я знаю, они будут чувствовать неудовлетворенность, поскольку будет сопротивляться их эго; всеми путями оно будет стараться не отдать себя. Но это не поможет. Они должны пройти через эту неудовлетворенность и должны понять, что это предоставление всего мне -это только начало. Если они не сделают этого, я не дам им никакой техники. Они должны или оставить меня, или предоставить все мне. Другой альтернативы нет. Когда я кому-то говорю: «Предоставьте все мне», — я не собираюсь давать ему никакой техники. Я знаю, что это будет тяжело и трудно, - но так должно быть. Чем труднее, чем тяжелее, тем лучше, поскольку это означает, что у этого человека развитое эго и что оно борется. Однажды он будет вынужден прийти - ко мне, или к кому-то другому, не имеет значения, - и отдать себя.

Не имеет значения, кто учитель; имеет значение самоотречение. Не имеет значения, кому вы отдаете себя. Вы можете сдаться каменному будде, и этого будет достаточно. Самоотречение трансформирует вас. Таким образом вы отбрасываете свое эго, разгружаете себя; впервые начинаете жить не из прошлого, но двигаясь в настоящее, свежими и молодыми, сбросившими тяжелый груз.

И третье: В таком случае, пожалуйста, объясните, как эти ищущие обманывают себя. Они могут обмануть себя. Они могут сказать мне: «Да, мы все предоставляем вам», - и вместе с тем продолжать все удерживать у себя. Они могут обмануть себя в том, что уже отдали себя, а вместе с тем продолжать делать все по-своему. Самоотдача не может быть частичной, она может быть только полной - в ней вы не можете выставлять свои условия, выбирать, что вам нравится, что не нравится.

Вот что случилось несколько дней назад. Ко мне пришел человек и сказал: «Я предоставляю все вам. Я буду делать все, что вы скажете».

Я сказал ему: «Повторите медленно свои слова: "Я буду делать все, что вы скажете"». Он повторил. Я сказал ему повторить снова и еще медленнее.

Он немного возмутился и сказал: «Зачем?» И потом сам понял, зачем я просил его повторить медленно. Он сказал: «Может быть, вы правы. Я не должен был говорить этого, ведь это очень трудно предоставить все вам, очень трудно следовать всему, что вы скажете». Тогда я сказал ему, чтобы он определил точные условия своей сдачи, которые потом не будут меняться. Он сказал: «Правильно. Дайте мне свободу выбирать то, что мне нравится».

Вот так вы обманываете себя. Внутри себя вы остаетесь хозяевами; вы продолжаете выбирать, что вам делать, чего не делать. И как это и случается, что бы вы ни выбрали, все идет неправильно, потому что неправильным является выбирающий ум; в противном случае не было бы необходимости приходить ко мне. Когда я говорю вам отдать себя, это означает, что теперь вы не будете выбирать, теперь я буду выбирать, а вы будете следовать. И если вы сможете следовать, то недалек тот день, когда я скажу: «Теперь в этом нет необходимости. Теперь вы можете выбирать сами».


Дата добавления: 2018-02-28; просмотров: 163;