Организация выступлений в ЖыДах



 

Чтобы больше сильно не останавливаться на описании аппарата, попробую (на память) его воспроизвести.

АК втыкался в ламповый усилок с огроменной лампой размера Летучей Мыши в главном каскаде (ГУ-29, двойной лучевой тетрод, с объемом колбы чуть ли не пол-литра и двумя рожками-анодами сверху – прим. переводчика). Достался он ему ещё со времён ПсковМаша и следовал за ним как верный пёс. Под озвучку баса была колонка с совершенно гигантским динамиком 2А11 (поверьте – очень много дюймов в диаметре) (18 дюймов – уникальная советская разработка, выпущенная в ничтожном количестве – прим. переводчика). Когда в ЖыДах мы меняли на нём диффузор (повезло – нашли новый), естественно проверили выдаваемую мощь. Так вот, при подаче на него частоты из розетки (50 Гц, если кто нефкурсе), он выдавал нам 78 ватт. Много это или мало? Дети! Это очень много! Во-первых 50 герц – это что-то около Соль-диеза контрактавы. Самое то, под бас-гитару! А, вы нефкурсе, тогда отступление про физику звука (лирическое).

Любой дурак в наше время знал, что гитарные камертоны типа Ля содержат 440 герц и принадлежат первой октаве. Тогда – 220 герц в малой, 110 герц в большой, 55 в контроктаве. Смысл ясен?

А мощность проверяли путём умножения силы тока в цепи на напряжение на этом участке. Так вот, такой варварский метод давал нам на басе почти 80 ватт. Стоять рядом с колонкой (низкие, однообразные звуки бас-гитары приводят к торможению развития интеллекта в молодом, растущем организме) было приятно. Дующий из неё дивные «сладкие» звуки бас-гитары никому не давали, сцуко, сбиться! Поэтому у нас на концертах всегда (!) басовая колонка дула в промежуток между АК и барЕбанщиком (хоть какая-то надежда, что не собьётся) из тыла в зал. Внутри ящика, естественно, динамик давал больше. Когда появилась возможность, к колонке подключили и пищалку 1А20. Сотня там (на выходе) была без вопросов (… появление пищалки сделало проблемным использование микрофона для снятия звука, и тогда АК придумал «эмулятор» - добавил сверху на выходной транс пару витков и получил балансный выход, как с микрофон, но уровень был великоват – прим. переводчика).

Мы с Антоном втыкались в модернизированные до неузнаваемости (новые передние панели, новые корпуса, гейн отдельно от громкости) КЗПТ. В качестве «кабинетов» поставили колонки от ЛОМО’вского концертного комплекта «Солист» - 2х4А32 + 1А20.

На концертах звук снимался с комбарей через микрофоны (это мы подсмотрели на MTV, которое начало безвозмездно вещать по эфиру – вот были времена!), шёл в пульт, там добавлялась обработка на частотах, добавлялись эффекты (задержка или ещё что), и шло в порталы.

 

Кухня подзвучивалась минимум шестью микрофонами: бочка, сольник, хэт, тОмы, котёл, один микрофон на панораму, все микрофоны шли в пульт, а дальше – кому как надо, зависит от пультмана.Два микрофона на голоса, один резервный – все 12 каналов заняты.

Перемотанные динамики в порталах давали ватт по 120 (но мы их не напрягали особо, скорее всего больше), плюс середина и пищалки в порталах, на выходе было куда больше, чем полкиловатта.

Так вот, когда мы это всё смонтировали-подключили, сразу же решили начинать сейшены в ЖыДах – очень уж нам запомнился опыт с Мошеровским аппаратом. Начальник клуба поначалу просил долю (в процентах), но позже мы его уломали на конкретную сумму и нашу поддержку (выступлениями и алкоголем).

ЖыДы стали постепенно местом концентрации сил рок-н-ролльного движения. Редко, если к нам на огонёк кто-нибудь не наведывался, неся с собой предложение выступить. Мы, как правило, не отказывали (сами себя помним), только не предоставляли аппарат к репетициям. Хотите выступить – пожалуйста! Можно с нами, не хотите с нами (не формат) – зовите форматных друзей, мы озвучим. Концерты складывались с августа-сентября почти каждый месяц, зал не простаивал. Так клуб в ЖыДах стал фактически Вторым рок-клубом. Не верите? Поспрашивайте «Кобру», «Гардарику»,  «FFF» (тогда – Раковый корпус), Печкурова. Узнаете много подробностей.

А «Кобра» сманила у нас Димку Коняева (ну, хотел ребёнок ХАРД), ну да ничего, АК привёл товарища по филофоническому бизнесу, и тот вполне адекватно пробарабанил у нас следующие полгода (это – Андрей Слюсарь, впоследствии знаменитый барабанщик группы «Забавы Простолюдина».А тогда он просто признался (почти в 30 лет) что есть у него нереализованная мечта – в рок-группе играть, но только он не умеет (Не умеет?Научим! – прим. переводчика).

 

17. RTC`sBand, Слюсарь и первый опыт записи

 

Немного опять стормозил: конечно же, при любом выступлении объявляется исполнитель. И тут уж – как вы яхту назовёте – так она и поплывёт. Естественно, использовать Ошеровское «TNT» никто не собирался, но с названием были определённые трудности: в нём, всё-таки, должна проглядывать какая-никакая концепция (а не присутствовать концепт, как шпрехают постмодернисты). Вот, к примеру, Ария – кто такая? – А хер знает? А Кипелов – всё ясно, это местный фюрер – как скажет, так и будет. А Коррозия металла – вообще шедевр, тут тебе всё: и металл, и распад, ипляски на костях. Вот. А нам надо было впихнуть эстетику блюза, постоянных перемещений и кавер-композиций.

В конце концов, я предложил:

 

- А давайте назовёмся по факту – Музыкальный коллектив железнодорожного клуба. Только на английском, тогда все смыслы проявляются моментально.

 

Слово «железная дорога» даже утрированно усилили по примеру многих блюзовых стандартов: не просто «railroad», а «railroadtrack», ну и получилось на выходе то, что нужно - RailroadTrackClub`sBand. Под этим названием мы и выступали в 1992-93 годах.

Как я уже упомянул, АК привёл товарища по филофоническому угару. Это был Андрей Слюсарь. Был ему к тому времени почти тридцатник, но он имел желание «поиграть в настоящей рок-группе». Привёл его АК, посадил за барабаны, и (О, Чудо!) как-то так сразу АС заиграл. Понятно, не Бонзо (JohhBonhamfromLedZeppelin – прим. переводчика), но уж по-любому лучше многих, нами испытанных. Лично мне очень понравилось, что он правой рукой по хэту мог отбивать четверти, а не наяривать какие-то мелкие дроби. АК взял его под плотный контроль, и за пару недель мы получили вполне устойчивую ритм-секцию (сами мы не играем, но научить можем, ага, по бразильской системе).

Попутно необходимо ещё раз напомнить, что на дворе время было Великое и Ужасное. Кто не побоялся, и кому повезло, тот запросто выходил в верхние эшелоны выбранной сферы деятельности. Так же и с музыкой, и с рок-н-роллом, в том числе. В этой связи было принято решение записать демонстрационную кассету, а вдруг протолкнёмся? Под лежачий камень коньяк не бежит!

Сказано – сделано! Принесли стационарныймайфун, прикинули как бы ещё и рычагами пульта по ходу игры управлять (…да уж! – прим. переводчика), да и записали. Вот к этому периоду и относится кавер-сторона кассеты, отданной на оцифровку. Что можно сказать про запись? Слушали мы её вместе с АК недавно и сказали разными словами, но одно и то же: клёво!

Большое видится на расстоянии! По крайней мере, в формате двух пилящих гитаристов со времён Yardbirds не играл никто. Гитары различить несложно: у Антона звук такой «хрипатый», больше перегрузки, а у меня за счёт выведенных высоких и (как правило) заднего датчика – более звенящий. Часто устраиваемые переклички гитар (на кавер-стороне – только в Summertime), запилы по очереди и обычно оба, если флейта – то ещё и для неё пара квадратов, поэтому даже короткие рок-н-роллы превращались в пяти-шестиминутные композиции. Слушайте сами, что рассказывать?

 

Большие концерты

 

Ближе к зиме 92-93 года АК решил, что пора разводить нагрузку на порталы по полосам. Под эту лавочку был приобретён кроссовер (который был непременным атрибутом в любом, даже самом завалящем клубе, хотя зачем они приобретались – совсем не понятно) и, по случаю, 18-канальный пульт (12 каналов нам уже было маловато). АК лично (!) рассчитал параметры раструба для средних частот на базе динамика 4А32, вычертил его на бумаге, а потом и принимал участие в его выпиливании, сборке и последующем доведении до плавных очертаний из ДСП.Ящики под середину вышли поменьше «обраток», но тоже немаленькие: общая высота портала получилась около двух метров, плюс наверху пищалка. Общая мощность аппарата тоже выросла и уже составляла около киловатта. Была собрана 14-канальная (по-моему) кишка для выноса пульта в зал. Плюс, помним, что у нас был и свой свет. Чтобы не было проблем с электричеством,питающем и свет, и звук, был приобретён кабель серьёзного сечения для подключения напрямую в осветительный щит.

Коморка нам стала маловата, и в один прекрасный день мы открыли наглухо запертую дверь в нашей коморке (прям как Буратино у папы Карло), и попали на пожарную лестницу. На площадке напротив нашей двери была дверь в гримёрку справа от сцены в кинозале. Вверх и вниз шли пролёты, внизу они выходили в тыловую зону Клуба, а вверху – на чердак. Переговорили с Шефом (с распитием алкогольных напитков) и получили разрешение на её использование. Так у нас появилась собственная дверь в Клуб и абсолютно автономный выход в зал – очень пригодилось в будущем.

На середину февраля мы запланировали проведение на нашей базе большого фестиваля. Афиши взялся делать АС (а сейчас он в Питере делает собственные художественные выставки), он же предложил название – Большие Концерты.

Примерно в это же время Антон где-то нарыл педалькуВах-вах, да ещё и рабочую! Очень она нам пошла в тему, тут же была снята и запущена в производство песня «Про деньги» от ПинкФлойда. Про участников – лучше почитайте прилагаемую статью,(газетный скан) там перечислены все, и по их количеству можно оценить масштаб данного мероприятия.

От себя могу только добавить, что в Стекляхе на Вокзальной улице появился в трёхлитровых банках совершенно потрясный вермут Аромат степи, под знаком которого и прошёл данный фестиваль. Было весело!

 

Проблемы гитарного мира

 

Сразу после фестиваля случилось очень интересное событие – мне в руки попал номер американского журнала GuitarWorld, посвящённый слайдовой технике. И вот тут многое встало на свои места: я узнал про «открытые» настройки. Оказывается много ума-то и не надо, надо просто правильно настроить гитару! Хо-хо! Да будет блюз!

Поиграв предложенные примеры и поняв основные принципы предложенной техники, я попытался внедрить это в жизнь, но тут оказалось не всё так просто. Перестроить гитару в открытую соль (ну, или открытую ре), оказалось даже не полдела, а много меньше. Принципиально менялись аппликатурные модели аккордов (а держать «гармошку» - это было всё же моей главной задачей), очень менялся тембровый окрас… Блин! Ладно, но ведь настройка 2-3-4 струн в классическом варианте практически слайдовая, а остальное можно или глушить, или не цеплять. Попробовал, ну, можно что-нить придумать, а в результате придумок совершенно случайно балуясь последовательностью I – VII вышел на интересный рифф, который мы позже использовали в песне «Сшей мне, мама…», а фактически – на стандартный гармонический отрывок, используемый во многих классических блюзах Х6 – Х9, где Х – любое мажорное трезвучие, но об этом я узнаю только через полгода.

 

Почему-то после Больших Концертов нам захотелось поиграть «песен советских композиторов, то есть наших», как сказал Антон на одном из последующих концертов. Поэтому очень быстро сделали «Вечность» на стихи Блока и «Уходишь от меня ты». Последняя песня заявлена как моя, но на самом деле это не так. Я её привёз со срочки(армейской срочной службы – прим. переводчика), её в нашей роте исполнял Игорь Горбачёв, врать не буду, может быть, песня и не его, но мне её тонкости объяснил именно он.

А рифф Х6 – Х9 пока висел в воздухе – был только один куплет:

Сшей мне, мама, сшей мне, мама брюки клёш!

Сшей мне, мама, сшей мне, мама брюки клёш!

Что я буду делать, мама, если ты мне не сошьёшь?!

И всё было бы хорошо, но тут нас покинул Андрей Слюсарь – какие-то семейные проблемы, надо было уезжать в Смоленск. Очень жаль. АС потом играл в Забавах Простолюдина, а весной 2001 совершенно случайно отыграл на барабанах в половине песен при записи моих Строевых и Колыбельных.

 


Дата добавления: 2018-02-28; просмотров: 151; Мы поможем в написании вашей работы!






Мы поможем в написании ваших работ!