Нормы, обязывающие претерпеть меры юридической ответственности



Приведем пример. Допустим, существует норма, которая дает кредитору право требования возврата денежного долга, соответственно она же и возлагает обязанность на должника по его уплате. Кредитор предъявляет требования к должнику, однако тот отказывается вернуть долг, таким образом он не исполняет свою обязанность. Однако право, данное кредитору, предполагает не только само требование, но и способность понудить с помощью публичной власти обязанное лицо к исполнению данного требования, в случае если оно отказывается его исполнить добровольно. Праву присуще принуждение. И если бы не было этого права на защиту, то нормы, которые дают права и возлагают обязанности, едва ли могли бы регулировать общественные отношения так эффективно. Иными словами, любое неследование обязанности ставило бы правообладателя в тупик. Таким образом, кредитор все-таки может достигнуть своего интереса, понудив должника.

Должник же в этом случае должен будет претерпеть меры юридической ответственности. Он должен будет исполнить свою обязанность и/или понести негативные последствия.

Ранее речь шла о регулятивных отношениях. Но в тот момент, когда требуемая обязанность не выполняется (неправомерный юридический факт), и управомоченный использует право на защиту, то эти отношения трансформируются в охранительные.

Любое право включает в себя право на защиту. Следовательно, любая норма изначально содержит в себе возможность принуждения обязанного, который не исполнил требование. Если обязанный выполнил требование, значит, «сработала» регулятивная норма, и оснований для принуждения нет. Но в случае, если регулятивные отношения переходят в охранительные (обязанность не исполняется и используется право на защиту), то по сути работает та же норма, но она уже будет охранительной. Можно сказать, что норма делится на части: регулятивная часть нормы и охранительная. Это можно показать на примере:

«Убийство – наказывается лишением свободы».

Это норма является запрещающей по отношению к гражданам – возлагает обязанность не убивать, и уполномочивает государство требовать исполнения данной обязанности. Пока граждане исполняют обязанность – это регулятивные отношения, и норму можно считать регулятивной. Но как только запрет нарушен, государство наказывает нарушителя. И этот этап отношений уже можно назвать охранительным, когда используется право на защиту и ему противостоит обязанность претерпеть меры юридической ответственности. То есть норма на каком-то этапе отношений будет регулятивной, а на другом – охранительной. В этом заключается относительность охранительных и регулятивных норм.

Любое право (в широком смысле) уже включает в себя гарантию, поэтому нет смысла выделять какой-то отдельный вид норм, дающих право на защиту. С другой стороны, мы имеем специфическую обязанность – обязанность претерпеть меры юридической ответственности. Таким образом, можно сделать вывод, что, с одной стороны, мы можем иметь норму, которая предоставляет какой-либо вид права (в широком понимании) или полномочие (в широком смысле), а с другой стороны, норма будет обязывать претерпеть меры юридической ответственности.

Норма в целом реализуется в том случае, когда непосредственно реализовано право на защиту (или полномочие, предполагающее это право), а нарушитель подвергся мерам юридической ответственности (исполнил то, что должен был или понес иные негативные последствия). Однако есть единственное исключение, когда норма дает адресату власть или иммунитет. В этих случаях, как сказано ранее, норма в целом реализуется только лицом, которое осуществляет эту власть или иммунитет, т.е. другой субъект никак на это повлиять не может, он не может нарушить то, что предписала ему норма, следовательно, защиты в данном случае не требуется.

Подводя итог, можно сказать, что приведенная классификация позволяет более системно подойти к вопросу разграничения норм по способу правового регулирования. Она подчеркивает разнообразие правоотношений и различные возможности норм как социальных регуляторов.

 

Библиографический список

1. Булыгин, Е. В. Дозволяющие нормы и нормативные системы // Булыгин Е. В. Избранные работы по теории и философии права / пер. с англ., нем., исп. / под науч. ред. М.В. Антонова, Е.Н. Лисанюк, С.И. Максимова. СПб., 2016. – С. 89-98.

2. Булыгин, Е. В. Об уполномочивающих нормах // Булыгин Е. В. Избранные работы по теории и философии права / пер. с англ., нем., исп. / под науч. ред. М.В. Антонова, Е.Н. Лисанюк, С.И. Максимова. СПб., 2016. – С. 99-115;

3. Булыгин, Е. В. Действительность и действенность права (Ганс Кельзен) // Булыгин Е. В. Избранные работы по теории и философии права / пер. с англ., нем., исп. / под науч. ред. М.В. Антонова, Е.Н. Лисанюк, С.И. Максимова. СПб., 2016. С. 294-315.

4. Кельзен, Г. Чистое учение о праве. 2-е изд / пер. с нем. М.В. Антонова и С.В. Лёзова. СПб., 2015.

5. Росс, А. Валидность и конфликт между правовым позитивизмом и естественным правом // Российский ежегодник теории права. 2009. № 2. С. 458-473.

6. Харт, Г. Л. А. Понятие права / пер. с англ.; под общ. ред. Е. В. Афонасина, С. В. Моисеева. СПб., 2007.

7. Хофельд У. Н. Некоторые основные юридические понятия в приложение к судебной аргументации // Основные юридические понятия Уэсли Н. Хофельда / сост. и пер. с англ. А. А. Гайдамакина, под науч. ред. М. В. Антонова. СПб. 2016. С. 44-93.


[1] Хофельд У. Н. Некоторые основные юридические понятия в приложение к судебной аргументации / пер. с англ. А. А. Гайдамакина; под ред. М. В. Антонова // Основные юридические понятия Уэсли Н. Хофельда / сост. и пер. с англ. А. А. Гайдамакина под науч. ред. М. В. Антонова. СПб., 2016. С. 44-93.

[2] В этом случае, не совсем понятно, что имел в виду Кельзен. Ведь норма, которая говорит о возможности совершения каким-либо лицом правонарушения, не наделяет его возможностью создавать какие-то нормы. Поэтому здесь сложно говорить о полномочиях в том смысле, каком мы определили.

[3]  Харт, Г. Л. А. Понятие права / пер. с англ.; под общ. ред. Е. В. Афонасива, С. В. Моисеева. СПб., 2007. С. 34-56

[4] Подобных цепочек, исходящих от основной нормы, как на схеме 3, очень много. Основная норма может перестать быть действительной лишь в том случае, если все цепочки, ведущие к ней, разрушатся.

[5] Здесь не та «обязанность», которая коррелируется с «правом», поскольку само полномочие является лишь разновидностью «права» по Хофельду. Для объяснения можно использовать не совсем корректную формулировку – «обязанность реализовать свое право (власть)». Но «обязанностью» с точки зрения права это назвать нельзя. Это, скорее, моральная обязанность.

[6] Росс А. Валидность и конфликт между правовым позитивизмом и естественным правом // Российский ежегодник теории права. 2009. № 2. С. 458-473.


Дата добавления: 2020-11-29; просмотров: 78; Мы поможем в написании вашей работы!






Мы поможем в написании ваших работ!